Скромная сладость.

      Старый район на окраине крупного мегаполиса, куда переехал Субин три месяца назад, очаровывал своей ухоженной простотой. Здесь вдоль всех улочек росли высокие деревья, создавая тенью своей листвы романтические аллеи, по которым гуляли влюбленные парочки и миловидные старушки.             Маленькие магазинчики были отреставрированы и казались игрушечными, особенно в лучах мягкого закатного солнца, а прямой выход к морю у большинства частных домиков располагал жителей расслабиться, навевая собой атмосферу тихого курорта.       — Хорошо, — выдохнул Субин, остановившись посреди пустой улицы и прикрыв глаза.       Последний месяц он только и делал, что ходил с работы домой через парк, иногда останавливаясь на аллее, прикрывая глаза и вдыхая полной грудью. Как дома.       Ровно три месяца назад Субина пригласили на работу в начальную школу учителем литературы. Сам парень был родом из небольшого городка, где зарекомендовал себя отличным преподавателем. На предложение о работе он сразу же согласился, несмотря на то, что покидать родные места было тяжело. Тихий район, где находилась начальная школа, очень понравился Субину, а квартира, которую он снимал, окнами выходила на небольшой парк, за которым, вдали, виднелось море.       — Это место очень напоминает мне дом, — тихо прошептал парень.       Он медленно открыл глаза и увидел перед собой играющую с травинкой кошку. Улыбка снова родилась на его лице, и он пошел дальше.       Путь от школы до дома составлял около получаса, и Субин предпочитал ходить пешком. Раннее утро всегда встречало его солнечными лучами, преломляющимися зеленой листвой, которые ажурным узором ложились на тротуарную плитку, тисненую вензелями. Всегда в рубашке с коротким рукавом, светлых брюках и с сумкой наперевес Субин не спеша проходил свой путь от дома до школы и от школы до дома. Аллея с деревьями постепенно превращалась в городскую улицу с кучей магазинчиков и кафе, но парня не привлекали эти заведения, потому что с недавнего времени он стал частым гостем в одной маленькой пекарне, расположенной в старом здании с толстыми стенами, которая называлась «Скромная сладость».       Располагаясь в переулке, прикрытая кроной большого дерева, «Скромная сладость» словно затаилась в ожидании своего особенного посетителя. Место, довольно знаменитое среди старшего поколения, совсем не пользовалось популярностью у студентов и школьников, которые выбирали более модные заведения, зато было в почете у тех самых миловидных бабулечек, что любили гулять по ухоженным аллеям, придерживая рукой причудливые шляпки. Субин совершенно случайно оказался в этом переулке. Он заговорился по телефону с мамой и свернул ранее, чем было нужно. Закончив разговор, молодой человек поднял глаза вверх и прочитал название. Он мягко улыбнулся, потому что здание стояло между двух похожих домов, скромно затерявшись среди них. Пожав плечами самому себе, Субин открыл дверь и зашел внутрь.       Тихая и спокойная музыка доносилась со всех четырех сторон, столиков было не много, а аромат свежей выпечки подогревал аппетит и пленял, заставляя совершить покупку.       — Добрый день! Чего желаете? — из-за высокого стеклянного стеллажа показался симпатичный парень. — У нас есть вкусные круассаны, а пончики я только что вынес. Они еще горячие.       Субин замер от неожиданного вопроса, но тут же взял себя в руки.       — Два круассана и чай, пожалуйста, — сказал парень.       — Студент? — улыбнулся кондитер.       — Кто? — округлил глаза Субин. — Я? Нет. Я учитель.       — Учитель? — широкая улыбка расплылась на лице напротив. — А выглядите как студент.       Субин поджал губы, не зная, что ответить.       — Присаживайтесь, — сказал парень за стойкой. — Я принесу заказ.       Может быть, по закону жанра, а может быть, потому что Субину так хотелось, он выбрал столик у окна, из которого была видна часть стены соседнего здания и улица с аллеей. В помещении никого не было, кроме него.       — Ваши круассаны и чай, — улыбнулся подошедший парень. — Я Ёнджун. Если что, зовите.       — Субин, — улыбнулся Субин, но тут же почувствовал себя неловко, потому что засомневался, а стоило ли ему произносить свое имя в ответ.       — Хорошо, Субин, если что, зови.       — Ёнджун! Помоги с булками! — послышался голос из служебного заведения за стойкой.       — Я побежал, — улыбнулся парень и быстрым шагом направился на помощь.       Субин посмотрел на круассаны, щедро обсыпанные сахарной пудрой.       «Скромно, но сладко, — подумал парень. — Скромная сладость».       Ёнджун вышел к стойке, когда входная дверь мягко звякнула колокольчиком.       — Ёнджун-а, солнце мое, скажи, а вот в этих пирожках вишня?       — Здравствуйте, Госпожа Пак, да, здесь вишня.       — А вот в этих?       — Эти с яблоком.       — Ну тогда мне и тех и тех. По два.       — Хорошо, — улыбнулся парень.       Субин не просто слышал весь разговор, он наблюдал за Ёнджуном, за тем, как тот общается со старушкой, и словил себя на мысли, что считает парня забавным. Он доел круассаны в одиночестве и выпил чай. И только когда собрался уходить, в кафе зашли несколько человек.       «Видимо, место для знатоков, — подумал Субин, — но это и к лучшему».       С этой мыслью он попрощался с Ёнджуном, на что тот улыбнулся и сказал, чтобы Субин заходил еще.       Субин отправился домой, но по пути принял решение дойти до моря. Он хорошо перекусил, а это означало, что нет необходимости в срочном ужине. Ступив ногой на песок, он снял обувь и сел, постепенно расслабляясь и смотря на волны.       «Скромная сладость. Должно быть, это что-то неброское, но запоминающееся. Точь-в-точь как эта пекарня», — думал Субин, до сих пор ощущая сладкие песчинки на своих губах.       Они забрались в складочки и застряли в уголках. Парень высунул кончик языка и облизал их, прикрыв глаза. «У Ёнджуна на руках браслеты. Должно быть, они подрагивают, когда он посыпает пудрой выпечку», — мысль сама возникла в голове, и Субин улыбнулся. Смотря на уходящее солнце, он решил, что зайдет в эту пекарню еще раз. На следующей неделе.       И он зашел.       Спустя два дня.

***

      — Привет! — Субин сам не узнал свой голос, потому что он прозвучал чуть выше, чем есть на самом деле.       — О, Субин! — махнул рукой Ёнджун, а затем отвернулся и скрылся под стойкой. — Что сегодня желаешь?       Субин молчал. Он осматривал выпечку, разложенную на фарфоровых этажерках за стеклом высокой витрины.       — А с сахарной пудрой только круассаны? — парень сам не знал, зачем задал этот вопрос.       — Вообще, да, — Ёнджун даже не смутился вопросу, — но насыпем, куда пожелаешь.       — Тогда мне пончик… с пудрой, пожалуйста.       — Какой именно? — кондитер подошел к витрине.       — Вон тот… с розовой глазурью.       — И чай? — их глаза столкнулись.       — Было бы неплохо, — улыбнулся Субин.       — Присаживайся, сейчас все сделаем.       Субин кивнул. Он совсем не хотел отходить от парня. Ему хотелось посмотреть, как Ёнджун будет работать с пудрой, а точнее, посмотреть на его руки.       Парень ловко достал небольшую емкость с сахарной пудрой, в которой лежало маленькое ситечко и ложечка. Наведя ситечко над пончиком, он подчерпнул ложечкой пудру и высыпал ее в него, а затем аккуратно постукивая по нему, посыпал пончик. Субин стоял словно завороженный. Браслеты Ёнджуна звенели от движений, а его пальцы захотелось обмакнуть в эту самую пудру, а затем коснуться ими своих губ и нежно облизать.       — Ты еще тут? — Ёнджун резко перевел взгляд и задал вопрос.       — Ах, задумался, — смущенно ответил Субин.       — А мне показалось, что ты наблюдал за тем, как я посыпаю пончик. Я и сам, честно говоря, могу на это залипнуть…       — Да?.. — вырвалось вместе с выдохом.       — Да, — улыбнулся Ёнджун. — Занимай свое место. Сейчас все принесу.       Столик был тем же, что и в прошлый раз. Ёнджун поставил на него пончик и чай. Кроме них в пекарне была еще пара человек, Ёнджун осмотрелся.       — Я присяду? — он улыбнулся Субину.       — Конечно! — ответил Субин.       Ёнджун поставил стул так, чтобы ему был виден вход в пекарню и стойка с кассой, и сел.       — Ты новенький в этом районе? Я не видел тебя раньше, — сказал Ёнджун.       — Да, я приехал пару-тройку месяцев назад. Работу предложили.       — Учитель. Я помню, — улыбнулся Ёнджун. — Детишек учишь?       — Да. Младшие классы. Литература.       — Оу, — губы Ёнджуна красиво вытянулись трубочкой, — а я не умею читать… Текст словно песок сквозь пальцы…       — Возможно, ты еще не нашел своего автора, — заключил Субин.       — Возможно, мне дано читать только книги по выпечке… — выдохнул парень.       — Но это же замечательно!       — Да, — улыбнулся Ёнджун. — А ты сладкоежка?       Субин прожевал кусок пончика и сделал глоток чая.       — Совсем нет. Я просто… я просто случайно увидел вашу пекарню. Точнее, я говорил по телефону с мамой, и свернул не в тот проулок. И заметил вас.       — Да, — кивнул Ёнджун, — мы стоим скромненько, в углублении. Что ж, — он поднялся и поставил стул на место, — не буду мешать.       — Ты не мешаешь, — ответил Субин, но Ёнджун улыбнулся и ушел к стойке.       В тот день, после посещения пекарни, Субин лежал дома на кровати и смотрел в потолок, а за окном где-то вдали медленно садилось солнце, разрисовывая белые стены комнаты золотыми лучами. Субин вспоминал разговор с Ёнджуном, возрождал каждую фразу, прокручивал в памяти каждый жест. Ему льстило, что парень сел с ним рядом, и у них состоялся небольшой диалог. Стало интересно, чем занимается Ёнджун в свое свободное время. Захотелось познакомиться с ним поближе.

***

      Субин стал бегать по утрам, и не где-нибудь, а мимо пекарни. День за днем, круг за кругом. Каждый раз, пробегая мимо, он ловил взглядом глаза Ёнджуна, который за стеклом похлопывал рукой по большому ситечку с сахарной пудрой над тарелкой с круассанами. Субин словно слышал эти хлопки. Хлоп… хлоп… хлоп… Белая пудра медленно покрывала хрустящие круассаны в то время как Бомгю, напарник Ёнджуна, менял табличку «Закрыто» на «Открыто».       В какой-то из дней Субин снова зашел в пекарню. Стоявший рядом с Ёнджуном Бомгю что-то хихикнул парню на ухо и скрылся на кухне. Уже через несколько мгновений он вышел оттуда и попрощался с молодыми людьми, сообщая, что его рабочий день окончен. До закрытия пекарни, и правда, оставался час. Ёнджун прибирался на стойке, а в зале за дальним столиком сидели несколько девушек и громко что-то обсуждали.       — Что желаешь? — улыбнулся Ёнджун.       — Я бы выпил кофе, — ответил Субин, — у вас есть кофе?       — Конечно, — парень посмотрел куда-то вниз, — но мы не кофейня, поэтому, какой есть, такой есть.       — Тогда просто американо, — выдохнул Субин и отошел от стойки.       Он занял столик, который давно уже считал своим, и выдохнул, глядя в окно.       — Тяжелый день? — ставя кофе, спросил Ёнджун.       — Не то чтобы очень… Просто скучаю по родителям и немного устал.       — Переезд вообще штука сложная. Сначала все нравится, потом не нравится. Далее ты уже начинаешь задавать вопросы, а стоило ли оно того… В общем…       — Звучит, словно ты знаешь, о чем говоришь…       — Знаю, — сказал Ёнджун.       — Больная тема? — осторожно поинтересовался Субин.       — Если подождешь полчасика, — расскажу, — парень улыбнулся и дерзко подмигнул, а у Субина земля ушла из-под ног от этого жеста. Хорошо, что он сидел.       Еще минут через пять компания девушек поднялась из-за столика, и они все дружно направились на выход. Ёнджун остался с Субином наедине.       — Тебе нужно помочь с чем-то? — предложил помощь Субин.       — Нет. Ты здесь гость. Какая еще помощь? О чем ты?       — Ну ладно, — вздохнул парень и отвернулся к окну, — как скажешь.       Ёнджун доделывал свои дела, а Субин пытался найти смысл в названии пекарни.       «Быть может, скромная сладость — это о Ёнджуне. Скромный, но… сладкий?»       Субин резко купировал свои мысли, потому что понял, что его щеки начали розоветь, а улыбка твердо закрепилась на лице. Другими словами, он чувствовал, что светится изнутри. Лишь бы только Ёнджун это не заметил.       — Я голоден. Пойдем поедим? — раздалось от стойки.       Субин не заметил, когда Ёнджун успел переодеться. В обычной одежде он выглядел еще более дерзким, чем в форме работника пекарни.       — Отличная идея, — улыбнулся Субин, — идем.       Уютный ресторанчик, в котором они сидели, был тоже скрыт от посторонних глаз, подобно пекарне. Он прятался где-то в глубине домов и, видимо, пользовался популярностью у жителей близлежащих окрестностей. Внутри играла какая-то старая спокойная музыка, и очень вкусно пахло едой. Ёнджун кивал в такт мелодии и что-то напевал себе под нос. Субин сидел напротив и улыбался.       — Я приехал сюда пять лет назад, — сказал Ёнджун. — Мама умерла, отца не было. Бомгю мой двоюродный брат. Он попросил начальника устроить меня на работу. Сначала было сложно, все падало из рук. Я совсем не умел возиться с тестом. А потом постепенно все стало лучше и лучше. Дальше я прошел обучение. Мне очень нравится то, чем я занимаюсь. Начальник доволен мной и доверяет мне составлять сезонное меню.       — Даже так? — улыбнулся Субин. — Ты молодец.       — Да… только вот с этой работой у меня и друзей-то нет. Общаюсь с приятелями Бомгю. Вместе ходим в клубы, иногда собираемся посидеть у кого-нибудь.       — А говоришь, что друзей нет, — сказал Субин. — Вот у меня их тут точно нет. Только ты… но ты скорее хороший знакомый…       Ёнджун улыбнулся и прищурил глаза:       — Так может быть, нам стать друзьями?       Серьги в его ушах слегка качнулись, а браслеты звякнули. Он протянулся через столик к Субину и заглянул в его глаза.       — Что скажешь?       Этот жест отозвался волной мурашек на спине Субина и, кажется, лишил его голоса. Ёнджун ничего не сделал такого, но в фантазиях парня он перешел все допустимые границы. Прищуренный взгляд, дерзкая улыбка, ожидание. Субину показалось, что его взяли в плен.       — Я… кхм… да. Да. Почему бы и да, — улыбнулся парень.       — Вот и славно, — Ёнджун взял бокал пива и сделал глоток. — Кстати, нужно будет как-нибудь тебя научить выпекать круассаны. А потом, — он снова прищурил глаза и снова слегка наклонился к Субину, — а потом я позволю тебе посыпать их сахарной пудрой.       Субин вздрогнул. Ему хотелось бежать. Отсюда и от своих мыслей. И почему именно сейчас он представил, как Ёнджун кладет свои руки поверх его и помогает сыпать пудру, а затем собирает остатки со стола своими пальцами и засовывает их Субину в рот, заглядывая в глаза?       — Я сейчас! — Субин резко поднялся и отодвинул стул.       Мужской туалет находился в дальнем конце ресторана, напротив входа, и там были две кабинки, закрывающиеся наглухо. Субин скрылся в одной из них и спустил воду, а затем уперся руками в стену и коснулся ее лбом.       — Ну же, — прошептал парень, смотря на свои брюки, — успокойся.       Член стоял колом и сильно выделялся под светлой тканью. Субин включил воду в раковине. Ее шум обычно его успокаивал. Обычно. Но не сейчас. Самые дерзкие фантазии проносились в голове парня, и он ничего не мог с этим поделать. Он не знал, сколько провел времени в кабинке, когда ополоснул лицо, зачесал назад волосы и открыл замок.       — А я тебя потерял, — дерзкая улыбка бросилась в глаза, а палец ткнул в грудь.       Ёнджун сделал шаг и втолкнул Субина обратно. Недолго думая, он слегка приподнялся на цыпочки и нагло накрыл своими губами губы парня, мягко сжал их и крайне медленно, соблазнительно отодвинулся назад. Субин попытался дотянуться до него и выпросить еще поцелуй, но Ёнджун прикусил нижнюю губу и помотал головой в стороны, а затем вышел из кабинки и занял соседнюю.       — Сумасшедший, — выдохнул Субин, коснувшись затылком кафельной стены. — Безумец!       Субин сидел за их столиком, когда Ёнджун подошел и сел на свое место, напротив. Он, как ни в чем не бывало, продолжил есть. У Субина пропал аппетит. Он не мог думать ни о чем, кроме этих красивых слегка вздернутых губ.       — Так и будешь сверлить меня взглядом? — спросил Ёнджун.       — То, что только что произошло, — это и есть, по-твоему, «быть друзьями»?       — Нет, — пожал плечами Ёнджун, — это следующий шаг.       — Любишь быстро шагать? — улыбнулся парень.       — Обычно нет. Но тут прям захотелось.       — И чего же тебе захотелось? — Рука Субина медленно поползла по столу и нежно коснулась пальцев Ёнджуна. Парень проследил за ней, а потом поднял глаза и встретился со взглядом Субина.       — Тебя, — так же дерзко, как и его улыбка.       Новая волна мурашек прошлась по коже, поднимая чувствительность и разгоняя возбуждение. Субин гулко сглотнул и попытался расслабиться.       — К тебе или ко мне? — он поднял глаза.       — Ко мне, — сказал Ёнджун и допил свое пиво, после чего они поднялись из-за столика и вышли из кафе.

***

      Зайдя в квартиру и скинув обувь, Субин уже хотел наброситься на Ёнджуна, но парень выскользнул, смеясь.       — Поиграть хочешь? — спросил Субин.       Ёнджун лишь широко улыбнулся и прошел в обеденную зону, где стоял большой стол. Вытащив из шкафчика баночку и большое сито, он подошел к столу, а Субин замер от увиденного. Ёнджун похлопывал по ситу своей ладонью, и белая пудра сыпалась на стол, подобно цветочной пыльце. Хлоп… хлоп… хлоп. Достаточно посыпав стол, парень отодвинул сито в сторону и был тут же прижат к краю столешницы Субином. Ёнджун улыбнулся и провел пальцами по белой пудре а затем поднес их к свои губам.       — Хочешь? — томно выдохнул парень.       Субин, обхватил его запястье и, поднеся кисть к своему лицу, облизал сначала один палец, затем второй, потом третий, а после сорвался и начал целовать и обсасывать их, громко мыча. Ёнджун улыбался. Ему нравилось.       — Мой сладкий кондитер, — прошетал Субин, — как же я обожаю твои пальчики… Давай испачкаем и вторую твою ручку тоже…       Ёнджун сделал все так, как хотел Субин, а затем наблюдал, как тот получает неземное удовольствие, облизывая и посасывая его пальцы.       — Да ты извращенец, — прошептал Ёнджун.       — Не я рассыпал пудру, — парировал Субин.       — И то верно.       Субин скользил языком по пальцам, задерживался на ладони, вырисовывая круги, и снова вбирал их в себя. Ёнджун томно стонал и прикрывал глаза. Ему хотелось, чтобы Субин не останавливался, потому что выражение его лица говорило о том, что он на пике наслаждения.       — Я хочу тебя, — прошептал Ёнджун. — Хочу…       Субин прервался. Он, смотря в глаза, осторожно вытащил пальцы из своего рта, а Ёнджун не сдержался и с нетерпением впился в губы напротив. Он обвил руками шею Субина, после чего почувствовал, как на его джинсах расстегнули замок, а затем дерзко спустили их к бедрам. Дальше Субин приподнял Ёнджуна за ягодицы и усадил прямо в пудру. Черное белье сразу же испачкалось.       — Ты такой сладкий… в самом прямом смысле этого слова, — вырвавшись из поцелуя, сказал Субин. — Я даже не догадывался, что в пекарне с названием «Скромная сладость» эта самая сладость окажется совсем нескромной.       — А для меня скромная сладость сейчас — это ты, — прошептал в губы парень. — Ты очень скромный, краснеющий и нерешительный. Но при этом такой сладкий.       Субин рывком накрыл губы Ёнджуна и, тягуче поцеловав его, отстранился:       — Это самое безумное, что я когда-либо делал.       — Что именно?       Ёнджун не успел договорить, как его джинсы скинули на пол, а затем избавились от белья. Ягодицы испачкались в пудре, когда Субин развел его ноги в стороны и наклонился к его члену. Ёнджун выглядел очень пошло в красной футболке и таких же красных носках, опираясь руками за спиной и пятками по краям от плеч Субина в столешницу, испачканную пудрой. Его стоны наполняли кухню, а сам он закатывал глаза каждый раз, когда Субин втягивал щеки и опускался губами все ниже.       — А теперь дай мне свою сладкую попку, — улыбнулся Субин, слегка отстранившись.       — Но я уже… уже почти…       — Попку! — скомандовал парень.       Ёнджуну ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Он повернулся задом к Субину и, опершись на локти, выставил ягодицы вверх.       — Как же сладко, — прикусил губу Субин, набрав ладонями пудры и коснувшись кожи парня. Он начал медленно похлопывать по его округлостям, словно это сито, которое он держит над круассанами, чтобы посыпать пудрой. Хлоп… хлоп… хлоп.       Картина перед его лицом была очень красивой: испачканная белой пыльцой кожа молящего о ласке парня. Субин наклонился и оставил легкий поцелуй на ягодице. Ёнджун дернулся.       — Я хочу вылизать тебя, сладкий, — прошептал парень, — а ты пока можешь поиграться с собой.       Не успел Ёнджун ответить, как из его рта вырвался стон. Влажный язык Субина гулял между ягодиц, а его руки медленно оглаживали их.       Ёнджун пыхтел, водя рукой по члену, пока Субин с удовольствием слизывал сахарную пудру вокруг ануса. Красная футболка спустилась к голове, ступни в красных носочках поджались, а попка подавалась навстречу языку.       — Еще… м… Субин… еще… черт…       Парень дернулся, пачкая спермой усыпанный пудрой стол. Мурашки побежали по всему телу, а задний проход сжался, и Ёнджун с удивлением осознал, что Субин стимулирует его пальцем.       — О… там… там палец? — выдохнул парень.       — Да, мой сладкий. Хорошо, правда?       — Я… не знаю…       Субин ухмыльнулся и вытащил палец, мышцы рефлекторно сжались, а Ёнджун развалился на столе. Он попытался прикрыться, но ничего не вышло.       — Стесняемся? — улыбнулся Субин.       — Немного… — парень был слегка красный.       — Я подумал, что ты опытный мачо, а на деле оказалось…       — А я подумал, что тебе нравятся опытные, — в голосе Ёнджуна прозвучала нотка злости.       — Мне нравишься ты… — улыбнулся Субин. — Со всей своей дерзостью и альфа-замашками.       — Нет у меня никаких замашек!       — Ну да, мой сладкий, ну да.

***

      — Ёнджун!       Сегодня ровно три месяца с того момента, как Субин и Ёнджун начали встречаться, поэтому у парня в руках был небольшой букет цветов.       — Это тебе! — Субин протянул букет через стойку, Ёнджун смутился.       — Привет, спасибо.       — Я хочу приготовить сегодня мясо, поэтому пойду, чтобы к твоему приходу все было готово.       — Твое мясо — самое вкусное мясо из всего, что я пробовал!       — Боже, сколько можно лизать друг другу задницы? Съезжайтесь уже! — закатил глаза вышедший из кухни Бомгю.       Субин ухмыльнулся, а Ёнджун слегка покраснел.       — О, господи, вы невыносимы! — продолжил Бомгю. — Согласен, про вылизывание жоп — было лишнее.       — Ой, иди уже! — проворчал Ёнджун.       — Я жду тебя у себя, — подмингул Субин и вышел вместе с Бомгю.

***

      Солнечные лучи задерживались кронами высоких деревьев и, преломляясь, падали на тротуарную плитку. Субин и Ёнджун шли в сторону моря, где начинались небольшие частные домики. Проходя мимо одного из них Субин свернул к калитке и открыл ее.       — Мы куда? — спросил Ёнджун, не понимая действие своего парня.       — Домой, — улыбнулся Субин, вытаскивая из кармана ключи. — Ты всегда хотел жить у моря…       — Но… Но… Но это так дорого, Субин! — на момент показалось, что глаза Ёнджуна блеснули слезами.       — Я брал чуть больше рабочих часов, — пожал плечами парень, — и меня повысили до заведующего.       — И ты сделал это ради… меня? — до сих пор не веря в происходящее, сказал Ёнджун.       — Да, — улыбнулся Субин. — И раз уж мы здесь… у нашего первого дома, я должен сказать, что люблю тебя. Я люблю тебя, Ёнджун.       Колени парня затряслись, а губы дрогнули. Он рывком обнял Субина и посмотрел ему в глаза:       — Я тоже люблю тебя, Субин. Я люблю тебя.

***

      И может быть, скромная сладость — это не просто история о круассанах в сахарной пудре, может быть, скромная сладость для каждого своя, и у нее нет конкретного определения.

***

Спасибо, что были со мной.

ZhannaNuur,

2025г.