Сон на кончиках пальцев

Ноа стоял у кухонного стола, в полумраке, который едва позволял видеть.Его движения — тихие, почти призрачные, словно он боялся спугнуть эту тишину, такую хрупкую и вязкую. В руках он держал нож, и лезвие мерцает в тусклом свете, отражая бледное, измученное лицо. Черт бы побрал эти овощи, — проворчал он, голос его — низкий, хриплый, словно давно не произносил ни слова. С яростью вонзил нож в картофель, разрубая его надвое. Сок брызнул на руку, и он с отвращением смахнул его, словно это была кровь, а не сок. Ненавижу их, — пробормотал, вновь погружая лезвие в беззащитный плод. Резал на мелкие, рваные кусочки, словно вымещал на них всю свою злость, всю накопившуюся боль. Слишком жесткое, слишком, слишком… много всего. Душу разрывало от бессилия то ли от ненависти. Как же его, черт возьми, раздражает, что Дмитрий каждый раз оставляет его за готовкой. — Ноа, привет, — пронзил тишину звонкий, но в то же время обволакивающий голос. Лэйн. Вернулась Лэйн, — как эхо пронеслось в голове. — И тебе, — ответил, продолжая терзать овощи. Ноа настолько погрузился в свои мысли, что девушку было легко потерять из виду. Сколько раз представлял, как Лэйн изгибается, под ним, на нем… Не важно, как именно, главное — Лэйн. Его Лэйн. Быстрым шагом девушка оказалась за его спиной. Черная матовая юбка вызывающе подчеркивала ее бедра, а облегающий топ буквально рисовал контуры ее тела. Ноа порой задавался вопросом, откуда в такие моменты, когда мир Ротков вот-вот рухнет, она находит силы наряжаться. Ведь Лэйн — не Анна, что вечно прячется в джинсах и свитерах. Хотя, возможно, это лишь его взгляд, его зацикленность. Лэйн прижалась к его спине, ее дыхание опалило щеку. Полумрак кухни скрывал легкий румянец на ее щеках, но не мог скрыть этот неистовый блеск в ее глазах. Провела пальцами по волосам, нежно лаская кожу головы. Ноа сидел на краю кухонного стола в простой футболке и шортах. Тело напряглось от ее прикосновений. Он чувствовал, как ее руки скользят по его груди, останавливаясь у края футболки. Она потянула ее вверх, обнажая торс, ее движения — уверенные и нежные. Она посмотрела ему в глаза, и в ее взгляде он увидел бездну желания. — Ты такой красивый,— прошептала она, и этот шепот опалил его душу. Провела пальцами по краю шорт, и от этого легкого прикосновения по телу пробежала дрожь. Он издал приглушенный стон, а тело предательски задрожало. Она улыбнулась, видя его реакцию, и продолжила ласки. — знал бы ты как меня будоражит когда на тебе эти чёртовы очки, — ее голос был тихим, соблазнительным. Пальцы скользили по коже, вызывая мурашки. Он тяжело дышал, все тело охватило пламя. ответа не было. Она посмотрела на него, глаза были полны страсти. Наклонилась и коснулась губами шеи, оставляя на коже горячий след поцелуя. Он издал стон, все тело пронзила дрожь. Порой казалось, что вот-вот начнется . Она улыбнулась, видя его реакцию, и продолжила свои ласки. Медленно опустилась на колени, не отрывая взгляда от его глаз. — Лэйн… — прошептал он. Она провела рукой по бедру, и от этого легкого прикосновения по телу пробежала дрожь. Он издал стон. Снова. Лэйн, заметив это, хищно улыбнулась, представив себя диким волком, добравшимся до долгожданной добычи. Прикрыв глаза, Ноа оперся руками о стол, слегка подаваясь вперед, в то время как Лэйн, опустившись на колени, коснулась резинки шорт и одним движением спустила их вместе с трусами. — Ноа… — хриплый шепот Лэйн, словно предсмертный вздох, затерялся в напряженной тишине. Ее пальцы, скользившие по коже, оставили ощущение жгучего огня. Ноа резко распахнул глаза. Сердце колотилось, а тело покрывал липкий пот,а может и не только и пот. Тяжело дыша, пытаясь понять, где он находится. Комната была погружена в полумрак раннего утра, и сквозь неплотно задернутые шторы пробивались первые лучи солнца. Он огляделся, пытаясь унять дрожь. Кухонный стол, за которым он стоял во сне, находился в дальнем углу комнаты, освещенный тусклым светом. На нем лежала раскрытая книга, а рядом — остывающая чашка чая. Никаких следов Лэйн. Ноа провел рукой по лицу, пытаясь стереть остатки сна. Он чувствовал, как горят щеки, а в груди разливается странное чувство разочарования и… чего-то еще. Смутного, но волнующего. — Это был всего лишь сон, – прошептал, пытаясь успокоиться. Но ощущение ее прикосновений, ее взгляда, полного необузданной страсти, казалось таким реальным, что на мгновение усомнился в том, что это было лишь игрой воображения. Он поднялся с кровати, ощущая слабость в ногах и странное, ноющее чувство внизу живота. Сон был настолько ярким и чувственным, что он еще долго не мог прийти в себя. Ноа, шатаясь, словно пьяный, подошёл к кухонному столу. Ноги словно не слушались его, а в голове все еще пульсировали отголоски сна. Опустился на стул, тяжело вздохнув, и окинул взглядом стол. Раскрытая книга, чашка с остывшим чаем – все было на своих местах. Но что-то изменилось. На самой середине раскрытой книги лежала небольшая записка, сложенная вчетверо. Сердце Ноа забилось чаще, словно предчувствуя нечто необычное. Медленно развернул записку. Аккуратным почерком, который он узнал бы из тысячи, было написано:

"Ноа, ты так сладко спал… и так громко звал меня во сне. Надеюсь, твой сон был приятным. "

Кровь прилила к щекам. Не мог поверить, что она слышала его. Что она знала об этом. Как она вообще могла здесь оказаться? Поправив очки которые чуть ли не сползли с переносицы. Он огляделся, словно пытаясь найти следы ее присутствия. Но комната была пуста. Лишь слабый аромат ее духов, такой знакомый и волнующий, витал в воздухе. Снова посмотрел на записку, пытаясь понять, что произошло. И почему она оставила эту записку? В голове царил полный хаос. Он чувствовал себя опустошенным, взволнованным и… немного напуганным.Сон, казавшийся таким реальным,теперь переплелся с действительностью, создавая странное и тревожное ощущение. Он встал, решив что нужно разобраться во всем этом. Но, прежде чем он успел сделать шаг, взгляд упал на раскрытую книгу. На странице, где лежала записка, был подчеркнут абзац:

«Сны – это отражение наших самых сокровенных желаний. Иногда они кажутся настолько реальными, что мы не можем отличить их от действительности.»

Ноа почувствовал, как по коже пробежал холодок. Лэйн знала. Знала всё.