обернись!

много кому было интересно узнать, что хранится в заброшенном доме, в котором по непонятным причинам ушел из жизни молодой парень, при жизни являющийся пианистом. ёнджун не исключение; его не останавливает какой-то там страх, призраки, ибо во все эти «сказки» он не верит, тем более чхве уже давно был заинтересован в этом доме, а друзья, побывавшие там, неоднократно рассказывали ему, что слышали игру на пианино. некоторые умудрились увидеть возле инструмента силуэт, похожий на человека. на это ён лишь отмахивался, твердя одно и тоже — выдумки.  в поздний час, когда город погружается в темноту, в районе ничто не напоминало о дневной суете. небесный свод усеян сотнями ночных созвездий, но ни один человек не мог насладиться его великолепным видом. все окна плотно закрыты, из редких прохожих только парочку не спешат по домам.  джун осторожно прокрался в заброшку, вслушиваясь в мёртвую тишину. дверь приоткрыта, тем самым давая возможность ветерку проникнуть внутрь. он медленно зашёл в комнату, где стоял покрытый пылью и паутиной старый пианино, а на полу валялся смятый листок с нотами. юноша подобрал бумажку и сел на табурет перед пианино, пробежавшись пальцами по пожелтевшей бумаге, всматриваясь в нотки. затем положил лист на сохранившуюся подставку, а руки на клавиши. пальцы перебегали с кнопки на кнопку, воспроизводя жуткую и одновременно завораживающую мелодию. казалось бы, как не страшно находиться в заброшенном доме ночью? но у ёнджуна сердце трепетно билось в ожидании конца песни. парень чувствовал пристальный взгляд на себе, но не прекращал игру.  мелодия закончилась, дышать становится тяжелее, а тело затекает. вдруг чьи-то ладони легли поверх тыльной стороны рук джуна — обернись! — чхве испуганно повернулся назад, замечая бледного незнакомца. тот мгновенно встал и отбежал от табурета, прижимаясь к обшарпанной стене. — кто ты? и что ты тут делаешь? — глаза расширились. сердце так и норовило выпрыгнуть из груди. — а кто ты, что приходишь в такие места по ночам? — проговаривает нечто подобное человеку. на его губах виднелась лёгкая улыбка, а на щеках проступал едва заметный румянец. ён сильнее прижался к прохладной поверхности, думая о самом худшем. неизвестный продолжал улыбаться, приближаясь к дрожащему пареньку. далее остановился подле него, уперев руки в стену по два направления от головы.  — не надо… не надо, прошу… — чхве жмурится и сжимается, но когда открывает глаза, то понимает, что совершенно один… этот кто-то растворился в помещении.  позже ёнджун получает весть о том, что та дрянь — погибший хюнин кай.