réamhaisnéisí díomá
Меня месяц изредка накрывает. Знаешь, то мне хорошо, я мотивирую себя, стараюсь сделать из всего в жизни позитив и юмор, чтобы не согнуться полностью. Но это будто сильнее меня. Чёртова инсанья жрет мне мозги. Душу выжирает. Сердце не справляется. Я все также не люблю одиночество. Эта часть не изменилась. И каждый раз перед сном я вижу эти картины, заново зачем-то переживаю тот день. Будто самый страшный день в моей жизни. И либо я должен научиться жить в гармонии с собой, либо погибну, потону в этом дерьме. Инсанья – настоящий наркотик, который вскружил ни одну душу.
"До" - это совсем другой человек.***
– Тэхён приезжает завтра, наконец, увижу этого дурака спустя столько времени, – взбудоражено говорит белокурый парнишка, кидая картошку фри в рот. – Тэхён? Тот самый? – интересуется Гук, напрочь в моменте забывая про рядом сидящего друга. – Да. Тот, что все выпрашивал у меня твои фотки и пищал какой ты красивый, – хитро ухмыляется Хиджин, уставившись в свой смартфон. – Хочет переехать в будущем сюда, но пока погостит тут ненадолго. Юноша вздыхает, отбрасывает на столик телефон и оглядывает всех троих человек, сидящих рядом с ним. Компания из ребят часто встречалась вместе. Не то чтобы они знакомы все очень давно, но даже такое небольшое время дало им понять, что ребята всё-таки отлично ладят вместе. Каждый индивидуален, а все – самая чудаческая компания. – Это ж круто, давно тоже не видел его, – отвечает Марк, тот, что сидел возле Чонгука. Чон испытывал интерес к персоне, имя которого так часто упоминает Хиджин. Ему не терпелось познакомиться с этим парнем, узнать ближе, ведь, по словам друга, они чем-то похожи. – Гу, – вырывает его из мыслей Хиджин. – Поедешь со мной встречать его? Младший на секунду задумывается и кивает. – Конечно.***
– Черт, я так зол, не представляешь. Я правда хотел быть с тобой там, сука, – нервно расхаживает по комнате кругами парень, сжимая рукой корни своих вьющихся смоляных волос. – Да не беда, Гук. Увидитесь еще, он с нетерпением будет ждать, это точно, – отвечает голос в трубке. Хиджин с этим Тэхёном знакомы очень давно, кажется, что даже все друг про друга знают. Их дружба пережила многое: ссоры, молчанки, непонимание, примирение, вновь частое общение. К сожалению, жизнь не хочет, чтобы все шло по собственно спланированному плану. Чона тогда вынудили выйти на смену и помочь коллеге с работой. Кто, если не он. Весь из себя вежливый, добрый и правильный мальчик. И спустя пару часов полной запары, он, наконец, смог посидеть в тишине и полном спокойствии. Гук достает телефон и скучающе листает ленту, пока не натыкается на пост Хиджина с тем самым Тэхёном. Парень смотрит на часы. Да, он уже тут. На фото они выглядят безумно счастливыми. Чон про себя отмечает красивые глаза Кима. Невозможные глаза, заглядывающие глубоко в душу. Которые станут частыми гостями его снов. Младший мечтал об одном – как можно быстрее добраться домой, а завтра как можно быстрее прийти к ним в гости, чтобы всей компанией отлично провести время. А самое важное – познакомиться с мистером загадкой, который вызвал такой переполох в нем.Я так взволнован был. Даже не понимаю почему. Хотелось узнать человека, произвести хорошее впечатление, хотелось запомниться, не забыться среди всего мусора этой жизни. Хотелось остаться. Первое и второе вышло неплохо. А что насчет других пунктов, уже не уверен.
***
Чон почти час собирался к Хиджину, тщательно выбирал наряд на сегодняшний вечер. Настроение было отличным, с такими друзьями иначе быть не может. Несмотря на долгие сборы, он вышел вовремя, даже автобус ждать не пришлось. Музыка лилась ручьем в наушниках. Она была спокойная, приятная и по-особенному комфортная. Очень подходящая к погоде. Лёгкий дождь, печальные лица тех, кого он застал врасплох, кружащиеся листья – все это делало его счастливым. От мыслей отвлекла легкая вибрация. Хиджин отправил фото в общий чат с подписью: «Марк уже тут, ждём остальных». Гук тихо хохотнул, разглядывая ее. Внезапно автобус резко затормозил. – Черт тебя, – матерится под нос Чон, завидев длинную пробку, скорее из-за аварии, ведь это время здесь пробок и быть не может. Это всё слишком не вовремя. Долгие мучения, минуты тянулись как часы. Гук уже сильно опаздывал, а нервы были на пределе. Подобное всегда выбивало его из колеи. Делать оставалось нечего, кроме как терпеливо ждать, пока автобус медленно, но верно назначенному пути доберётся до нужной остановки. И как только он доехал, то парень молниеносно выскочил из транспорта. Опаздывать совсем не любил, пунктуальность в крови. Компания уже вся собралась дома у Хиджина, веселье разгоралось, а доставка ожидала на столах. В небольшой комнате заиграл звонкий смех Марка, звуки бутылок и шуршание магазинных пакетов. Тэхён слушал очередные рассказы Джунхва – самого солнечного человека среди всех сидящих, и внимательно поглядывал на стол, набитый разными снэками, газировками, пивом и фастфудом. В его ногах крутился миниатюрный пёс Хиджина, виляя хвостом всем сразу. Своеобразную идиллию прервал громкий звук у входной двери, на который сразу же ребята обратили свое внимание. – Гук пришел, – воскликнул Хиджин и выскочил из комнаты, перепрыгивая через кота, который разлёгся у выхода в холл. – Ооо, Гук-ааа, ну наконец то, где черти тебя носят? – восторженно крикнул Марк, выбегая навстречу к вошедшему в квартиру парню. – Что я успел пропустить? – спросил Чон, запыхавшимся голосом, и агрессивными движениями стянул лёгкую куртку с себя, вешая ее на первую попавшуюся на глаза вешалку. – Кроме шуток Джунхва ничего еще не пропустил. Проходи давай, – ответил Хиджин, посмеиваясь и закрывая дверь на замок. Он похлопал младшего по плечу, пока Марк его крепко обнимал, и прошёл впереди этих двоих обратно в комнату. Чон зашел сразу же за друзьями и ярко приветственно улыбнулся остальным людям. – Садись вон туда к Тэхёну, – указал Хиджин, накладывая ему пару кусков пиццы на тарелку. Гук присел рядом с этим парнем и задержал неосознанно дыхание, чувствуя нависшую неловкость. – Привет, Чонгук, – бархатным, приятным и таким уютным голосом обратил на себя внимание Ким.Его яркие, притягательные глаза светлые глаза заглядывали в мою душу. Они излучали покой, добро, комфорт. Он повернулся всем корпусом ко мне, был открыт для меня. Я видел его явный интерес к моей персоне. И мне до ужасного нравилось это чувство. То самое, когда кто-то хочет узнать тебя, как личность, узнать, что живёт внутри, какие мысли тревожат, какие идеи возникают.
– Привет, – тихо ответил Чонгук, пожимая крепко вытянутую руку парня напротив. Этот день и это долгожданное знакомство оправдали все ожидания. Компания выпивала, заливалась смехом, пела любимые песни. За эти пару часов двое парней успевали пообщаться друг с другом, что оставило впоследствии след на младшем. Он увидел, как они похожи. Тэхен буквально его близнец. Они мечтают посетить одну и ту же страну, у них одинаковый вкус в музыке, одинаковые взгляды на жизнь, и, к слову, похожие ценности в романтических отношениях. Оба узнали это, играя в правду или действие. Тэхен удивлялся не меньше Чонгука таким совпадениям. Это определенно стало главным моментом сближения. Шум всё ещё не прекращался, поэтому Гук отходил от ребят на балкон. Его лицо обдувало свежим воздухом, как только он шагнул туда, и единственным звуком был – гул машинного мотора. Юноша сел на небольшой стул и сделал глубокий вдох полной грудью, прикрыв глаза на пару секунд. Он не любил одиночество. Но также быстро уставал от долгого присутствия людей. Осознание того, что он один, но при этом кто-то есть за стенкой – делало его по-настоящему спокойным. – Сбежал ото всех? – услышал уже изученный от и до низкий голос. Тэхен прошёл внутрь и прикрыл за собой дверь. Он заприметил рядом стоящий стул и сел на него, направляя свой взор с городской картины с красивыми фонарями на блаженного Чона. – Ты тоже? – приятно удивился тот, изучая анфас парня. – Немного устал, захотелось посидеть на воздухе. – Да, я прекрасно понимаю тебя. Тоже испытал это чувство, мне сложно долго быть в компании людей, – повернул голову в сторону прекрасного и умиротворяющего вида на разные высотки и огни. – А еще я заметил, что мы довольно похожи. Будет славно пообщаться побольше, – улыбнулся Ким, отпивая пиво из бутылки и обращая вновь свое внимание на Гука. Чон застрял в этих глазах. Бесповоротно. Он был уверен, что испытывает дикий интерес к этой персоне. Еще больше хочет узнать, что там у него в голове живет, и какой он, когда злится, грустит или задумчив. – Знаешь, говоря о той теме. Думаю, я умею любить крепко, – кивнул Тэ, находясь будто вообще не здесь, а глубоко в своих размышлениях, в далеких краях. Чонгук внимательно его слушал, чтобы не пропустить ни единую букву из его уст, дабы впитать в себя, как губка, все сказанное. Его слова – отличная пища для размышлений. – Но я с уверенностью могу сказать, что отношения на расстоянии - это не моя тема, – продолжил Ким, делая еще один большой глоток пива, что неплохо утолял жажду. – У меня был опыт таких отношений, – подал голос младший. – Но после них я решил для себя, что впредь хочу отношений только в жизни, – вытянул вперед ноги, делая вздох полной грудью и прикрывая глаза. – Как славно, – хмыкнул Тэхен, повторяя движения тела за Гуком. – Ты ведь…Ты же собираешься переезжать сюда окончательно, да? – с небольшой и еле видимой надеждой в голосе спросил Чонгук, заглядывая в лицо своего собеседника. – Да, мне бы очень хотелось. Но я всё-таки должен доучиться у себя, – ответил, разглядывая лицо младшего. Они проговорили на этом балконе долго, настолько, что их тела полностью замёрзли. От поднявшегося ветра им просто пришлось встать и зайти обратно в квартиру к друзьям, которые не сразу даже обнаружили пропажу из двух человек. Чонгук с Тэхёном общались на все темы, много шутили и порой даже флирт проскальзывал во фразах. Вернувшись поздно домой, Гук еще долго хохотал с смс Тэхёна в мессенджере. Было очевидно, что оба хотели держать контакт друг с другом. Парень заблокировал смартфон и плюхнулся на кровать с протяжным стоном после такого насыщенного вечера. Мысли крутились вокруг этих притягательных глаз. Он еще долго не мог уснуть, все крутился с одного бока на другой и по-дурацки улыбался.***
Я не заметил, как прошел почти месяц. Дни летели так быстро. Но при этом меня не покидало ощущение, что мы знакомы с ним всю жизнь. И Тэхён подтвердил эту мысль. К моему большому сожалению, мы не могли видеться так часто, как мне бы хотелось. Всё время шло что-то не так. Вечно не получалось устроить эти гребанные встречи, и это дико бесило меня. Но к этому всему есть одна важная пометка. Я бесповоротно влюбился в него. За все эти дни мы переписывались каждый день, однажды даже сходили вместе погулять. Я сам того не желая стал заложником этого человека. Нет, заложником этого чувства. Мне хотелось ему все прощать, хотелось заботиться о нем, создать вокруг комфорт. Признаюсь, возможно, я неумело показывал свои чувства действиями, часто стеснялся. Но мне до жути хотелось его касаться, хотя бы чуть чуть. Каково было моим удивлением, когда Тэхён ответил взаимностью. С тех самых пор, я свободно мог схватиться за его тёплую и уже такую родную руку. Мы лежали в обнимку перед всеми моими друзьями, которые то и дело хихикали и умилялись, пока я наслаждался этой идиллией между нами. Он как никто другой нежно гладил меня, осторожно трогал, смотрел с такой теплотой в глазах. В тот день, пока ребята были заняты чем-то своим, я впервые оставил свой поцелуй на его макушке. Он уснул на мне. Мне так нравилось ощущать то, что я ощущал тогда. Тепло этого тела, приятная тяжесть на мне, касания его пальцев, которые выглядели как творение самого господа бога. Моё сердце было готово выпрыгнуть из груди, и, я уверен, был бы совсем не против, если бы оно попало ему в руки. Я лично бы отдал Киму на сохранение. Во мне всё разрывается от неистового счастья, когда мы с этим самым желанным мною парнем беремся за руки. Несмотря на всё это, я был в полнейшем замешательстве и не понимал, кто же я ему. Друг или нечто большее? Он определенно отвечал взаимностью, мне казалось даже флиртовал в ответ, но… В то же время я чувствовал, что являюсь для него другом. Той самой родственной душой. Тактильность исходила только от меня, его делом было просто ответить на нее. Поначалу я расстраивался, но потом меня посетила мысль – заполучить его, добиться, сделать всё возможное для этого. Если быть еще более честным, я не хотел влюбляться в Тэхёна. Как только в моей голове начали возникать мысли о нём в совсем другом ключе, я сразу же надавал себе пару мысленных пощечин. Но моя влюбленность была сильнее. Я сдался ей. Это был мой абсолютный провал, смехотворный проигрыш. Хитрыми путями я выуживал информацию о себе через Хиджина. Мне стало очень интересно узнать, что же думал обо мне мой объект обожания. Тем не менее, прогноз был весьма утешительным. Я как никто другой поверил в себя, в свои силы, в возможность быть любимым и счастливым.
***
Сегодня предполагался еще один вечер в общей дружеской компании в честь дня рождения Хиджина. Гук в этот день замечал, что Тэхён немного поникший, уставший, не такой как раньше. Даже тогда на улице, пока они оба ждали остальных. – Все хорошо? – взволнованно спросил у него Чон, заглядывая в его невозможно красивое лицо. – Просто устал, – потянул тот уголок губ и коснулся его плеча в дружеском жесте, на что младший влюбленно вздохнул. Гуку сильно хотелось обнять, убрать с души все переживания, любую усталость, забрать все это с собой. Но мозг отчаянно кричал обратное. Не портить эту дружбу. Не портить эти взаимоотношения. Несмотря на это, тело отказывалось просто стоять или сидеть рядом, что даже в этом чертовом кафе заботился о нем. Гук замечал каждую смену настроения Кима. – Я тогда пьян был, дурак, блять, – вкрикнул и залился смехом Марк, пихая Хинджина в бок. Ребята все вместе сидели в очередном кафе, где заказали много мяса и риса. Интерьер этого места будто был сделан под самого именинника. Все в красных тонах, из любого угла можно было услышать гогот каких-то людей, шум жарящегося мяса и стуканье стеклянных бутылок с радостными воплями. Гук осторожно с нежным взглядом вновь осмотрел притихшего рядом Тэ, и коснулся его ладони. Тэхен обхватил его руку в ответ, и их пальцы крепко сплелись. Младший на это слегка по-доброму ухмыльнулся и посмотрел в глаза напротив, не понимая, что именно в них. – Я отойду, – прочистил горло Ким и встал из-за стола в сторону выхода. Чонгук до последнего смотрел ему в спину, провожая, затем тяжело вздохнул и взял шпажку с нанизанной обжаренной свининой, которая пахла, как самое настоящее чудо земли. Так, он слушал все рассказы за столом и молча поедал еду, успевая поглядывать на дверь. После второй порции Чон взглянул на экран своего телефона, который показывал 23:22, и отметил, что парень до сих пор не вернулся, подозрительно задерживаясь. Гук написал ему короткое: «Где ты?» На что получил буквально через пару минут: «В туалете, мне плохо» Этого хватило, чтобы резко встать и вылететь в сторону уборной к нему, такому одинокому и родному. Гук чувствовал необходимость, обязанность и дикое желание быть сейчас с ним рядом, стать его поддержкой и крепким плечом в трудные времена. Он постучал в дверь туалета три раза и услышал щелчок замка, приглашающий парня внутрь с распростертыми объятиями. Чон приоткрывает дверь и захлопнул ее за собой, отмечая сразу же влажные следы на щеках Кима. Он пробежался глазами по его печальному, но все еще восхитительному лицу, и присел перед ним на корточки, накрывая колени парня своими ладонями. – Ну и чего ты скис? – тихо прозвучал его голос в успокаивающем тоне, пока он вытирал большим пальцем слезы с щек. Такой открытый перед ним, уютный, искренний. Живой. – Просто навалилось всё, – сипло ответил тот, теребя свой телефон в руках. – Устал морально, не хочется никуда выходить вообще. Чонгук внимательно выслушивал его и поглаживал колени массирующими движениями. – Давай ко мне поедем, ты отдохнешь от шума, – предложил он, нежно убирая волосы, падающие на глаза юноши. Тот молча кивнул и убрал салфетками все следы нервного срыва на лице. Чон терпеливо наблюдал и не наседал на него никакими вопросами или ненужными разговорами. Он прекрасно понимал Тэхена, не нужно даже просить о чем-либо.Я безумно хотел разделить с ним эту боль, что сидела внутри него. Я хотел одного – видеть слёзы его радости, по возможности. С таким трепетом относился к его комфорту, ко всему, что его окружало. Он тоже был нежен. Никогда не давил на меня, принимал таким, какой я есть. И, признаться честно, в нашу ночевку я готов был к тому, чтобы прижать его к себе, в грудную клетку запихнуть, в то место, куда мало кому удавалось зайти.
Уже в собственной квартире Чонгук лежал на его плече и смотрел вместе с ним весёлые видео в телефоне. Тэхён заметно расслабился у него в гостях, смеялся и шутил в ответ. Комната же была освещена приглушенным светом в виде ночника, что находился со стороны Тэхена. Чон обхватил талию парня рукой и крепче прижался всем телом, на что Тэ сразу обратил внимание и в ответ погладил ладонью его волосы. Гук испытывал лёгкое волнение. Ему действительно хорошо с ним, а хочется быть еще ближе, но так ли это взаимно. Его лицо становилось задумчивым с каждой секундой, без тени улыбки и озорства. Тэхён, как его настоящая родственная душа, сразу заметил странную перемену в настроении. – Всё хорошо? – спросил он, поставив на паузу очередное видео и вглядываясь в лицо юноши. – Да, – тихо ответил Гук, похлопывая его по животу. – Может спать? – предложил Тэхён, сразу получая в ответ согласие в виде угуканья. Ким отложил телефон на рядом стоящую тумбу и потянулся к светильнику, выключая его. Комната заполнилась сумрачной темнотой. Тэ улегся удобнее на правый бок лицом к хозяину этой квартиры. На пару минут мир будто подвис. Тишина поглотила все пространство. Они пялились друг на друга и молчали. Каждый думал о чём-то своем. Что-то оставалось между ними невыговоренное, было понятно любому дураку. – Завтра я уже поеду домой, время быстро летит, – зевнул Ким, выбирая для себя удобную позу для сна. Его взгляд снова приковало странное поведение Чонгука, которое вызывало одни вопросы. А вопросы без ответов он не любил. – Ты странный, скажи мне, что случилось, – настаивал Тэхён. По голосу он явно был настроен серьёзно. – Нет, всё правда нормально. – Чонгук, говори, – смотрел прямо в его глаза. – Я не уверен, стоит ли сказать, – замялся чон. – Я вообще не уверен, не обращай внимание, – вздохнул младший. – Мы не ляжем спать, пока ты не скажешь, – снова настоял Тэ. – Я упёртый, ты же знаешь. В комнате вновь воцарилась тишина. Чонгуку нужно было перевести дыхание, собраться с мыслями и сказать те самые слова, которые теплились в нем. Он впервые кому так в открытую признаётся в романтических чувствах. – Я, – начал он, слегка откашлявшись. – Я испытываю к тебе симпатию, самую настоящую. Гук опустил взгляд куда-то вниз, теребя в пальцах свое тёплое одеяло. – Ты нравишься мне, Тэхен. Вот и вся проблема, – закончил парень, слегка боязливо поднимая глаза на него. Того самого, который молчал и молчал. Ни одного слова, ни одного вздоха или какого другого признака жизни. Его сердце екнуло от этого. Тэхён сделал шумный и тяжелый вздох, поворачиваясь на спину. Его рука легла лоб, а глаза растерянно забегали по белому потолку. Он еще немного медлил, сглатывая вязкую слюну, и затем снова вздохнул. Этого было достаточно, чтобы понять, с какими мыслями он сейчас собирается. Абсолютно достаточно, чтобы ответ сам всплыл в голове Чонгука. – Ты же понимаешь, что, – подал он голос, обрывая фразу. – Что мы не сможем. Младший буквально слышал звуки своего разбивающегося на кусочки сердца в этот момент. – Я не рассчитываю, – приврал он, говоря уже тише, боясь позорно разрыдаться. Ким медленно убрал руку со лба и продолжил пялиться в потолок, собирая следующие слова воедино в голове. – Давай так, – начал он. – Мне действительно было хорошо. Благодаря тебе последние дни были для меня не такими ужасными. Я хорошо провёл время. Но…Понимаешь, мы живём не близко, да и этого времени мне не хватило, чтобы что-то понять. Чтобы понять, что именно я чувствую. На расстоянии любить я, увы, не умею. Так мои чувства не смогут развиться, – закончил свой монолог Тэхён и повернулся лицом к притихшему Чонгуку. – А как же все эти касания, объятия, хождения за ручки и прочие вещи? Да все друзья наши были уверены, что у нас взаимная симпатия, – искренне не понимал младший, обращая взгляд наполненный слезами от этой странной ситуации. – Чонгук, я не знаю, что именно они там себе думали, но мне просто было комфортно с тобой. Я с друзьями могу обниматься и брать их за ручку, я думал ты просто тактильный, – неуверенно ответил Ким, видя состояние парня. Он не хотел, чтобы так всё получилось и ему было дико неловко, и искренне жаль. – Прости меня, Гу. Прости пожалуйста. Я даже не думал, что это даст тебе какие-то надежды. Чон вытер свои слёзы и повернулся на спину, чтобы не видеть сияние глаз напротив. В голове был полный кавардак. Времени правда прошло не так много, но.. Друзья? Чёрт подери, какие друзья. – Я же говорил тебе. Тогда, на балконе. Я говорил, что подобные отношения не для меня. Стоило обсудить это с тобой конкретнее, прости, моя оплошность, – взволнованно продолжил смотреть на младшего, который не мог успокоить поток слёз и раздирающих мыслей. Гук поднялся с постели и пошел прямиком в туалет под Кимов взгляд полный сожаления. Он закрыл дверь на щеколду и уселся на стульчак, позволяя себе разрыдаться сильнее. Это внутри сжирало его. Успокоиться было выше его сил. Ким его не трогал, понимал, что не стоит. Юноша зарылся лицом в свои ладони и пытался плакать тише, чтобы не было так позорно от самого себя же. В голове вопрос: Как? Почему? Почему я? Так вот оно, какое чувство, когда тебя отшивает тот, кто безумно нравится тебе. Испытать это было тяжелым опытом для юноши. Чонгук немного успокоившись, повернул кран и умылся прохладной водой. В зеркале на него смотрел парень, опухший и покрасневший от слёз. В глазах будто ничего. Решившись, он открыл дверь и зашел обратно в комнату, где его терпеливо ждал Тэхён. Парень лег в постель, делая вид, что ничего не произошло, что только что не он рыдал, как сука. – Как я могу помочь тебе? Как мне успокоить тебя? – прошептал с надеждой Тэ, пытаясь всмотреться в лицо, которое скрывалось в темноте. – Никак. Я сам должен справиться со своими же чувствами, ты не виноват, – немного отстраненно ответил тот, не осмеливаясь взглянуть на рядом лежащего юношу. – Прости меня, пожалуйста, – снова повторил, как некую мантру. – Скажи, ты ведь собирался переехать. Неужели мы не смогли бы справить с этой преградой, если в основном дело в расстоянии. Может, есть какой-то шанс, – с надеждой в голосе спросил Чон, утыкаясь в свою подушку. – Чонгук, у меня не развились чувства. На расстоянии так подавно. Это не для меня, – отрезал парень, взъерошивая свои волосы. – Я не хотел делать тебе больно. Мне очень жаль. – Спокойной ночи, – перебил его младший и прикрыл свои глаза, пытаясь успокоить колотящееся сердце в груди и дрожь в теле. Они спали с разной тяжестью на душе. Гуку не хотелось верить, что это происходит с ним. Но жизнь не щадит. Теперь он точно в этом убедился. Чон долго крутился, пытался отвлечься телефоном, а в голове назойливое: «И как мы завтра будем?» Да никак. Трель будильника разбудила Чонгука первым. Он пытался открыть глаза, которые никак не поддавались ему. Сна было определенно мало после такого эмоционального разговора ночью. Тэ крепко спал, ему будто было абсолютно плевать на все звуки, на то, что нужно вставать и понемногу собирать вещи для его отъезда. Но как только будильник прозвенел еще раз, он все-таки открыл глаза и выключил его. Ким тоже совсем не выспался. Юноша зевнул и повернулся к Чону передом, пытаясь отчаянно проморгаться. Он снова зевнул и приблизился к парню, укладывая голову почти к нему на подушку и прижимаясь лбами вместе с ним. Гук оторопел, задержав на миг дыхание. Они смотрели друг на друга на таком ничтожном расстоянии. Чонгук решил для себя, что будет просто наслаждаться всеми моментами. Он не знает, правильное ли это решение, скорее нет. Но чувства были намного сильнее. Не хотелось как-то злиться на Тэ, наоборот, пригреть его бы, быть нежным хотя бы последние пару часов. Будильник зазвенел уже в третий раз. Теперь точно пора. Пока Ким собирал все вещи, они особо много не разговаривали. Обоим неловко. Старший все еще не понимал, как ему следует вести себя рядом с ним, но поглядывал, чтобы подметить любой скачок настроения на лице. Даже путь до аэропорта был молчаливым. Каждый смотрел в свое окно. Виды сменялись друг за другом. То шикарные высотки, то за ними расстилалась глушь. – Волнуюсь, как в первый раз, – подал голос Тэхён, посмотрев на максимально задумчивого Чонгука, который сидел на другой стороне сидения. Тот сразу очнулся и, не раздумывая, присел поближе, хватая его ладонь. – Дыши ровно, не переживай. Напишешь мне, как сядешь и как прилетишь, – нежно массировал он его костяшки, которые еще пару дней назад целовал под яркие улыбки, которые ему дарил Ким. – Обязательно, – махнул в ответ головой, делая выдох полной грудью. В салоне автомобиля была неловкая пауза. – Зачем утром ты лежал так со мной? Как мне понимать это? – отстраненно спросил Чонгук, не выпуская его руку. – Честно, я вообще не помню, что было утром. И тем более не помню, что тогда я чувствовал и о чем думал, – ответил Ким, осматривая расстроенного парня, который хватался за любую надежду. – Я спросонья был. Чон почувствовал себя полным идиотом, который на что-то рассчитывал, когда у человека вообще нет чувств. Лузер года – Чон грёбанный Чонгук. Ощущения по приезде были странные. Это теперь конец? Такая удивительная история может просто взять сейчас и закончиться? Даже в отчаянных смазливых романах иначе. Чонгук шёл послушно за парнем, рассматривая аэропорт, который прежде еще ни разу не видел. Не было возможности куда-то летать. Кто-то спешит на рейс, кто-то ожидает с цветами. Где-то семья стояла, их ожидал долгожданный отпуск. Кто-то же отчаянно пытался уехать в новую жизнь. В этом месте скопление большого количества эмоций людей, их мыслей. И здесь сегодня Чонгук оставляет свою настоящую влюбленность. – Ну, мне вот туда идти, – указал Тэхён прямо перед собой на зону таможенного контроля, смотря в последний раз в лицо младшего перед отлетом. – Хорошо, – кивнул ему тот, сжимая свои ладони. – Спасибо тебе за все, Чонгук. Правда. Ты мне важен как человек, как друг. Я бы не хотел отпускать тебя навсегда, понимаешь? Но тем не менее, приму любое твоё решение. И прости ещё раз, – Тэхён сделал шаг вперед и крепко сжал в своих тисках Чона. Они стояли так наверно несколько минут. И все те люди, которые куда-то торопились или просто шли, будто замерли на месте. Вообще весь мир замер. Гук зажмурился и прижал его к себе. Сердце улетало с ним, это точно. Он лично вручил ему, глупо, глупо, глупо. Но влюблённые = глупцы. Ему не говорили в детстве, что влюблённость может делать так больно. Но мы ли выбираем в кого влюбиться? Или все-таки это обычное стечение обстоятельств? Чонгук смотрел до последнего, как уходил Ким. Парень не сдвинулся с места ни на миллиметр. Как только дверь закрылась за ним, младший тут же сделал шаг назад. Отступить. Нужно отступить, черт бы побрал. Он смотрит вокруг себя, чувствует себя лишним. Это не его место. Почему он один. Почему такая пустота. Чон нашёл глазами выход и ринулся к нему.Как щас помню, когда меня накрыло в первый же раз. В автобусе. Я держался, как мог, но не вышло успокоить льющиеся наружу слезы прям там. Наверно, на меня смотрели и думали, что за дурак сидит и ноет. Тэхен тогда ещё немного писал мне, я его все также поддерживал и успокаивал. Он точно был благодарен мне. Но как же страшно было возвращаться в ту квартиру, где вся спальня пропахла им, моя одежда, в которой он спал, подушка, одеяло. Его духи были везде, они въелись в мой нос и разошлись внутри дальше, пробирались еще глубже. Я не сопротивлялся. Когда входная дверь захлопнулась за мной, тогда и почувствовал, что такое истерика. Я рыдал без остановки. Чувствовал, как моё сердце разрывалось на части снова и снова. Меня окутал дичайший страх, одиночество. Я лежал на его стороне и медленно, но верно погибал. В тот и последующий день мне не хотелось ничего. Я даже думал, что умираю. Возможно, слишком драматично звучит, но это так. Мне казалось, что вот так придет мой конец, я всеми частицами тела это ощущал.
Успокоить истерику было очень трудно, она посещала меня раза два на день. Страшно было заснуть, но когда я все-таки вырубался, то очнулся от подступившей тревоги. Медленно угасал, перебивался заваренной наспех лапшой и пивом. А по ночам вопил. Запах, запах, запах. Это сделало меня сумасшедшим. Инсанья на лицо.
Пол месяца я верно разлагался на кровати, но меня всячески поддерживал друг, за что я был ему искренне благодарен.
Правда, верю, что с Тэ все будет хорошо. В любом случае поддержу его во всем.
Тэхён очень переживал за мое состояние, винил себя во всем, а я запрещал ему делать это. Оправдывал его. Потом через месяц узнал от Хиджина, что он прогуливался со своим бывшим. Как друзья, ничего большего. Да и тот тип сам его пригласил. Вот тогда я начал злиться, но на что? Разве Тэ виновен в том, что чувствую Я? Не получалось отпустить свою влюблённость, и честно сказать, все еще не выходит. Но если он вдруг захочет написать мне снова, может что-то попросить - я не откажу. Больше не смогу. Я ни в чём ему не смогу отказать. Потому что это Ким чудесный Тэхён.
Лучше я не буду знать с кем он, чем занимается и что-то вроде того, поэтому оградил себя от этого.
В общем, стараюсь собирать себя по кусочкам, которые кровили невыносимо, и кровят до сих пор.
Больше не влюбляться с головой.
