Меланхолия

1

Обрывки воспоминаний

Песочница. В ней обычно играла куча детей, а сегодня она пуста, что неудивительно посреди ночи. Альбинос посреди песка сидел на корточках перед мёртвой крысой и с интересом рассматривал её. Мальчик в своём малом возрасте часто сталкивался со смертью, мертвецами. Трупы животных нравились ему больше любых игрушек. - Здоровая крыса - произнес мужчина и присел на корточки рядом с сыном, рассматривая мёртвого грызуна - Жалко её оставлять другим животным.- Мальчик вопросительно посмотрел на мужчину на что он загадочно улыбнулся. - Мы можем сохранить оболочку этого существа, чтобы ничего не сгнило,- Мужчина аккуратно взял крысу за хвост. На улице он практически всегда носил кожаные перчатки, без них отказался бы трогать нечто настолько мерзкое. Взрослый встал, выпрямился и посмотрел на сына, после чего направился в сторону дома. Мальчик быстро встал, отряхнулся, перешагнул бортик песочницы и направился за отцом, наблюдая за болтающейся на своем же хвосте мёртвой крысой в чужих руках. Темно Сидя на грязной кухне, мальчик охотно наблюдал как отец занимается бальзамирование животных. Мужчина рассказывал все подробно и Сёма понял, что это словно один из их домашних уроков по письму или счету. - Почему я не могу пойти погулять с ними? - спросил мальчик выглядывая из не очень чистого окна квартиры. Он видел радостных детей, бегающих и играющих во дворе, что вызывало зависть у маленького Семена. - Солнышко, я тебе говорил, ты им не ровня - нежным тоном ответил мужчина, разделывая мясо, однако он отвлёкся, чтобы посмотреть на сына. - Тебе разве не хватает меня?- Альбинос посмотрел на отца, после чего подошёл к нему и обнял за талию, уткнувшись лицом в черную водолазку, пробубнив в неё - Хватает. - Мужчина, довольный ответом, улыбнулся. Вытерев руки от крови, он ловко взял мальчика на руки, прижав к себе со словами "Тебе не нужны эти жалкие детишки. У тебя есть Я". Да, отец всегда рядом с ним. Сёма посмотрел на родителя и кивнул как бы подтверждая его слова. Мальчик аккуратно обнял мужчину за шею и уткнулся в неё, начав не сильно кусать. Кто-то из детей сосёт большой палец, кто-то гладит что-то приятное на ощупь, а он кусал, что являлось для него не только успокоением, но и проявлением любви. Отец ухмыльнулся и погладил ребёнка по голове, сказав - Тебе надо принять ванную, а потом мы сможем поесть мясо.- Семён сразу же вздрогнул, когда услышал про ванную и растерянно, даже напугано посмотрел на отца. - Я не пойду туда! Там монстр лежит!- Испуганно произнёс мальчик и почти что вцепился своими маленькими ручками в мужчину. Русоволосый задумчиво наклонил голову, смотря на сына, а потом нежно рассмеялся - Дурачок, это не монстр и оно не нападёт на тебя. Ты что забыл я всегда рядом с тобой, чтобы защитить, а если меня вдруг нет, то тебе поможет Бог. - Однако увидев, что в уголках глаз мальчика скапливаются слезы, мужчина стал серьезным и сказал успокаивающим тоном. - Солнышко, если ты не хочешь идти в ванную.. то пойдём в баню? Помнишь мы ходили? Тебе вроде понравилось... - Мальчик шмыкнул носом и прижался к отцу, выглядя все ещё напуганным. Мужчина тяжело вздохнул и аккуратно сел на ближайшую табуретку в жутковатой кухне, которая в воспоминаниях была не четкой, даже размытой. Посадив альбиноса к себе на колени, он таким же нежным голосом продолжил - А что если потом мы зайдём в магазин сладостей? Купим тебе торт, который покупали на день рождения? Как тебе такая идея?- Мальчик слегка поерзал на коленях мужчины, но потом тихо ответил - Только если ты будешь всегда рядом...- Отец альбиноса облегчено улыбнулся - Тогда иди и собирайся, а я пока уберу мясо. - Сёма кивнул и неохотно слез с колен отца, побежав в соседнюю комнату, чтобы переодеться. Глава семьи тяжело вздохнул, когда ребёнок исчез из поля зрения, затем закрыл лицо руками. Следующее воспоминание - церковь. Холодное зимнее утро. Воскресенье. Обычно в это время люди спали в своих тёплых постельках. Однако мальчик по своим отцом шли в церковь. Укутанный всем возможным: старой дублёнкой на вырост, к которой пришиты маленькие варежки, шалью под ней, слегка колючим шарфом. На голове красуется глупая шапочка с помпоном, а на ногах - тёплые штаны и ботиночки. Мальчик крепко держал отца за руку, наблюдая как падают маленькие снежинки. Мужчина иногда поглядывал на сына, чтобы удостовериться что все с ним хорошо. Сам одет довольно легко для зимы: чёрное осеннее пальто, которое носил круглый год, словно Раскольников, классические брюки (а может кожаные, Семён уже не мог вспомнить точно), странно сочетающиеся с берцами и классической кепкой, как у Острых козырьков. Все эти чёрные оттенки подчеркивали длинные русые волосы мужчины и его голубые глаза. Придя в церковь, мужчина сразу же раскутал ребенка, чтобы тому не было жарко, и погладил его щёчку. Сёма слегка улыбнулся и вновь взял отца за руку, послушно направляясь за ним, с мыслью отстоять всю службу. В храме было жарко и душно, пахло ладаном, духами какой-то женщины, а от некоторых едко-кислым потом. Сёма прижимался к отцу, осматривая золотой храм, чувствуя как у него начинает кружится голова. Он слегка вздрогнул,  почувствовав как сильная рука легла ему на голову. Взглянув наверх мальчик увидел как мужчина пристально, но по-доброму смотрит на него, и в это же мгновенье наклоняется, берет на руки и чуть прижимает к себе. Одной рукой отец держал маленькое пальто, а второй маленькое тельце. Альбинос поудобнее устроился на чужой руке, положил голову на его плечо, чувствуя как глаза закрываются и проваливается в сон. ... Советская квартира Старенькая квартирка в серенькой пятиэтажке пахла пыльным шкафом со стеклянными дверцами, за которыми пылится всякий хлам: красивый сервиз «для гостей», хрусталь и фарфор, фотографии родственников, коробка с новогодними игрушками и прочее-прочее. Она пахнет персидским ковром, который раньше располагался на стене, словно картина, но со временем он перекочевал на пол и теперь на нем затоптанные тапочки, а лежит у старого дивана, чьи пружины рвуться на волю у продавленного места. Когда-то давно он ждал своего возвращения, хотел вновь ощущить пристальный взор на своих узорах, чувствовать как кто-то находит в этих золотых завитках морду льва или бегущего тигра, но сейчас ему по большей части все равно на происходящее вокруг. Его место заняла безвкусная картина: бегущие лошади на противном голубом фоне... Ни крест, ни дева Мария, ни лес, а четыре лошади, бегущие по воде. Страшенькая кухонька с крестом на входе – своего рода сердце дома, в котором проводятся самые честные разговоры, не звучащие на улицах. Календарь с магнитиками на холодильнике, образа на стенах, фикус на подоконнике, цветочная скатетрь на круглом столе, сладкие орешки и борщ: все это вызывало улыбку. Ванная комната выглядит ещё более зловещей. Желтоватое освещение совсем как подвальное, черные стыки у бело-желтых плитках... Черная плесень или так кажется ? Чугунная ванна обжигат холодом спину, когда ложишься в неё, наполненную горячей водой, даже ступни, упирающиеся в бортик, немного морозит. Но все равно родное, совсем как и его комната: кровать с цветочной простыню у стенки, шкаф, письменный стол, плюшевый медвежонок, полки и детские безделушки: рогатка, вкладыши от жвачки, камушки, шарики, крышки. Прямо напротив окна находится письменный стол, за которым Рома делал уроки. Если вечером включить настольную лампу и выключить основное освещение, то ветви за окном превращаются в когтистую лапу со множеством тонких пальцев. Обои оранжевые в полоску, при желании у батареи их можно отодрать, но потом отодрут тебя за них. Пахнет так же как и в зале. В этой квартирке на четвертом этаже когда-то жил Роман Невзоров, а сейчас он в интернате. Рядом нет бабушкиного ковра и её хрусталя, нет запаха старости, похожий на тот, что ощущается в старых домах, готовящиеся под снос. Рядом только кровати таких же мальчишек, как и он сам. Рома помнил как холодным зимним утром, когда за окном темно, словно ночью, идёт снег, тропинки ещё не протоптаны, а он, не открывший глаза, сонный, натягивает носки, морально готовясь к тому, что скоро выходить. Сейчас никуда по холоду тащиться не нужно, но ностальгия часто мучила мальчика, особенно после снов о жизни с бабушкой. Его любили, вкусно кормили, обеспокоенно звали домой летними вечерами, одним словом- заботились. Мать в его воспитании не могла активно участвовать, слишком много работы, поэтому сил на ребенка просто не остаётся. После смерти бабушки она-то и отправила мальчика в интернат. Отец, как и у многих других детей этих серых домов, отсутствует. Ушел за хлебов и не вернулся, как и сотни других, а мать работает за двоих, чтобы обеспечить будущее себе и ребенку. Типичная картина. В интернате мальчик адаптировался быстро, что довольно легко, будучи активным и дружелюбным. Он завел двоих друзей, построил хорошие отношения с одноклассниками, но негласным лидером среди мелких глупых детей никогда не являлся и не стремился им быть. Проблемы с учителями...а как же без них? Как и ещё с некоторыми людьми, но об этом чуть позже, как и о его времяпровождении вне уроков. Утром XX января XXXX года носители этих воспоминаний встретились в кабинете литературы.