Психбольничные развлечения

Сожители встали со своих кроваток. У них наконец появилась возможность рассмотреть друг друга. Шедоу этого особенно ждал, ведь всё, что он увидел на момент жизни с Ванилой в палате - его лицо в темноте, которое даже казалось жутким, но парень вспоминал прекрасные фотографии Пьюра, которые он даже распечатывал, чтобы полюбоваться. Если бы не прекрасная случайность, по которой они оказались в одной палате, Милк бы точно не выжил! Он бы явно додумался проглотить пластиковую ложку. Без великолепия блондина жизнь казалась ему бессмысленной, как минимум сейчас. Шедоу представлял Ванилу достаточно жизнерадостным из-за его постоянной улыбки на фотографиях. У него была очень аккуратная карешка. Как выяснилось из щитпоста, он укладывал волосы, но Шедоу даже не мог представить, как он может выглядеть иначе. Именно сейчас ему предоставилась эта возможность! Пьюр, встав, даже обернулся на шедоу. Он тоже заинтересовался в том, как выглядит его сосед, из-за чего Милк чуть не запрыгал от счастья! Парни стали рассматривать друг друга, но лишь пару секунд, чтобы уж точно не смутиться. Пьюр до госпитализации не имел ни малейшего представления, как мог выглядеть его сосед. Шедоу всегда ставил на аватарки только его рисунки. Парень оказался достаточно низким, что удивило другого. Когда Милк стоял в темноте у его кровати, он явно казался более высоким и устрашающим. Его волосы выглядели достаточно странно. Одна половина была блевотно-синего цвета, а другая желтовато-белого. Дешёвая краска вымылась, а корни отросли. Прическа была наподобие медузы, но выглядела не так странно, как окрашивание. Его глаза были голубыми, и на них был еле заметный татуаж синей стрелочки. Выглядел парень специфично, но Пьюру это даже немного понравилось, что он не хотел признавать. Его мама всегда говорила, чтобы он с неформальными не водился! Ванила был гораздо выше, чем Шедоу себе представлял. Он такой же блондинистый, как на фотографиях, но отличалась его прическа. (Представьте себе ванилу из 7-8 эпизода) У Пьюра была небольшая челочка-антенка, которая почти закрывала его глаз. Он был слегка загорелым. Сразу видно, летом на море ездил! Милк старался как можно детальнее разглядеть своего любимого соседа, из-за чего заметил, что его глаза разного цвета! Один был голубым, а другой янтарным. Шедоу этого или не замечал, или Ванила в обычной жизни носил линзы. Он хотел это уточнить, как вдруг его перебил сосед. -Я обычно ношу голубую линзу, но сомневаюсь, что здесь мне разрешат... -Линзы тут разрешены, я когда-то тоже носил, а тебе нельзя комплексовать по поводу твоих прекрасных глаз! Ге..гетерохромия! Да! Это - такая прекрасная особенность, которая так тебя красит! Не стесняйся этого, тебе действительно очень идёт, да и первые недели тебя мало кто будет видеть, поэтому перед кем тебе стесняться? Ванила смутился и начал постепенно идти к двери. -Спасибо... Но мне самому не очень нравится эта "изюминка". Может, здесь привыкну ходить без линзы. - он ещё раз обернулся и не слишком заметно улыбнулся Шедоу. Естественно, ему всё ещё неловко получать столько похвалы, особенно к его комплексу. Милк был безумно счастлив. Времени осмыслить всё происходящее у него было мало, ведь нужно было разговорить Ванилу, стать для него самым верным товарищем, стать для него настолько близким человеком, что после выписки он станет третьим, а, если помечтать, вторым, админом на его щитпосте. Для раздумий о своей теперь счастливой жизни у него было три часа тихого часа, во время которого издать хоть один звук - смертельная опасность. Мыльнорыльные дела прошли спокойно, ведь в небольшом туалете находились они только вдвоем. Им всё-таки выдали штаны и стали брать некоторые анализы! По возвращении в палату Шедоу снова стал балаболить с соседом. Ванила был достаточно уставшим и удивлялся, что у Милка настолько много сил после практически удавшейся попытки суицида. Пьюру даже в обычной жизни было тяжело вести разговоры, но он понимал, что больше делать нечего. Пока что их не хотели пускать в библиотеку, чтобы выбрать предложенные книжки, а родителям приезжать нельзя первые три дня. Конечно, надо ведь адаптироваться, а то вдруг ещё детишки сбегут. По идее должны были прийти учителя, но суицидникам в изоляторе об учебе можно и не мечтать. Оба учились в колледже, на данный момент у них почти не было анализов, да и тем более скоро новый год. Кто захочет учить деток в больнице? На радость блондинчика, сосед умел очень много говорить, из-за чего приходилось практически всё время просто слушать, но не скучать. Рассказы про другое отделение, людей, находившихся здесь и правила удивляли Ванилу, но ему было очень даже комфортно слушать про то, куда он попал. Конечно, он был не слишком доволен своим местонахождением, но Шедоу действительно скрасил все его утро, которое в итоге прошло быстро. Время от времени заходили медсестры, пугая и ругая парней, но, несмотря на это, Милк не боялся продолжать тараторить. Тихий час начинался после обеда. В это время можно было или читать, или спать. Санитары же старательно следили за детками. Шедоу и Пьюра всё-таки решили пустить в небольшую библиотеку, поняв, что под их надзором книгой они себя не убьют. Ванила всеми силами пытался найти там что-то интересное, но всё было только 12+, ведь шестнадцатилетние депрессивные подростки явно испугаются, прочитав что-то более серьезное. Единственное, что ему понравилось - детская Библия. Именно ее он и выбрал. Милк же знал, что чего-то увлекательного здесь нет, поэтому просто делал вид, что очень озадаченно смотрит на полки. Ему просто хотелось составить компанию своему соседу. На тихом часу он планировал всё очень детально обдумать, а если надоест - пытаться уснуть. Через несколько дней ему всё равно соизволят привезти книжек получше, из которых придется вырвать страницу с возрастным рейтингом. Ничего серьезного не предвещалось. Парни зашли в палату, свет им выключили, но дверь оставили открытой. Шедоу уже рассказал товарищу, что очень желательно нужно сидеть с закрытым ртом и стараться спать. Сам он бы совсем забил на это правило и говорил бы в сон час в полный голос, но в прошлый раз из-за этого ему продлили срок на несколько дней! Милк уже прошел к своей кроватке и собрался лечь. Блондинчик тоже, как вдруг он грохнулся на пол! Шедоу знатно ОШАЛЕЛ. Он сразу подбежал к Ваниле, проверяя, жив ли он. Он бы с радостью сделал искусственное дыхание, но дверка не была закрыта, поэтому к ним забежала медсестра из коридора, услышавшач грохот. Пьюра увели в медпункт, а его соседу сказали, что вообще-то пора спать, а не дурью маиться. Шокированный Шедоу лег. Всё начало дня Ванила казался ему достаточно бодрым, ведь, несмотря ни на что, продолжал с ним вести диалог! Когда-то его больничные собеседники могли просто уснуть посреди разговора. Они с Пьюром так мило сходили в библиотеку и рассмотрели друг друга! Блондинчик в воспоминаниях Милка выглядел иначе, но, честно говоря, немного более болезненный вид Пьюра нравился ему даже больше чем тот, в котором он представал перед своей аудиторией. Неуложенные волосы, мешки под глазами, гетерохромия, смугловатая кожа и глубокий порез вдоль вены - то, чего он от своего кумира не ожидал, но из-за этих качеств он чувствовал себя чуть ближе к нему. Естественно, из-за последнего события он очень беспокоился за блондина. Милк планировал начать больше "присматривать" за ним, чтобы в опасных случаях помочь и поддержать. Он решил, что если его сосед начал падать, он героически подставит себя как опору, чтобы в его глазах быть самым прекрасным человеком. Можно было понять, что физическое здоровье Пьюра уж очень сильно страдало, раз он не с того не с сего грохнулся, будто мертвец. Шедоу задумался об этом. Видимо, не просто так его кумир писал в свой щитпост сотни сообщений, не говоря ничего о каком-либо взаимодействии с людьми. Даже Милка он упомянал там чаще, чем своих потенциальных друзей, выражая свою благодарность за некоторые приятные комментарии. Кажется, у него действительно практически не было друзей, раз уж столько времени находилось на дураковаляние. Ванила в своем канале даже не жаловался на это, а когда он сказал, что его знакомая - админ канала, она уже показалась Шедоу самым важным и верным человеком в жизни Пьюра. Милка на пару минут охватили небольшие сомнения по поводу отличной социальности блондина, но, конечно, в это поверить он не смог. Ревность к воздуху никто не отменял, а раз уж Ванила решился пообщаться с Шедоу, значит сможет это сделать и с кем-то другим! Попав в дурку, он, очевидно, но точно не думал, что встретит своего любимого блондина. Милк уже перестал задумываться о том, что в этом месте он второй раз. Всё ощущалось совершенно иначе из-за наличия слишком приятной для него компании. Несколько месяцев назад в этом отделении из-за большого контроля он действительно ничего не мог с собой сделать, хоть мечтал об этом всей своей душой. Шедоу сдерживался от самоповреждений достаточно долго, но была бы его воля, он бы всегда сделал что-то. Так продолжалось до момента, пока он не нашел свой достаточно странный, но настоящий для него смысл жизни. Сейчас же, одиноко лёжа в палате, ему было уж слишком плохо. Переживания о Ваниле терзали его сознание все больше и больше, а свое существование снова начинало казаться самой бессмысленной вещью в мире! Он упал в обморок, как Шедоу должен жить с этим фактом в головушке? Ещё страшнее будет, если привезут к ним в палату кого-то ещё. Как же Милку завоёвывать к себе внимание в таком случае? Будь бы он не с Пьюром, он бы стал подшучивать над будущим соседом, но блондин, как известно из щитпоста, такие поступки не уважает! Придётся быть паинькой, чтобы не разочаровать своего всё ещё кумира. А что ему делать, если Ванила заинтересуется их новым сожителем больше, чем Шедоу? Как ему показалось, блондинчику не слишком уж приятно получать слишком много комплиментов, так что похвалой его внимание не заслужить! Из-за этого он стал стараться чуть меньше их говорить, хоть это безумно было сложно. Ванила, несмотря на их больничное положение, всё ещё был его главным кумиром и казался ему чем-то выше и лучше, чем обычный человек. Он зря взял из библиотеки библию, он - и есть Бог, как минимум в мире Шедоу. Парня также пугало, что когда-то ему может надоесть блондинчик, прямо как его предыдущие сильные интересы. В таком случае он будет биться головой о стену, пока не полюбит его снова, но с радостью бы попросил Ванилу придушить его. Это бы точно помогло. Мир даёт ему такой шанс, он лежит в одной палате с тем, кем восхищается больше всего, а он, возможно, не будет ценить это! Об этом Милк больше не хотел думать. Тревога слишком нарастала. Лучше будет помечтать о прекрасных взаимоотношениях с его дорогим соседом! Парень, честно говоря, не до конца разбирался в своих чувствах. Его любовь всегда превращалась в одержимость, которая становилась ненавистью через небольшой промежуток времени. Шедоу не слишком хотел это признавать. Этому даже нельзя было найти адекватные причины. В своих единственных "практически серьезных" отношениях, а именно во время зависимости не от вещи, а от человека, он вел себя отвратительно. Изначально следил за потенциальным партнёром, после чего его простили. После этого стал говорить комплименты без остановки, клялся в любви, и ему ответили взаимностью. Романтика продлилась ровно две недели. Затем же Шедоу устал, подумал, что он выше этого, и стал ненавидеть партнера. По итогу он самостоятельно ушел, заблокировав его везде, где было можно. Ненависть тогда появилась из ниоткуда, что на данный момент действительно пугало Милка. Ванила оказался его самым долгим "специальным интересом", из-за чего он, как уже было сказано, надеялся, что эта, так называемая любовь не перерастет во что-то более страшное. Любил ли он Пьюра? Скорее всего да, но до госпитализации он был влюблен в его образ в интернете, но и настоящий Ванила ему уже начинал слишком сильно нравиться. После таких глубоких размышлений Шедоу хотел уже расслабиться, но вдруг понял, что через пару недель их могут поселить в разные отделения. Конечно, диагноз у них похожий, и они должны лечь в суицидальное, но места могли закончиться, а в таком случае детей помещают туда, куда получится! Парень даже не мог представить, что будет делать без Пьюра, но об этом он решил постараться забыть. Только он успел слегка расслабиться, как дверь палаты открылась и медсестра ввела Ванилу. Шедоу, лёжа на кровати, стал махать ему рукой. Сосед ему слегка улыбнулся, но по его лицу было видно, что он очень устал. Сопровождавшая его женщина бросила агрессивный взгляд на Милка и ушла, оставив дверь открытой. -Ты как? Живой?? - Шедоу решил шепотом поинтересоваться состоянием Пьюра, стараясь говорить настолько тихо, насколько мог. -Почти.. - ответил Ванила ещё тише. Парень стал пытаться устроиться на кровати поудобнее, из-за чего его шебуршание услышали санитары в коридоре, но ничего не сказали. -Ты часто так в обмороки падаешь? -Достаточно. Я, честно, уже думал, что у меня каталепсия.. -Это когда спишь, как мертвец? -Да, ещё заживо погребают... -Ой кошмар какой! А врачи что говорят? - Шедоу от шока стал говорить чуть-чуть громче, но его кровать была дальше всех остальных, из-за чего медсестры этого пока не замечали. -Говорят не внушать себе всякого, не читать ничего про это и больше отдыхать. Конечно, это же так сильно поможет. Но, если честно, я бы сейчас и правда отдохнул. Меня не слишком аккуратно откачивали. - Ванила говорил, задрав голову вверх, чтобы его было лучше слышно Милку, а не грозным работникам. Их с соседом кровати стояли друг перед другом. -Ой, тогда спи сладким сном! Тебе это нужно! Разговор окончился. Блондинчик сомневался, что сможет уснуть, но, как минимум, сил на разговоры у него было не слишком много. Ему действительно казалось, что он может не просто падать в обмороки, а впадать в ужасные каталепсические сны! Его здоровье действительно страдало. Он, как и многие, страдал анемией, в глазках часто темнело, что могло закончиться падением, но иногда его вырубало и без резких движений. Особенно он испугался, когда это один раз произошло прямо в школе. Там даже не нашлось тех, кто бы объяснил, что это - не такая уж и редкая вещь. Начитавшись про погребения заживо во время приступа устрашающего заболевания, он стал думать, что ему тоже светит этот конец, несмотря на его юность. Его только успокоило то, что теперь его врачи знают об этой особенности, так что никто в могилу его не положит. Тихий час будет длиться ещё долго, поэтому теперь очередь Ванилы подумать о своей устрашающей жизни и текущем положении! На самом деле приятные слова Шедоу всегда радовали его во времена на свободе, как и в больнице, но здесь Пьюр сильнее смущался, из-за чего на них никак не отвечал. Шедоу казался ему очень хорошим человеком, знающим и уважающим авторское право. Именно из-за случая с принтом на футболке Пьюр убедился, что это - хороший фанат. Не то чтобы до этого у него были какие-то устрашающие фанатики, но он всегда этого боялся. Блондинчик, как уже можно понять, достаточно часто переживал из-за каждого возможного плохого события. На учебу ему было страшновато ходить. Близких друзей в наличии у него не имелось. Единственный, с кем он старался поддерживать связь в жизни - Вайт Лили (ВОТ ЭТО НЕОЖИДАННОСТЬ). Она была той самой знакомой, которая могла похвастаться админкой на щитпосте художника с парой тысяч подписчиков на основном канале, правда ее она получила лишь из-за паранойи Ванилы. Ей было категорически запрещено что-то писать, если с ним всё было в порядке. Мама Пьюра бы моментально позвонила родителям Лилечки, чтобы рассказать, какой ее сынок бесстыдник. Детишки хорошо общались в детстве, но, естественно, с возрастом дружить становится тяжелее. В глазах матери блондина они всё ещё были самыми близкими друг другу людьми, а другие попытки сына найти друзей она принимать не хотела. Ее стандартам очень мало кто подходил. Даже сам ребенок под них не очень подходил. Она считала, что он недостаточно старается, парится из-за бессмысленных вещей, а его обмороки - следствие того, что он сидит в компьютере. Он должен был гулять на улице и учить уроки, но на отсутствие товарищей ей было всё равно. Когда Ванила сказал, что он бы хотел сходить на приём психотерапевта, она была в шоке! Сынок выдумал себе всякого, а ей ещё и деньги тратить? Из-за таких теплых взаимоотношений с семьёй Пьюру было слишком страшно даже думать о звонке родителям. С утра он этого делать бы не стал, да и телефоны им с Шедоу ещё не рисковали выдать. Говоря о хорошем, Пьюр был счастлив, что он не живёт в одной палате с каким-то буйным убийцей своей семьи, которого в пример своего плохого сожителя в этом отделении приводил Милк. Со своим соседом он мог немного расслабиться и даже похихикать над его шутками и рассказами, но иногда и смутиться из-за приятных слов и переживаний о его физическом состоянии! Ванилу лишь расстраивало, что ему нельзя было рисовать, ведь, конечно, карандашик - самый острый предмет. На самом деле Шедоу скучал по рисункам Пьюра не меньше, чем сам блондин! Парень окончательно надумался о своем счастье и печали. Пора следовать указаниям врачей и отдыхать, даже не читая детскую Библию. Ванила уснул, как и его верный сосед. Это были прекрасные часы, проведенные на отвратительной жёсткой кровати, но такой релакс прервал крик медсестер в коридоре. Пора вставать в туалет, пока он открыт, а потом и кушать полдник! Блондинчику это далось тяжело. Его достаточно сильно вырубило, а он, будто не зная своих проблем, резко встал с кровати. В ушах зазвенело, в глазах потемнело, а чтобы, возможно, стало лучше, он зажмурился и решил облакотиться рукой о стену, которую благополучно не нащупал. Он уже начал падать, что, скорее всего, сделал бы на кровать, но герой, которому решили выдать второй носок, захотел спасти своего соседа! Шедоу, который сам ещё не до конца проснулся, подпрыгнул и подбежал к Ваниле сзади, аккуратно взяв его за плечи и спину, таким образом кое-как, но поддерживая стоячее положение. Это давалось тяжеловато, ведь Пьюр был выше, но зато Милк впервые коснулся его! Мечты сбываются! Через пару секунд блондинчик опомнился и практически стал самостоятельно держать опору. Он обернулся и очень аккуратно положил руки на плечи соседа, таким образом приобняв его. Во-первых, он это сделал чтобы сразу выразить свою благодарность, а во-вторых, чтобы уж точно не грохнуться, немного лучше сохраняя равновесие. Парень отдышался и начал говорить. -Шедоу, спасибо большое, тебе не стоило этого делать, у тебя и своих проблем достаточно, но спасибо... Правда, спасибо огромное. - сказал он с такой благодарностью, будто его спасли от инфаркта или любимого погребения заживо. Милк знатно УДИВИЛСЯ. Он только что исполнил свой самый прекрасный сон, самую большую мечту, которая, казалось, никогда не сбудется - потрогать Ванилу, но тут он ещё и самостоятельно обнимает Шедоу! Парень, выпучив глаза, стал стараться спокойно отвечать. Благо из-за разницы в росте это лица видно не было. -ОЙ, оЙ это тебе спасибо! Несмотря на плохое самочувствие, продолжаешь беседовать со мной! Я всего лишь за плечики тебя поддержал, не стоит так благодарить!!! - эти слова он протараторил, после чего аккуратно похлопал и погладил Пьюра по спине. Его руки уже начали трястись, но он боялся, что Ванила подумает, что физический контакт он не любит! Сам же блондинчик действительно чуть не посчитал так. Он был очень тактильным, но касаться ему всегда было некого, из-за чего он, страдая от тактильного голода, обнимал подушки. Хлопки по спине ему показались действием, не выражающим желание легких объятий, но когда его погладили по спинке, он успокоился. Ванила и Шедоу практически одновременно чуть отошли друг от друга, а блондинчик снова подарил своему соседу лёгкую улыбку и, стараясь теперь не грохнуться, вышел из палаты. Милк настолько сильного смущения за свою жизнь ещё не испытывал. Голова стала слегка горячей, а глаза не соглашались хотя бы немного закрыться. Его только что обняла его причина на существование. Он бы никогда не подумал, что, совершив очередную попытку ухода из жизни, у него появится возможность контакта с самым прекрасным для нынешнего Шедоу Пьюр Ванилой, так его ещё и обнимут, хоть он для этого не прилагал никаких усилий. Правда, это только ему казалось, что он совсем уж бездельничает в плане завоевания сердца блондинчика. Для Ванилы он сейчас был очень даже хорошим человеком и соседом, но этого Милк узнать не мог. Парню оставалось пойти умыться и съесть самый лучший полдник, который все нутрициологи города одобрили ради деток в больницах - кисель с булочкой. Остаток дня прошел спокойно. После прекрасной подкормки, Шедоу снова стал много балаболить. Ваниле это начинало все больше нравится, и часок они провели именно за этим делом. После этого их пару раз забрали на процедуры и анализы, а целый один раз с ними поговорил психолог. Конечно, пользы пока не было, ведь сеанс длился от силы 5 минут. Парней лишь расспросили об их настроении, а Милка и об ощущениях от нейролептиков. Их прописать Пьюру ещё не успели. Шедоу даже не стал врать на приёме. Он сказал, что сейчас он счастлив! К нему, конечно, было пару вопросов, ведь обычно детки без анализов такими энергичными не бывают, но даже причины его радости забыли спросить. Это и к лучшему. По возвращении в палату Милк и Ванила ещё немного поговорили, но блондинчик уже устал, о чем решил сообщить собеседнику. Парень лег спать чуть раньше отбоя, а Шедоу получил разрешение читать детскую Библию, которую взял его сосед. Он когда-то смотрел обзоры и айсберги на обычную ее версию, но самостоятельно читать не решался. Ему лишь нравилось носить красивые кресты, которые, к сожалению, в психиатрических больницах отбирают, как и остальные висюльки! Прекрасная книга ничем его не поразила, и по итогу он тоже стал засыпать. Дурка учит засыпать раньше девяти вечера. У Ванилы, на его радость, никогда не было проблем со сном. У него всегда было мало сил, из-за чего его очень быстро вырубало, так что и не на слишком удобной кровати он отлично уснул. Шедоу же всегда страдал от бессониц и чуткого сна. Сны ему никогда не снились, засыпал он тяжко и долго, а до приема медикаментов мог и вовсе не спать пару дней. Всегда ему было неудобно на любых кроватях, но к формату психбольничных в свою прошлую госпитализацию он успел привыкнуть, да и день с предыдущей ночью у него выдались насыщенными. Просыпался он, к сожалению, от каждого шороха, что сказалось на его сегодняшнем сне. Такое редко случалось, но отрубиться у него получилось даже раньше положенного. Казалось, что это будет лучшая ночь в его жизни, но нет! Дверь палаты открылась с достаточным грохотом, от чего парень моментально проснулся. Он стал наблюдать, что же послужило причиной побеспокоить сон таких ангелочков. Медсестра завела новенького. Одна из страшнейших мыслей Шедоу сбылась. Он казался очень высоким и даже накаченным. Конечно, лёжа в кровати в полной темноте тяжело разглядеть кого-то, но этот человек показался Милку знакомым. Парень стал рассматривать его лучше, и, о, боже! Он узнал его. Это был Бернинг Спайс (ОГОКАКНЕОЖИДАННО), который лежал с ним в одном отделении несколько месяцев назад! Шедоу, поняв это, моментально развернулся к стенке, ведь положили новенького на соседнюю кровать. Их давние взаимоотношения не задались с первого дня. Милк носил футболку с исполнителем, которого вспыльчивый товарищ ненавидел всей душой, его волосы были крашеными, так он ещё и соизволил подшутить над его угрожающей внешностью, а Спайс оказался тем, чьё эго уж слишком легко задеть. Свою обиду он выражал неконтролируемой агрессией, из-за чего в прошлый раз он здесь и лежал. Этот милейший мальчик решил избить Шедоу прямо при санитарах, но, конечно, его почти сразу успели остановить. Милк получил удар в живот и пару сотен оскорблений, касающихся его внешности в особенности. Из-за этого происшествия в тот раз их на время поселили в разные палаты, но через время передумали, ведь другим детишкам тоже нужно было место. Спайс всегда старался задеть Шедоу и физически, и морально, но всегда получал ответные оскорбления или жалобы на него санитарам. Это его невероятно злило! Настолько, что даже нейролептики не особо помогали. В конце концов его перевели в отделение для более буйных. Они с Милком лежали в одном лишь из-за недостатка мест в остальных. Парень и так опасался новых соседей, ведь они могли завоевать внимание его дорогого Пьюра, но тут приехал тот, кто ненавидит Шедоу всей душой и гораздо сильнее физически. В прошлый раз Милка от богатырской силы Спайса спасали жалобы медсестрам, которые уж слишком полюбили его за красивые глазки, но сейчас он ещё не успел завоевать доверие работников! Он решил превращаться в паиньку. Ради безопасности на тихом часу он не произнесет ни единого звука, а вставать будет в ту же секунду, как его разбудят. В принципе он не так уж и плохо себя вел, как минимум в свой первый день. На самом деле ему очень хотелось похихикать над агрессивным соседом, а особенно он желал, чтобы Ваниле он тоже не понравился! Это бы явно сбылось, ведь Спайс - совсем не приятный человек, как минимум таким он был во времена прошлой госпитализации, а если он снова здесь, значит парень совсем не поменялся. Проблема была в том, что Пьюр, судя по воспоминаниям Милка о каждом его сообщении в щитпосте, во всем мире мир любит. Шедоу казалось, что его дорогой кумир простит новенького за все грехи, а потом и решит, что люди могут меняться, а значит, что подружится со Спайсом! Этого нужно избежать любым способом!