Как в это играть?

Грубый на вид парень шёл по улицам Южной Каролины и пинал всё, что попадало под ноги. Сейчас Ци Жуна бесило абсолютно всё в этом мире, ведь с ним так бесчестно обошлись и унизили при всех! Да ещё и кто унизил! Внезапно он остановился и немного съёжился от злости, хотя уже в следующую секунду выпрямился, да закричал изо всех сил: — Блять! Вот же сучий сын! И сучка эта лицемерная! И бугай этот ебнутый! И..и “братец” - хуесос! И обжора эта неопределившаяся! — ненадолго Ци Жун прервал свою тираду, дабы отдышаться, а затем пнул ближайший столб. — Да как он смеет вообще манипулировать великим Лазурным Фонарём?! Да я мамку его..! Глаз демона зацепился за проходящую мимо мать с маленьким сыном, что не отрывал взгляда от столь “интересной” личности. Ци Жун остановился сам по себе, не планируя этого. В моменте он тоже начал пялиться на ребёнка и щуриться, а затем вдруг вспомнил про Гу Цзы. Что-то недовольно промямлив, когда мать с ребёнком скрылись за углом, юноша стал рыскать по карманам. Там ему удалось отыскать две смятые 5-ти долларовые купюры, которые не так давно ему дали на личные нужды, когда вся компания перебралась в общежитие. Конечно, изначально денег было чуть больше, но их Ци Жун уже успел потратить. Так что… Технически, это были его последние деньги. Ци Жун стоял посреди дороги, рассматривая эти несчастные 10 долларов, да постукивал ногой по асфальту, задумавшись. Ему пришлось простоять 7 минут в одном положении, чтобы прийти к решению, а затем сунуть деньги обратно в карман и уйти прочь. — Лазурный Фонарь тяжело вздохнул, выходя из детского магазина с пакетом в руках. В конце концов, он купил для Гу Цзы ту нелепую машинку на радиоуправлении, которой он так восхищался, увидев рекламу в телевизоре. Посмотрев в сторону дома Мэй Няньцина, Ци Жун подавил всё своё недовольство и пошёл туда, явно не желая встречать бывшего советника Сяньлэ. Они никогда не ладили, и в итоге не нашли причин даже начинать. Ведь всё внимание всегда было предоставлено только его блядскому царственному братцу! Даже внимание самого Ци Жуна было приковано только к нему, что обижало его больше всего в этой ситуации. Увлечённый тем, что он ненавидит, демон не заметил, как наконец дошёл до необходимого дома. До того, кого любит. Глубоко вдохнув, Ци Жун начал непрерывно пинать дверь ровно до тех пор, пока запыханный Мэй Няньцин не открыл дверь. — Что ты, во имя Владыки, делаешь?! — Возмутился советник и ткнул в Ци Жуна пальцем. — И что ты здесь делаешь? Ци Жун молча смотрел за Мэй Няньцина в поисках кого-то, а затем всё же посмотрел ему в лицо. — Мой сын здесь? Почему так тихо?! Ты убил его, шавка сутулая?! Мэй Няньцин на секунду возмутился, а затем опешил от первого предложения и просто освободил путь в квартиру. Ци Жун фыркнул и прошёл внутрь, заглядывая в каждую комнату, пока наконец не увидел Гу Цзы в гостинной, который старательно что-то рисовал. Он сразу же громко затопал, подходя к ребёнку со спины и повышая голос: — Эй, малявка! Это что такое? Не стыдно папку своего не встречать? Гу Цзы тут же отвлёкся и вскочил на ноги, накидываясь на пришедшего отца и цепляясь за его ногу. — Папа! Дедуля сказал сидеть тут и не выходить, пока он не вернётся, — честно признался Гу Цзы, а затем взглянул на пакет в папиной руке, когда его внезапно подняли на руки. — Никакой он тебе не дедуля! И вообще он чужой! Лучше смотри, что папка принёс! Внезапно загордился Ци Жун, доставая из пакета коробку с той самой машинкой. Гу Цзы сразу встрепенулся и схватился за коробку, в ту же минуту сваливаясь с рук отца на мягкий диван под его около злодейский смех. Мэй Няньцин слегка выглянул из-за двери и вздохнул, закрывая еë. Пускай ребёнок проведёт время с его…угх…отцом. По крайней мере он сам наконец получит личное пространство, а Ци Жун поучится ответственности. Мужчина вернулся в свою спальню к Ваймаку и закрыл дверь. — Не будем мешать. Это всего лишь Ци Жун. Ци Жун даже не обратил внимание на закрытую дверь и начал помогать сыну открыть свой подарок. Кому какое дело до этих ёбаных неудачников, когда у него уже есть всё, что надо? — Какой ты бесполезный, малявка. Дай-ка папка откроет его!