Поэт и прозаик

      Находкинс, будучи поэтом, не особо жаловал прозу. Но проза его любимой женщины Одри, признаться честно, трогала струны души. Раньше он и не предполагал что так может поучиться. Просто он встретился с Одри в нужное время в нужном месте и всё пошло само собой.

***

      Уже в семь часов утра Находкинс стоял на площади прямо у Литературного университета. Он держал табличку «Кормите нас вкусной едой!». На митинг пришло ещё два человека: его лучший друг и какая-то красивая незнакомка с рыжими волосами. Находкинс быстрыми шагами подошёл к ней и спросил:       — Вы пришли на наш митинг?       — Конечно, я вот даже плакат принесла.       Одри показала Находкинсу плакат, где были нарисованы вкусная и невскусная еда. Вторая была зачёркнута красным крестом. На плакате светилась надпись: «Сходи на митинг — выбери вкусную еду».       Их митинг прошёл три часа, но за это время никто к ним больше не присоединился, несмотря на то, что Находкинс рассылал приглашения многим другим студентам. А на следующий день после митинга всех их кроме богатого дружка Находкинса отчислили из университета.       Находкинс тогда был подавлен. Он сидел на автобусной остановке рядом с университетом с опущеной головой и грустил. Одри узнала его по серой жилетке и шляпе-федоре, которых он носил и вчера. Она подошла к нему, села рядом и мягко поинтересовалась:       — Тебя тоже отчислили?       — Ну, как видишь. А ведь я мечтал стать великим поэтом.       — Я тоже мечтала стать великой писательницей. Да, Литуниверситет мог многому нас научить.       — И не говори.       — Меня, кстати, Одри зовут.       Наоходкинс поднял голову и заглянул в её зелёные большие глаза.       — Я — Находкинс.       — Приятно познакомиться, — Одри улыбнулась. — Значит, ты пишешь стихи?       — Ага.       — А в каком жанре?       — У меня есть разные стихи. Есть обычные стихи, есть белые, есть верлибры.       — О, так ты парень многих талантов! — воскликнула Одри, после чего хихикнула.       Эта фраза заставила Находкинса заинтересоваться в собеседнице. Её сердце забилось сильнее, спина и руки чуть напряглись.       — А ты что пишешь?       — Прозу.       — В каком жанре?       — В самых разных. У меня есть и любовные романы, и романы исторические и даже фэнтезийные.       — Интересно. Я хоть и не люблю прозу, но не отказался бы почитать твоё творчество.       — Могу тебе завтра принести свой рассказ. А ты мне, в свою очередь, принесёшь стих. Только где мы встретимся?       — Давай на этой остановке в 15:30?       — Пойдёт. Ну а сейчас мне надо ехать домой.       Они распрощались и Одри поехала к себе.

***

      На следующий день Одри отобрала для Находкинса свой любовный рассказ, подушилась, подкрасила лицо, надела любимый жёлтый сарафан с цветами и вышла из дома.       Когда Одри вошла на остановку, то увидела, что Находкинс уже ждал её там.       — Привет.       — Привет.       Они обменялись своими произведениями и пообещали на следующий день рассказать о впечатлении о них.

***

             На следующий день Находкинс опять пришёл на ту остановку и поделился с Одри, что хоть он не фанат прозы, её рассказ вышел очень чувственным. Одри произнесла тоже самое про его стихи.

***

      После этого они сильно сдружились. У них были общие интересы: литература, игры компьютерные и ролевые, политика, любовь к животным. Разве что по вопросу экологии они были несогласны друг с другом. Одри придерживалась эко-активизма и считала, что люди должны ответственнее относиться к природе. Находкинс, в свою очередь, считал природу холстом, на котором можно рисовать всё, что угодно. Но в итоге, развившаяся у них любовь сломила и эту преграду.       Находкинс и Одри хотя и были красивыми внешне, тем не менее, полюбили друг друга не за внешность. Просто они оба были добрыми, умными, талантливыми и обладали схожими интересами.       Находкинс признался Одри в любви в своём красивом зелёном пиджаке, стоя на одном колене и держа в руке букет тюльпанов. Одри радостно кинулась ему в объятия, поцеловала, а затем прошептала:       — Я тоже очень тебя люблю.