forever mine

*телефонный гудок* трубку подняли и не успев сказать даже банальное «алло» получили: — сегодня самый лучший день в моей жизни – я наконец-то рассталась с этой ненормальной. — рюджин готова кричать от радости, но в ответ слышит лишь выдох, и равнодушное лицо лучшей подруги — эй, джису, разве ты не рада? — я рада, безумно рада. вот только я изначально говорила, что она тебе не подходит. ты хоть раз можешь послушать свою подругу? — сняв очки, чхве трет переносицу. шин опустила взгляд согласно промычав, девушка надула губы. — вообще-то я часто тебя слушаю. плю-ю-ю-юс мне казалось, что йеджи исправится, заметит, что я ее люблю и проблем не будет. — лицо  подруги сменилось на мрачное — забудь ее имя умоляю. рюджин, твоя теперь уже бывшая девушка - конченая гедонистка. ей в удовольствие только причинять вред и портить жизнь окружающим, вспомни, каждый свой синяк, вспомни, как мы гуляли и ты пришла домой на,— джису издевательски процитировала, — на пять минут позже. это пиздец, а не отношения, в общем.  — всё-всё, мама, хватит. — шин развела руками перед экраном, — всё кончено, и счастливая я с бутылочкой красного полусладкого уже еду к тебе.  — так-то лучше. жду тебя  *звонок закончен. пожалуйста, оцените его качество от одной до пяти звезд* «это все десять.» — думает рю. *** такси приехало к знакомому подъезду, еще нового жилого комплекса. двери зеркального, кристально чистого лифта распахнулись и табло отсчитало двадцать один. шин уже на пороге, ведь знает код от двери как свои пять пальцев.  и перед глазами снова все в самых ярких красках. было время, когда ее девушка, извините, бывшая девушка, доходила до такого, что у рюджин просто не было выбора, кроме как бежать из дому. на удивление йеджи всегда знала, где она, всегда находила, даже если это была не квартира джису. извинялась, чуть ли не на коленях. и, конечно же, шин верила. она действительно любила этого дьявола? тревога мигом окутала ее, воздуха в легких стало меньше, кажется, он вовсе туда не попадал. в реальность ее вернули теплые объятия подруги. чхве ей, как сестра, настолько родного человека просто не сыщешь. во всей этой истории ее можно назвать одним словом - спаситель. и даже сейчас, она спасает подругу.  — рюджин, тише, все хорошо. я рядом.  — спасибо. договор был заключен. в этой квартире весь вечер вспоминали только приятные моменты. переезд и перетаскивание только пятнадцати коробок, наполненных одеждой, вечеринка по случаю новоселья, сдача экзаменов, работа. стены хранили столько памяти, столько тепла, что негатив не мог и просочиться.  вино било в голову, и к девяти вечера, чхве и шин уже сидели, а точнее лежали в зале, рассматривая старые фото в компании друзей (и почему они не позвали никого больше?). перелистнув фото, на нем в обнимку стояли йеджи, рюджин, джису и младшая сестренка шин - юна. взгляд рю упал сначала на сестру, что уехала учиться в другую страну и к счастью видела старшую только прячущую свои страдания за улыбкой в фейстайме.  затем глаза нехотя скользнули на бывшую. черт, какая она красивая все же, а эти кошачьи глаза… разве этот человек может распускать руки? вот и шин не верит. голова приятно кружится, а смех подруги заполняет комнату, но стоит увидеть знакомый взгляд на экране, и всё тепло уходит, оставляя холодок на коже. она гасит экран и смотрит на часы. — кажется, мне пора? — ты можешь остаться ночевать, — джису улыбнулась. — для тебя у меня всегда есть одеяло и подушка. улыбка одаряет и лицо рюджин. — это очень мило, но тебе завтра на работу. — шин пальцем тычет в нос захмелевшей девушке. — спокойной ночи, джису-у-у-у — она смеется, уже накидывая легкую куртку.  — всегда убегаешь, напоминая о плохом, — сонным голосом, отвечает подруга. — спокойной ночи, джинни.  *** приятный вечерний ветерок, гоняет воздух по городу. свежесть и свобода, приятное чувство. интересно, а сколько времени? она достает телефон из кармана, что моментально разблокируется от ее лица.  и снова это фото. глупые мысли забивают голову, хочется позвонить, поговорить, вновь услышать ее голос.  «нет, я не полезу в это снова» — шепчет рюджин сама себе, а пальцы уже тянутся в сторону кнопки «удалить». *новое сообщение* джи: эй, мне нравилось это фото    рюджин: что? джи: не удаляй его.  пальцы замерли, рюджин огляделась вокруг – никого. и ветер стал холоднее или это от сообщений, но как она могла узнать? присев на бордюр, шин несколько раз проверила настройки, пытаясь избавиться от кома, что подкатил к горлу и чувства паники. выходит, йеджи всегда следила за ней. но в телефоне все чисто.  кажется алкоголь в крови разбушевался. иногда нужно уметь проявить каплю смелости, чтобы показать людям, что они не всемогущие. хван такой же человек, так чем шин хуже.      рюджин:        а мне нравилось,   когда ты вела себя нормально  джи:  хм? правда? а мне кажется я всегда нормальная    рюджин:    вот именно, что кажется.  джи:  мне не кажется одно, я тебя люблю.  сердце бешено колотится, а в глазах накапливаются слезы. любит? неужели? три точки вновь появляются на экране, она что-то печатает.  джи:  не молчи, я знаю, что ты без меня не сможешь.  она бьет по больному и добивает следующим сообщением.  джи  как и я без тебя  рюджин срывается с места. бежит изо всех ног, и в течении следующих десяти минут, уже стоит у дверей, что не заперты. ее встречают на пороге и одаривают поцелуем, он горяч. настолько, что рю не понимает, где заканчивается поцелуй и начинается пощечина. — не смогла уйти? — ладонь старшей сжимает щеки, направляя взгляд на себя, — обожаю эти глаза. — ты меня звала, сама, уже забыла? — рюджин сжимает запястье хван.  на лице йеджи появляется довольная улыбка, она лишь притягивает младшую ближе вновь целуя ту, шепчет прямо в губы, — просто, ты моя, навечно. —ее грубо толкают в стену, заводя еще сильнее. хван усмехается, — знаешь, мне даже нравится. рюджин глазам не верит. смотрит на свои ладони и чувствует, что у нее тоже есть сила, но применять ее вовсе не то чувство и она снова поддается этой токсичной бездне.  оказавшись на кровати, шин уже полностью теряет контроль, вернув его настоящей владелице. эта дикая кошка, приматывает руки младшей к изголовью кровати, целует, в кровь кусая губы. от футболки, что была на рюджин остались клочья, а на теле появляются следы, старшая то ногтями, то зубками рисует своим узоры, спускаясь всё ниже. она не скрывает, тоже любит свою девушку, любит, но по-своему. ей нравится причинять боль, чувствовать свое господство, она пыталась измениться, знает, как неправильно поступает, но ничего поделать не может.  и даже расстаться предложила хван, но желание и натура победили эту битву. я ведь хотела отпустить её. хотела. так почему снова держу? оказавшись у самого бегунка темных брюк, она не торопится его расстегнуть. смотрит в глаза напротив пылающих от желания и красных щек, что пульсируют от ударов. — я тебя люблю. — голос хван вздрогнул, как бы она не старалась держаться. — я знаю, я тоже. — рюджин улыбнулась. руки расправились с нижней одеждой, перед ней ангельского вида девичье тело, которое хочется пробовать на бесконечном повторе.  ее кожа — флора и фауна.  она так идеальна.  изгибается от каждого прикосновения. как в первый раз сводит молочные бедра, за что получает шлепок по ним. задерживает дыхание, когда пальцы входят в горячее лоно и сладко стонет от их движений внутри, что с каждым разом набирают темп.   губы находят другие в полумраке комнаты, сливаются в единое и сладкий голос рюджин эхом отбивается внутри йеджи. она наслаждается каждым звуком, каждым судорожным вздохом. это её власть. не хочет больше причинять боль и не хочет отпускать младшая кончит, как только старшая кивнет. в глазах искры, рюджин выгибается, пальцы сжимают простынь, и в этот миг кажется, что она принадлежит йеджи полностью. но ведь так и есть, да? йеджи проводит пальцами по её спине, впитывает тепло, запоминает. — мы не можем быть вместе, — йеджи зарывается лицом в её волосы и сжимает талию чуть крепче. как будто боится, что если ослабит хватку, рюджин исчезнет.. — но и порознь я не вытяну. тишина.