Паранойя или ночные похождения

В такие моменты сердце бьется как бешеное, лёгкие лихорадочно вбирают в себя побольше воздуха, а всё тело несчадно трясёт. За спиной чудится скрип половиц. Ветер, воющий за окном, нервирует всё больше и больше с каждой секундой. Чьи-то глаза мерещатся среди листвы, а голоса, слышные из соседних квартир, нагнетают ещё пуще. В двери проворачивается ключ. Казами подскакивает в страхе, когда слышит "привет". Точно.... Он же сам пару дней назад нашёл себе сожителя... Шун всегда любил одиночество. Времяпрепровождение наедине с самим собой давало силы и уверенность в каждом своём шаге, ведь всё было тщательно обдуманно. Однако после смерти матери и последующей дедушки, Казами стал чёртовым тревожником. Может он бы и был просто страдальцем, но в особняк старика пытался кто-то залезть. Окна трещали, разбивались. В двери ломились. Чей-то силуэт парень лично видел с другой стороны старого длинного коридора.... В любом случае Казами просто сбежал, вызвав ментов. А позже и вовсе продал участок с поместьем администрации города. Пусть строят там библиотеку, картинную галерею, музей. Да что угодно, но ноги брюнета больше там не будет! Шун стал чёртовым тревожником. Жить в одиночестве было пыткой, а старых друзей он не видел.... Порядка пары лет. Последние года он угробил в заботу о больных родственниках и попытке поступить в вуз. И с последним он справил. А позже в начале первого курса похоронил мать, на середине второго деда. С друзьями так больше и не общался. Сейчас начало третьего курса. И он неделю назад рискнул подать объявление о поиске сожителя. И на него довольни быстро отозвался парень четверго курса. И на протяжении всей чертовой недели Казами забывает, что тот тут тоже живёт. —Ты опять меня испугался? — Презрительно фыркает сосед, запирая дверь за собой, а после вальяжно проходит мимо, предварительно разувшись и сняв верхнюю одежду. —Я что ли виноват, что ты страшный такой? — Закатывает глаза в ответ, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердце. —Вообще-то я красавчик! Знаешь сколько девчонок на меня вешается? —А знаешь сколько на верёвке людей вешается? — Резко бросает Шун, встретившись глазами с парнем. —Зануда. — Коротко заканчивает диалог Эйс, скрываясь в дверях ванной. Эйс Грит. Стоило ли вообще соглашаться на этого соседа? У Казами уже был записан в блокноте список его минусов: "1. Заносчивый. 2. Язвительный до мозга костей. 3. Технарь. 4. Неряха. 5. Всё ещё неряха. Когда он уберёт свои носки? 6. Самовлюблённый выскочка. 7. Кретин. 8. Уёбок. 9. Говорит больше, чем шалтай-болтай. 10. Как его заткнуть? 11. Ебучая сова." Но был и список положительных моментов: "1. Вкусно готовит. 2. Действительно знает толк в ужастиках. 3. У него есть музыкальный вкус. 4. Причёска угарная. 5. Вроде при деньгах (за халявную булочку, можно закрыть глаза на его язык). 6. Интересно рассказывает что либо." В целом Эйс выполнял свою главную функцию - разбавлял одиночество, вот только тревога никуда не делась. Возможно Шуну просто нужно время запомнить, что у него, чёрт возьми, есть странный сосед, шастающий по квартире в три ночи. Кстати, ночные походы - ещё один минус. День за днём брюнет всё больше и больше привыкал к новому соседу. И со временем даже вполне себе удалось найти способ заставить Эйса убраться. Всего лишь раз нужно было огреть его мокрой шваброй по голове, как Грит начал драить квартиру и собирать свои разбросанные шмотки. Правда предварительно Казами был послан нахуй, проклят и облит водой из ведра. Но это того стоило. В квартире явно стало чище. Они действительно нашли общий язык. Ну или точнее сцепились своими, споря, какой же из героев фильма лучше. И всё бы ничего, если бы словесный спор не перешёл на кулаки, а позже на пол. Почему туда? Потому что оба упали и решили, что оттуда тоже вполне можно смотреть кино. Просто Казами слишком удобно свалился на Эйса. И вставать уже вроде не было сил. А Грит не слишком то сопротивлялся и, бросив угрюмое "хуй с тобой, лежи", закинул руки за голову, устроившись поудобнее. Шун должен был признаться, что ужастики его паранойю лишь усугубляли, но смотреть он их не прекращал. То ли перед собой, то ли перед новым другом было стыдно. Однако, пока они лежали вместе, было довольно спокойно. Может потому, что брюнет чувствовал его тепло и дыхание, а может потому, что знал, что если кто и появится, то Грит полетит на незванного гостя первым ведь "лучшая защита - это нападение". А сейчас, когда парни разошлись по комнатам, у Казами снова всё мелькающе плыло перед глазами. Снова кто-то скрипел половицами, чья-то рука скреблась в шкафу. На улице угрожающе ревел ветер, а огни фонарей точно были чьим-то пустыми глазами. Шун лихорадочно зарылся руками в волосы. Ему просто ведь кажется, да? Но осознание никуда не девало страх. Это душное "если" сидело где-то в сердце, тыча в него ржавой проволокой, находилось на подкорке, царапая её гнилыми ногтями. Парень не выдержал. Будь что будет. Он встал с кровати на ватные ноги. Пол такой холодный, что дрожь прошла по позвоночнику. Казами мог лишь гадать, как именно его пошлёт Эйс за такой визит. Идти в темноте по коридору было страшно, кто-то явно смотрел на него с тёмной кухни, что была в самом конце. Шун медленно ступал босыми ногами. Из-под двери Грита виднелся свет. Ему нужно просто дойти до неё, она ближе дурацкой кухни. Сердце лихорадочно стучит как не в себя. В ушах только и слышно его сокращения. Ладонь, еле касаясь, придерживается за стену, словно убеждаясь, что это всё ещё обычный коридор, а не бесконечное помещение из ужастика. Добравшись до двери, Казами замирает. Нужно постучать. А что сказать? "Привет, я не могу уснуть", "а ты чего не спишь?", "я тут перепугался весь".... Всё это звучит так глупо, но обратной дороги нет, верно? Костяшки аккуратно пару раз ударяются о деревянную поверхность. За дверью слышится копошение, после чего её открывают. —Я думал, ты спишь. — Язвительно подмечает Эйс, внимательно рассматривая парня. —Я... Можно у тебя посидеть? — Это определённо звучало жалко. Особенно учитывая то, как парень топорно оглянулся в сторону кухни. —Заходи. Грит запер дверь, как только Шун вошёл. И сделал это исключительно потому, что не увидел в карих глазах ничего помимо страха. —И почему ты не спишь? — Аккуратно уточнил Грит, садясь на стул, чтобы быть напротив парня севшего на кровать. —Что-то уснуть не могу. — Неуверенно пожимает плечом, что-то разглядывая в ковре под ногами. —Боишься? Такой банальный вопрос, но для Шуна очень сложный. Точнее... Он лёгкий, бесспорно простой. Однако делится с кем-то этим... —Мог бы сказать, что ужастики тебя пугают. Мы бы посмотрели комедию. — Тянет сосед, неловко почесав затылок. —Нет... Дело не в этом. Я... Понимаешь, я давно страдаю какой-то паранойей. — Наконец-то карие глаза поднимаются к чужому лицу, чтобы считывать эмоции. —А... Причина? —Ну... Когда умерли члены моей семьи, в особняк, что достался от дедушки, вломились какие-то люди. Я видел силуэт одного... И с тех пор мне вечерами и ночами кажется, что кто-то наблюдает за мной, ходит тут... Лицо Эйса нечитаемо. Он чуть опускает брови, прикусывает кожицу на большом пальце руки, задумавшись. —Ты искал соседа, чтобы не так страшно было? — Выдвигает он теорию. Брюнет кивает ему, всё ещё не понимая реакции. —Так... Ты не ходил к психотерапевту? —Нет... Откуда у студента по-твоему есть деньги на сеансы? Да и хорошего специалиста найти нужно тогда. А у меня знакомых нет в этой сфере. — Отстранённо отвечает брюнет, наблюдая, как парень встаёт со своего места, чтобы встать около кровати. —Сильно боишься? —Не советую шутки ради меня пугать. Моё сердце не выдержит. —Насторожившись, предупреждает Казами, на что видит закат серых, глаз. —Я по-твоему настолько гандон? Боже, даже не отвечай! — Драматично взмахнув руками в стороны, парень покачал головой, а после лёг на кровать. — Давай, падай рядом. —Зачем? —В смысле зачем? Тебе спать надо. Казами потупил глаза, взвешивая все за и против. Всё же сам припёрся, так почему бы не попробовать? Вдруг не так страшно будет? Ветер всё ещё жутко выл, стучась ветками в окно. Брюнет скромно лёг рядом с парнем, что в итоге сгрёб его в охапку. —Тебе может что-то рассказать? Ну успокоить чтобы. — Как-то неловко заикнулся Эйс, запутавшись длинными пальцами в черные густые волосы на затылке. —... Расскажи... — Карие глаза зацепились за книгу на столе. — Расскажи, что почитал в своей новой книге. —Хорошо... Шун не вслушивался в слова, сюжет рассказа ускользал от его сознания. Его просто успокаивал тембр чуть хриплого голоса. Веки тяжелели и уже совсем не хотели подниматься, а поглаживания по голове и вовсе усыпляли. Грит был тёплым, а одеяло не пропускало холод, идущий от стен. В голове было пусто. Быть может теперь им придётся делить одну постель, если Грит конечно не против.