Some day

      Джереми почти заснул, подперев голову ладонью, когда громкий раскат грома за окном заставил его инстинктивно вздрогнуть. Проморгавшись, он разлепил тяжелые веки и тут же зажмурился от яркого света настольной лампы. Спина ныла из-за неудобной позы, и Джереми, захватив один из учебников, перебрался на кровать. До экзамена по юриспруденции оставалось меньше месяца, а его тщетные попытки подготовиться каждый раз заканчивались одинаково. Он знал, что ему не хватает концентрации, но замотивировать себя не мог, как бы ни старался.       Подавив зевок, Джереми откинулся на подушки, твёрдо решив наконец вырубиться и избавить себя от этой муки. Но телефон в его руке издал тихий звук, оповещая о новом уведомлении. Джереми бросил недоверчивый взгляд на часы, которые показывали почти полночь, а затем на имя отправителя. Жан в такое время обычно уже спит. --- Жан: Спишь? *23:54*

Джереми: А ты?

*23:54*

Жан: Глупый вопрос. *23:55* Жан: Открой дверь. *23:55* ---       Джереми тупо похлопал глазами, прежде чем начать печатать ответ. Он дважды переписывал сообщение, прежде чем с раздражением откинул телефон и поплёлся к двери. Отчим уехал на очередную конференцию в Бостон, так что дома были только Матильда и Уильям. И если у Уильяма внезапное ночное вторжение не вызвало бы удивления, то объяснить матери визит Жана было бы гораздо сложнее. Джереми на цыпочках спустился со второго этажа, пробираясь через просторный холл. На телефон пришло еще одно сообщение, но Нокс уже поворачивал ключ в замочной скважине, надеясь, что не создаёт много шума.       Жан, промокший насквозь, невозмутимо стоял, скрестив руки на груди. Недалеко был припаркован мотоцикл, на котором он, должно быть, добрался до дома Джереми. — Что ты тут делаешь? — Джереми быстро затянул друга внутрь, как будто у того ещё были какие-то шансы остаться сухим. Моро молчал, пока капитан, боязливо оглядываясь по сторонам, тянул его за собой. Несколько мокрых следов осталось на лестнице, но Джереми решил, что Уильям позаботится об этом позже. Мысль о том, что соседи могут доложить Матильде о мотоцикле возле дома, крутилась в голове, но выгнать Жана прямо сейчас он не мог.       Джереми взял пару чистых полотенец из ванной и отдал французу, стоило им оказаться в комнате. Судорожно выдохнув, он запер дверь, наконец обращая всё своё внимание на Жана. — Ты не появлялся четыре дня, — Жан бросил на него укоризненный взгляд, пытаясь распутать мокрые волосы пальцами. Джереми уловил, как чужая кожа покрылась мурашками, и полез в шкаф за сухими вещами. Серая толстовка, что была Джереми великовата, идеально подошла Жану, так что он остался в ней и боксерах. — Это всё из-за мамы. Она хочет, чтобы я сосредоточился на экзамене, — объяснил Джереми, скинув ненавистные учебники с кровати и усадив Жана на освободившееся место. Тот не был впечатлён его ответом. — Твоя мать – тиранша, знаешь? — Жан, — Джереми оборвал его, не желая развивать эту тему, и тот послушно заткнулся. — Девочки знают, что ты здесь? — Я сказал Кэт, что собираюсь навестить тебя, — голос Жана звучал спокойно, но Джереми уловил нервозные нотки. Жану всё ещё было тяжело находиться одному, и то, что он всё-таки приехал сюда, о многом говорило. — Поздновато для прогулок. Тем более в такую погоду.       Моро только отмахнулся, устало потирая глаза. — Лайлу и Кэт не волнуют тонкие стены в нашей квартире, так что мне надо выспаться, — пожаловался он, и Джереми еле сдержал смешок. — А ты всё равно не спишь и занимаешься... — Жан с отвращением осмотрел стопку учебников по юриспруденции. — Этим. — Я и сам не в восторге. — Ты не будешь сдавать этот экзамен, — парень попытался снова, на что Джереми лишь беспомощно покачал головой.       Между ними повисло молчание, и Джереми попытался разбавить обстановку, расспрашивая о последних новостях из мира экси, так как сам уже несколько дней не следил за событиями. Жан тут же переключился, подробно объясняя все ошибки новичков «Лисов» в последнем матче против «Рысей». Тем не менее, победа оказалась за первыми, и Нокс отметил, что нужно будет позже написать Кевину. Они как раз собирались включить запись игры, когда внезапный стук в дверь заставил их обоих замолчать и переглянуться. — Уильям, — Джереми расслабленно повис на двери и выдавил из себя улыбку.       Дворецкий заглянул за его спину и, увидев Жана, приветственно кивнул. Жан был не редким гостем, но приходил только тогда, когда дом пустовал, чтобы не попадаться на глаза кому-то из семьи. — Я услышал разговоры. Вам стоит быть тише, если не хотите, чтобы Матильда проснулась. Мистер Моро, принести вам спальный мешок?       Джереми ответил быстрее, заверяя, что всё в порядке и Уильям может идти спать. Когда дворецкий пожелал им спокойной ночи и оказался за пределами комнаты, Жан приподнял бровь. — Даже мешка мне не дашь? — Моя кровать вместит нас обоих, — Джереми устроился на своей части, лениво потягиваясь. — К тому же, на полу холодно. — Я не собираюсь спать с тобой, — парень прыснул, и Жан поспешил добавить: — на одной кровати.       На его бледном лице проступил едва заметный румянец, а пальцы нервно вцепились в простыни. Джереми не знал, испытывает ли тот дискомфорт, но тут же посерьёзнел: — Ты прав. Мне позвать Уильяма? — он почти встал, но почувствовал хватку сильных рук на своих плечах. Жан закатил глаза и отпустил его, повыше натягивая одеяло. — Выключи свет.       С темнотой пришла и звенящая тишина, в которой отчётливо слышались чужое размеренное дыхание и сердцебиение. Приятное чувство разлилось внутри, и Джереми сам не заметил, как полностью расслабился. На секунду он задумался о том, что бы сделала мать, если бы застукала его в кровати с другим мужчиной, но быстро выкинул неприятные мысли из головы. Нельзя было позволить им испортить такой момент.       Джереми ощутил внезапное желание прикоснуться к тёплому телу рядом, мысленно проклиная себя всеми матерными словами, приходящими на ум.       Остановись. Ты всё испортишь.       С любым другим это ничего бы не значило, но Жан – исключение. Он слишком долго возводил свои личные границы после пережитого кошмара в Эверморе, и разрушить их означало бы потерять ту нить, что была между ними, навсегда.       Жан вдруг пошевелился и тяжело вздохнул: — Ты слишком громко думаешь.       Джереми многозначительно промолчал, но, по всей видимости, Жан не настолько хотел спать, чтобы оставить всё как есть. Он придвинулся ближе, подложив руки под голову. — Скажи, ты правда собираешься бросить экси после выпуска? — впервые за сегодняшний вечер в его голосе промелькнуло горькое отчаяние и недоверие. У Джереми защемило сердце. Тема была болезненной для обоих. — Я не знаю.       Это была правда. Во всём, что касалось его семьи, он не мог быть уверен, а от мысли пойти против матери парня начинало подташнивать. — Я расскажу тебе первым. Обещаю.       Жан прикрыл глаза. Его разочарованное «надеюсь, ты сделаешь правильный выбор» заставило Джереми ненавидеть себя за то, какой он трус. — Это зависит не от меня, — прозвучало так тихо, что парень не был уверен, услышал ли его Жан. Неприятный комок застрял в горле, вынуждая Нокса отвернуться, чтобы не выдать себя выражением лица. — Ты должен сам выбирать, как тебе жить. — И это говоришь мне ты? — Джереми невесело усмехнулся.       Они лежали молча ещё какое-то время, пока Джереми не поддался накопившейся за день усталости и не задремал. Сон был обрывочным и тревожным, он то и дело просыпался, но стоило почувствовать рядом вес чужого тела, успокаивался и позволял себе вновь закрыть глаза.       Но даже в моменты между сном и бодрствованием, сомнения не давали Джереми покоя. Мысль о том, чтобы оставить экси, заставляла сердце сжиматься от боли. Станет ли он ещё большим разочарованием, если завалит экзамен? Или потерянное несколько лет назад доверие уже и без того не вернуть? Так стоит ли рисковать? Воспоминания о прошлых ошибках проникали под кожу, но пока рядом был Жан, хотя бы на мгновение, Джереми мог почувствовать себя спокойно. Ещё недавно Моро, напуганный до чёртиков, шугался от каждого неверного движения, а сейчас он лежал с ним в одной кровати, крепко спал и, кажется, чувствовал себя вполне комфортно. Это было настоящим утешением, несмотря на собственные душевные терзания.       Может, у них действительно всё сложится хорошо. Может, когда-нибудь они оба будут играть в профессиональной команде, и Джереми будет вдали от семьи, которая не сможет его контролировать. «Я всегда буду выбирать вас. Кэт, Лайлу и тебя. Это всегда будете вы», — сказал Жан однажды, и Нокс ему верил.       Может, когда-нибудь Жан будет принадлежать только ему.