Не телка.

холодный февральский день сегодня грели влюбленные парочки. Тушенцову казалось, что они были буквально везде: по дороге в университет, в коридорах самого учебного заведения и в каждой группе. — По углам как крысы жмутся, пиздец… — выдает тот, присаживаясь к своему корешу, Илье Корякову. парнем он был ровным, да и сразу подошел кентиться к Тушенцову, стоило тому появиться на пороге учебного заведения.- Прием! Ты че как в воду опущенный? пара щелчков перед чужим носом и, о чудо, это сработало. — А? Да думаю вот, как Ксюхе признаться… парень в родинках вздыхает. Руслан, как лучший друг, давно уже знал, по кого сохнет Коряков, да пытался подтолкнуть уже к признанию. не до диплома же молчать, верно? только не Тушенцову так думать. не Тушенцову, который с другом целовался под предлогом «да че ты как ссыкло» или по пьяни, не Тушенцову, что в шутку, кажется, губки дул и все про цветы мямлил под ухом. — Иль, расслабься, она тоже на тебя заглядывается. — сквозь собственные мысли говорит Руслан, хлопая черноволосого по плечу ободряюще. — Мне виднее. — Правда? — зеленоглазый лишь удивленно хлопает ресницами и совсем глупо улыбается. — Правда. первая пара прошла в совместных с Коряковым размышлением, после второй — Руслан сторожил друга пока тот писал валентинку и отправлял ее в коробку для них соответственно. сам писать не торопился, да надо ли? было в его темной голове что-то детское, самый глупый вопрос: «а вдруг сам поймет?». и вообще, приходил ли Даня? толи детство в жопе играет, толи наивность. в этом разбираться сейчас не хотелось, а парта уже выглядела совсем как подушка. мысли заполнял лишь один человек и продолжение детских размышлений. веки под сладкими мечтами тяжелели, а объяснение новой темы стало прекрасным фоновым шумом. философию Тушенцов слишком сладко проспал. Данила с самого же утра был сам не свой: завтрак пошел по пизде, кофе оказалось разлитым. голова забита не сегодняшними парами, а тем, как же впечатлить своего уже не совсем друга. с друзьями не целуются же, правда? вот и Даня также считал. денег особо не водилось, но Кашин к этому дню и трепетно копил. хотелось, чтобы его возлюбленный запомнил этот день, а значит, нужно что-то особенное. для них особенное. цветы. цветов он никогда не дарил ему, ведь мол: «зачем тебе цветы? ты ведь не телка.» да. Руслан точно не телка, но в темной голове водились мысли о том, насколько приятно получить было бы даже небольшой букетик. ему не нужно что-то дорогое или огромное. просто как знак внимания, а Даня это знал. значит решено, букет, а еще решено, что учебу сегодня он пропустит. улица встретила его легким снегом, шел первый час дня и рыжий должен успеть купит цветы и подойти к их университету. в наушниках играла легкая музыка, по сторонам на людей он решает не смотреть. снега немного, слой тонкий, но Кашин знает, ощущает, что ласково он похрустывает и это заставляет улыбку появиться на веснушчатом лице. на душе спокойно. также спокойно, как и погода сегодня балует Санкт-Петербург: безветренно, хлопьям позволительно медленно спускаться, морозец приятен и пощипывает щечки. — Добрый день! — отвлек женский голос как от мыслей, так и от музыки. милая флорист тепло улыбалась, глядя на Даню. — С праздником вас! Пришли за букетом для своей дамы? наушник ложится в руку, освобождая одно ухо, а сам Даня открывает немо рот. не скажет же он, что для парня пришел покупать букет? нет. — Да, нужно что-то яркое, только… — с ярким у него в голове ассоциируется лишь что-то дорогое, а бюджет ограничен. — …Сами понимаете, я студент. и милая девушка понятливо кивает, удаляясь в своеобразный холодильник. мысль проскочила, что это как холодильники для трупов. цветы ведь тоже уже мертвые, правильно? правильно. вот и Данила так посчитал сейчас, от чего невольно усмехнулся. — Вот, посмотрите! Я собрала для вас букетик! — Елена, флорист, чье имя Кашин разглядывал на бейдже последнюю минуту, весьма счастливо протянула на вытянутых руках букет. одиннадцать роз, десять из которых были белые, а в центре, одиннадцатая — красная. — Что скажете? что сказать… открытый рот парня и весьма восхищенный взгляд все сказал. следом пара кивков и слова благодарности, звук списания и вот, он чуть не в припрыжку бежит к университету. девушка его очень выручила, да настолько попала еще по запросам, что еще чуть-чуть и рыжий исцеловал ей руки. пары кончились. на последней сон тоже оказался сильнее, чем Руслан и пришлось поддаться искушению. только проснувшись, Ильи рядом не было. на это шатен вздохнул и подумал, мол, побежал к своей ненаглядной. тетрадь с ручкой неаккуратно упали в тканевый рюкзак, который вскоре повис на одном плече. в коридорах тоже становилось тише, спокойнее, а за целый день Тушенцов так и не встретил свою пару излюбленных голубых глаз. разочарование вынуждает выдохнуть, а погода и холод — натянуть куртку и обмотать пол лица шарфом. карие глаза дальше считают ступени, в голове отчетливо слышится свой голос: «Четыре, пять, шесть…» — Руслан! любимые конверсы чуть проскальзывают, когда ноги касаются вымощенной кирпичикам тропинки. не для гололеда и свежего снега кеды и надо давно запомнить. брови густые хмурят, но рассеянный карий взгляд выдает неожиданность. — Даня? Даня улыбается и шагает ближе. старший сам не верит тому, что видит и бегает глазами от букета к глазам уже напротив. неловкость висит в воздухе еще пару секунд, букет плавно оказывается в теплых руках и тонких пальцах. — Ты же говорил, что я не телка. младший фыркает и улыбается, руки свои замерзшие в карманы прячет и чуть наклоняется к щеке. прохладные и чуть потрескавшиеся губы приятно ощущаются еще на теплой щеке, вводя Руслана в секундный ступор. а ступор кончается смазанным чмоком в уголок чужих губ и улыбкой от слов Дани: — Не телка, но я хочу тебя радовать.