Странный период моей жизни

Володя слегка улыбнулся, когда дверь палаты открылась, и к нему зашел Женя. Этой ночью у него случился приступ такой страшной боли, что он проснулся с криком. И, несмотря на все заверения, что надо только немного подождать — и все непременно пройдет и станет хорошо, Женя настоял на вызове скорой помощи. Евгений порывался поехать вместе с ним в больницу, но бригада врачей — не без труда — отговорила его от этого. Основным аргументом стало то, что Володю все равно явно положат в больницу для дополнительных обследований, а Жене никто остаться не позволит. Даже ночевать в коридоре. Хотя Володе, вне всяких сомнений, было очень приятно, что Женя был на это готов ради него. И теперь Женя выглядел так, словно уже какое-то время дежурил в больнице, ожидая начала приемных часов, чтобы без промедлений пройти в нужную ему палату. — Ну как ты себя чувствуешь, львенок? — Евгений прошел в палату, стараясь на всякий случай говорить потише. — Все нормально, бабочка моя, — Володя с нежностью посмотрел на Женю. — Я принес тебе вещи. И фрукты, твои любимые, — Евгений выложил пакет с фруктами на тумбочку, а пакет с вещами поставил рядом с ней. — Спасибо большое, — Володя похлопал по постели рядом с собой. — Иди ко мне. — У тебя тут есть соседи? — Женя аккуратно присел на край постели. Он взял руку Володи в свою и очень нежно погладил тыльную сторону его ладони. Несмотря на то, что Евгений очень старался внешне оставаться полностью спокойным, Володя прекрасно видел, как тот волнуется. И это казалось ему очень трогательным. — Нет, один тут отдыхаю, — он постарался разрядить обстановку. — Дурак, — Женя покачал головой. — Зато твой дурак, — Володя не сдержал улыбку. Евгений пододвинулся поближе. Он склонился и ненадолго прижался губами ко лбу Володи, прикрывая глаза. Ночь он почти не спал. Несмотря на то, что у него были легкие успокоительные таблетки, они были бессильны перед тем стрессом, который пережил Женя этой ночью. Он даже честно пытался отдохнуть, как и обещала Володе перед тем, как дверь скорой помощи закрылась перед его носом. Но сон не шел. Вместо того, чтобы поспать, Евгений ворочался и беспрестанно думал о том, как там Володя. Помогли ли ему. Смогли ли хоть немного облегчить его боль. Или просто положили в палату и оставили его до утра ждать прихода врачей на смену. К государственной медицине Женя относился, мягко говоря, недоверчиво. После того, как его самого несколько раз чуть не угробили, поставив неверный диагноз или попросту сказав, что все его болезни в голове и вообще полная ерунда, Евгений считал, что сам лично лучше умрет, чем вызовет скорую помощь. Но этой ночью он почувствовал себя совершенно бессильным в безвыходном положении. Он ничего не мог сделать для явно страдающего Володи, и ему пришлось набрать несчастное 103 и надеяться, что его львенка не добьют дежурные врачи в больнице. — Зато мой, — Женя поцеловал Володю в кончик носа и поочередно коснулся губами каждой скулы. — А теперь скажи честно, как ты себя чувствуешь. — Ну, не очень хорошо, — сдался Володя. В целом он уже давно не сомневался в том, что Евгений научился видеть его насквозь. — Голова все еще болит. На обезболивающих, конечно, полегче, но до конца боль не проходит, — он вздохнул. Давала знать о себе старая травма. Однажды, когда он занимался серфингом, его слишком сильно закрутило волной, он ушел под воду и ударился головой о камень. Ужасное стечение обстоятельств. В принципе, ему очень повезло, что он вообще выжил. Но иногда Володе очень сильно хотелось, чтобы он этого не пережил. Например, как в эту ночь. С тех пор, как он заработал себе травму на всю жизнь, его периодически мучали страшные мигрени и он чувствовал мельчайшее изменение погоды. Обычно все решалось таблетками. Да, иногда таблеток, даже самых сильных, нужно было больше, чем две или даже три, но все же они спасали. Но самым страшным для него и Жени были приступы, во время которых Володя просто сворачивался, выл и скулил от боли и хотел только того, чтобы окружающий его мир перестал существовать, лишь бы он не испытывал эти отвратительные ощущения. Ему казалось, что по его вискам колотят кувалдами, каждый вздох откликался безумной болью, а малейший шум практически разрывал ему голову. И, несмотря на то, что он пережил уже несколько таких приступов, пока ни один врач не смог придумать, что с этим делать. Его стабильно несколько дней держали в больнице, проводили обследования, обкалывали обезболивающим и отпускали ни с чем. Даже воспитанный Евгений называл это «диагноз: да хуй его знает что». И в целом Володя с грустью осознавал, что полностью с ним солидарен. — В этот раз сказали что-то новое, львенок? — Женя тихо вздохнул. Другого он и не ожидал, хотя, конечно, ему очень хотелось, чтобы однажды случилось чудо и для Володи нашли подходящую терапию. К сожалению, на частных специалистов они еще не заработали. Но Евгению очень хотелось верить, что в ближайшем будущем они смогут позволить себе подходящего специалиста, который, наконец, скажет, как справляться с этими приступами без больницы. А еще лучше — предупреждать их. Должна же была быть хоть какая-то профилактика. — Нет, — Володя невольно тоже вздохнул. — Сказали, что сделают МРТ, ЭЭГ, понаблюдают за состоянием. В общем, все как всегда, — он пожал плечами. — Подержат тут несколько дней и отпустят. Но хотя бы тут есть хорошие обезболивающие и мне их колют по первой просьба, — он постарался улыбнуться. — Львенок, если тебе так надо колоть обезболивающие, я готов научиться делать уколы, — Женя тоже постарался улыбнуться. Но улыбка вышла какой-то слишком уж грустной. — Жень, — Володя слегка сжал пальцы Евгения в своей руке. — Прости, пожалуйста, что я так напугал тебя. Я не хотел. — Стукнуть бы тебя, Володь, — Женя с неподдельным осуждением посмотрел на Володю. — Я знаю, что ты не хотел меня пугать. И ты не должен передо мной извиняться, — твердо произнес он. — Послушай, львенок, — он внимательно посмотрел своему парню в глаза, — мы вместе со всем этим справимся. Я рядом с тобой, и сделаю для тебя все, что смогу. — Спасибо, бабочка моя, — Володя даже не подумал скрывать растроганную улыбку. Он нисколько не сомневался в том, что у него с Женей действительно крепкие отношения. Что они всегда есть друг у друга, всегда поддержат, помогут. Но каждый раз видеть этому подтверждение было бесценно. — Тебе нужно что-то принести? Я все равно приду в вечерние часы посещения, — Женя снова склонился и нежно поцеловал Володю в губы. — Ну, мою читалку, наверное. Буду книжки читать, если голова позволит, — сперва Володе хотелось сказать, что ему ничего не надо. И вообще Женя не должен торчать у него по полдня. Но он слишком хорошо знал свою бабочку, чтобы понимать, что никакие аргументы на него не подействуют. И, если Евгений решил приходить к нему каждый раз в часы посещений, то он будет это делать. Возможно, стоило договориться с друзьями, чтобы некоторые визиты они взяли на себя. Все-таки Жене надо было учиться. Да и отдыхать тоже было необходимо. — Уже положил. Вместе со всеми зарядками, так что буду ждать, что ты всегда будешь на связи, — Женя хмыкнул. — Жень, с тобой — всегда буду, — очень серьезно произнес Володя, поглаживая пальцы Евгения.

***

— Волч, ну ты чего? — сонно пробормотал Сережа. Он как мог ловил ускользающий сон, но Олег под его боком весь вертелся и постоянно пихал его, что-то невнятно бормоча. Сергей тихо вздохнул и открыл глаза, поворачиваясь к Волкову. Тот в очередной раз резко дернулся, очень жалобно простонав, и чуть не заехал Сереже по лицу. — Волч… — Разумовский удобнее устроился и мягко потряс Олега за плечо. Как ни странно, это не подействовало на обычно очень чутко спящего Олега. Сережа сел на их импровизированной двуспальной постели, сдвинутой из двух обычных кроватей, и потряс посильнее. — Мм? — наконец, Волков проснулся. Он непонимающе посмотрел на сидящего рядом Сергея. — Что такое? — Ты весь крутишься, — Сережа тихо вздохнул. — Плохие сны? — Извини, — Олег сел рядом. Он мазнул губами по плечу Сережи и поцеловал его в шею. После чего потер лицо ладонями и тихо вздохнул. Его действительно уже какое-то время мучили плохие сны. Но он надеялся, что хотя бы не вертится во сне, пиная Сергея. Пожалуй, беспокойный сон был минусом их обоих. С которым они, конечно, оба мирились. Но не переставали приобретать случайные синяки из-за того, что кто-то из них в очередной раз вертелся как ужаленный. — Хочешь, пойдем на кухню покурим? — предложил Сережа. К счастью, со своими соседями они жили в полном взаимопонимании. И никто никому не запрещал курить на кухне. Главное — как следует проветривать. — Да, пойдем, — Олег слегка кивнул. Они оделись и неторопливо поползли на кухню. Сергей щелкнул рычажком на чайнике, чтобы вскипятить воду, а Олег отошел к окну. Он с некоторым сожалением посмотрел на мерзлявого Сережу, но все же открыл окно. Подтянув к себе пачку сигарет, Волков достал одну, привычно ловко подкурил и глубоко затянулся. Разумовский поставил перед ним чистую пепельницу, после чего достал две кружки, чтобы заварить чай. Он решил покопаться в запасах Алтана. Тот явно был бы не против, а его ароматные чаи всегда очень хорошо согревали. Кажется, им предстоял серьезный разговор. Олег очень надеялся, что до этого не дойдет. Но, похоже, его кошмары все же вышли из-под его контроля. Да и в целом он не привык что-то скрывать от Сергея. Как бы ему ни хотелось уберечь Сережу от всех проблем этого мира, они все же привыкли со всем справляться рука об руку. Разумовский, который хорошо его знал, давал ему спокойно выкурить сигарету. Пока Волков неспешно затягивался и выдыхал через нос дым, он заваривал чай. На всякий случай Сережа достал печенье и баранки — обычно у них всегда водилось что-то к чаю, если вдруг захочется посидеть в приятной компании и пообщаться. Олег затушил сигарету в пепельнице, закрыл окно и сел за стол, подтягивая к себе чашку. Сережа сел напротив него и сделал небольшой глоток. — Рассказывай, волч, — несмотря на слегка язвительный тон, Олег все равно улавливал в нем мягкость и небольшое волнение. — Да я из-за сессии очень переживаю, — решив не ходить вокруг да около, признался Волков. — Я очень боюсь, что завалю все экзамены и вылечу. Второй раз мне армия, конечно, не грозит, но все равно… — Олег сделал небольшой глоток из своей чашки, хотя, если честно, куда больше ему хотелось закурить еще одну сигарету. — Сереж, мне кажется, что я тебя подвожу. — Волч, ну что ты? — Разумовский посмотрел на Олега с неподдельным удивлением. Он, конечно, замечал, что Волков очень переживает из-за экзаменов и почти все свободное время проводит за учебниками. Но он никак не думал, что это не просто потому, что учеба важна для Олега. Ему и в голову не приходило, что Волков больше всего переживает не за свою учебу, а за их отношения. — Почему ты мне раньше об этом не говорил? — Не хотел лишний раз беспокоить тебя, — Олег виновато улыбнулся. Он поставил локоть на стол и подпер щеку кулаком. — Что если у меня ничего не получится, Сереж? — Ничего страшного не случится, — спокойно ответил Разумовский и посмотрел Олегу в глаза. — Волч, — Сережа глубоко вдохнул. Так он обычно делал, когда хотел сказать что-то резкое, но в последний момент передумывал. Сергей выдохнул и на пару секунд прикрыл глаза, после чего снова посмотрел на Олега. — Я очень сильно тебя люблю, — наконец, продолжил он. — И это не зависит от того, учишься ты со мной в одном университете или нет, понимаешь? Если ты поймешь, что учеба — не твое, мы вместе придумаем, что делать. Как ты уже сказал, второй раз ты уже на год от меня не уедешь, и это самое главное. Все остальное мы с тобой вместе уж как-нибудь решим. — Я тоже тебя очень люблю, — Волков даже не подумал скрывать облегченный вздох. — Теперь я себя очень глупо чувствую. — Ну хватит тебе, — Сережа взял Олега за руку. — Все будет хорошо, Волч.