Падшие крылья

Чарли и Вэгги встретились, как будто судьба сама свела их взгляды. Огонь и свет, демон и ангел — их не должно было быть вместе, но в тот миг всё стало неважно. Они влюбились. Они скрывали свою любовь. Днём Вэгги исполняла ангельскую миссию, а ночью её руки обвивали тёплое тело Чарли. Они знали, что за это их уничтожат — и на Небесах, и в Аду. Но им было всё равно. Но однажды их нашли. Люцифер не простил дочери предательства. Чарли молила, кричала, умоляла, но её голос потонул в гневе отца. Он заключил её в сделку: она выйдет замуж за могущественного демона Аластора, и тогда её грех будет прощён. Чарли сдалась. Ради своей семьи, ради своего народа, ради Вэгги. Вэгги исчезла из её жизни. Она наблюдала со стороны, как Чарли стала женой монстра. Как сжимала кулаки на их свадьбе. Как Чарли держала на руках ребёнка — плод вынужденного союза. Боль разъедала Вэгги изнутри. Она рвала свои белоснежные крылья, надеясь забыть. Но ничего не помогало. И однажды она не выдержала. Она начала творить грехи. Убивала демонов, падших ангелов, разрушала души. С каждым шагом к бездне её крылья чернели, а когда она посмотрела в своё отражение, ангела уже не было. Вэгги стала падшей. И тогда она вернулась. --- Аластор сразу почувствовал её присутствие. — Ты смеешь являться сюда? — Его улыбка была кривой, наполненной ядом. — Я пришла за ней, — прошипела Вэгги, сжимая кинжал. Он рассмеялся. — Ты опоздала. Чарли — моя. Она мать моего ребёнка. Ты — никто. Вэгги рванулась в атаку. Они сражались среди огня и теней, и Аластор был сильнее. Он вцепился в её лицо, его когти вонзились в кожу. Вэгги закричала от боли, когда он вырвал её глаз. Кровь хлынула по щеке, а мир перед ней стал наполовину размытым. — Жалкое создание… — Аластор поднял её за горло. Но прежде чем он смог нанести последний удар, что-то остановило его. — Оставь её! Чарли стояла перед ним, её глаза пылали адским пламенем. — Она не твоя, Чарли, — прорычал он. — А ты не мой, — её голос стал низким, почти демоническим. — Я не твоя кукла. Она вонзила когти ему в грудь, и Аластор отшатнулся. Этого хватило, чтобы Вэгги пришла в себя и ударила. Он рухнул. Чарли бросилась к Вэгги, зажимая рану. — Ты глупая, глупая… — её голос дрожал. — Я бы сделала это снова, — прохрипела Вэгги, прижимаясь к ней. --- Ребёнок Чарли не боялся Вэгги. Напротив, девочка тянулась к ней. — У тебя красивое крыло, — прошептала она, трогая её опалённое, почерневшее перо. — Теперь оно твоё, — улыбнулась Вэгги, гладя её по голове. Она стала частью их жизни. Чарли больше не принадлежала никому, кроме себя и той, кого любила. И даже без одного глаза, даже с из ломанной душой, Вэгги знала — она выбрала правильную сторону.