Новый Человек-паук: Последний шанс

30.08.2019, Нью-Йорк

«Доброе утро, жители Нью-Йорка. Похоже, нас ждёт замечательный день. В небе почти ни облачка…»

Доносится в наушниках Человека-паука, который вновь пролетает между высотками. День и вправду обещает многое: экскурсия по Университету, встреча с одногруппниками, спасти кошку с дерева… да, именно так. — Не думаю, что ей понравился вид, — произносит шутливо герой, когда отдает в дрожащие руки бабушки такого же дрожащего питомца. — Мам, смотри, это и вправду он! Слышен позади мальчишеский голос, но, увы, Паучку, а именно пареньку Паркеру, не сойдет с рук опоздание на столь важное мероприятие. Навязчивое гудение машин где-то внизу, что стоят в пробках, и раздраженные люди, в попытке доехать на место работы, не перебивают ощущение того, что этот день — начало новой главы в жизни, чистый лист, который Питер планирует начать красиво. Человек-паук пролетает мимо офисного здания. Его увидели, улыбнулись. В следующий момент он поймал банку с краской, что почти уронил маляр, окрашивающий здание. — Аккуратнее, друг! — говорит поддерживающим тоном Герой города и вновь взлетает на паутине, скрываясь между небоскребами.

***

Приземление пришлось в тени переулка, неподалеку от самого здания Университета. Сняв наушники, Питер ловко достал из рюкзака заботливо выглаженный тетей Мэй строгий костюм. К счастью, он не помялся. Пятимесячный «отпуск» от обязанностей Человека-паука дал свои плоды: Паркер разработал небольшие, но удобные в быту штучки, например, капсулы, которые стоит лишь добавить в воду в утюге — и вуаля! Ткань, что проглажена, некоторое время не будет поддаваться сминаемости. Быстро надев официальный костюм поверх яркого героического и взглянув на маску Человека-паука в своих руках, Питер положил ее в кожаный портфель и направился к выходу из переулка.

***

Напыщенность — первое слово, которое пришло в голову, вероятно, каждому находящемуся здесь первокурснику. Доскональная проверка личности: паспорт, металлоискатели, письма от Университета, где в одном — подтверждение твоего зачисления, а в другом — приглашение. Безопасность, определенно, важна для такого частного мероприятия, но, Питер, будучи любителем более скромных официальных встреч, почувствовал себя рыбой на суше. — Все таки парни в костюмах — самое горячее зрелище, — слышит он высокий женский голос среди шума от таких же подростков, как он, проходя где-то в толпе. Все одеты по дресс-коду: парни, очевидно, в строгих костюмах, а девушки в платьях. Разнообразия у последних куда больше. — Ты точно затащишь кого-нибудь из здешних красавцев в уборную до того, как начнется торжественная часть! Питер вздохнул то ли от раздражения, то ли от внезапной тоски, вспомнив о своей былой страсти с Гвен. Она определенно бы смотрела на него сейчас с восторгом своими сияющими зелеными глазами, полными заботы, любви и гордости. Возможно, они поступили бы даже в один Университет, если бы Гвен не хотела учиться в Англии и не… Раздался женский голос в колонках, оповещая о том, что через двадцать минут начнут пускать всех в концертный зал на втором этаже, и что присутствующим следует найти свои группы. К счастью, куратора и некоторых одногруппников Питер со скуки нашел в Инстаграме пару дней назад, последних — только с помощью списка зачисленных на сайте. А рассылание учебными учреждениями писем — лишь глубоко укоренившаяся традиция. Интуитивно найдя мраморную лестницу, покрытую красным ковром, Паркер поднялся с менее кучной толпой на второй этаж, незаинтересованно рассматривая интерьер. Фойе наполнено естественным светом благодаря панорамным окнам, что открывают вид на внутренний благоустроенный двор Университета. Удобные округлые диваны и кресла, вероятно, из натуральной кожи, расположены в разных уголках и заняты уставшими от каблуков девушками. На полу стильная керамика, где-то покрытая тем же красным ковром. На белоснежных стенах зеркала в полный рост, информационные стенды и арт-объекты, принадлежащие студентам старших курсов, что занимали почетные места в важных для Университета конкурсах. Кратко говоря: светской обстановке не уступает творчество и современность. Питер мгновенно завидел рыжих братьев-близнецов и направился в их сторону. Этих двоих найти в социальных сетях было проще простого. — Так-так, а ты у нас кто? — сразу деловито добращается средних лет брюнетка к подошедшему. — Питер Паркер. — Тоже на факультет точных наук попал? Неплохо… Женщина сверяет что-то по списку, ставит свою подпись и протягивает документ и ручку. — Я Мэри Джонсон, а теперь подпиши здесь, Паркер. Это обычный список с именами, фамилиями и датами рождения. Поставить подпись — отметиться, что ты присутствовал на мероприятии. Глаза Питера из интереса прошлись по документу. Людей в группе его факультета не так много: всего… двадцать шесть человек? Удивление было оправдано, ведь в списке на сайте Университета их было двадцать пять, как и официальных мест на обучение. Двадцать шестой человек — Ава Ламб, родилась девятнадцатого октября две тысячи первого года. Действительно, ее не было в списке до сегодняшнего дня. Поставив подпись, Паркер вернул документ и ручку, скучающе прислонился к ближайшей колонне из гранита и задумался о чем-то своем. — …Ава Ламб, — услышал он отрывок фразы и поднял взгляд. Удивление — не то слово, которое бы описало то, что почувствовал Питер в этот момент.

Восторг

Непонимание

Счастье

Отрицание

Слова будто пролетали в его голове с неимоверной скоростью, когда он пытался понять, что происходит. В нескольких метрах от него, рядом с миссис Джонсон, стоит девушка, что до абсурдности ситуации похожа на его покойную Гвен Стейси. Светлые волосы, мягкие черты лица, легкая, но до чертиков приятная и знакомая ему улыбка, обращенная не ему… Питер застыл, не смея отвести взгляд, вероятно, выглядя со стороны странно. Грудь сдавило тупой болью, а плечи потяжелели. Ощущения похожи с теми, когда его впечатали в стену со всей силы механического костюма Носорога. Ладони сжались в кулаки, ногти впились в кожу. На мгновение перед ним словно появилась Гвен. Он сразу прикрыл глаза и потер переносицу. Нет, он все еще в здравом уме. Верно?

Нервный вздох

Нет, ему не показалось.

Ава Ламб.

Она все еще стоит там.