Pensieri sotto la luna

Сиракузы

29 сентября

1094 год

Стол. Окно. Луна. Кровать. Бокал. Вино… Лаппланд Салуззо, дочь Дона Альберто, дочь, которую он ненавидел, видел в ней монстра, воспитанного собственными руками. Сидя у окна, волчица молча попивала вино, осушая уже третью бутылку. Но голову её терзали тяжёлые мысли и воспоминания... От опьянения неприятное вновь предстало перед её глазами: она вновь видела горящий особняк семьи Техас… Как она с удовольствием вскрывала глотки и украшивала кровью коридоры, лишь бы встретиться с ней. Её лучший враг и злейший друг, Селиния Техас. Она так ждала, так рвалась, чтобы сразиться с ней в последний раз. В эту ночь все должно было решится. Чёрное и белое должно было схлестнутся в кровавом танце насмерть, и лишь одной из них удалось бы выжить, но… Эта рыжая чертовка, вечно позволяющая себе большее. Наглая, заносчивая, вспыльчивая. Так в открытую решившая выступить против. Лаппланд, ослепнув от своей ярости, как и всегда наглая, набросилась на своего командира… Без страха смерти, готовая выступить против неё. В комнате отеля, в котором Лаппланд решила переночевать, так как её вновь выкинули из родного дома словно бездомную шавку, было тихо и спокойно, и лишь тихий смех разрезал тишину на мгновение, но затем Лаппланд вновь погрузилась в пучину своих мыслей. Вспоминая тот проклятый день, когда её последняя встреча с Селинией была так жестоко вырвана прямо из её рук. И то, что случилось после… «Ах да. Алесса. Именно так её звали», – вспомнила она. В голове, что медленно разъедала орипатия, лениво всплывали моменты: Алесса – красноволосая волчица, искусно владевшая мечом, прорывалась сквозь охрану особняка с криками, нанося им не смертельные раны, но достаточные, чтобы остановить их. Лаппланд с ухмылкой на лице наблюдала со стороны. «Какой хороший шанс отомстить за всё. Ты отняла Селинию, позволила ей сбежать, а, может, она умерла в огне… Я не знаю, но ты станешь её заменой. О да.» Словно кадры старой пленки один эпизод сменялся другим. И вот две волчицы уже стояли напротив друг друга, уставшие и измученные долгой дуэлью. Лаппланд смеялась прямо в лицо Алессе, а в ответ слышала лишь брошенное с отвращением «Монстр». Это так забавно. Так весело… Так глупо, но все когда-то заканчивается. Блеск стали, кровь, и Алесса кричала от боли. Удар прошёлся четко по глазу. «Достойная плата за всё, а теперь исчезни. И помни, что ты проиграла. И жива лишь из-за меня…» Раненая волчица позорно исчезла со двора особняка семьи Салуззо, и Лаппланд с чувством выполненного долга вернулась обратно… – Давно это было. – в слух произнесла белая люпо, смотря на луну в небе одинокую, прямо как она сама. – Интересно, как она сейчас поживает. Я приду за тобой, Алесса Рюго… Так тебя сейчас зовут? Вновь заливистый смех нарушил спокойствие ночи, пьяный разум порождал сумасшедшие идеи, но Лаппланд эта идея нравилась достаточно сильно, чтобы воплотить её в жизнь. «А ведь это так просто реализуемо. Старый Пьер – лёгкая цель для того, чтобы её реализовать.» – Ты станешь моей новой Селинией, Алессочка. Хочешь ты того или нет. Пьяный разум порождал безумные идеи, а, может, Лаппланд и вправду уже сошла с ума? Кто знает… Она чувствовала себя прекрасно, окрылённая гениальной мыслью. – Спасибо, луна. – с улыбкой сказала она, смотря в небо через раскрытое окно…