Раскаленные васильки

****

       1        Довелось однажды Германии поспорить с Америкой — решения глупее не придумаешь.        Случилось это в рождественские праздники. Несколько — точнее на все сто процентов — нетрезвые страны заключили пари: кто в течение года сможет доказать существование призраков, тому достанется роль Снегурочки на следующий Новый Год.        Осознать безвыходность ситуации Германии довелось только немного отойдя после всей праздничной неразберихи.        В которой Америка вспомнил прошлое и едва не взял в рабство Казахстан. Франция оказался в подвале Монголии — его заманила коллекция вина. Сам же Германия, залпом опустошив три бочки пива, принялся призывать дух Бисмарка. Видимо, тогда они и поспорили. Проклятые праздники! Лучше не вспоминать. Начнешь — уже не остановишься...        А еще Россия нарядился в костюм Александра Первого и воевал с Наполеоном. С тортом, естественно. Все пытался заставить "француза" расплатиться за сожженную Москву. Успокоился только когда кремировал бедный тортик в камине.        А еще Великобритания пытался вернуть Индию, используя карту Google и чайные пакетики в качестве стратегических ресурсов. В итоге чуть не затопил кухню, пытаясь изобразить Индийский океан в миниатюре.        А еще Италия, пытаясь приготовить карбонару, случайно создал новую форму жизни. Страны долго боялись открывать дверцу холодильника, опасаясь увидеть макаронного монстра. Куда он потом подевался — неизвестно. Кажется, его утащили пастофариане.        А еще...! Это проклятое пари!        Казалось бы, подумаешь, роль Снегурочки, можно и проиграть. Но нет — несправедлива жизнь или мы в ней несправедливы — в любом случае проигравшему придется спеть гимн Советского Союза в прямом эфире.        Впрочем, сделанного не воротишь.        Нужно было придумать: как доказать гребанных призраков?        Сначала Германия действительно собирался это сделать. Обращался к своим великим ученым и проводил эксперименты в заброшенных больницах. Напугал парочку сбежавших клиентов психушки и фанатов сверхъестественного, которые призывали Гитлера. Германия присоединился к ним. Но призыватели оказались бракованным — никакого призрака не появилось. Только Сатана перекрестился в уголочке.        Потом Япония узнала о его намерениях доказать призраков и рассмеялась. Вот аякаси или цукумогами — другое дело!        И решил тогда Германия заснять фальшивого призрака — только набросить простыню на спящего Польшу, немного спецэффектов и готово.        Петь гимн до чертиков не хотелось. Поговаривали, если исковеркать хоть одно слово, появится дух Советского Союза и... случится нечто, похуже смерти. Пытка восьмичасовым видео с цитатами из советских фильмов.        Да, сначала он правда пытался отыскать доказательства, потом сдался и собрался предоставить фальшивые. Но теперь... А теперь поверил в существование призраков. Ведь прямо сейчас один из них находился прямо перед ним.        2        Рассыпанные на плечах шелковистые волосы, сверкающие на солнечных бликах тоненькими пшеничными паутинками. Они покачивались от легкого утреннего ветерка и казались почти прозрачными. От очередного дуновения из ушка соскользнул волнистый локон, коснулся светлого лица, озаренного беззаботной улыбкой.        Призрачная девушка сидела на коленках и, напевая незнакомую нежную песенку, собирала цветки — васильки. Тепло обхватывала синий бутончик пальчиками, и опускала их ниже, и осторожно срывала основание тоненького стебелька.        «Здравствуй, маленький, — заботливо говорили полуприкрытые зеленые глаза. — Теперь ты останешься со мной».        Рядом лежала плетенная из пшеничных стебельков корзинка. Тоже призрачная — в ней не находилось ни одного цветка.        Девушка заплетала каждый аккуратно сорванный василек в длинный венок. Получающаяся сине-зеленая коса лежала на юбке красного с вышитыми белыми узорами платья.        Сколько Германия ни всматривался, определить, обладал ли призрак тенью, не получалось. Девушка уютно устроилась под единственным деревом, и только солнечные блики мерцали на волосах сквозь листву.        Призраком была восточно-европейская страна, младшая сестра России и дочка Советского Союза — великая властительница картошки и тракторов Беларусь.        Она нечасто появилась среди других стран, предпочитая белорусскую природу шумным международным собраниям.        И правда, смотреть, как они соревнуются, у кого лучшие алкогольные заводы, для девушки совсем неинтересно. Или как Англия безуспешно пытается споить всех чаем. А потом сговорившиеся Россия с Китаем незаметно прячут его коллекцию заварки и сваливают все, естественно, на Францию. А потом англичанин гоняется за ним по всему европейскому лесу. Однажды такое действительно случилось. Спустя три дня обнаружили их в африканском племени Демократической Республики Конго — стран привязали к палке над костром и собрались поджарить. Что сделали отыскавшие их европейцы? Оставили, естественно.        Да, для Беларуси подобное было действительно неинтересно. По крайней мере она редко показывалась в такие моменты.        Но иногда приходила по просьбе России и тогда оказывалась прекраснейшим цветком собрания. Милая и обаятельная, она захватывала внимание побольше, чем Золотая Орда территорий.        Конечно, Германия никогда подобного не признавал. Еще чего! Человека более вредного и гордого, чем немец, сложно придумать.        А Беларусь чувствовала это отношение Германии к ней.        Между ними всегда проскакивала незаметная напряженность. На лицах могли сиять спокойные улыбки, но в глубине души они прекрасно понимали, что хотят сказать друг другу:        «Только выкинь что-нибудь и превратишься...»        «В жаренную картошку!» — дружелюбно светились белорусские глаза.        «В охотничью колбаску!» — отвечала натянутая немецкая улыбка.        Потому Германия не поверил, что Беларусь, оказавшаяся на его васильковом поле, реальна. Это просто призрак, не иначе. С чего вдруг девушке приходить и собирать его цветы? Тем более васильки.        «Подавилась картофелиной? Или попыталась возродить Советский Союз и ее покарал дух Третьего Рейха?».        Всевозможных причин белорусской смертушки не сосчитать.        3        Германия, пристально наблюдая за мелодичными движениями призрака, достал телефон и сделал несколько снимков. Вот теперь посмотрим, как Америка запоет! Притом советский гимн.        Торжествующий немец засмотрелся на получившиеся фотографии и совершил небольшую оплошность. Не заметил, что Беларусь заметила его.        Девушка случайно подняла голову, намереваясь оглядеть васильковое поле, и настороженно застыла — фигура шагающего Германии выделялась словно англичанин среди компании итальянцев. Она оставила недоделанный венок и тенью проскочила к своей корзинке. Точно маленькая лисичка, притаилась и осторожно выглянула из-за нее (видимо, не подозревая, что большая часть ее тела отлично просматривалась).        Недоверчиво прищурились зеленые глаза — от прежнего заботливого огоньки и следа не осталось.        Мгновение продлилось настороженное затишье. Германия остановился, любопытно наблюдая за поведением Беларуси. Но стоять спокойно недолго пришлось — призрачная девушка внезапно подскочила и подняла над головой серп — успела достать из корзинки.        — Хватай захватчика святой бульбочки! — воинственно закричала она и бросилась на Германию.        Тот немного... немного так много пребывал в состоянии чрезвычайного шока. Такого оцепенения с ним не случалось с рождественских праздников.        Германия машинально увернулся от резкого выпада. Проскочило лезвие серпа. Немец развернулся и принялся бежать от разъяренного призрака с проскочившими перед глазами флешбеками второй мировой.        Позади раздавались воинственные белорусские восклики:        — Иди сюда! С картошечкой тебя пожарю!        Вдалеке промелькнули туристы, пытающиеся сделать фотографию на фоне безумной погони.        «Какого черта? Все призраки такие бешеные?! — проносилось в немецких мыслях. — Может, она не может упокоиться?».        Германия резко развернулся. Попытался перекреститься. Получилось только слева направо.        — Во имя Отца, Советского Союза и Святого Картофельного Духа... Или как там?Упокойся и отправляйся куда-нибудь... Желательно (в Преисподнюю) прочь с моей территории.        Германия повторно перекрестился. Вместо креста получился треугольник.        — Аминь! Да благословит тебя Бульбозавр! Или какие там у вас славянские боги?        Не подействовало. Гневно сверкнули зеленые глаза. Девушка замахнулась и едва не пронзила немецкую голову серпом.        — Скажи еще Пивозавр! С пивного бочонка грохнулся? — собственное упокоение девушка не оценила. Попытки нашинковать Германию продолжились с особенной силой. Новогодние салатики Беларусь так старательно не готовила, как сейчас размахивала серпом.        Много времени прошло или минут несколько — домчался Германия до лесочка и спрятался за ближайшим стволом. Нет, не чтобы отдышаться — бегать приходилось и побольше сегодняшнего (совсем недавно, например, от польских бобров, устроивших революцию на границе территорий). Сейчас другое требовалось — срочно составить план действий и желательно понять, что происходит.        Он просто спокойно возвращался в Берлин. Решил сократить дорогу через поля васильков. И пожалуйста! Получите, распишитесь, желательно кровью — белорусский призрак, пытающийся его прикончить. Но более того назвавший его — Германию — захватчиком. Бывало, конечно, в прошлом. Но сейчас... какая наглость!        Германия нахмурился. Режим разгневанного немца включен. Уничтожение через... 3... 2...        Призрак она там или куропатка Бабы Яги в десятом поколении. Такое терпеть он не намерен! Потому собрался выскочить из-за дерева и объявить Третью Мировую, как...        4        — Попался, проклятый!        Картофельная защитница выскочила из-за соседнего дерева, прыгнула и повисла на его шее. Видимо, хотела повалить. Только не получилось.        Обвиняюще сверкнули зеленые глаза. Беларусь принялась бить кулачками в грудь немецкого мундира. К счастью, серпа в них не оказалось — потерялся во время погони.        И никакой не призрак. Вполне материальная картофельница — даже слишком уж материальная — мутузит похлеще советского пулемета.        Или все совершенно наоборот? Они оба — призраки? Но когда он успел умереть?Неужели не следовало пить вчера пиво 1567 года изготовления? Да ну, глупость какая.        — Ради святой Беловежской Пущи, отвечай, захватчик! — воскликнула девушка. — Какого лешего ты забыл на белорусской территории?        И это Германия собирался объявить Третью Мировую! Да уже нечего объявлять — она в самом разгаре! И его территорию, похоже, уже захватили.        — Если не ответишь, пятнадцать тысяч гекторов заставлю окучивать!        «Ага, уже обдумывает, как превратить мои земли в пашню».        — Тебя Америка покусал? Когда это ты рабством стала промышлять!        — Это самозащита, — девушка сложила ручки на груди и отвернулась. — Проклятое современное поколение, никаких чувств приличия. Не учили предупреждать перед вторжением? Я бы хоть крысиного яду приготовила, а так даже убить нечем.        Германия нахмурился.        Нет, никакого не призрака ему довелось встретить. Его доказательство с треском провалилось. Хотя фотографии получились неплохими, можно продать в Даркнет или манипулировать ими Россию.        Зато теперь теперь он может доказать существование демонов. Потому как сейчас перед ним сущий дьяволенок. Если не дочь самого Сатаны.        — Кто здесь еще вторгается? — усмехнулся он.        Секунду продлилось молчание. Страны почти одновременно подняли руки и указали один на другого.        — Повешение выбираешь или плаху? — очаровательная улыбка дьявольски засверкала на девичьем лице.        — Колесование или сожжение? — последняя ниточка немецкого терпения растянулась в виде недоброй ухмылки.        — О, предлагаешь варианты своей казни за вторжение на мою землю? Тогда первое.        — Никогда она не была белорусской! Это территория арийской расы!        — Еще чего! — воскликнула девушка, гневно дернулась светлая бровь. — А ну пошли!        Теплая ладонь схватила его рукав и решительно повела в сторону покинутого василькового поля.        5        — Вот, посмотри.        Добравшись до оставленной корзинки, девушка присела и принялась доставать из нее всевозможные вещи — сначала показались вышитый орнаментами платок, миниатюрная версия белорусского флага и подозрительная баночка с надписью «Прах великого вождя». Картофелина в виде сердечка выкатилась вместе с позабытым и явно просроченным билетом в Сталинград. После появились сибирский валенок, ключи от трактора, мини-огнетушитель, салфетка с картой сокровищ (вместо обычного креста желтый христианский).        Германии приходилось слышать, что женская сумочка — отдельная вселенная, но он не предполагал, что это распространяется и на плетеные корзинки.        Наконец Беларусь ликующе улыбнулась и достала... массивный учебник «История становления Великой Картошки для чашечек». На обложке выделялась фотография девушки в средневековом костюме и с бутылкой крамбамбули.        — Кажется, это... — Беларусь принялась торопливо листать. — Точно. Здесь и вот здесь, — девушка перевернула учебник и самодовольно продолжила. — Там написано, почему эта территория принадлежит мне.        Германия неохотно присмотрелся на развернутые листы. Единственное из всего написанного, что он разобрал — портрет Сталина. И не потому, что не разбирался в белорусском (теперь этого языка он будет как польских бобров избегать). Ничего не понял по простой причине, что и понимать особо нечего было. Текст был на арабском. Или так выглядит прописной белорусский?        — Теперь понял? — девушка, продолжая держать руку с учебником вытянутой, поднялась и свободной ладонью принялась хлопать по голове Германии. Точно это помогло бы выучить арабский. — Это моя земля. Ищи себе другую.        Немец оставил бессмысленные попытки разобрать писанину и посмотрел на личико девушки. От негодования ее светлая кожа налилась румянцем, а зеленые глаза полыхали довольным огнем.        Германия опустил взгляд. Заметил притаившуюся среди травы незаконченную васильковую косу. Она была значительно больше, чем казалась изначально. Метров десять, не меньше.        — Твоя, говоришь? — смирившись с бренностью бытия или упертостью Беларуси, Германия тяжело вздохнул. — Тогда я захвачу ее себе обратно.        Ловким движением он схватил своего недоделанного призрака тире дочь дьявола и понес, вырывающуюся, проклинающую его на гиену огненную, обещающую уничтожить все пивные заводы, к единственному среди васильков дереву и привязал васильковой косой к стволу. Стоило сделать так изначально.        — Проклятый фриц! Пусти-и-и-и! Или рискуешь разгневать дух бати!        И пока Беларусь пыталась развязаться, он достал телефон. Да, девушка легко могла порвать венок, но... Какой автор уничтожит собственное творение! (Гоголь, вы особенное исключение).        — Так, где мы сейчас находимся? — спокойно спросил Германия.        — На моей территории, естественно! Наверное, в паре километров от Минска. Хотя точно не помню, сколько я прошла.        Теперь настала очередь Германии доказывать девушке свою точку зрения. Только вместо арабского учебника он перевернул экран телефона.        Приглядевшись, глаза Беларусь прищурились. Внезапно картофельница рассмеялась. Потом снова посмотрела на телефон. Потом огляделась. Потом принюхалась.        И действительно, всюду пахло арийским духом!        На экране высвечивались Google карты с синим маячком — их местоположением.        Германия. Совсем недалеко до Берлина.        6        «Я подозревала, конечно, неладное, — подумалось тогда Беларуси. Внешне девушка осталась невозмутимой, но картофельная душа покрылась неловким румянцем. — Когда по дороге кто-то призывал бобров устроить революцию против красных сандалий. Так я Польшу прошла!».        И пока девушка пребывала в состоянии небольшого так большого осознавания и "переобувания", Германия отвернулся и принялся спорить с кем-то по телефону. Судя по раздавшемуся из динамика медвежьему храпу — с Россией.        — У меня тут васильковая партизанка! Твоя сестра. Забери ее. Она чуть не устроила Третью Мировую. Что? Какой еще медвежий ФСБ? В смысле Беларусь сама по себе? Она чуть не взорвала твой спиртоводочный? Вы поругались? Объявили друг другу войну? Еще лучше. В любом случае, меня это не касается. Погоди! Какой еще "медведь проглотил провод"? У тебя же смартфон. Стой!...        Германия выругался, повернулся к пленнице, обдумывая, что с ней делать. А делать-то нечего. От Беларуси и след простыл, лишь развязанная васильковая коса лежала в тени дерева.        7        Придумалось Беларуси одним вечером сплести самый большой венок. Для чего он ей понадобился? По самой лучшей в мире причине. По приколу.        И отправилась девушка за васильками. Только подходящие никак не находились. Потому она продолжила поиски. А кто знал, что они окажутся за пределами ее территории? Подумаешь, пересекла границы двух государств? Слава Великим Руси, что вообще не пришлось переплывать на другой материк. Может, тогда бы заодно захватила Америку, но... видимо, не в этот раз.        Но было бы несправедливо сказать, что Беларусь ничего не почувствовала. Она ведь не памятник на тракторном заводе. Ее сердце наполнилось такой неловкостью, что девушка не стала дожидаться приговора (а тот, вероятно, был колесованием) и, быстро развязавшись, смылась. А как иначе? Гневающиеся немцы страшнее неурожая картошки. Хотя ладно, не настолько. Первое она еще способна пережить, а вот второе...        Но куда могла сбежать девушка в открытом васильковом поле? Разве что провалиться сквозь землю. Хотя, если она дочь сатаны, это неудивительно.        Немец отложил телефон и наклонился над васильковой косой тире недоверевкой.        — Может, она все же призрак? Ну, хоть тогда не придется гимн СССР петь.        — Гимн батьки?        Сорок четыре секунды. Именно столько продлился эффект невидимости Беларусь. Скайрим на "легендарном" она точно не пройдет.        Сверху хрустнула ветка. Девушка пикнула и полезла выше. Но кошку она мало напоминала, скорее лисенка. Подогнулась ветка, и Беларусь свалилась на спину Германии.        — Хаха, попался! — она пыталась притвориться, точно так и планировала. Когда на лице поплыла кривая улыбка а-ля китайская стена. — Великая Беларусь одолела немца! Причем во второй раз!        — Слезай с меня!        Девушка показала язык.        — Вперед, лошадка! Но! — она хлопнула Германию по спине. — Галопом, мой верный копытный друг!        — Я тебе покажу лошадку! — Германия попытался свергнуть наездницу — вылитый конь!        Но Беларусь сама ловко соскочила и легко положила ему что-то на голову. После довольно улыбнулась и спрятала ручки за спиной.        — На, не выебывайся, лошадка.        Германия протянул руки к голове. На ней находился аккуратный васильковый венок. Кроме основного Беларусь успела сделать несколько обычных и повесила на ветках дерева.        — Теперь ты вылитая принцесса васильков. Будешь Васькой Прекрасной.        Она залилась веселым и таким искренним чистым смехом, что... прежняя злость бесследно испарилась. Только он собирался объявить Третью (или точнее Четвертую?) Мировую, но теперь подавлял вырывающуюся глупую улыбку.        Нет, не дочь Сатаны. Она — маленькая ведьма.        — Видел бы ты самого себя! Появился словно чертушка, потом еще заявил, что я на чужую территорию попала!        «Думаешь, я извинюсь?» — отразилось в сверкающих зеленых глазах.        «Нет, ведьмы не извиняются».        — Знаешь, почему тебе придется петь гимн Советского союза? — коварная улыбочка загорелась на белорусском личике. — Или кто вообще придумал все это пари по доказательству призраков?        — Америка?        — Неа! Там скорее было бы доказательство инопланетян или мирового заговора.        — Россия!        — Еще чего! Братишка полночи с тортиком бодался. Ему скорее доказательство своей трезвости искать.        Зелёные глаза ожидающе прожигали точно лазерами.        — Ты...?        — Естественно! — девушка гордо качнула головой. — Прошептала эту глупость на ушко Америке, но не думала, что он действительно так сделает!        Картофельная ведьмочка пронзительно рассмеялась.        — А кто стащил чайную коллекцию? А кто подговорил ДРК сделать из Англии и Франции шашлычок?        — Ты? Сущий дьявол! — уже ничему не удивляюсь, ответил Германия. И как только Третий Рейх решился на нее напасть? Видимо, был еретиком.        — Я! — довольно улыбнулась Беларусь.        — Но ты почти никогда не приходишь на собрания.        — При чем тут собрания? — фыркнула девушка. — Самое интересное — это наблюдать из тени. А вы такие наивные, парни!        Ведьма, призрак или сам Сатана? Похоже, все одновременно.        — Ладно... — Беларусь опустила глаза. — Вот на чужую территорию пробираться не входило в мои планы. Так что извиняй. И да, раз мы здесь, одолжишь на день Берлин?        — И к какому черту он тебе сдался? — Германия не знал, чему больше удивляться: извинению дьявола или неожиданному предложению.        — Скоро 22 июня, помнишь? Естественно, ты помнишь. Развешу по всему Берлину советские флаги и включу гимн батьки. Как раз выучишь на Рождество.        — Никогда!        — Эх, какая жалость, — без тени, однако, сожаления вздохнула девушка.        Германия понял: никакого разрешения ей и не нужно. Беларусь в любом случае сделает задуманное.        «Вот откуда в прошлом году в штабе НАТО появились кружки с принтом СССР, — мысленно помрачнел Германия. — А ведь мы до последнего их не замечали».        Солнце опустилось до самого горизонта. И красные его лучи пронзили бескрайнее пространство огненной дымкой. Небеса разлились, точно огромная палитра известного художника — от золотистых до насыщенно красных полос.        Волосы заиграли рыжеватыми бликами, и лица озарились пламенем. Беларусь удивленно посмотрела на разгорающейся закат, и зеленые глаза наполнились теплой радостью. Девушка устроилась на траве и, улыбнувшись немцу, похлопала рядышком с собой.        «Давай, тоже присаживайся», — говорила мягкая улыбка.        Германия неохотно шагнул вперед. Устроился немного поодаль, но Беларусь приподнялась и присела рядышком с ним.        Будто вдохновленный вечерними красками, легкий ветерок нежно шевелил притаившийся листочки, и некогда синие буточники заколыхались, будто пытаясь стереть румянец, загоревшийся на лепестках. Но они становились все более красными, точно раскаленными.        И Беларусь, завороженная любующаяся закатом, положившая голову на немецкое плечо, тоже была точно эти раскаленные васильки. Такая же дьявольски красивая.        — Пойдем? — девушка потянулась за корзинкой, поднялась и положила в нее васильковую косу.        Германия и не заметил, как быстро протухло солнце.        — Проводишь? Негоже девушек одних бросать. Вдруг маньяки, — улыбнулась Беларусь.        — Провожу, — поднялся Германия. — Не хватало еще, чтобы ты моих маньяков напугала.