Anxiety

Иногда мне кажется, что меня не существует, а мир это поток безумного сознания какого-то спящего мужчины. Точно мужчины. Почему не женщины? Женщине точно бы не снилось мировое господство и капитализм белых мужчин на тронах. Женщине бы точно не снились эпидемии, изнасилования и грязные смерти. Нет, сны женщин изощрённее, намного глубже и страннее. Иногда мне кажется, что смотря в зеркало я не вижу в нем отражения. Мое лицо скрыто белой простыней, но я не похож на невесту. Она такая длинная, что спутывается под ногами, мешает передвигаться, а когда я бегу она волочится где-то сзади. А я бегу, словно пытаюсь убежать от этой простыни, или может от самого себя? Иногда мне кажется, что выходя в поле перед дождем именуемым ураганом я умоляю Небеса забрать меня с собой. Я кричу вверх, но никто не слышит мой голос. Руки в перчатках хватаются за простынь, пытаясь сорвать ее с лица, но она остается на своем месте. Я не живой человек, но я смертен, почему я должен жить в этом мире? Иногда мне кажется, что не нужно носить все эти слои одежды. Достаточно простой майки и штанов. Но вместо этого я кутаюсь в рубашку, жилет, пиджак, пальто, штаны, носки, туфли, перчатки. А простынь меня преследует, как преследуют мои мысли, а может быть и люди. Иногда я окружён людьми, но они не слышат меня, как я не слушаю их. Они где-то на периферии сознания, пока удушающая белая ткань сжимает мою шею, обвивает, убивает. Я давлюсь перед ними, кашляю, умираю на глазах людей пока они просто смотрят. Они все смотрят Иногда мне кажется, что сидя в своей квартире я не сижу нигде. Я не существую. Существо, что сидит за рабочим столом, что смотрит на свои черные перчатки это кто-то другой. Икона без сознания, образ, выдуманный, ненастоящий. Я бред мужского сознания, я грязь. У меня нет мыслей, у меня нет желаний, у меня нет страхов, у меня нет сознания. Иногда я смотрю на речку с моста. Я смотрю на нее так долго, что тело покрывается слоем льда, а люди проходящие мимо поглядывают на меня. Они вызывают полицию и человек в форме пытается вразумить меня, объяснить, спросить. А я просто слушаю его. Я не киваю, мы не встречаемся глазами ибо у меня нет глаз, у меня нет лица. А он все говорит. О том как прекрасна жизнь, о том, что стоит и дальше держаться и двигаться дальше. Но иногда я спрашиваю себя самого "дальше, это куда?". Насколько далеко я должен зайти, как далеко меня приведет мое продвижение и что за награда будет в конце концов? Деньги? Слава? Счастье? Как будет выглядеть счастье, что они мне дадут? Что такое счастье? Иногда мне кажется, что я не знаю зачем я родился на этот свет. Пока все вокруг смеются, радуются, богатеют, краснеют, стыдятся, я не делаю ничего. Я прохожу мимо и они жалуются на мою простынь заслоняющую им виды, простынь, что окутывает их всего на мгновение, душит меня уже годами. И они жалуются. Она им неприятна, а если она неприятна значит неприятен и я. Иногда мне кажется, что я должен лечь на землю и дать ей себя забрать. Я не хочу говорить умереть ибо это слишком грубо хоть и правдиво. Дать земле забрать это бренное тело себе, может в конце концов всё, что останется это кости и этот костюм. С белой простыней. А после скелет встанет, наденет простынь на лицо и пойдет дальше. Потому что я никогда не буду свободен от этого. Оно душит и я задушен. Оно направляет и я иду. Ему больно, а значит больно и мне. И даже если я не хочу, этого хочет оно. И оно навсегда со мной. Иногда мне...