Безымянная

Гаврилов, по кличке Лис, очнулся связанным в лесу. Голова раскалывалась. Он плохо помнил, что произошло. Вот он зашёл домой, а вот темнота. Поднапряг память (от чего голова ещё больше разболелась), вспомнил, что ему что-то вкололи. Вероятно, снотворное. Разлепил глаза. Напротив него стоял Джокер. Возле Лиса стояла банда Джокера. Позади него стояла девушка. Её он видел в первый раз. — Ну, что, Лис, рассказывай. Кто берёт товар, где и куда доставляют, — Джокер был серьезным и немного усталым. Гаврилов усмехнулся. Да, заставил он их побегать. — Или что? Побьёте меня? — Надо будет — побьём, — Джокер легко кивнул. — Может быть не тебя, — подала голос девушка. Звучала беззаботно, будто про погоду разговаривала. — Может быть твою жену. Или дочь, — она пожала плечами. Внутри Гаврилова всё похолодело. — Не трогайте их! — Тогда говори, — спокойно ответил Джокер. Лис сомневался. Его могли убить так или иначе. Если сдаст — люди Сапсана его в покое не оставят. Они хуже, чем люди Ворона. Поэтому сдавать их нельзя, с такими нужно дружить. Однако он не сомневался, что люди Ворона исполняют свои угрозы. Он молчал. Джокер кивнул Шраму. Гаврилову прилетело в живот. Сложился пополам, насколько это было возможно с завязанными за спиной руками. Закашлялся. Но молчал. — Джокер, — подала голос девушка. Он взглянул на нее. Она и Джокер кивнули друг другу. Он отошёл от Лиса. Подошла она. — Если говорить не хочешь, предлагаю сыграть, — она достала из-за пояса револьвер и из кармана один патрон. Говорила не строго и не серьёзно. Будто действительно собиралась играть. Он насторожился. — Ты же знаешь, что есть несколько видов «русской рулетки»? Предлагаю сыграть в тот, где барабан крутится только один раз, — она вставила патрон в барабан. — В начале игры, — и прокрутила барабан. Он испугался. Она была отбитой. Она могла умереть сама и убить информатора. Ни один умный киллер не будет играть в «русскую рулетку» и уж тем более предлагать сыграть самостоятельно. — Выбери любого из парней, — она провела рукой в воздухе «предлагая». — Так как развязать мы тебя не можем, я сыграю в камень-ножницы-бумага с тем, кого ты выберешь. Кто проиграет, в того и буду стрелять первой, — она не звучала как та, кто предлагает сыграть на смерть. И пугала этим. — Прошу. — Джокер, — не долго думая ответил Лис. Она и Джокер переглянулись и усмехнулись. — Хороший выбор, — глянул на него Джокер. Остальные его ребята хмыкнули. Первый раз оба выкинули камень. Она пожала плечами. Второй раз он выкинул ножницы. Она бумагу. Цокнула, но досады от неё не ощущалось. Девушка поднесла револьвер к виску. Удачно подала голос кукушка где-то в лесу. — Кукушка-кукушка, сколько мне жить осталось? — крикнула она, улыбаясь. Птица замолчала. Она неловко засмеялась. — И что это значит? — обернулась она на Джокера. Тот пожал плечами. Обоих ситуация веселила. — Ладно, не отвлекаясь от сути, — она показала пальцами «три». — Три, — загнула палец. — Два. Один, — и нажала на спусковой крючок. Раздался глухой щёлк. Она удивлённо подняла брови. — Повезло. Как думаешь, повезет ли тебе? И направила оружие на него. Снова показала рукой цифру три. Он задержал дыхание. — Три. Два. Один. Глухой щёлк. Он выдохнул. — И тебе повезло. А в третий раз? Цифра три. Сейчас без отсчёта. Глухой щёлк. В улыбке высунула кончик языка. Оружие на него. Сердце забилось быстрее. Он открыл рот, чтобы что-то сказать. Но промолчал. Цифра три, без отсчёта. Глухой щёлк. Она улыбнулась шире. Он кинул взгляд на банду Джокера. Главный выглядел спокойно, Шрам более нервно. Остальных не видел. Шансы 50 на 50. Приставила револьвер к челюсти. Цифра три. Без отсчёта. Глухой щёлк. Сердце упало в пятки. Она не переставала улыбаться. Направила пистолет на него. — Не надо! Я всё скажу. Цифра три. Он всё рассказал. Два. Рассказал даже то, что не должен был. Один. Кричал и молил не стрелять, зажмурился. Глухой щёлк. Он не понял. Открыл глаза. Она держала палец на крючке, явно спущенном. Улыбалась, мелко тряслись плечи. Смеялась. Джокер смеялся тоже, более открыто. Подала голос кукушка, явно тоже насмехаясь. Показала пустой барабан. Достала патрон из заднего кармана. Лис, весь покрывшийся холодным потом, мельком увидел, как удивился Шрам. Кивнула парням за ним. Гаврилов почувствовал, как скотч на запястьях разрезали. Спешно начал разминать их. — Беги, Тёма, беги. Далеко беги, — её голос сочился язвительностью, а сама она не переставала улыбаться. Он убежал, спотыкаясь о собственные ноги.

***

— Как ты это сделала? — удивленно спросил Угол, когда они уже ехали на адрес. Аврора улыбнулась и прищурилась на него. — Ловкость рук и никакого мошенничества, — она демонстративно показала пустые ладони. За рулем выдохнул Шрам.