На грани чувств

Вместо привычной утренней рутины Гена разбудил не будильник, а возмущенный крик отца. Из-за двери доносился и другой голос, более рассудительный и тихий, с нотками невозмутимой стали, присущей только военным. Асагири постарался как можно быстрее сбежать из дома на учёбу, чтоб не мешаться под ногами у нервного ученого и не менее нервного генерала-лейтенанта. Там, где оканчивалась аккуратная кладка багрового кирпича, простирался порог учебного заведения, перед которым стоял юноша. Прежде чем открыть величественные двери, Ген задумался о том, скольких великих людей пережило здание, в попытке отвлечься от волнующих его душу мыслей. Из потока сознания его выдернул знакомый громкий голос, — Асагири! — эхом разнеслось по площади. Проходящие студенты обернулись на внезапный, прервавший тишину и спокойствие, возглас, — Куда ты так мчишься? Я еле догнал тебя, — отдышался Рюсуй. — Задумался, — выйдя из своих мыслей, Ген полностью переключился на друга. — До занятий еще уйма времени, мне надо столько тебе рассказать про самого боксера. Как насчет того, чтобы выпить по чашечке кофе? — Не до тебя сейчас, — прошипел парень и скрылся за дверьми, оставив за собой лишь недопонимание и легкий цветочный аромат. Такое поведение было очень не похоже на Гена. В большинстве случаев, он либо соглашался, дабы угодить человеку, либо очень тактично увиливал от ответа, но никогда не вел себя настолько прямолинеен. Только после того, как юноша приложил пропуск и прошёл через турникет, пришло осознание, что друг скорее всего заметил его плохое настроение и просто хотел отвлечь от назойливых мыслей. Как бы Асагири не хотел вернуться назад и объясниться, сейчас и правда не до этого. Стоило найти нужный кабинет, чтоб спокойно подготовиться к занятию. Казалось бы, нет ничего проще, чем найти аудиторию, сесть за парту, открыть учебник и уткнуться в него, забыв обо всех источниках раздражения, но нет. видимо, сегодня Гену десяток чёрных кошек перебежал дорогу. В кабинете, который указан в расписании, уже занимались студенты. Юноша поклонился в знак извинения, прикрыв за собой дверь. Учебный чат пустовал, а в коридорах, как назло, не было никого из его группы, чтоб уточнить, где у них будет проходить пара. — Вот же чёрт, почему нельзя нормально указать кабинет в расписании? — ворчал себе под нос Ген, значительно ускоряя шаг. Последнее чего ему хотелось, так это опоздать. Преподаватель всё занятие будет метать лазеры из глаз, а потом задержит, чтоб сначала высказать о том, что сын Доктора Ксено не может так безответственно относиться к учебе, а потом заставить отрабатывать занятие. Задумавшись о последствиях, Асагири не заметил, как уже бежал по коридору. Его руки крепко сжимали ремень сумки, где-то на уровне груди. Часы на правом запястье только нагнетали ситуацию, оповещая о том, что пара началась десять минут назад. Я сегодня залезу в петлю, честное слово! Почему все проблемы мира свалились именно на меня? Очередная дверь захлопнута уже с силой, а поклон в знак извинения оказался быстрым и небрежным. Ген рванул по коридору со всех ног, периодически заглядывая в приоткрытые двери. Мысли о том, чтоб пропустить занятие, казались все соблазнительней, а на возмущения отца легко можно закатить истерику из разряда: "Не надо было забирать меня из детского дома, раз я такой плохой!". С родителями, которые пекутся за своего единственного ребёнка, это всегда работало. Сделав еще пару кругов по университету, юноша замер у еще одного потенциального кабинета. Дверь была прямо перед его носом, осталось только отдышаться, дернуть ручку и... — Извините за опоздание, пробки, сами понимаете... Никто не ответил. «Чёрт, Асагири, тебе придётся отрабатывать занятие до поздней ночи...Может всё-таки петля?..» — Ген поднял взгляд, но преподавателя не было. Не было никого, кроме сидящего за партой у окна парня в наушниках-капельках, внимательно изучающего свои конспекты. Казалось, весь мир вокруг Гена замер, в голове заиграла легкая, непринужденная музыка. дыхание участилось, сердце так и норовило выпрыгнуть из груди, а мысли спутались в клубок. Внезапно появившиеся солнечные лучи подсвечивали идеально ровную кожу незнакомого студента, светлые волосы с зеленоватыми кончиками плавно развеивались на ветру, а красные глаза быстро бегали по тексту в тетради. Парень даже не поднял на него взгляд, видимо не услышал, что кто-то зашел из-за музыки, играющей в наушниках. В любой другой ситуации, Асагири бы захлопнул дверь и побежал дальше искать нужный кабинет, но в моменте почему-то захотелось задержаться. Подойти к этому загадочному парню, дотронуться до его идеального лица, заглянуть в его багряные глаза, спрятанные за густыми ресницами, почувствовать его дыхание на своей коже и… — Вы меня хотели? — студент протянул руку в приглашающем жесте. Его лицо светилось еще ярче из-за широкой улыбки, а залитые румянцем, явно от смущения щеки, только сильнее разжигали неизвестное чувство в груди Гена. — Да… — очарованно прошептал Асагири, шагая в сторону незнакомца. Казалось, что он либо спит, либо умер и попал в райский сад. — Чего? — студент вытащил из одного уха наушник, вопросительно выгнув бровь. Он сразу заметил чье-то присутствие в кабинете, но посчитал, что если какое-то время игнорировать нежеланного гостя, то тот уйдет, но не в этот раз. — Вы меня хотели о чем-то спросить? Одним своим словом незнакомец выдернул Гена из фантазий, — Что? — замотал головой Асагири, возвращая себя в реальность. Он не заметил, как уже пару минут тупо пялился на него, буквально пожирая взглядом. — А... Точно, извините, я ошибся аудиторией. — Юноша быстро поклонился в знак извинения и пулей вылетел из кабинета. "Ну и что это за сцена из типичного подросткового сериала про школьную любовь?" Желание идти на пару пропало окончательно. Да его отчитают, да придётся отрабатывать, да у него испортятся отношения с преподавателем, но это не то, что сейчас волновало Гена. Все его проблемы в один момент сменила новая и более интересная мысль. "Кто этот парень?". С преподавателем как-то можно было разобраться. Как вариант, подсесть на уши или придумать душераздирающую историю о том, почему не явился на занятия. Такое всегда прокатывало, не зря же родители зовут его Менталист. А вот незнакомец — загадка для Гена, которую он не может разгадать самостоятельно. За таким всегда следовало обращаться к Рюсую, потому что все слухи в конечном итоге стекали к нему. Некоторые студенты искренне старались построить с ним дружеские отношения, а самые ушлые втирались в доверие, дабы обзавестись выгодным знакомством с богатеньким парнем. Смех Нанами всегда разливался по коридорам университета. В попытках с ним сблизиться, некоторые пытались казаться теми, кем они не являлись, намеренно копируя его повадки. Рюсуй замечал неискренность своих «приятелей», поэтому тактично сводил общение на нет.  В первый день учёбы он сразу приметил Гена, мило общающегося с толпой первокурсников. Нанами стоял в стороне, бросая на него крайне презрительные взгляды, потому что в этот раз все внимание направлено не на него и теперь стоять в стороне от громкой толпы было непривычно. Еще больше студентов потянулось к новенькому, когда тот достал колоду карт. С великим мастерством, карты друг за другом выливались из одной руки фокусника, пролетали в воздухе, и приземлялись в другую. Толпа ликовала, а особенно громко кричали девчонки, не в силах оторвать взгляд от ловких пальцев, тасующих колоду. Нанами сам не заметил, как все это время наблюдал за представление издалека. Его интерес рос с каждой секундой, и он все-таки решил дать шанс загадочному первокурснику, протиснувшись в толпу, чтоб рассмотреть его поближе. Фокусник в это время подошел к девушке в первом ряду с самым очаровательным видом и непринужденно достал из-за ее уха маленький белый цветочек, сразу же вручая его новой поклоннице. Студенты залились волной восхищенных возгласов и только Рюсуй заметил всю тревогу, скрывающуюся за маской самоуверенности, когда незнакомец взаимодействовал с студентками. — Дамы и господа, скоро начинаются занятия, поэтому вынужден вас покинуть, - он низко поклонился и тут же поспешил скрыться от, явно разочарованной скорым окончанием представления толпы. Нанами не собирался так просто отпускать иллюзиониста, поэтому скользнул вслед за ним. Уже через пару часов Рюсуй доставал нового друга расспросами о жизни, друзьях, родителях, интересах, а после без перерыва рассказывал о своей коллекции моделек кораблей и обещал обязательно их показать. Асагири не то чтобы планировал заводить новые знакомства, но компания Нанами показалась ему достаточно комфортной, поэтому он дал ему шанс. Теперь же, шатаясь по пустому коридору, Ген остановился у окна. Погода на улице просто чудесная. Солнечные лучи мягко пробивались сквозь листву, создавая на асфальте и стенах университета причудливые узоры. В воздухе витал сладковатый аромат цветущих деревьев, а вдали слышался щебет птиц, наполняя атмосферу весенним настроением. Легкий ветерок нежно колыхал траву, принося с собой свежесть и ощущение свободы. Ген, глядя на деревья, заметил, как распускаются на них цветы. Вокруг царила гармония, и даже шум города казался не таким навязчивым. Солнце поднималось все выше, и его тепло обволакивало, создавая ощущение уюта и спокойствия. Асагири почувствовал, как его сердце наполняется радостью, и он не мог удержаться от улыбки, наблюдая за тем, как люди, проходящие мимо, тоже наслаждаются этой чудесной погодой. На несколько мгновений он даже забыл и о проблемах родителей, и о опоздании на занятие, и о… Точно! Он же собирался написать Рюсую. Я: Хей, Рю-чан, предложение выпить кофе еще в силе? Прости, что убежал, у меня что-то совсем день не задался. Ответа от друга долго ждать не пришлось, он будто бы только и ждал сообщение от Гена. Рю-чан: Конечно, брат! После пары я весь твой! Расскажешь, что там у тебя случилось.

***

Кофейня постепенно наполнялась громкими разговорами студентов, которые в перерыве сразу спешили занять столик, чтоб выпить чашечку кофе, подготовиться к следующему занятию или просто поболтать с друзьями. Гену повезло, что он пришел сюда еще до окончания пары и успел занять свой любимый столик у окна, чтоб понаблюдать за прохожими. Он учился на психолога, поэтому изучать людей было его любимым занятием. За окном кофейни то и дело мелькали разные личности, спешащие по своим делам. В толпе выделялась девушка с розовыми волосами, которая, смеясь, обсуждала что-то по телефону. Ее уверенная походка и яркий стиль сразу бросались в глаза. Она явно следила за новостями в мире моды, следовала трендам, но скорее всего, была слишком легкомысленна. Медицинский халат, торчащий из новенькой сумки говорил о том, что его хозяйка учится на врача. Мимо нее пробежала девочка лет десяти с рюкзаком за спиной. Она явно куда-то спешила, но вдруг остановилась, чтобы погладить уличного кота, свернувшегося клубочком. На лице ребенка появилась улыбка, и она на секунду забыла о своей спешке. Гену стало интересно, куда она так торопилась – в школу или к друзьям. На углу улицы Асагири заметил пару, которая, казалось, была погружена в свой маленький мир. Они шептались друг с другом, смеялись и обмениваясь нежными взглядами. Их непринужденность и искренность вызывали у юноши чувство тепла где-то глубоко в груди. Каждый прохожий являлся отдельной историей, за которой хотелось бесконечно наблюдать. У всех была своя жизнь, проблемы, страхи, интересы. Задумавшись, Ген невольно улыбнулся, сделав глоток колы. Для него наблюдение за случайными прохожими было не просто развлечением, а способом лучше научиться понимать людей. Он достал блокнот, который всегда носил с собой и начал записывать свои наблюдения, чтобы позже проанализировать их. — Что-то интересное? — внезапно появившийся Рюсуй склонился над другом, внимательно вчитываясь в его записи, — Снова за прохожими наблюдал? Ген, я скоро правда начну считать, что ты маньяк, ха-ха, — громкий смех Нанами заставил посетителей за соседнем столиком обернуться. — Это, можно сказать, моя работа, Рю, — Асагири отложил блокнот. Он настолько был заинтересован записями, что даже не заметил, когда пришел Нанами. Возможно, тот достаточно долго стоял над Геном, в ожидании того, когда он наконец-то его заметит. — Кстати о наблюдении за людьми, — Асагири полностью сосредоточился на друге, — Мне нужно, чтоб ты мне кое в чем помог. — Я конечно щедрый, но чтобы освободить место для новой информации, мне нужно избавиться от старой. Кое-кто послал меня утром, когда я хотел поделиться своими мыслями. Между прочим, это все еще актуально! Так что прямо сейчас ты выслушаешь меня, Асагири! Ген тяжело вздохнул от понимания, что в ближайшее время ему не дадут возможности вставить слово, — Вываливай. — Так вот, Цукаса! Выглядит как настоящий American Quarterback! Ну, вообще он боксер, и ты бы видел какой! Не проиграл ни одного боя!.. — казалось, о идеальном спортсмене уже слушал не только Ген, но и посетители за ближайшими столиками. Нанами не останавливался ни на секунду, в подробностях описывая первое свидание с Шишио. — И потом… — Рю-чан, — Асагири взглянул на наручные часы. До начала следующей пары оставалось десять минут, а переносить разговор о незнакомце на следующий перерыв не очень хотелось. — Между прочим, кое-кто и меня обещал выслушать, а времени у нас совсем не осталось. Друг не так часто делился своими переживаниями, и если сейчас он так настаивал на разговоре, то значит, случилось нечто серьезное. Нанами притих, — Что-то произошло? Ты говорил, что нуждаешься в моей помощи. — Мне сейчас как никогда нужно, чтоб ты поднял архивы со слухами про наших студентов, а точнее, про одного конкретного, — Ген заговорщически склонился к другу, чтоб посетители за соседними столиками не грели уши. — Я не знаю его имя и факультет, но у него светлые волосы с зелеными кончиками, собранные в абсолютно дурацкую прическу… — А! Ты про Сенку что ли? — по привычке повысил голос Рюсуй, за что получил предупредительное шиканье от друга, который так не хотел привлекать чужое внимание. Нанами признал ошибку, снижая тон. — Асагири, ты два года здесь учишься и не слышал про Ишигами? Да каждый препод ставит его в пример, он же гордость университета! Ген задумался, вспоминая, точно ли он не слышал ничего об этой «гордости университета», но в голову ничего не лезло. Видимо, даже со своей любовью наблюдать за людьми, он смог упустить из виду такую интересную личность. — Нет, вообще ничего не слышал… — Он в восемнадцать лет смог перевестись сразу на четвертый курс, за него там кто-то из преподов поручился, взял под крыло, так сказать. — Рюсуй рассказывал о Сенку так, словно это он лично его воспитал. — Хотя, не удивлен, что ты его не видел, он же постоянно на олимпиадах и семинарах… Как будто космонавта готовят, честное слово! Он же даже в наушниках лекции слушает, вообще у парня времени на отдых нет, как так жить можно?! Асагири слушал с нескрываемым интересом. Ишигами оказался не только красивым, но и чертовски умным. Он не был одним из тех всезнаек, которые делают вид, что разбираются в каждой теме, о которой ты только можешь подумать. Этот парень и правда знал все, по словам Рюсуя. Хотелось изучить его подробнее, залезть ему в мозг и не только туда, узнать со всех сторон. Сенку был загадкой, новым интересным пазлом, до которого Ген собирался добраться во что бы то ни стало. Губы Нанами растянулись в ухмылке, интерес в глазах друга не остался незамеченным, — А что? Понравился? — Не знаю как ты, но я в любовь с первого взгляда не верю, — фыркнул Асагири, раздраженно отводя взгляд. — И вообще, до начала пары осталось две минуты, и я больше не намерен прогуливать! — он одним глотком допил колу, поспешив как можно скорее выйти из кофейни. Его странное поведение только сильнее разожгло интерес Рюсуя, тот был твердо намерен однажды вернуться к этому разговору.

***

Сенку с трудом нашел пустой кабинет, где можно уединиться от вечной суеты студентов и спокойно подготовиться к занятиям. Он пропустил слишком много из-за недавней олимпиады, а обучение на четвертом курсе нужно было оправдать хотя бы наличием конспектов. Поэтому, буквально заткнув уши лекцией по астрофизике, он вооружился тетрадкой и ручкой. На самом деле, Ишигами всегда считал такое времяпровождение отдыхом. Просто сидишь и пишешь под диктовку, особо не задумываясь над смыслом, потому что знаешь тему как свои пять пальцев. В этот раз отдохнуть не получалось. Мало того, что он поспал всего четыре часа, так еще и проснулся с температурой. Легче было считать, что вирус прицепился на олимпиаде. Весна все-таки, многие студенты болеют. Что угодно, лишь бы не думать о том, что скорее всего организм просто умоляет об отдыхе, всеми силами пытаясь заставить молодого ученого хотя бы нормально поспать. Лучи солнца бегали на страницах тетради, словно так и говорили о том, что нужно отвлечься, а лёгкий ветерок, проникая через приоткрытую форточку, приносил с собой свежесть и аромат весны. Сенку на мгновение оторвался от записей, позволив себе короткую паузу. Его взгляд устремился в окно, где за стеклом разворачивалась картина умиротворения. Он редко позволял себе вот так выключить мозг, хотя бы на пару минут и просто любоваться шелестящей на легком ветерке листвой. Улыбка непроизвольно появилась на лице юноши, пока внутренний таймер сигналил о том, что хватит сидеть без дела. Поэтому, бросив еще пару коротких взглядов за окно, Сенку вернулся к конспектам, предварительно перемотав лекцию в наушниках на несколько минут назад. — Извините за опоздание, пробки, сами понимаете... Ишигами даже не повернулся на внезапно вломившегося в кабинет студента. Такие ситуации повторялись слишком часто, чтоб постоянно на них реагировать. Проще было проигнорировать, явно давая понять, что тот ошибся аудиторией и пусть идет отсюда на все четыре стороны. Этот видимо был особенным. Не смотря на то, что Сенку всем своим видом показывал незаинтересованность в общении, внезапно появившийся парень не спешил уходить. Более того, молодой ученый чувствовал на себе его пристальный взгляд. Не очень приятное ощущение. «Может он задал вопрос, а я не услышал из-за наушников?» — Вы меня хотели о чем-то спросить? — повернулся Ишигами, предварительно натянув на лицо маску раздражения. В дверях стоял парень, слегка запыхавшийся, будто только что пробежал через весь университет. Его черные волосы были слегка растрепаны, на щеках играл легкий румянец, а тонкие губы растянулись в блаженной улыбке. Он смотрел на Сенку так, словно тот был его идолом. В взгляде читалась неподдельная радость и легкая доля безумия, что заставило Ишигами на мгновение замереть. По спине пробежал холодок. — Да... — незнакомец, не отрывая от него восторженного взгляда, сделал еще шаг вперед, словно его притягивала невидимая сила. Сенку почувствовал, как его сердце учащенно забилось, хотя он старался сохранять внешнее спокойствие. Этот парень одним своим видом вызывал новые, непривычные для ученого чувства где-то глубоко в груди. Срочно нужно было это заканчивать. - Чего? — он вытащил наушник из уха, вопросительно выгнув бровь. — Вы меня хотели о чем-то спросить? Незнакомца будто ударило током. Он замер на месте, тупо проморгавшись. Его руки нервно сжимали ремень сумки. — Что? — вид у парня был слишком растерянный и Сенку даже почти стало его жаль. — А... Точно, извините, я ошибся аудиторией. Не успел Ишигами понять, что случилось, как незнакомец испарился, будто его тут и не было. Его вполне можно было спутать с галлюцинацией от температуры. Резко появился, резко исчез, да еще и красивый такой… Так, стоп! «Сенку, ты совсем перегрелся, пора завязывать с конспектами и валить отсюда.»

***

Дверь университетской лаборатории с грохотом захлопнулась. Приходить сюда и работать в полном одиночестве было обычным времяпрепровождением для Сенку. Не всем студентам позволено проводить здесь исследования без участия преподавателя, но у него даже были свои ключи, которые Доктор Ксено ему торжественно вручил. На связке болтался брелок в виде маленькой ракеты, и хоть Сенку раздражал его звон, он все же решил не снимать побрякушку с ключей наставника. Ишигами любил одиночество. От групповых проектов он всегда отказывался, отдавая предпочтение работе в одиночку. Люди рядом просто мешались, отвлекали от бесконечного потока мыслей, да и зачастую не были заинтересованы в работе так же, как он сам. Вот и сейчас Сенку покинул пустую аудиторию, чтоб прийти в такую же пустую лабораторию, где его точно никто не будет отвлекать. Включив компьютер, Ишигами запустил программу, с которой работал вчера. Раздражённый, он надеялся, что расчёт поведения математической модели чёрной дыры был завершён хотя бы на 60%, на этом этапе можно было уже получить первые результаты и начать делать выводы по поводу достоверности данных, высчитываемых искусственным интеллектом. Самым раздражающим было то, что программа тратила ресурсы на подсчёт и без того известной информации. Но Сенку пришлось смириться с этим процессом, ведь интеллект REI они с Ксено собирали почти с нуля. Нет смысла использовать старые инструменты и надеяться на новые результаты. В идеале, их с Хьюстоном модель расчётного устройства на базе искусственного интеллекта REI должна была самостоятельно собирать информацию с приборов наблюдения, выдвигать гипотезы на тему зоны поисков следов необычной активности и тут же запускать исследование выбранной зоны. Данные собирались в таблицы, подвергались анализу и сравнивались бы с данными, полученными традиционным путём, чтобы отслеживать динамику развития сингулярности и слепые зоны учёных. Однако до всего этого было ещё очень далеко. Это был огромный проект и на данном этапе от Сенку требовалось лишь проконтролировать работу самой первой версии REI. Он должен был обучить её правильному анализу данных, проверь её на ошибки, а когда она начинала справляться с подсчётами на базе самых тривиальных вводных, добавлять ей погрешности, которые она тоже была обязана учитывать для грамотных выводов. От потока мыслей у Сенку заболела голова. Работать с температурой было просто невыносимо, мозг плавился, глаза слипались и все чего хотелось, так это упасть головой на компьютерный стол и тупо вырубиться, но такой роскоши Ишигами не мог себе позволить. Он прикрыл глаза, устало потирая переносицу, чтоб вернуть мысли в правильное русло. Выходило смутно, перед глазами, вместо обычного полотна из формул была темнота и Сенку все-таки поддался, давая мозгу возможность перезагрузиться. Тьму перед глазами развеял луч солнечного света, прямо как там, в аудитории, в котором стоял светящийся от счастья незнакомец. Парень протянул ему руку, как будто предлагая помощь, которую Сенку даже не думал принимать, - Эй, ты в порядке? — голос незнакомца звучал мягко, позволяя Ишигами на мгновение забыть о своей усталости. Он медленно поднял голову, пытаясь сфокусироваться на фигуре перед собой. Солнечный свет, пробивающийся через окно, окутывал парня золотистым сиянием, делая его почти нереальным. — Я… справлюсь, — пробормотал Сенку, но его голос звучал неубедительно даже для него самого. Незнакомец лишь усмехнулся, словно понимая, что его обманывают. — Ты выглядишь так, будто готов упасть в обморок. Дай я помогу, — он указал на экран компьютера, где формулы и уравнения сливались в хаотичный узор. — Ладно, — наконец сдался Ишигами, чувствуя, что больше не может сопротивляться. — Но только если ты не будешь мешать. Парень рассмеялся, и этот звук показался странно приятным, успокаивающим. Ишигами резко распахнул глаза, вскочив со стула. — Что это, чёрт возьми, сейчас было?! — не удержался он от комментария вслух. Никто не имел права так беспардонно залезать в его сны, а тем более, какие-то незнакомцы. «Нет, правда, этот придурок сначала вломился в аудиторию, где я занимался, а теперь и в мою голову?!» — Сенку зашагал по лаборатории, в попытке хоть где-то скрыться от этих странных мыслей. Сон с незнакомцем вызвал в груди странное неизвестное чувство, которое он не мог ни объяснить, ни подавить. Оно было похоже на смесь раздражения, любопытства и чего-то еще, чего Ишигами боялся даже назвать. — Кто он вообще такой? — прошептал он себе под нос, вспоминая детали сна. Чем больше он думал, тем больше образ незнакомца закреплялся в его памяти. Сенку остановился у окна, сжал кулаки и тяжело вздохнул, чувствуя, как его сердце бешено колотится. Он не мог позволить себе отвлекаться на такие глупости. У него были цели и планы, которые требовали его внимания. — Ладно, хватит, — резко сказал он себе, отталкиваясь от подоконника. — Это просто сон. не более. К тому же, сейчас на улице весна, играют гормоны… Это нормально, у всех так. Но даже вернувшись к своему столу и попытавшись сосредоточиться на работе, образ незнакомца не исчезал. Он будто поселился где-то на задворках его сознания, напоминая о себе каждый раз, когда Сенку пытался отвлечься. — Черт возьми, — снова пробормотал он, откидываясь на спинку стула. — Что со мной происходит? Ответа не было. Только тишина лаборатории и странное чувство, которое, казалось, только усиливалось с каждой минутой. Ишигами закрыл глаза, пытаясь успокоиться, но вместо темноты перед ним снова возник тот самый солнечный луч и улыбка, которая, как он начинал понимать, уже не отпустит его.

***

         Удивительно, но сегодня лекция по философии даже не казалась такой нудной, как это бывает обычно, а все потому, что вместо того, чтобы слушать преподавателя, Ген рылся во всех возможных социальных сетях, в поисках страницы Ишигами Сенку. Инстраграм отлетел сразу. Вряд ли у такого занятого человека есть время выкладывать фото, наверняка его галерея состоит на 100% из фотографий чужих конспектов, чтоб потом переписать их себе. К неожиданности, на Фейсбуке была одна страница, с таким же именем и фамилией, но без аватарки. Гену хотелось, как можно скорее написать ему и познакомиться, но все рушилось о то, что аккаунт был в сети 5 дней назад. — Невыносимо, я же буду ждать целую вечность! — тихо возмущался Ген. Пришлось пока что обойтись простым запросом в друзья, чтоб разведать обстановку. Всю пару Асагири тупо пялился в экран смартфона, разглядывая совершенно пустой профиль Сенку. Он надеялся найти там хоть что-то, хотя бы маленькую крупицу информации, но страница по-прежнему оставалась пустой. Совсем отчаявшись, Ген открыл сайт университета. Там-то точно должно было быть хоть что-то про студента, которым гордились все преподаватели. Если бы Рюсуй увидел, чем он занимается, то точно бы назвал сталкером, но Асагири уже было не остановить. Одержимость привела его к альбому «Неделя науки», где среди одетых в парадную форму студентов, выделялся парень в лабораторном халате. Зеленоватые волосы только подтвердили то, что это был Сенку. Сохранив все фото себе на телефон, Ген пошел дальше, вводя в поиск «Ишигами Сенку». Его перекинуло в раздел с достижениями университета. Быстро пробегая глазами по странице, он недоумевал, как один человек мог сделать столько. Только за этот учебный год Сенку опубликовал несколько научных статей, парочка из которых даже печаталась в крупных журналах. Занимал призовые места на олимпиадах и конкурсах, а также был удостоен награды NASA STEM Engagement Awards. — «Гордость университета?». Да такое ощущение, что Гарвард только на нем и держится! — шептал под нос Асагири. Чем больше он узнавал о Ишигами, тем сильнее восхищался. Теперь этот умник стал приоритетной задачей для молодого психолога. — ...Темы для доклада! — громкий голос вырвал Гена из фантазий. В конце пары обычно добровольцам давали возможность проявить себя и получить высокий балл, прочитав доклад перед всей группой. — «Гарвард: кузница гениев» … Дальше Асагири даже не стал слушать, его рука уже была поднята высоко над головой. Ни преподаватель, ни студенты не были готовы к такой решимости от Гена, потому что обычно он игнорировал такие выступления перед группой, считая их не показанием реальных знаний, а позёрством ради хорошей оценки. — И про кого писать собрался, Асагири? — с усмешкой поинтересовался преподаватель, как будто ставя под сомнение выбор темы. — Про отца можешь даже не пытаться, я тебе такое не зачту. — Ишигами Сенку.