Молчание

Братья Блэк всегда были вместе. Сириус уже давным-давно не помнит время, когда был единственным сыном Вальбурги и Ориона. Разница в какой-то там год чаще всего совершенно не ощущалась, но Сириус всегда был рад подколоть брата на том, что являлся старшим, на что Регулус закатывал глаза и «по-Блэковски» цокал языком. Да уж, Блэку младшему от родителей досталось куда больше статности и хладнокровия, чем Сириусу. Да чего уж там говорить, за это Регулуса и ценили в семье. За это ему доставались дорогие подарки в Рождество, редкое уважение отца и присутствие на важным мероприятиях, которое может зарекомендовать его как ответственного и покладистого, что очень хорошо скажется для обыкновенного члена семьи Блэков. Что насчет Сириуса? Бунтарь, разгильдяй и глупец! Ни больше ни меньше. Выбить окно, поджечь скатерть, передающуюся по наследству не первое поколение, сбежать к Джеймсу поздней ночью? Если увидите человека с похожим планом на предстоящие выходные, поздравляю, перед вами никто иной как Сириус Орион Блэк. Наказывали его жестоко, порой даже очень жестоко. Еще до школы Блэк старший прочувствовал на себе проклятия и заклинания, подобные тем, которые затыкают рот или не дают возможности двигаться. А что Сириус? А Сириус даже спустя двое суток без еды все равно продолжает стоять на своем, биться о каменную стену, идти в гору, иногда скатываясь на самые низы, и его всё устраивает. Казалось бы…Сириус — позорище семьи. Отродье, не достойное ни своего второго имени, ни фамилии. И Регулус, знающий, что и когда надо говорить, а что и когда не надо. Регулус, склонивший голову перед системой, скользкий, словно змея, прогрызающая себе путь идя по головам других. Как настолько разные дети могли родиться у одних родителей? Как такие дети могли… общаться и доверять друг другу? Интересный, скорее риторический вопрос. Но они правда друг другу доверяли, правда, по-своему. У них было правило появляться на глазах у родителей с видом, будто бы готовы свернуть друг другу шею. Так отец и мать будут уверены, что Регулус только через свой труп соврет о том, где шляется брат, а Сириус в свою очередь не будет оказывать на него дурное влияние. Но в этом родители были неправы. Временами Сириус рассказывал брату про маггловские пластинки с маггловской музыкой, которые ему тайком подарила Андромеда, А Регулус прикрывал его, пока старший гулял по ночному волшебному Лондону в компании Джеймса. И всё было хорошо. Конечно, иногда они вполне серьезно ссорились , иногда Регулус ужасно высказывался по поводу маггловских интересов своего брата, а тот тихо шипел про жестокость и ненормальность стиля жизни его семьи, которым младший покорно служит. Всё действительно было хорошо. Было. Пока Сириусу не исполнилось одиннадцать. Регулус прекрасно помнит тот день, когда они с родителями сидели за ужином, и на середину большого обеденного стола, украшенного свечами и салфетками, падает письмо прямо из лап совы. Письмо, вроде бы, было от какой то из его двоюродных сестер. Он помнит выражения лиц отца и матери, и в этот момент его сердце остановилось.В отличие от родителей, пребывающих в ужасе, Регулус не мог пошевелить ни сантиметром своего тела. В тот вечер десятилетний мальчик не сказал ни слова. Он вытащил из мусорного ведра до ужаса смятое письмо, и забрал его себе. Подтершиеся чернила из-за состояния пергамента были почти нечитаемыми, но Регулус прекрасно видел и понимал текст. В следующий раз они увиделись на каникулах, спустя несколько месяцев после прибытия Сириуса в Хогвартсе. При встрече старшего с родителями ему пришлось очень-очень несладко. Регулус молчал. Регулус молчал даже в тот момент, когда Сириус в своей обычной манере закинул вещи на пустующую кровать,напротив койки брата, и улегся с абсолютно расслабленным видом победителя, хоть и окинул младшего недоуменным взглядом. В комнате повисло молчание, ужасное и нелепое. Регулус впервые просто не понимал что нужно говорить, и нужно ли вообще. Его такому не учили. Да, все развлечения и негодяйства Сириуса были и раньше, и его характер, совершенно не подходящий его роду, но Регулус не мог допустить мысли о том что его брат попадет на чертов Гриффиндор спустя пятьсот лет распределения Блэков на Слизерин. Регулус встал с кровати и тихим, наполненным искренним непониманием шепотом, спросил: «Почему?» И Сириус пожал плечами, уставившись куда то в потолок. Младший молча вышел из комнаты. С того момента они не общались без повисшего в воздухе неприятного чувства недопонимания, недосказанности и холода. Каждый вне бытовой разговор сводился на нет, вскоре они совсем прекратили пытаться разговаривать на действительно важные темы. Знал бы только Сириус, что общаться то оставалось совсем недолго. Знал бы, что никогда себе этого не простит. Никогда. И снова это молчание.