Неуловимые

— Ты всегда так дышишь, когда воровать собираешься? Нам Гю лениво повёл плечами, вытащил сигарету из-за уха и покрутил её в пальцах. Танос молчал, опершись на бетонное заграждение парковки. Внизу на четвёртом этаже дремал серебристый BMW M3 E92, будто и не подозревая, что ночь уже выбрала его в жертвы. — Это не воровство, — выдохнул он. — Это перераспределение. — Ага. Как ты называешь это? — Балансировка системы. Нам Гю тихо усмехнулся, положив руку на плечо Таноса. Он чувствовал напряжённые мышцы, готовые к движению, к бегу. Но сейчас им некуда было бежать — только вниз, к машине, а потом в ночь, рассекая по пустым трассам, пока первые утренние автобусы не выплюнут из себя заспанных офисников. — Если бы мне давали по сто вон за каждый раз, когда ты придумываешь идиотские названия для преступлений, я бы давно купил себе такую же. — Но ты же не хочешь такую же. Ты хочешь именно эту. Нам Гю прищурился. — Всё-таки ты меня знаешь. *** Взломать E92 было проще, чем вспоминать, когда они впервые встретились. Вскрытие, подключение, старт. Двигатель загудел, разогреваясь в ночи, пока Танос проверял приборную панель. — Моя малышка, — выдохнул он, мягко касаясь руля. — Езжай уже, пока охрана не проснулась. Они вылетели с парковки, набирая скорость. Нам Гю забросил ногу на торпеду, прикрыл глаза. Он любил этот момент — когда Танос переставал быть просто парнем, который подрабатывал на СТО, и становился настоящим зверем дороги. — Поворот на двенадцать, заходи плавно. Танос кивнул, выкручивая руль, чувствуя, как шины цепляются за асфальт, будто это его собственные пальцы. — Трасса как на ладони, — усмехнулся он. — Разумеется, я же её знаю. — Тогда пристегнись. Нам Гю скосил на него взгляд. — Я тебе что, ребёнок? Танос усмехнулся, вдавливая педаль газа. *** Их называли «неуловимыми». Неофициально. Соревнования давно стали чем-то большим, чем просто гонками. Это было искусство — уходить от копов, ускользать из-под камер, маневрировать между фарами ночных автобусов, будто они — не машины, а стаи зверей в городских джунглях. — Ещё раз скажи, что это перераспределение, — пробормотал Нам Гю, когда скорость перевалила за 200. — Это перераспределение, — ухмыльнулся Танос. — Чёрт возьми, ты псих. — А ты мой инструктор. — Тогда срежь справа. Танос резко дёрнул руль, оставляя позади мелькающие огни полицейской машины. — Сколько у нас? — крикнул он. — Две минуты, пока нас не начнут зажимать с двух сторон. — Нам нужна зона отвлечения. — Уже готово. Через квартал чёрный Honda Civic устроит им шоу. — Нам Гю, ты, мать твою, гений. – Восхищённо произнёс Танос. — А ты, мать твою, водила. – Саркастично высказался Нам Гю. На подколках над друг другом и держалось их общение. Они снова рванули вперёд. *** — Шестьдесят секунд. Танос скосил взгляд на Нам Гю, но тот выглядел спокойным, будто всё шло по плану. Хотя плана у него, кажется, не было. — Ты же придумал что-то? — спросил Танос, ловко обгоняя чёрную «Сонату», которая даже не успела его заметить. Нам Гю щелкнул зажигалкой, но не закурил. — Конечно. Я же твой инструктор. — Так что делать? — Видишь впереди туннель? — Вижу. — Замедлись, притормози перед въездом, будто боишься ехать внутрь. Пусть копы насторожатся. — И что это даст? – В недоумении произнёс водитель, сомневаясь в соучастнике. — Те, кто за нами, сбавят скорость, а те, кто впереди, подумают, что мы сейчас рванём внутрь, и перекроют выход. А нам это и нужно. Танос крепче сжал руль. — Ты собираешься нас запереть? — Не нас. Машину. Как и ожидалось, полиция среагировала именно так, как предсказал Нам Гю: впереди туннель уже блокировали машины, а позади копы замедлились, боясь резких манёвров. Танос въехал внутрь на скорости, но почти сразу ослабил давление на педаль, позволяя тачке самой замедлиться. — Дальше? — спросил он, ловя нервный ритм сердца. Нам Гю скользнул взглядом по стенам туннеля и усмехнулся. — Видишь строительные леса слева? Танос взглянул туда — металлические конструкции, прикрытые брезентом. — Тормози здесь. — Ты уверен? — Я всегда уверен. Танос резко дёрнул руль, направляя BMW к строительным лесам. Затем они вышли из машины под прикрытием темноты. Нам Гю первым нырнул за брезент, Танос следом. Запах бетона и пыли бил в нос. — Что теперь? — Ждём. Минуту спустя сирены заполнили туннель. Полицейские машины пронеслись мимо них, не замечая двоих беглецов, которые затаились в тени. — Они будут искать машину, а не нас, — шепнул Нам Гю. — Ты специально выбрал место, где её никто сразу не заметит? — Конечно. Завтра утром какой-нибудь рабочий найдёт её и подумает, что кто-то её тут бросил, потому что испугался полиции. Танос усмехнулся. — Ты невозможный ублюдок, Нам Гю. — Гений, — поправил он. Они вышли из туннеля через старый технический выход, ведущий к узкой лестнице. На поверхности их встретил влажный воздух — город только начинал остывать после жаркого дня. Вдалеке всё ещё выли сирены, но теперь они были фоновым шумом, не имеющим к ним никакого отношения. — Вот и всё, — спокойно сказал Нам Гю, выпрямляя воротник. Танос фыркнул, сдувая чёлку со лба. — Ты как будто на вечернюю прогулку вышел. — А что? Отличный маршрут. Сначала гонки, потом экскурсия по тоннелям. Может, ещё мороженое купим? Танос качнул головой, но усмехнулся. — Только если ты платишь. — За твоё умение рулить? Запросто. Они свернули в переулок, смешавшись с ночными прохожими. Теперь их никто не искал. Серебристый BMW M3 остался в туннеле — холодный, неподвижный, ставший просто частью пейзажа. Завтра его найдут рабочие. Послезавтра его отбуксируют на штрафстоянку. Через неделю владелец получит его обратно — если, конечно, полиция решит, что это не слишком сложно. А через месяц всё это будет лишь одной из множества историй, которыми обрастал ночной город. — Что дальше? — спросил Танос, оглядываясь на Нам Гю. Тот не ответил сразу. Вдохнул ночной воздух, позволил себя втянуть в этот момент. Лёгкий запах гари на одежде, пульсирующее в ушах эхо двигателя, тепло после резкого адреналина. Всё ещё здесь, но уже медленно растворяется. — Дальше? — наконец сказал он. — Завтра дождёмся новостей, а потом… выберем новую цель. Танос усмехнулся. — Ты неисправим. — Иначе тебе было бы скучно. Они шли дальше, смешиваясь с городом, пока ночь не закрыла их след.