Широко, глубоко, много

Пока Теон считал кассу парни пытались прийти в себя. Спокойная игра сексофона, Новичок блуждающий в мыслях, его разум видимо ушел очень далеко от этого вечера, парочка лежала на диване и тихо перешептывалась о чём-то своём, а четвертый сидел на стуле в телефоне рядом с Теоном. Периодически он тыкал кассира в мочку уха и что-то говорил, а в ответ получал громкий шик, от которого расплывался в довольной улыбке. Леон сидел с завернутыми в полотенце волосами. По его шее тонкими струйками стекали капельки воды, он искупался последним, род холодной, освежающей водой. За стеклом мелькнули фары паркующейся машины, Леон обернулся и наблюдал как из машины вышел силуэт и постучал в дверь. Это был Мигель. Леон, как самый дееспомобный, поднялся и открыл ему. – Всем вечера. - Поздоровавшись, Мигельпошел поговорить с Теоном. Они стояли пару минут, что-то тихо обсуждая, а после Мигель повернулся к Леону – Бери Криса и посади на заднее. - Громко сказав жто Мигель кинул Леонукоючи от машины. Поймав ключи, Леон кое как смог поднять новенького, тот еще не вернулся в реальность и пришлось рдва не донести его до двери, там он стоял операясь о стену. В глазах его начал мелькать разум, он больше контролировал ноги и они смогли дойти до машины. Леон положил его на заднее сидение и сел спереди, ожидая Мигеля. Холодный ночной ветер обдувал мокрую гею леона, заставляя кожу сжаться в пупырышку. Вздрогнув Леон закрыл окно и в отрадение заметил как Мигель и Теон выводили парочку под руки и сажали на заднее к Теону. Немного поговорив они попрощались и пока Мигель шел к машине, Теон уже уехал. – Как прошло? – Мне нормально. А вот Новенькому видимо непонравилось. Мигель повернулся на Криса и протянул тому руку касаясь лба – Ты как? -...плохо...меня уже стошнило четыре раза... – Ну ничего, сейчас приедем домой и я вас лечить буду. В этом городе ночи самые тихие. Люди крепко спят в своих кроватях утомлённые дневными развлечениями. Фонари мелькают в лобовом, Леон невольно наклоняет голову, его веки кажутся тяжёлыми и он старается не спать. Мигель начинает говорить: - Было очень жёстко? – мне понравилось...остальным было видно что плохо. Я был самым последним и они уже тогда были как перевареные овощи. Ну кроме подсоса Теона. – Не удивительно. Теон на короткой ноге с посетителями. Янчика никто не обидит. Маркиза и Луи в мясо будто перекручивали. – Да, она будто между жерновами были...не понимаю зачем они идут в это если не умеют получать удовольствие. - Леон кидает краткий взгляд в зеркало салона, где Кристофер уже истекает слюной в сиденье. - Зачем ты помог ему в это ввязаться? – Он хотел найти работу как можно быстрее. Самое быстрое что я мог найти Инфлаты. Если бы он был менее горд и согласился пожить за наш счёт какое-то время, нашел бы более достойную работу... жалко его. Первый день и сразу в мясо. – А у кого так небыло. Это будет еще долго, я уверен. Парня просто в фарш прекрутят. – И тебя. – и меня...но я получу удовольствие. Остановившись на светофоре Мигель переводит печальный взгляд на Леона. – Ты... – Не надо. Я знаю что ты чувствуешь. Мы это сто раз обсуждали. – Хорошо. Дальнейший путь до дома все молчали и только ветер за стеклом насвистывал свою колыбельную. Мигель на руках донес спящего Криса до квартиры. Пока Мигель возился с новеньким, Леон пошёл набирать ванну для себя и Криса, готовил мази, масла, пока Мигель раздевал Криса и помогал залезть в ванную. – Как ноги? – Буд-то вата. Почти не чувствую. – Поясницу чувствуешь? – Она болит. Будто ее сломали. Мигель помогал Крису, намыливал еоги и спину, а Леон справился сам и просто лежал в воде, наблюдая как бережно мигель отмывает ноги загорелого. – А ты правда...кайфанул? – Ага. Крис ожидающе смотрел на Леона. Леон уже ответил и не собирался больше говорить, он поджал ноги и погру8ился в мыльную воду по шею. – Ну...почему? Это же...они же... – Грубые и неприятные. Понятно что это дело не для тебя, тебе не понять того почему мне нравится. Я другой. Мигель уже все это прошёл. Леона трудно понять и можно либо принять то какой он человек, либо: – Ты больной... Леон поднял взгляд на полу живого Криса. Он не первый раз слышит такое умозаключение про себя и в целом не думает обижаться. Он и сам очень долго думал что болен, что это не нормально, а потом устроился туда где ему хорошо, где его особенность это нормально. Мигель обдал Криса холодной водой и потчнул ща плечо, помогая вылезти из ванной. – идем, нужно обработать твой зад. Когда дверь за парнями закрылась, Леон спустил мыльную воду. Лежа в ванной и чувствуя как вода медленно уходит а его тело сохнет, он ни о чем не думал, слушал бой своего сердца и отпускал свою жизнь. Когда она ушла, он неторопливо встал под холодный душ смывая с себя всё. Хололная вода очень неприятно жгла кожу, Леон вздрогнул и отогнал мысли о том что все его не понимают, и не хотят понимать не смотря на то что секс и сексуальность уже норма для общества. Мигель отрывает его от морозной бодрости и зовет в спальню, обрабатывать попу. Леон вылезает из ванной, вытирается и в спальне ложится рядом с уже спящим Крисом. Мигель надевает новую перчатку и набирает на пальцы серую мазь, аккуратно намазывая растянутый сфинктр Леона. Холодная мазь начинает греть, новой перчаткой он наносит ее на кожу Леона где были ссадины и синяки. В конце когда Леон перестал чувствовать боль, Мигель засунул заживляющую свечку, которая рассосётся под утро. – Спокойной ночи. - Леон подтягивается к подушке с краю, оставляя место посередине кровати для Мигеля. – Ты же не злишься на него? – Нет. – Он много не понимает. Сам же знаешь в каком он положении. – Я не злюсь. Люди никогда не поймут меня. Даже ты не понимаешь. Мигель понимает что это правда. Он принял Леона и его странности, но он не понимает их до сих пор. Подтолкнув коробку мазей к столу, он уклалывается посередине. Гусиная кожа Леона, от холодной воды цепляет глаз и через пару секунд молчания он прижимается щекой к его шее и кладет руку на изгиб талии. – Доброй ночи. - И тебе. - Леон медленно уходит в сон оставляя невзгоды во вчерашнем и готовясь к новому завтра.