Их небесконечность

Под пальцами витиеватая гравировка приятным напоминанием отозвалась в нём. Серебро цепочки локета лежит на шее удушающей змеёй, потому Гарри лихорадочно оттягивает её как можно дальше от себя. По груди тёплой волной прошла вибрации, означающая активацию. Сейчас должно стать легче. Хотя бы от одного осознания, что ему придут на помощь. С каждой секундой духовные силы истощаются. *** Месяц спустя восстановленные силы позволяют ему снова взяться за работу. Мрачный особняк внушаемо откидывал тень на сад — что ж, владелец обладает вкусом, местные красоты без вычурностей приятны глазу. Ему ещё никогда не доводилось увидеть такую изысканность, но без пышностей и излишеств в желании выставить напоказ свой достаток. Просто и со вкусом. Впрочем, как и сам особняк внутри. Каждая деталь декора кричит о сдержанной лаконичности хозяина. Однако больше всего удивляет количество фарфоровых ваз с живыми цветами, которых было явно больше, чем тех же картин. Яркие мазки на фоне тёмных тонов вычурно выделяются, однако не выглядят как-то нелепо, напротив, дополняя богатое убранство нежным флёром. Стоит заметить, что аура у этого места была ему чем-то знакома, однако он никак не мог уловить что именно так привлекло его внимание. Больше всего его беспокоит полное отсутствие людей. Слуг в таком огромном особняке должно насчитываться как минимум десяток, однако его никто не встретил ни у ворот, которые приветливо были открыты, ни в самом доме. Его это насторожило, но опасности он не почувствовал. Однако сам хозяин вызвал неоднозначные эмоции. Холодный взгляд серых глаз с первых минут неотрывно следили за каждым его перемещением, словно Гарри вторгшийся в его поместье вор, которого выгнать за шкирку не позволяют лишь хорошие манеры. Хотя правда заключается в том, что Том Реддл сам позвал его в свой дом, прося о помощи. Но то был поверхностный анализ, сила Тома Реддла была спокойна. Однако даже в таком состоянии Гарри не мог не почувствовать её мощь. Что не удивительно, ведь всё это место кричит о власти и силе. И увидев крепкого мужчину с ясным взглядом, он сразу понял, что перед ним никто иной как Том Реддл. — Гарри Поттер, — произнёс хозяин дома и пожал руку. И с тех самых пор ни на секунду не прерывал зрительного контакта. — Том Реддл, — почтительно склонил голову Гарри. *** — Давно. — Это очень расплывчато, нужно понять хотя бы приблизительно в какой период, — Гарри покачал головой и отпил чая. Носок лакированной туфли Тома Реддла вальяжно покачивается, и внешне он выглядит невозмутимо. Однако шлейф его лёгкой нервозности Гарри может почувствовать за милю. — В то время я потерял близкого человека. Гарри понятливо кивает. Хоть что-то. Вернее сказать, даже очень много, учитывая отсутствие хоть какой-либо полезной информации. — Потрясение несёт за собой риск прорехи в силовом потоке. Последствия у этого, как вы должны догадываться, весьма разнообразны и опасны. Том Реддл не первый, кто страдает от присутствия рядом с собой потусторонних личностей. Это не такой уж частый случай, но вполне решаемый. Гарри специалист в решении различных нарушений силовых потоков, однако в его опыте это первый такой случай. Потому он вызвал в нём крайнее любопытство, благодаря которому он бросил все свои дела и примчался по первому же зову. — Какого характера несут ваши с ними столкновения? Сегодня Том Редлл на него и вовсе не смотрел. Однако он не прятал взгляд намеренно, просто будто бы пребывал не здесь и был мало заинтересован в общении. Плохой знак. Если волшебник, знающей о прорехе, вовремя обращается к специалисту, то истощения быть не должно. Но Мистер Реддл выглядит весьма подавлено по сравнению с первой их встречей. Тёмные брови всю встречу сходятся морщинкой у переносицы, а губы и вовсе бескровны. Сейчас он выглядит многим старше своих лет. Если он старше Гарри на десяток лет, то сейчас и вовсе кажется стариком, волосы которого ещё не тронула седина. Почему-то это угнетало и Гарри хотелось ускорить процесс, чтобы не потонуть в чужом увядании. — Мало что понятного можно вычленить из их криков, но каждый… достаточно настойчив. — Приведите пример. *** Сквозняк лижет голые ступни, когда мужчина открывает окно. Его разбудил настойчивый стук в дверь, хотя час был далёк от привычного времени для гостей. Ступая голыми ступнями по холодному камню, он резко замирает. До ушей доносится чей-то неразборчивый шёпот, но источник звука непонятен. Он выставляет барьёр, когда чувствует впереди шевеление. Однако он оказался слишком медлительным после пробуждения, потому чьи-то костлявые конечности обвились вокруг коленей и он услышал хриплый детский голосок. — Догнал, догнал! — однако под конец голос и на долю не походил на детский, сделавшись сиплым и старческим. Опустив голову, пред глазами костлявый силуэт изменил облик и стал старухой, которая сидела на коленях, уткнувшись ему в ноги. Хватка цепкая, однако мужчина и не пытался вырваться. По ступням пробежал холодок, а затем что-то тянущиеся и горячее коснулось их. Под старухой разлилась лужа крови, а сама она, одетая в лохмотьях, вдруг отскочила от него и снова приняла вид мальчишки. — Прочь! — вопль, кажется, прозвучал в самой его голове. От шума он скривился и упал на колени. Тело не слушалось, обмякнув перед чем-то нечеловеческим перед ним. — Не вернуть, не вернуть! — до этого не было возможности рассмотреть чужой лик, однако сейчас положение позволяет. Страха не было. Иррационально хотелось просто упасть лицом в пол и снова заснуть. Половина лица у синюшного мальца повисла на костях, а глаз и вовсе отсутствовал. — Он всегда при мне! — словно прочитав его мысли… мальчик выплюнул глаз. Перед ним всё начало расплываться. — Смирись! — сипит мальчик снова голосом старика. — Не вернуть! Не вернуть! А затем долгожданная встреча с полом происходит. Так он и пролежал до самого утра. *** — Это… интересный случай, — Гарри постучал костяшкой среднего пальца по подбородку. За окном темнеет, однако никто из слуг не вышел, чтобы подкинуть дров в камин. Так они и сидят в приятном полумраке. — Он хотел что-то от Вас, но что? — размышляет он в слух и делает пару пометок в блокноте. Сегодняшнюю ночь Мистер Реддл не мучается благодаря зелью, что дал ему Гарри. *** Изумрудная накидка заботливо укрывала его от сквозняка. Гарри сонно моргнул. — А? Он, кажется, уснул во время сеанса. Каков стыд! Он вскочил и чуть пошатнулся от резкого движения, но сзади кто-то крепко обхватил его за локоть. Гарри вскрикнул и дёрнулся в сторону, от чего накидка упала на пол. — Прошу прощения, — Том Реддл без привычного парадного одеяния выглядит ещё более уставшим. Но и более пугающим. Он стоит за креслом, на котором минутой ранее проснулся Поттер, и блики от потрескавшегося камина причудливым танцем отбрасывают тени на его расслабленное лицо. Глаза при таком освещении почему-то кажутся темнее ночи. Гарри сглотнул и приготовился было уже извиниться, как Том Реддл поднял ладонь и кивнул в сторону. — Составите мне компанию за ужином? Этой ночью Мистер Реддл уговаривает его остаться у него, потому что уже поздний час, и предлагает гостевые покои на втором этаже. Даже гостевые покои здесь выглядят роскошно. Гарри засыпает с мыслью, что ему здесь комфортно. *** — Вам больно? — он ощупывает чужой затылок и перемещает ладонь на взмокший лоб. Ледяной. Он взял ослабшую руку мужчины и приложил два пальца к пульсирующей вене. Закрыл глаза, стал слушать. Сила внутри мужчины увядала. Гарри отпрянул. — Но как же!.. Всё должно было быть не так! Ещё два дня назад она была сбалансирована и зелья помогали! У Гарри осталось совсем мало времени, чтобы избавить Тома Реддла от этого недуга прежде, чем тот полностью потеряет свои силы! — Процесс ускорился, значит они жаждут чего-то получить, но они разве что-то просят? Ещё ни разу из рассказов мужчины он не услышал, чтобы кто-то из приходящих что-либо требовал или просил. Мужчина совсем ослаб, однако его бескровные губы изогнулись в улыбке. — Не кричите, — просит он и начинает дрожать в чужих руках. — Пожалуйста, дайте мне Вашу ладонь, — Гарри ошарашено смотрит на расслабленное лицо, покрытое испариной, но повинуется. Ладонь у мужчины, несмотря на состояние, крепко цепляется за него. Руки такие же холодные, как и весь он сам. Ситуация принимает совершенно неожиданный оборот, когда мужчина целует костяшки его пальцев и тихим шёпотом просит: — Посидите так немного. Вот так у меня ничего не болит. *** — Помогло? Сегодня, по словам мужчины, ночью его никто не беспокоил. В целях безопасности Гарри снова остался ночевать в поместье, не уснув до самого рассвета. Книги, привезённые с собой, никакой помощи ему не дали. Только сам теперь, наверное, походил на ходячий труп. — Помогло, — кивает мужчина, отпивая кофе. Лицо его приняло более человеческий оттенок, а под пальцами у Гарри сила была спокойна. Он выдохнул. У него ещё есть время! — Кофе? — предложил Том Реддл, откинувшись на спинку стула. Выглядит он и правда свежо и немного повеселевшим. Расстёгнутые манжеты и верхние пуговицы рубашки кричат о том, что с Гарри он чувствует себя весьма комфортно, раз позволяет себе такую вольность. Гарри это не может не льстить. Потому он сам старается расслабить тугой комок нервозности у себя где-то в груди, соглашаясь на чужое предложение. — Кофе. *** Гарри сидел за очередной книгой, когда послышался стук. Нахмурившись, он замер. За дверью не были слышны шаги да и присутствие Мистера Реддла он чувствовал достаточно хорошо, чтобы понять, что сейчас к нему пришёл явно не он. Слуги? Их он так и не повстречал. Впрочем, задавать этот вопрос хозяину он тоже не решился, оставив чужие тайны и проблемы чужими. В конце концов это никак не относится к делу. Когда стук повторился, он понял, что здесь что-то не то. Вернее стучат вовсе не к нему. Стук снова повторяется, но теперь более настойчиво. — Гарри. Он замирает. Но как! Гарри бегом преодолел пространство и открыл дверь. Перед ним спиной стоял точно сам Том Реддл в темно-бордовом халате, однако что-то в нём было не так. Как будто бы волосы выглядят короче? Когда только успел?.. — Гарри, — он поразился отчаянию в чужом голосе. Но он же тут! Прямо за его спиной! — Мистер Реддл? — нерешительно позвал он мужчину. Однако… его словно не услышали! — Пожалуйста, открой дверь, Гарри! — более требовательно. Он уже ничего не понимает. Зелье перестало работать? Том Реддл сейчас спит? В каком он состоянии и стоит ли его будить? — Я тебе всё объясню! Кажется, он перестал дышать в тот момент, когда в двери напротив щёлкнул замок. Том Реддл притих. И Гарри утратил самообладание и провалился в темноту, когда за чужим плечом в отварившемся дверном проёме увидел… собственное лицо. *** Странный сон не выходил из его головы ещё целый день, пока он провёл в библиотеке Реддла. Но он старался не сильно отвлекаться на второстепенной важности вещи, полностью погрузившись в работу. Ещё он не мог не заметить странную деталь, что в особняке не было ни одной фотографии. Даже если семьи у Тома Реддла больше нет, обычно в таких домах висела хотя бы парочка портретов хозяина дома. Но стены были абсолютно пусты, лишь изредка украшены минималистическими картинами. Эта деталь горечью отдалась в его сердце. С каждым днём мужчине становилось хуже, но приступов больше не было. Сегодня Гарри решился на один шаг. — Вам нужно самому пойти на контакт. Мужчина удивлённым не выглядит. Лишь хмурит брови и в задумчивости потирает подбородок. — Хорошо. Гарри вздыхает и понимает, что сегодня его ждёт бессонная ночка. *** Но… ничего не происходит. Никто не пришёл. — Стоит перебороть себя и как можно дольше быть в сознании в следующий раз, когда кто-то снова заявится к Вам. Немного поразмыслив, он всё же добавил: — Быть может, им не нужно что-то у Вас просить, достаточно лишь того, что Вы их выслушаете. Мужчина кивнул, мягко перебирая цепочку, что выглядывала из-под рубашки. Гарри подавил желание погладить свою. *** Мужчина резко сел на кровати и уставился на него. Гарри, до этого в ожидании сидевший в кресле, весь подобрался. Напряжённое лицо Тома Реддла заострилось, а глаза лихорадочно выискивали что-то на лице Гарри. Или, быть может, мужчина принял его за очередного потустороннего гостя, который тёмным пятном сидит где-то в углу его комнаты. Что ж, стоит признать, Поттер бы и сам перепугался. — Что-то почувствовали? Тишина. — Да, — и столько горечи в его голосе, столько боли. Гарри затаил дыхание. Мужчина продолжал неотрывно смотреть в его сторону и Поттер уже сомневается, что тот его видит. Но потом что-то привлекло внимание хозяина дома, когда заострившийся взгляд врезался в дверной проём. Поттер ничего, кроме тёмного просторного коридора, не увидел, но помнил точно одно. Когда он заходил, то закрыл за собой дверь. *** На удивление, мужчина молчал целый час, а потом закашлялся. Гарри поднялся с постели, готовый проверить состояние духовного потока, когда мужчина вцепился в него мёртвой хваткой. — Он не хотел что-то говорить, лишь напоминал! — ярость застилает чужие глаза и Гарри чудом не отшатывается из чужих рук. Понятливо кивает и взглядом просит продолжить. Хватка переходит на плечи, а затем его с силой припечатывают к груди. — Я знаю, знаю! И сказанное явно адресовано не ему. — Пойди прочь! Прочь! — Стойте! — он хочет применить силу, когда чужие руки только крепче сжимают его в объятиях, но что-то не позволяет ему этого сделать. Он сжимает рубашку на чужой взмокшей спине и куда-то в грудь просит. — Отпустите! — Нет! — низко и на грани хрипа. Кажется, тот и вовсе сейчас потеряет сознание! — Вам нужно было пойти на контакт! — Каков толк, если ничего уже не изменится? — Что? — Стой смирно. Гарри попытается оттолкнуть без применения сил. Очевидно, безрезультатно. — Мистер Реддл! — Гарри, — и от нежности в чужом голосе подкосились колени. Он уже ни черта не понимает. Ни того, что чёрт возьми здесь происходит, ни то, почему он так на это всё ведётся. — Тс, — в макушке путаются чужие горячие губы. Гарри сглатывает и выдыхает. — Постой так. Хотя бы ещё немного. И Гарри ему позволяет. *** Через три дня Том Реддл не приходит в себя. Гарри мечется вокруг него, пытаясь прощупать духовный поток, узнать его состояние, но… ничего не чувствует. Абсолютная пустота. Никакой вибрации и онемения на кончиках пальцев. Лишь равномерный ритм чужого сердцебиения. Он не может в это поверить. Не хочет! И отчаянно метается в слезах над чужим лицом. — Мистер Реддл, я сейчас вам передам свои! Но ничего. Ничего передать не получалось. — Глупый. Он с криком упал с кровати, когда за спиной какой-то старик гаденько засмеялся. — Глупый ты, глупый! — Что я сделал не так? — в отчаянии спрашивает Гарри. И уже не знает, у себя ли, бессознательно Тома или… это потустороннего нечто. — А я не про тебя. Это заставило вновь вскочить на ноги и попытаться поделиться силой. — Ничего не выйдет, — о разочарование в чужом булькающем голосе можно было порезаться. Гарри лишь сильнее разозлился. — Пошёл прочь! Под рукой равномерно бился чужой пульс. Ничего не получается! Почему ничего не получается? — Это куда это? Не думал ли, что ты сам здесь гость? Гарри замер. — Повтори. За спиной гадко посмеиваются. — Повтори! — перешёл он на крик. — Силушку свою проверь. Он зажмурился и сосредоточился. Сделал, как было велено и… ничего не почувствовал. Там, где горячей лавой бурилась сила, приятной вибрация расходясь по всему телу, зияла пустота. — Что? Смех продолжается. — Каков нелепый молодой человек. У Гарри потемнело в глазах. *** Сознание приходит постепенно. Сначала он слышит какой-то скрежет, затем чужое размеренное дыхание где-то над ухом. Открыв глаза, он видит перед собой спину Тома Реддла. Тот сидит, сгорбившись, что-то рассматривает в своей руке. Гарри пытается встать без лишних резких движений, чтобы не почувствовать головокружения и садится рядом с мужчиной. Но стоит ему увидеть предмет, который тот держит в руках, он отшатывается прочь. Том вскинул затравленный взгляд и горько улыбнулся. — Проснулся. Поттер потянулся рукой к шее, но ничего не нащупал. Его цепочка с локетом была зажата в одной руке мужчины, а второй… тот сжимал точно такой же, но на своей шее. Выхватив свою цепочку, он открыл локет и почувствовал слабость в коленях. Нет. Быть может, он ещё спит. Ему бы хотелось поскорее проснуться. И не просыпаться никогда. С изображения, которое находилось в его кулоне, на него смотрел Том Реддл. И он уже знал, кто изображен в кулоне у самого мужчины. *** Ударившись спиной о стену, он чуть снова не осел на пол. Лихорадочно перебирая ногами, он оказался в коридоре. Он знает эту дверь. В неё так отчаянно ломился Том Реддл из его сна. Что ж, теперь то он знает, что это никогда не было сном. Он на согнутых ногах идёт дальше по коридору, опираясь на стену. Дышать с каждым шагом становится тяжелее. Только вот… а нужно ли ему это? Дышать? — Гарри, — зовёт его Том Реддл за спиной, — прошу тебя, остановись. Но Гарри не может! Как он может позволить себе остановиться? Как возможно, что сейчас он стоит на этой земле, если сгинуть с неё должен был ещё как несколько месяцев назад? — Гарри! — умоляет мужчина. Гарри горько улыбается. — Конечно, они ничего не требуют, — он не узнаёт свой собственный голос. — Конечно. Он возвращается, но на мужчину не смотрит. Открывает дверь ключом, который нашёл в кармане собственных штанов, и заходит внутрь. Конечно же он знает каждый уголок его рабочего кабинета. Да даже собранные в одном месте рамки с фотографиями, которые были заботливы сняты со всех стен. Вот стол, за которым он всегда отвечал на письма и переносил пометки из черновика. Его любимые лилии, которые засохли с того момента, когда он последний раз ступал в эту комнату. Всё было как и раньше. При жизни. — Как давно? — Гарри, — умоляюще и очень тихо. На плечи ложатся чужие ладони, но Гарри отскакивает от него. — Что ты с собой сделал? Ладони трясутся, когда из глаз вытекает соль. Губы жжёт и эти ощущения больше не приносят ему удовольствия, потому что всего этого быть не должно. Всё это — неправильно. Но неправильнее всего ещё то, что Том с собою натворил. — Ты! Как ты посмел! — Я не думал, что ты так будешь страдать, я лишь хотел… — Хотел? Что ты хотел? Погубить себя? Чужие глаза блестят и Гарри невыносимо это видеть. — А ты бы разве поступил как-то иначе? Гарри нечего ответить. Он лишь беззвучно плачет и мысленно умоляет кого-нибудь прекратить этот кошмар. *** Холодный нос утыкается ему прямо в висок. Они сидят у камина, но Гарри больше не чувствует от него тепла. Крепкие руки Тома в нежном отчаянии обхватывают его поперёк, но сам Гарри не подаёт признаков жизни. Иронично. — Не вернуть! Не вернуть! Прав был тот старик. И ведь вовсе не хотел что-либо попросить, а просто-напросто желал донести. В прочем, он и вовсе в этой истории не имеет значения. Как и сама «помощь» Гарри. — Где ты нашёл этот ритуал? — Ты меня недооцениваешь. Что ж, справедливо. — Ах любовь, любовь, — жалко, что теперь от присутствия этой нечисти не избавишься, — так непреклонен был в желании с тобою повидаться, что и собственные силы да и жизнь отдал! Это ж надо так! Но никто из них больше не обращал внимания на гадкий смех и издёвки. Гарри продолжал смотреть на огонь, тепла которого теперь для него не существовало. Но вот в чужих объятиях и от груди, что прижимается к его спине, почему-то как никогда ощущается тепло. А ещё ему вдруг стало тихо и спокойно. Есть ли у них ещё хоть немного времени? Или теперь это — их бесконечность?