Пустые слова
«Мама,
Я знаю, что эти слова могут показаться пустыми после стольких лет что мы не общались. Годы прошли, превратив наши жизни в отдельные, чужие друг другу истории. И я знаю, что во многом это моя вина. Не знаю, с чего начать. Больше двадцати лет потеряны, стёрты из жизни, бесполезно прошли с тех пор, как мы говорили. Двадцать лет обиды, боли и непонимания. Проклятое молчание...
Я помню ту ссору, как будто это было вчера. Обида, словно ядовитый плющ, обвилась вокруг моего сердца, заглушая все остальное. Чувство предательства сжирало меня изнутри, не давая покоя ни днем, ни ночью. Я воздвигла каменную стену между нами, высокую и неприступную, полагая, что так будет лучше для меня. Да, я всегда была эгоисткой.
Но время шло, и злость начала понемногу таять, сменяясь… сожалением. Сожалением о потерянных годах, о несбывшихся разговорах, об упущенной возможности быть рядом. Я жила с этой обидой, мама. Она была моим щитом, моим оправданием, моим адом, моей тюрьмой. Я таердила себе, что ты виновата, что ты должна была поступить иначе. Я тратила драгоценное время на гнев и утопала в своем желании мстить, вместо того чтобы протянуть руку.
И вот теперь, когда я узнала, что ты больна… что время утекает как песок сквозь пальцы… меня охватило невыносимое сожаление. Все мои обиды в миг показались такими ничтожными, такими глупыми по сравнению с тем, что я сейчас чувствую. Мама, я тебя совсем не знаю, ведь мы чужие друг другу!
Я осознала, что эти годы непонимания, годы молчания – это потерянные годы моей, то есть нашей жизни. Я так хотела бы повернуть время вспять, исправить ошибки. Мама, я знаю, что причинила тебе боль. Я знаю, что мой гнев и гордыня отравили наши отношения. За это я прошу прощения. Прости меня, пожалуйста, за все.
Я боялась приехать. Боялась увидеть тебя слабой и уязвимой. Боялась, что не смогу сдержать эмоции. Боялась, что мое присутствие причинит тебе еще больше боли. Я всегда была словно каменная и бесчувственная по отношению к тебе. Ведь я никогда не была ласковой доченькой как ты хотела.
Поэтому я пишу это письмо. Это мое запоздалое на двадцать чертовых лет признание, моя попытка хоть как-то загладить свою вину. Я хочу, чтобы ты знала, что я думаю о тебе, что я молюсь за тебя, что я люблю тебя, несмотря ни на что. Да, я люблю тебя, это первый раз что сказала это тебе! И наверное последний. Я не знаю что мне ещё сказать, понимаю что я безчувственная сволочь, и теперь уже поздно что-либо пытаться исправить.
Прощай, мама.
Твоя дочь Ирина.»
