Странный период моей жизни

— О чем задумался? — Адам негромко хмыкнул, смотря на Володю. Они оба имели привычку вставать рано и периодически собирались на кухне, чтобы вместе попить кофе и позавтракать, пока не проснулись все остальные. И вот теперь Володя сидел, подперев щеку кулаком и как-то лениво ковырялся в тарелке со своей яичницей, превращая ее в мелкие кусочки, как будто бы мыслями он был где-то совсем далеко. Услышав этот вопрос, Володя слегка встрепенулся и немного виновато посмотрел на Новака. — Прости. Я и правда задумался, — он как-то невесело усмехнулся, слегка прикусывая губу. — Что-то случилось? С Женей снова поругались? — осторожно спросил Адам, отпивая немного кофе из своей кружки. — Да нет, нет, — Володя слегка улыбнулся и покачал головой. — У нас с Женей все очень хорошо, правда, — он, наконец, отправил себе в рот вилку с яичницей. — Я просто очень переживаю из-за сессии. Я зимнюю-то с трудом сдал. Каждый раз сессия дается мне все сложнее, хотя, казалось бы, должно быть наоборот, — Володя тихо вздохнул и потер ладонью затылок, слегка растрепывая свои волосы. — А нам ведь с Женей всего год осталось отучиться. Будет очень обидно завалиться практически в конце. Да и Женя очень сильно расстроится. Никак не могу перестать об этом думать, — он снова вздохнул, даже как-то немного жалобно посмотрел на Адама, как будто надеялся, что друг за секунду найдет решение всех его проблем. — Слушай, ну, — немного неуверенно начал Новак, — ты ведь всегда справлялся, ведь так? — Так, конечно. Но последние две сессии мне, откровенно говоря, натягивали оценку чисто из жалости. Боюсь, что однажды моим преподавателям надоест тянуть меня просто потому, что я правда очень стараюсь, просто не всегда все получается, — Володя повел плечами. — Я не боюсь пойти в армию, просто знаю, что это очень разочарует Женю. Да и мне не очень хотелось бы оставлять его совсем одного. У него не самые лучшие отношения с его одногруппниками. — Володь, я понимаю, что у вас с Женей большая любовь, — постарался как можно мягче сказать Адам, — но тебе хотя бы иногда стоит думать не только о том, чего Женя хочет, что Женю порадует, а что расстроит или разозлит. Чего хочешь ты сам? Извини, но ты не выглядишь как человек, которого так уж и тянет к учебе, — Новак усмехнулся и снова выпил немного кофе. — Может, ты и прав, — Володя с некоторой тоской посмотрел на Адама. — Но я так не могу. Он для меня правда очень важен, и мы давно договорились о том, каких целей мы хотим добиться, к чему мы вместе хотим идти. Женя тоже во многом подстраивается под меня. Правда, Адам, — даже с некоторым укором сказал Володя, наткнувшись на довольно скептичный взгляд Новака. — Я хочу получить высшее образование, пойти работать детским тренером. Кто меня без образования к детям-то подпустит? Просто я не думал, что учеба будет даваться настолько тяжело. — Но ты же не будешь отрицать, что она не приносит тебе никакого удовольствия? — Адам немного грустно улыбнулся, когда Володя кивнул в ответ. — Знаешь что, я собираюсь отчисляться. Мне надоело, правда. Не хочу я быть юристом, как папа и как брат. При всем моем к ним уважении. Я хочу писать музыку и выступать со своей группой. Я вижу себя только в этом, пусть хоть из семьи меня вычеркивают и стирают везде мое имя, — Новак фыркнул. — Ты бы все-таки тоже подумал об этом. Вдруг, как только ты начнешь копаться в себе, ты поймешь, что и твоя душа тянется совсем не к тому, что ты делаешь сейчас. Может, мой пример вдохновит тебя, мм? — Адам подмигнул. — Вдохновит на что? Увлекшись беседой, Адам и Володя даже не заметили, как тихо открылась дверь, и на кухне появился Евгений. Он несколько раз с интересом перевел взгляд с Володи на Адама и прошел на кухню. Убедившись, что в чайнике достаточно воды, он щелкнул выключателем и, открыв шкафчик, стал выбирать, какой из своих многочисленных чаев хочет именно сейчас. Володя сразу поднялся и нежно поцеловал Женю в щеку, ласково погладив по пояснице. — Будешь яичницу? — тихо предложил он, взглянув на Евгения. — Буду, львенок, — Женя чмокнул Володю в нос и переключился на заваривание чая. Надеясь, что они больше не вернутся к этому вопросу, Володя достал из холодильника яйца и молоко и занялся готовкой. Решив, что сейчас самый лучший момент для того, чтобы тихо удалиться и оставить двух голубков наедине друг с другом, Адам аккуратно отодвинул от стола свой стул. — Так на что ты собрался вдохновлять Володю? — залив кипяток в чайник, уже куда более настойчиво спросил Женя и обернулся на Новака. Тем самым отрубая ему все пути к отступлению. Адам как-то неловко посмотрел на спину Володи, который занимался завтраком для Евгения, после перевел взгляд на Женю. Несмотря на то, что Евгений, как казалось, встал в относительно неплохом расположении духа, Новак-младший инстинктивно чувствовал, что огребет по первое число. — Ну, мы обсуждали то, что у Володи есть небольшие проблемы с учебой, — постарался как можно аккуратнее начать Адам, как будто бы прощупывая почву и боясь в следующую секунду провалиться в зыбучие пески. — Я сказал, что собираюсь вот-вот отчисляться. Подумал, может, Володе тоже стоит поразмыслить об этом. Ну, если у него совсем не складывается. Заметив, как губы Жени поджались и сощурились глаза, Новак невольно даже обернулся на дверь. Как будто бы пытался прикинуть путь к отступлению, если прямо сейчас получит по голове кипящим чайником. Не то чтобы в стиле Жени было избивать кого-то, обычно за него всем прилетало от Володи, но почему-то именно сейчас ситуация показалась Адаму крайне опасной. — Адам, — холодно начал Евгений, буквально вперив в Новака очень внимательный и злой взгляд. — Я очень люблю тебя. И я рад, что ты нашел себя в жизни. Но, знаешь, вместо того, чтобы сбивать Володю, ты бы мог просто сказать ему, что у него все получится. А не говорить ему, что он может все бросить из-за малейшей трудности. — Прости, — Адам очень смущенно отвел взгляд, не в силах выдержать полный ярости взгляд изумрудных глаз. Наверное, Женя и в самом деле был прав. Ему даже в голову не пришло поддержать Володю, сказать ему каких-то добрых слов. Видимо, он не такой хороший друг, каким хотел бы быть. Напротив, он стал убеждать друга сдаться и забить на все, к чему он стремился. — И ты извини, Володь. Ты обязательно все сдашь, — все еще немного сконфуженный, Новак решил все же покинуть кухню. — Жень, ты с ним как-то слишком жестоко, — с тихим вздохом Володя поставил на стол тарелку с яичницей, чашку и заварочный чайник. Он повернулся к Евгению и очень ласково коснулся пальцами его плеча, стараясь успокоить. Судя по виду Жени, он все еще готов был рвать и метать, а Володе как-то не слишком хотелось попасть под горячую руку и получить за то, в чем по сути он даже не был виноват. — Володь, жестоко говорить тебе, чтобы ты сдавался, — Женя негромко фыркнул и устроился за столом, взяв в руки чашку чая. Некоторое время они оба помолчали. Володя старался лишний раз не лезть к толком не успокоившемуся Евгению, а тот явно пребывал в своих мыслях. Немного подув на чай, Женя сделал небольшой глоток и поднял на Володю взгляд. — Скажи, ты уже думал об этом? — он довольно спокойно смотрел на Володю, ожидая от того ответ. — Думал, конечно, — даже не собираясь отрицать, ответил Володя. — Но я ни разу даже близко не был к тому, чтобы забрать документы и все бросить. Да, мне сложно, Жень, но я каждый раз вспоминаю, ради чего все это. И продолжаю добиваться наших с тобой целей. Мне могут говорить и советовать что угодно, но пока ты меня поддерживаешь, для меня все это ничего не значит, — Володя мягко взял Женю за руку и очень нежно поцеловал тыльную сторону его ладони. К счастью, Евгений, видимо, был не слишком настроен ссориться этим утром. Так что он просто мягко улыбнулся от поцелуя и чуть сильнее сжал руку Володи, с нежностью посмотрев на него. — Я всегда буду тебя поддерживать, львенок, — ласково сказал Женя. Он поднес ладонь Володи к своему лицу и неторопливо потерся щекой. Володя с теплотой улыбнулся в ответ и, подавшись чуть вперед, легко коснулся губами скулы Евгения. — Ой. Простите, что помешал, — увлеченные друг другом, Володя и Женя даже немного вздрогнули, когда услышали этот голос и звук закрывающейся двери. — Ты нам не помешал, Сереж, — Женя взглянул на Разумовского. Даже не подумав расцепить руки, они с Володей просто положили ладони на край стола. Судя по всему, Сережа только недавно проснулся и пока даже не утрудил себя тем, чтобы расчесать длинные непослушные волосы. Как будто в подтверждение, Сергей зевнул, прикрывая рот руками, а потом потер щеки ладонями, слегка тряхнув головой. — Но вот зайди ты на пару минут позже… — Евгений слегка сощурился и тихо хмыкнул. — Фу! — Сережа тихо рассмеялся. — Я не очень хочу представлять, чем бы вы тут занялись через пару минут. — Но представил? — Володя хмыкнул, смотря на Сережу. — Но представил, — Разумовский наигранно тяжело вздохнул и тут же снова рассмеялся. — Извращенцы, — совершенно беззлобно сказал он, пытаясь смотреть с укором. Но подрагивающие от попытки сдержать смех губы явно выдавали, что Сергея все это тоже очень веселит. — Мы еще на вас с Олегом в следующем семестре посмотрим, — Женя погрозил пальцем, и все трое в следующее мгновение вновь рассмеялись. — Назло вам будем вести себя очень прилично, — Сережа хмыкнул и, пройдя на кухню, поставил завариваться кофе. Он открыл шкафчики и холодильник, смотря, что у них с Алтаном осталось. Выбрав, что будет готовить на завтрак, он занялся сэндвичами. Когда все было готово, Разумовский немного покопался в шкафах с посудой и выудил большой поднос. Кому он принадлежал — никто уже не помнил. Так что оставленное кем-то из предыдущих жильцов имущество было принято считать общим. Сережа поставил на поднос две чашки кофе и две тарелки. — Это чем же змейка заслужил целый завтрак в постель? — Володя хмыкнул, наблюдая за Сергеем, слегка вскинув бровь. — Да ничем, — Сережа повел плечами. — Просто хочется сделать для него что-то приятное. Немного подумав, он добавил на поднос несколько кусков хлеба и банку шоколадной пасты. Решив, что этого будет достаточно, Сергей взял в руки поднос и направился с ним к двери. — Спасибо, — он кивнул с легкой улыбкой, когда Володя поднялся, чтобы открыть ему дверь. Когда за Разумовским закрылась дверь кухни, Женя и Володя многозначительно переглянулись. Володя вернулся обратно за стол и снова взял Женю за руку, нежно поцеловав его тонкие пальцы. — Как думаешь, — немного задумчиво начал Евгений и слегка прикусил губу, словно размышляя, точно ли он хочет продолжить. — Сережа изменяет своему Олегу со змейкой? — Нет, конечно, — даже не задумавшись, ответил Володя. Впрочем, и он тоже понимал, что такие романтические жесты не часто делают для друзей. Даже для лучших. В конце концов, ему самому бы не пришло в голову нести завтрак в постель Адаму, как бы хорошо они ни общались. — Не знаю, Жень, — все же добавил он и негромко вздохнул. — Мне кажется, он не такой. Он всегда говорит об Олеге с такой любовью, — Володя неопределенно пожал плечами. — Думаю, они с Алтаном просто очень близкие друзья. Сережа локтем нажал на ручку двери в их комнату и слегка толкнул ее плечом. Он улыбнулся, увидев, что Алтан только недавно проснулся и теперь просто нежится на подушках, сонно щурясь. Одеяло сползло чуть ниже поясницы, и Разумовский невольно немного залип на изящный изгиб спины. И на то, что ниже. Алтан что-то сонно мурлыкнул и обернулся на Сережу, тут же почти что просияв улыбкой. — Доброе утро, змейка, — ласково произнес Сережа и, пройдя в комнату, поставил поднос на тумбочку у постели Дагбаева. Сам он присел на край постели и, не отказывая себе в удовольствии, медленно провел самыми кончиками пальцев по позвоночнику Алтана. Тот лишь лукаво улыбнулся Сереже, довольно вздохнув. — Доброе, — Дагбаев сел на постели, откидывая назад косу. Один раз Сережа попросил Алтана оставить на ночь распущенные волосы. Но после того, как всю ночь он путался в этой роскошной копне, бесконечно смахивал ее с лица и пытался спать так, чтобы случайно не потянуть Дагбаева за волосы, больше на этом не настаивал. — Пахнет божественно, — с довольной улыбкой Алтан потянулся за чашкой кофе. — Старался для тебя, — Разумовский слегка улыбнулся и взял себе один сэндвич, с удовольствием сразу откусывая большой кусок. — Спасибо. Мне очень приятно, — Алтан отставил чашку на тумбочку и взял свой сэндвич. Некоторое время они оба были заняты своим завтраком. Сережа, попивая кофе, с легкой улыбкой наблюдал за тем, как Алтан с большим аппетитом и крайне довольным видом уплетает свой сэндвич. Невольно ему подумалось, что в самом начале их общения едва ли можно было представить такую милую и умиротворяющую картину. Уж точно первое время ему больше хотелось вылить на Дагбаева кофе и уткнуть его самодовольное лицо в свой завтрак, как следует размазав все по идеальной мраморной коже. Теперь же Алтан вызывал у него исключительно самые теплые чувства. А уж когда его сосед стал, наконец, показывать не только свои сильные стороны, но и осмелился показать свою ранимость, Сереже и вовсе стало хотеться обнимать его и защищать от всего мира. Впрочем, милым Алтан был, пожалуй, с очень ограниченным количеством людей. На остальных Дагбаев смотрел так, что у кого-то вряд ли бы могла проскочить мысль о том, что Алтан бывает очень ласковым, словно домашний котенок. — Ты ложку забыл, — Алтан рассмеялся, вырывая Сережу из его размышлений. — Черт. Прости, — Разумовский немного виновато улыбнулся, смотря на Дагбаева, который держал в руке открытую банку с пастой. — Думаю, я могу тебе с этим помочь. Сережа окунул палец в пасту и поднес его к губам Алтана. Даже не подумав отшатываться и возражать, Дагбаев вобрал палец в рот и тщательно слизывая с его пасту, поднял на Сергея взгляд. Разумовский тихо хмыкнул, наблюдая за этим. — Ты очень красивый, змейка, — мягко произнес он, свободной рукой погладив Алтана по щеке. — Спасибо, — Дагбаев чуть улыбнулся и медленно облизал губы. — Так вкуснее, кстати, — он вновь звонко рассмеялся. — Вот как? — Разумовский ухмыльнулся, слегка наклонив голову. — Надо будет взять на заметку для нового ролика, как считаешь, змейка-сладкоежка? — Думаю, звучит просто отлично. Сделаем тебе шоколадное обертывание, а потом я все уберу, — они оба рассмеялись, только представляя себе такую картину. — Кстати о роликах, — Разумовский допил свой кофе и отставил кружку обратно на поднос. — Представляешь, уже даже первое видео очень хорошо зашло. Так что совсем скоро у нас с тобой точно все наладится, — Сережа улыбнулся и погладил Алтана по волосам. — Здорово, — Дагбаев немного смущенно улыбнулся. — Не знаю, рад я или нет, что нас смотрит много людей, — он тихо усмехнулся. — Давай радоваться, раз уж мы осознанно решили всем этим заниматься, — Сережа чуть улыбнулся, и Алтан кивнул ему в ответ. — Какие у тебя планы на сегодня? — Да особенно никаких, — Дагбаев пожал плечами. — Ну, разве что Адам позвал попить с ним кофе, если у меня будет время, но я пока ему так и не ответил. — Это свидание, змейка? — Сережа намеренно нелепо игриво подвигал бровями, с интересом смотря на своего соседа. — Нет, — кажется, Алтан даже немного растерялся, услышав такой вопрос. — Я сказал ему, что я сейчас не то чтобы заинтересован в отношениях. Так что если мы и встретимся, то просто как друзья. — Это из-за видео? — Разумовский немного обеспокоенно посмотрел на Алтана. В конце концов, ему совершенно не хотелось, чтобы Дагбаев поставил крест на личной жизни из-за того, чем они занимаются. Конечно, в перспективе этот сулило очень хорошими деньгами, но позаботиться об Алтане и его комфорте для Сергея было гораздо важнее. А придумать, как еще заработать, всегда возможно. — Вовсе нет, Сереж. Правда, — Дагбаев мягко коснулся пальцами руки Сергея. — Просто… — он немного задумался, подбирая слова. — Знаешь, он очень хороший, приятный, добрый, но я вообще не вижу его своим парнем. Да и в принципе, если честно, я сейчас на учебе и на сессии сосредоточен гораздо больше, чем на отношениях, — он усмехнулся. — Если бы я действительно сам хотел завести отношения, я бы, может, и дал ему шанс, но не сейчас. Так что я решил сразу честно все обозначить, чтобы не давать ему ложную надежду. — Какой же ты хороший, змейка, — Сережа улыбнулся даже несколько растроганно, с умилением смотря на Алтана. — Но на «не свидание» ты все же сходи. Не все ж тебе со мной рядом валяться и кино смотреть, — он хмыкнул. — Я подумаю, — Дагбаев улыбнулся в ответ.

***

— Я очень рад, что ты согласился, — с видимым облегчением произнес Адам и поднялся со скамейки, когда Алтан подошел к нему. — Да ладно тебе, — Дагбаев улыбнулся, поравнявшись с Новаком. После небольшой неловкой паузы, он все же слегка приобнял Адама, мягко погладив его по спине. — Долго меня ждешь? — Нет, только недавно пришел, — Новак повел плечами. Разумно решив скрыть от Алтана тот факт, что вообще-то уже полчаса сидит на этой лавочке и каждую минуту нервно проверяет телефон, боясь увидеть от Дагбаева сообщение о том, что он передумал приходить. Несмотря на то, что Алтан очень явно дал понять, что не заинтересован в чем-то большем, чем дружба, Новак все равно испытывал перед ним большой трепет и пока никак не мог в себе это перебороть. Впрочем, пообещал себе стараться как можно дольше это скрывать, чтобы не ставить Дагбаева в неловкое положение. — Ну что, давай я угощу тебя кофе, и мы пойдем в парк прогуляемся? На мой взгляд, сегодня очень хорошая погода. — Мне тоже нравится, — Алтан подбадривающе улыбнулся Новаку. — Так что пойдем за кофе и гулять. Хоть Алтан и чувствовал себя при этом немного странно, но все же он позволил Адаму заплатить за его кофе. Иллюзий о том, что младший Новак по щелчку пальцев перестанет думать о нем в романтическом ключе, Дагбаев не питал. И, хоть он не совсем это приветствовал, но все-таки смущать или даже обижать Адама постоянными отказами в каких-то мелочах и бесконечным расставлением четких границ между ними Алтану не слишком хотелось. Во всяком случае, Адам явно был в разы приятнее своего старшего брата, и к нему искренне хотелось относиться по-доброму. Забрав свои стаканы с кофе, Адам и Алтан зашли в парк, и Дагбаев с нескрываемым удовольствием втянул носом свежий прохладный воздух, восхитительно пахнущий растениями. — Любишь парки? — спросил Новак, заметив, как Алтан довольно щурится. — Безумно, если честно, — Дагбаев слегка улыбнулся. — Я вообще природу очень люблю. У меня даже в общежитии куча горшков с цветами, — хмыкнул он. — Они меня очень радуют. Мне комфортно, когда вокруг много зеленого. — Завидую твоей дисциплине, — Адам усмехнулся. — Я пару раз из интереса пытался что-то вырастить, но у меня вообще ничего не получалось. А в горшках растения быстро дохли. Видимо, я слишком рассеянный и безответственный, и мне просто нельзя доверять что-то живое. — Ты разбиваешь мне сердце, убийца цветов, — Дагбаев сразу рассмеялся, показывая, что это просто шутка. — Я часто выхаживаю за другими погибающие растения. В общежитии тоже успел несколько штук забрать в нашу комнату. Наверное, мои близкие очень рады, что я так сильно люблю цветы, а не каких-нибудь котят или щеночков. Все же еще один горшок в доме явно легче пережить, чем очередное подобранное на улице животное, — он тихо хмыкнул и отпил немного кофе. — Наверное, у тебя дома целый ботанический сад? — осторожно спросил Новак, надеясь, что не затрагивает что-то слишком личное. — Так и есть, — Алтан улыбнулся, поводя плечами. — Я сказал, что придушу всех голыми руками, если хотя бы с одним цветком что-то случится, пока я в Москве. А я их все помню. — Охотно верю, — Адам тихо хмыкнул. Он сделал глоток кофе и несколько нервным жестом пригладил светлые волосы. — Наверное, ты сейчас много готовишься к сессии? — Ну да. Не хочу слететь со стипендии. Может, даже на повышенную сдам, — Дагбаев выпил еще кофе. — Волнуюсь сильно меньше, чем перед зимней, но все равно немного страшно. Говорят, на первом курсе вылетает больше всего студентов. — Уверен, к тебе это не имеет никакого отношения, — Адам еле сдержал порыв взять Алтана за руку. — Ты очень умный, так что обязательно все сдашь. — Спасибо. Надеюсь на это, — Дагбаев тактично проигнорировал небольшую неловкость и улыбнулся. — А у тебя как с учебой? — Да никак, если честно, — Новак повел плечами. — Я бросаю. Думаю, даже не буду пытаться сдавать экзамены. Все равно я уже своего решения не поменяю. Так что не буду ждать, пока меня отчислят, а просто в ближайшее время заберу документы сам. Сегодня утром, кстати, чуть не получил по лицу от Жени, когда говорил Володе, что он может сделать то же самое, если ему слишком сложно. — О да, Женя в гневе — настоящее чудовище, — Алтан хмыкнул. Еще пару раз им с Сережей доводилось увидеть, как себя ведет Евгений, когда кто-то его буквально раздраконил, и оба пришли к выводу, что совершенно точно не хотят стать объектами его недовольства. — Чем будешь заниматься? Наверное, музыкой? — Я настолько предсказуемый? — Адам смущенно улыбнулся и сделал еще пару глотков из своего стакана. — Да нет, почему? — Алтан чуть вскинул бровь. — Просто мы еще на концерте поняли, что музыка — это то, чем ты по-настоящему горишь, что ты любишь. Вот и предположил, что ты займешься именно этим. — На самом деле, да, — Новак мельком посмотрел на своего собеседника. — У меня в группе уже давно никто не учится. В последнее время стало особенно хорошо понятно, что нормальную учебу и занятие музыкой всерьез сочетать просто не удастся. Я очень просто сделал свой выбор. Из нас двоих на своем месте только Альберт. Меня никогда не привлекала юриспруденция. А вот музыка — очень даже. Брат на удивление спокойно все это воспринял. — Надеюсь, меня к нему не подселят, когда Сережа с Олегом съедутся в следующем году. Без обид, но у меня с ним отношения не такие хорошие, как у тебя, — Алтан посмотрел на Адама, и тот лишь понимающе улыбнулся ему, явно даже не думая пускаться в рассуждения о том, что Новак-старший не так уж и плох и даже в нем можно найти хоть какие-то положительные черты. — А у тебя обязательно все получится. Уверен, просто не может не получиться, когда ты занимаешься любимым делом, а не тем, чем тебя заставляют, — невольно Дагбаев весьма невесело усмехнулся, понимая, что однажды его все равно вынудят оказаться там, где он не хочет. Семейный бизнес, чтоб его. — Значит, заранее приглашаю тебя на все свои концерты, — Адам тихо хмыкнул, взглянув на Алтана. — Обещаю приходить каждый раз, как только будет возможность, — Дагбаев улыбнулся и мягко погладил Адама по плечу. После чего они неспешно побрели дальше в парк.