(Не) обычный спор

— Нет, я хочу не тёмный шоколад, а именно молочный! — Но что я сделаю, если в магазине только такой? — Значит, пошли в другой магазин и будем искать там! Максим сокрушённо вздохнул. Со стороны могло бы показаться, что это обычная ссора не до конца выяснившей свои отношения пары. Но нет. Это его подруга детства Даша показывала свой неуёмный характер. — И что, ты так и будешь стоять? — обиженно надула губы девушка, откидывая прядь рыжих волос. — Я, между прочим, прилетела к тебе всего на несколько часов, а ты даже не можешь шоколадом меня нормальным угостить! Что правда — то правда. Даша действительно была на Крайнем Севере проездом, а дальше её путь лежал в Норвегию, как студентки по обмену. Только никто не предполагал, что за то время, пока они не виделись, её нрав изменился настолько, что терпеть его приходилось с невероятным трудом. И куда делась смешливая веснушчатая девчушка, с которой они вместе гоняли на велосипедах? — Да, Обручева, не завидую я твоему будущему молодому человеку, — хмыкнул Максим, когда они вышли на улицу. — Хотя если бы я был твоим парнем... — Ой, да ты и дня со мной не сможешь повстречаться, Афанасьев! — фыркнула Даша, скрестив руки на груди. — Спорим? — улыбнулся Максим. Его начинал брать азарт, как когда-то в юности. — А... спорим! — неожиданно выпалила Даша. В её голове уже сформировалось сотни планов, как сделать эти часы другу максимально «незабываемыми». И... понеслось. Первым испытанием стала обычная прогулка по местному торговому центру. — Нет, мне не нравятся эти чёрные кроссовки! — капризничала Даша в обувном отделе, чем немало трепала нервы и Максиму, и бедной девушке-консультанту, которая, словно заведённая, бегала перед ними туда-сюда. — Я хочу... — её загадочный взгляд проскользил вдоль стеллажей, — вон те красные лаковые шпильки! Максим тяжело вздохнул. И сколько это ещё будет продолжаться? — Скажи, пожалуйста, моя дорогая подруженция, с каких это пор ты начала любить туфли на каблуках? — с прискорбным видом на лице он помогал Даше их обуть, потому что в силу своей маломерноски они с трудом налазили на ногу. — С тех самых, — она заговорщически подмигнула, — когда ты решил заделаться моим парнем. Ну и чертовка, с усмешкой подумал он. Однако уже через несколько минут начал действовать. Так сказать, совершать ответный ход. — Юлия, — обратился он к той самой девушке-консультанту, прочитав её имя на бейджике, — а что Вы делаете сегодня вечером? Щёки девушки запылали румянцем, в то время как глаза подруги полезли на лоб от услышанного. — Афанасьев, ты спятил?! — со злостью прошипела она. — Ты же мне обещал, что проведёшь этот день со мной до моего отлёта. Память отшибло что ли?! — Да, в тот самый момент, когда ты согласилась стать моей девушкой, — парировал Максим, чувствуя внутреннее ликование. Уязвлённое женское самолюбие — и всё, победа уже в кармане. Но беда, как гласит пословица, не приходит одна. — Будьте любезны, покажите мне эти серёжки, — мило хлопая глазками, Даша указывала на узорчатые золотые изделия в юверином отделе. — Я думаю, они будут отлично сочетаться с моей сумочкой. — Конечно, — кивнул рослый паренёк за кассой. — Оплата наличными или картой? — А оплату произведёт мой парень, — расплываясь в хищной улыбке, произнесла Даша, подталкивая Максима к терминалу. — Погоди, я тебе ещё устрою напоследок, — шепнул он ей, доставая из кармана карту. Вот же... Дюдюка Барбидокская! — Ага, боюсь-боюсь, — театрально закатила глаза Даша. Но Максим хорошо знал свою подругу, чтобы не помнить, что вторая по счёту слабость у неё, помимо высокой самооценки, — это сладкое. Поэтому... — Дашенька, милая, ты же не будешь против, если я это сейчас съем? — сладеньким голоском приговаривал он, подвигая вкусняшки к себе. — Не отдам! — Даша рьяно кинулась защищать свои «сокровища», но было уже поздно: и круассан, и сочень с творогом, и даже её любимый молочный шоколад, с таким трудом найденный на полках гипермаркета, покоился во рту Максима. — Как ты мог?! — чуть ли не плакала она. — Я об этой плитке шоколада, может, всю жизнь мечтала! — Именно с орехами и солёной карамелью? — довольно улыбался Максим, вытирая руки салфеткой. — У-у-у, не мучь меня! — простонала подруга. Максим рассмеялся. Вот он, оказывается, какой долгожданный реванш! И уже поздно вечером, стоя на трапе самолёта, Даша зловеще прошептала ему в самое ухо: — Жди меня в гости на зимние каникулы, Афанасьев. Уж тогда я покажу тебе кузькину мать! А затем, как ни в чём не бывало, быстро чмокнула его в щёку, превращаясь в ту самую девчушку, которую он помнил с детских лет, и поспешила на посадку.