Осколки судьбы

После объявления о Турнире Трёх Волшебников ученики Хогвартса не переставали обсуждать предстоящие события. Но несмотря на всеобщее волнение, занятия продолжались в обычном режиме. Одним из самых ожидаемых уроков на этой неделе был первый урок Защиты от Тёмных Искусств с новым преподавателем — Аластором «Грозным Глазом» Грюмом.  О его приходе ходили самые разные слухи. Говорили, что он настоящий боевой маг, который лично поймал половину Пожирателей Смерти, а некоторые утверждали, что он даже в школу устроился только потому, что Дамблдор уговорил его. Когда Гарри, Рон, Гермиона и Эмилия вошли в класс, все уже сидели на местах, с нетерпением ожидая начала урока. Дверь резко распахнулась, и в класс вкатился сам Грюм.  Он выглядел ещё более устрашающим, чем Гарри мог себе представить: его искусственный глаз вращался независимо от того, куда смотрел он сам, а деревянная нога стучала по каменному полу. — Так, так, так! — его голос был хриплым, а взгляд — пронзительным. — Давайте-ка проверим, что вам вбили в головы предыдущие преподаватели. Некоторые ученики заёрзали на местах. — Сегодня я покажу вам, что такое настоящая Защита от Тёмных Искусств, — продолжил Грюм, прохаживаясь по классу. — Но сначала… Он остановился, а затем резко развернулся, ткнув пальцем в Невилла. — Долгопупс! Невилл вздрогнул. — Д-да, профессор? — Какие есть непростительные заклятия? Класс замер. — Э-э… — Невилл выглядел так, будто хотел провалиться сквозь пол. — Кто-нибудь ещё? — Грюм окинул взглядом класс. Гермиона тут же подняла руку. — Непростительных проклятий три, профессор, — чётко сказала она. — Авада Кедавра, Империус и Круциатус. Грюм кивнул. — Именно! Он вытащил из кармана банку и поставил её на стол. Через секунду из неё выпрыгнула большая паукообразная тварь. Несколько учеников вскрикнули. — Спокойно, она не ядовитая, — хмыкнул Грюм. Он направил палочку на паука и произнёс: — Империо! Тварь внезапно поднялась на задние лапы и начала выполнять нелепые движения, словно плясала. Ученики нервно засмеялись. — Смешно, да? — пророкотал Грюм, прерывая чьи-то смешки. — А теперь представьте, что я использую это заклятие на вас. Вы будете делать всё, что я скажу, даже прыгать с башни. Смех мгновенно стих. Затем он продемонстрировал Круциатус, и паук начал дёргаться в мучениях. Невилл побледнел, Гермиона сжала губы, а Эмилия почувствовала, как внутри всё сжалось. — Хватит! — выкрикнула она. Грюм отвёл палочку, и паук упал без движения. Он внимательно посмотрел на Эмилию. — Жестоко, да? — тихо спросил он. Она кивнула, но ничего не сказала. — Запомните, — Грюм окинул взглядом всех учеников, — эти проклятия непростительны. Использование любого из них карается пожизненным заключением в Азкабане. Гарри украдкой посмотрел на Эмилию. Она выглядела напряжённой, как и Невилл, который всё это время сидел неподвижно, уставившись в стол. После урока Гермиона тихо сказала: — Это было ужасно… — Но полезно, — задумчиво добавил Гарри. Рон вздохнул: — Надеюсь, нам не придётся сталкиваться с такими заклятиями в реальной жизни. Эмилия, по-прежнему погружённая в свои мысли, ничего не ответила.

***

Дни пролетали незаметно.Эмилия с Гермионой часто засиживались на кроватях другу друга,обсуждаю все на свете. Они не очень ладили с другими девушками из их комнаты.И поэтому старались придерживаться друг друга. Гарри стал довольно хмурым,и часто был даже агрессивным.В то время как Рон продолжал оставаться все таким же веселым. После напряжённого урока с Грюмом ученики Хогвартса обсуждали его ещё несколько дней. Однако вскоре волнение сменилось нетерпеливым ожиданием — приближался день, когда в школу должны были прибыть ученики двух других магических школ: Дурмстранга и Шармбатона. Вечером весь Хогвартс собрался на школьном дворе. Дамблдор стоял в первых рядах, его глаза сияли от предвкушения. — Они должны прибыть с минуты на минуту, — тихо сказал он. Вдруг кто-то вскрикнул и указал в небо. Издалека приближалось нечто огромное. По мере приближения стало ясно — это была карета, запряжённая гигантскими пегасами. — Это Шармбатон! — восхищённо сказала Гермиона. Карета плавно приземлилась, и из неё вышли ученицы, облачённые в светло-голубые мантии. Их возглавляла высокая, элегантная женщина с осанкой королевы — мадам Максим. Но это было не всё. Со стороны Чёрного озера показался корабль. Из воды он вынырнул внезапно, как подводная лодка, и плавно подплыл к берегу. Люк открылся, и оттуда один за другим начали выходить юноши в тёмно-красных мантиях. Их возглавлял мужчина с суровым выражением лица и густой бородой — директор Дурмстранга Игорь Каркаров. Гарри ощутил толчок локтем. — Смотри, это же… — Эмилия не договорила. Из толпы студентов Дурмстранга выделился высокий юноша с короткими темными волосами. Это был не кто иной, как Виктор Крам — легендарный ловец болгарской сборной по квиддичу. — Круто… — пробормотал Рон, поражённый до глубины души. Когда все гости прошли в Большой зал, начался пир в честь прибытия гостей. Дамблдор поприветствовал директоров, после чего представил главный объект внимания этого года — Кубок Огня. Кубок Огня стоял в центре Большого зала, мерцая синим пламенем. — Каждый желающий принять участие в Турнире Трёх Волшебников должен написать своё имя на пергаменте и бросить в Кубок, — объяснил Дамблдор. — Однако вы должны помнить: тот, кого выберет Кубок, не сможет отказаться. Это магический договор. Несмотря на волнение, ни Гарри, ни Эмилия не собирались участвовать. Они понимали, насколько это опасно. В течение следующих двух дней ученики старших курсов бросали свои имена в Кубок.  Даже близнецы Уизли решили попробовать,хоть и не подходили по возрасту.Но их трюк сыграл с ними злую шутку,они изготовили элексир старения,но вместо того чтобы стать немного старше.Они стали старыми дедушками.  Однако по-настоящему волнительным был момент, когда в Большом зале собрались все ученики, чтобы узнать, кого же выберет Кубок. Дамблдор взмахнул рукой, и синий огонь внезапно стал красным. Затем из Кубка вылетел обгоревший клочок пергамента. — Виктор Крам! — громко объявил Дамблдор. Аплодисменты сотрясли зал. Улыбаясь, Крам встал со своего места и вышел вперёд. Следующим имя, которое выплюнул Кубок, было: — Флёр Делакур! Ученицы Шармбатона восторженно закричали. Последним выбрали чемпиона Хогвартса. — Седрик Диггори! Гром оваций заполнил зал. Гарри украдкой посмотрел на Эмилию — та тихо улыбнулась. Казалось, что всё уже решено… но тут внезапно пламя в Кубке вновь вспыхнуло. Все замерли. Из огня вылетел ещё один клочок пергамента. Дамблдор перехватил его и на мгновение нахмурился. — Гарри Поттер? Наступила тишина. Гарри сидел как громом пораженный. Он, верно, ослышался… Может, это сон… Но нет, кажется, явь. Преподаватели и ученики — все устремили на него изумленные взгляды. Гарри почувствовал, как у него внутри всё похолодело. Это какая-то ошибка. Он же не бросал своё имя! Гарри повернулся к Рону,Эмми и Гермиона. Все гриффиндорцы глядели на него, разинув рты. — Это не я бросил в Кубок свое имя, — растерянно проговорил Гарри. — Вы же знаете, это не я. Рон и Эмилия с Гермионой ответили ему не менее растерянным взглядом. Он поднялся со своего места, чувствуя на себе десятки ошеломлённых взглядов, и медленно направился к остальным чемпионам. Но среди шока и недоумения один взгляд особенно привлекал его внимание. Эмилия смотрела на него с тревогой. —Тебе в ту дверь,Гарри—без улыбки сказал Дамблдор. Виктор Крам, Седрик Диггори и Флер Делакур стояли у камина.Флед Делакур сразу же повернулась к Гарри. —Что случилось?—спросила она—Нам нужно вернутся в зал? Позади него послышался дробный стук шагов, и в комнату вбежал Людо Бэгмен. — Невероятно! — воскликнул он, схватив руку Гарри. — Необычайное происшествие! Джентльмены… леди, — обратился он к чемпионам, таща Гарри к камину. — Позвольте представить вам,четвертого чемпиона! —Это шутка какая-то?—тут же спросила Флер. — Шутка! Да нет же! Какая шутка! Имя Гарри только что выскочило из Кубка. Дверь позади них опять отворилась. Вошли профессор Дамблдор, мистер Крауч, профессор Каркаров, мадам Максим, профессор МакГонагалл и профессор Снейп. — Мадам Максим! — негодующе воскликнула Флер. — Они говорят, что этот маленький мальчик  тоже примет участие. —Извините,но я ничего не смогу с этим поделать.Кубок выбрал его,а ему мы не можем противоречить.Над кубком проведут проверку,и попытаются найти виновника. Этот спор проходил ещё несколько часов,и за это время Большой Зал успел опустеть. Когда всех отпустили Седрик и Гарри вместе вышли с комнаты. —Гарри,как тебе удалось бросить свое имя в кубок? —Я не бросал!—тут же сказал Гарри. —Ну ладно,спокойной ночи.Передавай Эмми от меня привет. Сказав это он сразу же ускорил шаг и скрылся за поворотом. А Гарри направился в гостиную Гриффиндора.Портер открылся и Гарри прошел в гостиную. Десяток рук втащили в гостиную, где собрался весь Гриффиндор. От крика, свиста и аплодисментов у Гарри голова пошла кругом. — Как ты это провернул? Почему не поделился с нами?! — завопил Фред. Он был и сердит, и потрясен до глубины души. — А где же борода? Класс! — взревел Джордж. — Но это не я, — истово произнес Гарри. — Понятия не имею, кто это сделал. — Пусть не я, главное — гриффиндорец! — кинулась ему на шею Анджелина. — Это не я, — снова и снова твердил Гарри. — Не знаю, как такое могло случиться! Судя по лицам, говорить им что-то бесполезно. — Я очень устал, — взмолился через полчаса Гарри. — Правда, Джордж, устал и хочу спать! Гарри быстро направился по лестнице в спальню.В комнате был только Рон,который лежал на кровати смотря в потолок. —Рон,где ты был?—тут же спросил Гарри. —А,это ты.Привет.—Рон натянуто улыбнулся.—Поздравляю тебя. —С чем? —Да брось ты! Никто не мог переступить запретную линию. Даже Фред с Джорджем. Надел мантию-невидимку? — Мантии-невидимке линию не обмануть. — Понимаю. Будь это мантия, ты бы и меня прихватил. Мы ведь под ней вдвоем умещаемся. Значит, нашел какой-то другой способ? — Послушай, Рон. Я не подходил к Кубку. Кто-то другой бросил в него мое имя. —Зачем? —Не знаю.  —Не знаешь? Так я и поверил! Мне-то ты можешь сказать правду! Зачем врать! Тебя никто не накажет за это.Нам уже все рассказали. Дамблдор допустил тебя к участию. Тысяча галлеонов, плохо ли? Да еще экзамены не сдавать. —Но я не бросал свое имя! —Тебе пора спать Гарри.Завтра ведь рано вставать,всякие там съемки. Сказав это он задернул полог кровати. На следующее утро Гарри спустился в Большой зал, испытывая на себе десятки любопытных и недоверчивых взглядов. Слухи о том, что его имя оказалось в Кубке Огня, распространились мгновенно, и теперь почти весь Хогвартс обсуждал только это. Рон сидел за гриффиндорским столом, но даже не взглянул на Гарри. Он разговаривал с Симусом и Дином, изредка бросая хмурые взгляды в сторону своего бывшего лучшего друга. Гарри почувствовал неприятное сжатие в груди. Эмилия и Гермиона сразу подошли к нему. — Гарри, не обращай внимания, — тихо сказала Эмилия, заметив его напряженный вид. — Мы знаем, что ты не кидал свое имя в Кубок, — добавила Гермиона. — И даже если кто-то не верит тебе… Мы-то верим. — Спасибо, — пробормотал Гарри, благодарно глядя на них.

***

Гарри шел по двору школы вместе с Эмилией и Гермионой. Осенний воздух был прохладным, но солнечные лучи делали погоду приятной. — Ты уверен, что не хочешь поговорить с Роном? — осторожно спросила Гермиона. — Пока нет, — ответил Гарри, сжав кулаки в карманах мантии. — Если он не хочет слушать, я не собираюсь бегать за ним. — Он просто ревнует, — тихо добавила Эмилия. — Но ему рано или поздно придется смириться с тем, что ты не бросал свое имя в Кубок. Гарри кивнул, но настроение у него все равно было мрачное. И тут сзади раздался ехидный голос: — Смотрите, кто тут у нас! Поттер-смердяк собственной персоной! Гарри закатил глаза и обернулся. Малфой стоял на пару шагов позади него, скрестив руки на груди, а на его мантии был приколот значок с надписью “Седрика поддержим — он настоящий чемпион!”. Как только он нажал на значок, надпись сменилась на “Поттер, ты смердяк”. Рядом с Малфоем стояли Крэбб и Гойл, ухмыляясь, как обычно. — Драко, отстань, — устало сказала Эмилия. — Почему бы мне не сказать пару слов нашему великому чемпиону? — ухмыльнулся Малфой, подходя ближе. — Каково это — знать, что весь Хогвартс считает тебя лжецом? Гарри глубоко вдохнул, стараясь не поддаваться на провокации. — Ты просто завидуешь, что тебя даже Кубок не захотел, — сказала Гермиона, скрестив руки. — Меня не выбрали потому, что я не семикурсник,— надменно ответил Малфой. — В отличие от некоторых, я уважаю правила. Гарри развернулся, решив, что спорить с Малфоем бессмысленно.  Но в этот момент Драко метнулся вперед, замахиваясь палочкой — он собирался атаковать Гарри со спины. Но договорить он не успел. Из-за колонны неожиданно выскочил высокий мужчина с безумным взглядом — Грозный Глаз Грюм. —Не смей,сынок! — прорычал он, взмахивая палочкой. В следующий миг Малфой исчез, а на его месте по земле с визгом запрыгал маленький бледный хорек. Эмилия ахнула, Гермиона прикрыла рот рукой, а Гарри вытаращил глаза. Крэбб и Гойл в ужасе отступили, не зная, что делать. — О, теперь куда лучше! — довольно произнес Грюм. Он взмахнул палочкой снова, и хорек-Малфой взлетел в воздух. — Давайте-ка проверим, как ты прыгаешь, — сказал он, подбрасывая его вверх, а затем ловя снова. Хорек пискнул и попытался укусить Грюма. — Ах ты вредный! — Грюм подбросил его еще раз. Слизеринцы вокруг начали перешептываться, кто-то нервно хихикнул. И Малфой полетел прямо в штанину своего друга Крэбба.А после вылетел от туда. В этот момент во двор выбежал профессор Макгонагалл. — Грюм! — воскликнула она, широко раскрыв глаза. — Что вы делаете?! — Просто провожу небольшой урок, — спокойно ответил Грюм, подбрасывая хорька еще раз. — Немедленно верните мистера Малфоя в его обычный вид! Грюм вздохнул, но все же взмахнул палочкой. В следующий миг на земле появился Драко Малфой, выглядевший испуганным и униженным. Он вытер рот рукавом, как будто проверяя, не остался ли у него звериный нос. — Вы… Вы не имеете права! — заорал он, его лицо пылало от гнева. — О, еще как имею, — усмехнулся Грюм, склонив голову. — Я не люблю тех, кто нападает исподтишка. Запомни это, мальчишка. Макгонагалл одарила Грюма суровым взглядом, но промолчала. Малфой развернулся и, красный от злости, убежал, а за ним поспешили Крэбб и Гойл. —Мой отец узнает об этом!—прокричал убегающий Малфой. Гарри, Эмилия и Гермиона переглянулись, а затем раздался тихий смешок. — О, это было великолепно! — выдохнула Эмилия, хихикая. — Он будет ненавидеть Грюма до конца года, — добавила Гермиона. Гарри не смог сдержать улыбку. Хотя день и начался плохо, теперь он точно стал немного лучше.