На ромашковом поле...

Небо было закрыто тучами. Массивная пелена облаков плотно закрывала небосвод. Из открытого окна подул легкий ветерок, заставляя волосы на голове шевелиться. По стеклу забили капли, и вот вновь начался дождь. Сначала слабо, а потом все сильнее и сильнее. Чайник на плите засвистел, напоминая о себе. Ложка звенела о края кружки с черным кофе. А̶ х̶о̶т̶е̶л̶о̶с̶ь̶ б̶ы̶ ч̶е̶г̶о̶-н̶и̶б̶у̶д̶ь̶ п̶о̶к̶р̶е̶п̶ч̶е̶. Обратив внимание на дрожащую руку, Леннокс изнеможденно закрыл глаза и сжал пальцы в кулак. Сделав последний глоток напитка, он поставил кружку в пустую раковину. Обернувшись, Уильям посмотрел на подоконник и судорожно вздохнул, доставая пачку сигарет из кармана и закурив. Затяжка, другая. Затушив окурок и бросив его в пепельницу, он вновь потянулся к пачке за ещё одной сигарой. Взгляд упал на одиноко стоявшую фоторгафию в чёрной рамке. Из-под стекла на него глядело улыбающееся, такое родное и живое лицо жены. Наверное, он еще просто не понял, не осознал, что это случилось, что еë нет больше. Еë нет. На глазах неожиданно навернулись слезы, но он не должен, не должен плакать. Он не раз терял товарищей на поле боя, но жизнь текла дальше, а сейчас она... Остановилась? Закончилась? Раньше был смысл, было куда возвращаться, был дом, уют и какая-никакая идиллия. А сейчас? У него осталась только дочь. И ради неë надо было жить, ради неë надо возвращаться домой. Хотелось то ли метаться по кухне, то ли просто упасть на холодный пол и молчать. Рухнуть и просто молчать, ничего не делать, ничего не предпринимать. И желательно больше не вставать. Грызла совесть, а так же едкое, тошнотворное чувство вины. Оно разъедало его изнутри, травило, съедало, но самое главное от него было невозможно избавиться. Желание напиться до беспамятства постоянно маячило в мыслях, слава богу здравый смысл был сильнее. Он не смог. Не смог, не справился с такой простой казалось бы задачей - быть хорошим мужем и отцом. Глубоко вздохнув, майор вышел из кухни и, поднявшись по лестнице, встал перед деревянной дверью. Руки до сих пор дрожали, а на душе было так скверно что нельзя передать словами. — Лесь? Можно к тебе? В гробовой тишине его голос прозвучал громко и четко, так что Алеся точно должна была его услышать. В ответ - молчание. Уильям ещё раз постучался, но реакции не последовало. Дверь скрипнула, пропуская Леннокса внутрь полумрака комнаты. В помещении был сущий бардак: на полу валялись банки из-под колы, пара футболок, носки были хаотично разбросаны по полу. Баскетбольный мяч сиротливо валялся где-то в углу, а учебники пылились на столе. На кровати,с рястрепанными волосами и огромными синяками под глазами сидела Алеся. Уткнувшись в экран телефона, она не обращала никакого внимание на отца, как будто бы его и не было. Уилл сел на краешек кровати, с волнением глядя на дочь. Он почти не бывал дома, б̶л̶а̶г̶о̶д̶а̶р̶я̶ к̶с̶т̶а̶т̶и̶ "л̶ю̶б̶и̶м̶о̶й̶" р̶а̶б̶о̶т̶е̶, что уж говорить о времени, проведенном с дочерью. Представления как вообще говорить и взаимодействовать с подростками, а тем более с девочками, он не имел. Но начинать разговор все таки надо. — Ты... Как? — Прекрасно, – буркнула Алеся, не отрываясь от экрана смартфона. — Алесь... Ты уже две недели дома сидишь. Давай... Может... Прогуляемся что ли? В душе Уилл надеялся что ответ будет положительным. Увы, его надежды оказались не оправданными. — Не хочу. Отстань. Тем более погода ужасная. — Ну не обязательно гулять на улице, может, сходим в кино или в торговый центр. Куда ты хочешь? — Никуда. Леннокс отчаянно предпринимал попытки спасти ситуацию, нужно как-то вытягивать еë из дома. Но сука как? — Леся, милая. Нам всем очень тяжело. Пойми. Мне самому очень плохо. Отвратительно. Но я живу, живу ради тебя. Пожалуйста, давай ты пойдешь мне на встречу. Думаешь, маме было бы приятно видеть, как мы тут с тобой тоскуем? И тут Алеся резко развернулась в его сторону и с вызов взглянула в глаза. Как же она изменилась... Пропал тот озорной блеск в глазах, зрачки будто поблекли, волосы, вместо аккуратной прически, спутались. Она встрепенулась, отбросила от себя телефон и выпалила: — А ты откуда знаешь, что ей было бы приятно?! Ты только и делал, что работал! Где ты был, когда я действительно в тебе нуждалась? Где?! Ну конечно же, на работе! Так и вали на свою работу, только меня не трогай! - истерично выкрикнув это, она выскочила за ддвеь, исчезая в соседней и запираясь на защелку. Смысл слов дошёл до Уильяма через пару секунду. В груди что-то кольнуло. Было больно. До ужаса больно и обидно. Эти, такие казалось бы простые слова, навсегда останутся в памяти, в душе, где-то в глубине сердца. *** День окончательно испортился после звонка с работы и приказа в немедленном порядке вернутся на базу. Леся уже утихомирилась и вернулась в комнату, но с отцом напрочь отказывалась разговаривать. Вечер пролетел быстро, Уильям даже не заметил как прошло время. Во дворе сгустилась темнота, только где-то вдали лаяли соседские собаки. Майор стоял около дверей и задумчиво всматривался в окно. Дождь шедший весь день без остановки, закончился, лишь в воздухе витал приятный запах сырой земли. По лестнице послышались шаги Леси, вскоре в коридоре показалсь еë фигура. Она так же молчала. — Так. Два дня ты проведешь одна, пока не приедет тетушка Мэри. – обернувшись, проговорил Уилл. — А ей обязательно сюда переться? Мне, к твоему сведению, уже не шесть лет. Ах да, ты же так долго ездишь по своим командировкам... Уилл было дернулся в ее сторону, но тяжело вздохнув, мужчина закрыл глаза. — Алеся, хватит. Довольно. Это уже перебор. Сказал, приедет — значит, приедет. Давай не будем ухудшать положение. Леся что-то пробурчала что-то невнятное. Где-то внутри орала совесть, но пока что девочка успешно затыкала еë. Стрелки пыльных часов показывали ровно десять пятнадцать. Время поджимало, пора было выходить. — Так ладно... Я пошел. Ничего не хочешь мне сказать? – напоследок спросил Уилл. — Я... Удачи тебе. — Спасибо. Ты это... Аккуратнее только тут. Дом не сожги случаем. Джип чёрного цвета подъехал к крыльцу дома, распугивая голубей и разбрызгивая воду в лужах. Желтоватый свет фонаря высветил знак автобота на кузове. Машина просигналила, привлекая внимание майора. Уилл в последний раз бросил взгляд на дом, дочь, открыл дверь, выходя на улицу. Влажный воздух ударил в лицо приятной свежестью. — Пока? - неуверенно сказала Алеся. Надо бы извиниться... Но чуть позже. Когда отец из командировки вернётся. — Ну... Пока. – сухо бросил он, закрывая дверь за собой. Время было позднее, дико хотелось спать. В душ и в кровать. Внутри еë происходила полная неразбериха: одна из еë сторон искренне хотела наладить отношения с отцом, сделать так чтобы они общались как раньше, пока не было этих идиотских командировок, огромной нагрузки и постоянного отсутствия. А другая...Другая не хотела иметь ничего общего с этим человеком, который предал еë, предал еë маму. Который ушёл в тот момент, когда так был нужен. Мама умирала мучительно и страшно, рак съедал женщину по кусочкам, она слабела и слабела с каждым днем. А его не было. Не было рядом. Отец даже на поминки прийти не смог, только на похороны. Может ему было просто наплевать? Наплевать на них. Для него на первом месте всегда стояла работа и защита родины, а какой ты защитник, если даже свою семью защитить не смог. Вся "идилия" которая была у них раньше в семье, рухнула прямо на глазах, осыпавшись мелкими осколками. А̶ м̶о̶ж̶е̶т̶ и̶ н̶е̶ б̶ы̶л̶о̶ н̶и̶к̶а̶к̶о̶й̶ и̶д̶и̶л̶л̶и̶и̶.. Поднявшись на второй этаж, Алеся взяла чистую одежду из шкафа и пошла в ванну. Горячая вода расслабляла, помогала избавиться от назойливых мыслей. Как только ее голова коснулась подушки, Алеся провалилась в сон, долгий и безмятежный. Проснулась она часа в три ночи. "Блин, как же пить хочется..." Встав с кровати, Алеся сонно поплелась на кухню. В голове стали мелькать сцены из фильма ужасов, где главные герои,так же просыпаются ни с того ни с сего. Вот насмотрелась всякой фигни, теперь всякую дурь боится. Щелкнув выключателем, Алеся прошла на кухню, ища взглядом бутылку с водой. На улице вновь пошел дождь, она взяла бутылку,открыла и сделала несколько больших глотков.Поставив бутылку на место, Леся задумчиво всмотрелась в темноту окна. В голове прокручивался вчерашний день, на душе скребли кошки, как вдруг ее внимание привлекло движение за окном. Что это? Подойдя поближе, Алеся нахмурилась и с удивлением разглядела силуэт автомобиля. Машина? Точно она? Или у неë глюки уже пошли... Нет, машина действительно стояла. Черная легковушка, к сожалению, больше в темноте ничего не удалось рассмотреть. Может домом ошиблись, заехали не туда. Тут в голове промелькнуло осознание того, что на ночь ворота всегда закрывались на ключ.Что за...Наверное папа просто забыл закрыть в этот раз. Любопыство перебило голос разума, так что Алеся на кинув на себя сверху куртку и взяв фонарик, вышла на улицу. Луч фонаря выловил из темноты силуэт легковушки. "Машина как машина. Странно только что без знаков.." Дождь уже намочил куртку и пижамные штаны, хотелось домой, в теплую, мягкую постель. В салоне никого не оказалось, она даже открыла дверь и проверила. Постепенно она начала паниковать,а в голове крутился лишь один вопрос - где водитель. "Вот же идиотка! Зчем только из дома вышла!" Внезапно девочка уловила что-то краем глаза и развернулась на все 180, освещая фонариком мокрый газон. Фух. Всего лишь кошка. Мокрое животное сидело под крышой гаража, прячась от непогоды. Кошка пару раз мяукнула глядя на человека, но не ушла. Сделав пару шагов в сторону маленького животного, Алеся услышала скрежет металла позади. Резво обернувшись назад, она обомлела. По спине поползли мурашки, подступила тошнота, а живот свело отдикой паники и страха. Крик застрял где то в горле, образовывая ком. Стало трудно дышать,онп впала в ступор. От страха Леся замерла не в силах пошевелиться, тело будто бы окаменело и совсем не слушалось. Рука дрогнула и луч фонаря выцепил лишь часть железной громадины. Но и этого хватило, чтобы у Леси подкосились ноги. Это было нечто огромное, до ужаса огромное по сравнению с ней. Из ступора Алесю вывело то, что это нечто потянуло к ней когтистую руку сесли это можно было так назвать). Рванувшись вперед, Алеся мечтала добраться до двери дома, запереться там три замка и больше никогда не выходить.Она до сих пор не понимает как еë схватили, единственное что она помнит это как **это** крепко сжала еë в руке стак что стало невероятно дышать. Внезапно тварь осклабилась, и Алеся почувствовала дикую боль по всему телу... Разряд тока стремительно пронесся по организму, моментально отрубая человека. Баррикейд с отвращением окинул взглядом тушку, которая тряпичной куклой обмякла на его манипуляторах. Какие же все такие слабые эти существа — белковые. Трансформировавшись в альт-форму, он развернулся и вспешке покинул район. Командор Старскрим будет доволен. ~~~~ Доброго времени суток. Критика в комментариях приветствуется, но только не в грубой форме. Всем удачи и хорошего настроения)