твое тело, как нежное шелк

Есенин:А-А-АХ~! — громкий стон пронесся по комнате Маяковский: Что такое?) Выдохся? — с надменной улыбкой, не скрывая удовольствия Е: М-можно не так активно~ — закрывая глаза от изнеможения и удовольствия М: Малыш, ты же не можешь так все оставить?) *начинает более активно двигаться* Е: АХ!НГХ! — прикрывая (затыкая) рот ладонью М: НЕ СДЕРЖИВАЙСЯ, я хочу слышать твое удовольствие и оргазм! — в командном тоне Е: АГХ! П-пожалуйста п-пощади! Молю М: Ты уверен?) Тогда повтори) — ехидно улыбаясь Е: п-пож... кончи в меня! — с наворачивающимся слезами на глазах то ли от удовольствия, то ли от безысходности М: я вижу что уже на пределе, впрочем, как и я.. — на выдохе с хрипотой Е: ВОВА я тебя ненавижу! М: что?) — злорадствуя Е: я ЛЮБЛЮ! — уже мало что понимая в эйфории М: и я тебя тоже, — с нежной хрипотой в голосе М: ты даже не представляешь как ~ Е: п-прости за всё! за все плохие слова слова в твой адрес! — слезно М: ничего страшно малыш) моя любовь настолько сильна, что это не помеха, с той же нежностью в голосе Е: П-папочка, одари меня своим большим членом, я хочу чувствовать его в себе еще глубже и сильнее! — с твёрдостью в голосе М: ох! как мы заговорили! ну хорошо) *ставит Есенина раком* Е: АХ! ну не так же резко! — от боли в пояснице от резкого переворота М: ох! прости малыш ты в порядке? — с тревогой Е: да, — со стоном М: малыш можешь прогнуться? *надавливает на поясницу Есенина, заставляя ее прогнуть* Е: ММ-М~~! М: оу~ какой чудесный вид! — мнет жопу Сени *жадными укусами оставляет метки на гладкой коже ягодиц, а потом переходя на довольно худощавое тело Есенина* *Есенин в свою очередь, громко стонет, от получаемой боли, и все сильнее сжимая огромную перьевую подушку* М: Малыш, если будет больно говори, с нежностью и заботой Е: Ч-что? *Владимир вставляет свой 25 сантиметровый член, в маленькую (относительно) дырочку Серёжи* *нежно, стараясь плавно и не причиняя боли любимому, войти, Сеня же застонал с новой силой, громче и Маяковский впервые услышал такой женственный крик, издаваемый Есенины, и от этого его возбуждение и любовь только возросли в разы* Е: ААХ~! ВОВА Я-ЯЯ ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!, — стоная от огромного горячего члена внутри него Е: П-ПАПОЧКА Я ОБОЖАЮ ТВОЙ ЧЛЕН! *Маяковский начинает двигаться, сначала медленно, а потом все быстрее, наращивая темп* М: Мой любимый *Взяв, начиная дрочить, довольно скромный размером, стоящий колом член Сени.* Е: АГХ~ГХ~МХ ~АХХХ ~ТХ~!! ВОВОЧКА Я СКОРО К-К~ М: ГХ МИЛЫЙ МОЙ Я НА ПРЕДЕЛЕ! Е: АГХ МХ! М: Я-Я, тяжелый выдох, ... *тишина. Двое рухнули на огромную, мягкую, испачканную спермой кровать. Двое вымотанных, но довольных влюбленных мужчин, слились в еще более жарком, нежном и страстном поцелуев* М: я так сильно тебя люблю! — нежно на ушко Е: Вовочка, я тоже, — тихо отвечая *после этого, недолгая возня и возлюбленные засыпают в крепких, нежных объятиях* После этой страстной ночи, на следующее утро, ребята обнаружили лаконичную записку, всунутую в дверную щель. В ней было: «Господа, мы очень рады за вас, как простые, всё понимающие советские граждане, но, пожалуйста, поймите и нас, наш ребенок не может познать сие счастье взрослой жизни, так же как и соседи на 2 этажа выше, так что, пожалуйста, будьте тише в ваших любовных утехах». С подписью: «Ваши соседи, горько!»