Чистосердечное

Сколько он уже на этой фабрике? День? Два? Неделю? Джон после первого же столкновения с монстром потерял счёт времени, ведь оно совсем не важно в моменты, когда тебя хотят убить озлобленные твари. Усталость — единственное, что он ощущал на протяжении всего этого времени. Яркие коридоры здания давно сменились на тёмные пещеры с красным дымом, из-за которого появляются галлюцинации, и маленькими зверятами, отчаянно желавшими еды, а слова Поппи с каждым разом казались всё абсурднее и нелепее. Нужно было уходить сразу же после первого нападения. Нет. Нужно было вообще не приходить и выкинуть это чёртово письмо куда подальше, но уже слишком поздно. Зайдя в совсем старый лифт, он встал возле железного шкафа. Опять поезд. Помнится, в прошлый раз поездка на нём не увенчалась успехом, хоть это и было виной Поппи, ехать всё равно придётся. Хочет он этого или нет. Внезапно в маленьком телевизоре в углу комнаты начали виднеться помехи. Очередное обращение Элиота Людвига к посетителям или работникам? — Мммм, что это? Я чувствую, как что-то пробирается под мою кожу? — на экране показалось изображение пиксельного глаза с помехами вокруг. Это уже точно не Элиот. Голос из динамиков продолжал говорить о чём-то. Его голос казался подозрительно знакомым, манящим и грубым. Куб начало трясти, голос завораживал, и он, как под гипнозом, упал на спину, всё ещё смотря на экран, попутно теряя сознание. — Здесь нет мест, где вы могли бы спрятаться. Не от меня. *** — Тот голос...в тюрьме...— с паузами говорил Доуи — Его звали доктором. Доктор Харли Сойер "Харли Сойер". Теперь понятно, почему этот голос казался таким знакомым. Джон видел доктора всего 3 раза за время его работы , и каждый раз при его виде сердце билось чуть чаще, чем обычно. Синяя рубашка с чёрным галстуком, сверху которой чаще всего был надет белоснежный докторский халат. Одновременно строгий и уставший взгляд, мешки под глазами из-за большого количества работы, коричневые волосы, которые чуть поседели из-за стресса: обычный вид Сойера. Некоторые думали, что он гений, некоторые — что он сумасшедший и бессердечный, но лишь Джон видел в нём довольно привлекательного человека. После первой же встречи этот учёный запал ему в душу, и при каждой встрече он пытался подольше посмотреть на Харли, не важно, что он делал, главное, чтобы не заметил. Его большая заинтересованность доктором так и осталась нераскрытой после того дня, когда он не пришёл на смену, и все работники пропали. Но он продолжал думать о нём, и вот, спустя столько лет, он, наконец, снова услышал его любимый голос. Джон даже на секунду задумался: а стоит ли вообще побеждать доктора и уничтожать весь этот кровавый завод? Ответ был очевиден: «Нет». Он думал об этом всю дорогу от убежища до логова доктора, думал об этом, когда ехал в лифте, когда шёл по коридору, заполненному мониторами, и когда его бросили на пол со словами: «Даже земля под вашими ногами не принадлежит вам». В голове загудело, и... наступила отключка. *** Джон медленно приходил в себя, его сознание будто пробивалось сквозь густой туман. Он почувствовал, как ноющая усталость охватывает каждую мышцу, будто он только что пробежал марафон. Его веки казались неподъемными, но он заставил себя открыть глаза, чтобы осмотреться. Первое, что он ощутил, — это резкая боль в запястьях. Руки онемели, а кожа под холодными металлическими наручниками была воспаленной и болезненной. Каждое движение отзывалось неприятным покалыванием. Джон глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Он лежал на достаточно большом и на первый взгляд чистом диване. Впереди стояли мониторы на которых показывалось видео с камер наблюдения, а в углу большого стола лежала стопка каких-то бумаг.Из темноты послышался низкий, слегка насмешливый голос и Джон, не смотря на затуманеный разум, узнал, кому он принадлежит. Голос подошел сзади, его шаги были почти бесшумны. — Ну что, «святоша», напряжён? — с усмешкой в голосе сказал Харли. Он медленно обошёл диван и остановился перед парнем. — Думаешь, справишься со всем этим в одиночку? Его тон был игривым, но в нём чувствовалась лёгкая издевка. Харли явно наслаждался моментом, склоняясь над Джоном, который, судя по всему, не знал, как реагировать на такое поведение. —Ч..что происходит — голос был хриплый и немного дрожал, но он старался сохранить остатки самообладания. — О, Джон, — Харли мягко провёл пальцем по подбородку Джона, заставляя того вздрогнуть. — Ты всегда так серьёзен. Почему бы не расслабиться и не получить немного удовольствия? В конце концов, ты сам попался в мои сети. — Я не "попался", — возразил Джон, пытаясь скрыть нарастающую панику. — Ты просто... ты просто сумасшедший! - "Сумасшедший" вау. А мне казалось, что ты думал иначе — Сойер так же неспешно обошел парня, оказываясь у него за спиной — Или ты сделал такие выводы, когда за мной, мм? Джон сжал губы, чувствуя, как его лицо горит от стыда. Он не мог отвести взгляд от пола, но даже через это чувствовал, как Сойер наблюдает за ним, словно хищник, играющий с добычей. — Я... я не следил за тобой, — попытался он оправдаться, но голос его дрожал. — Просто...ну.... Вдруг он почувствовал немного холодные руки на плечах, разменная их. Напряжение спало всего на несколько секунду, пока Харли снова не заговорил. — Ты думаешь, я не заметил, как ты смотришь на меня? — Он наклонился так близко, что его дыхание коснулось уха нижнего. — Ты не просто любопытный, Джон. Ты увлечён. И это делает тебя уязвимым. Он хотел вновь оправдаться, но слова застряли в горле, а мысли путались пока доктор спустился ниже к талии и залез под рубашку. Джон почувствовал, как его сердце начало биться чаще, когда холодные пальцы Сойера коснулись его кожи. Он пытался собраться с мыслями, но его разум был переполнен смесью стыда, волнения и страха. Грубые губы прикоснулись к его шее, оставляя поцелуи и незаметные засосы.Дыхание стало прерывистым, руки подрагивали, а тело будто плавилось от таких действий. — Ты... — начал он, но слова застряли в горле, когда на загривке оставили укус.—Не останавливайся... Наконец-то он расслабился и наслаждался ощущениями, руки доктора опустились ниже надавив на пах из-за чего Джон тихо простонал, но даже этого хватило.Харли резко оказался прямо возле его лица, смотря прямо ему в глаза. —Знаешь, Джонни, я очень ценю признания и честность — руки заползли сначала под штаны, а затем, так же резко, под боксеры Джона. Тот в свою очередь задержал дыхание, закинул голову назад, чтоб не пересекаться с ним взглядом и резко выдохнул, когда Харли начал водить рукой по члену — Так что ответь мне честно. Зачем же ты за мной следил, а? Джон мог поспорить, что сейчас на лице доктора сияет самодовольная пошлая улыбка. Пока он ускоряет движение руки, вырывая из парня уже более громкие стоны. Харли, вполне ожидав такой реакции, снова приблизился к открытой шее. Вел дорожку поцелуев от кадыка до линии челюсти.Кажется, Джон и вправду хотел что-то сказать, доктор резко остановил все свои действия, заставляя нижнего проскулить от досады. — Ты знаешь, — Голос теперь звучит почти как шепот, — мне нравится, когда ты смущаешься. Это мило. Но я думаю, ты можешь быть более откровенным. Джон, чувствуя, как его тело реагирует на близость Харли, пытается отстраниться, но наручники не дают ему много пространства для маневра. Он закрывает глаза, пытаясь собраться с мыслями, но Харли, кажется, наслаждается этой ситуацией. — Харли, — наконец выдыхает Джон, его голос дрожит. — Я... я не знаю, как это объяснить. Ты просто... ты мне нравишься. И я не мог перестать думать о тебе. Будучи довольным таким признанием, Сойер так же резко возобновил свои действия, надрачивая быстрее. Громкие стоны заполнили всю комнату. *** Джон лежал на мягком диване, его тело было измучено, но в этой усталости была особая сладость. Руки, освобожденные от наручников, все еще ныли. Он лежал на груди Сойера и думал о всем случившемся.Его взгляд блуждал по потолку, а в голове прокручивались события последних дней. И как то не взначай промелькнула смешная мысль: «Похоже от плана Поппи все же придется отступить»