Лисиче сердце

      Снег уже понемногу начинал исчезать в этих местах. Всё-таки уже пришла весна, и это для многих значило очень многое. Скоро нужно будет засевать небольшие поля и такие же огороды почти возле каждого дома. Всё это уже будет засеяно или чем-то засажено. Но для Вививилки в этом не было никакого смысла. У него с младшим братом всё было не так, как у остальных. Обычно они закупались в торговых лавках и там имели всё, что было нужно. ‎ ‎      Но задний двор, по крайней мере благодаря Лололошке, был полностью засажен. Конечно, в основном это были разные травы, особенно редкие, которые легче вырастить возле дома, чем искать где-то ещё. Да и нужно было приготовить запасы к зиме, чтобы точно хватило всем, и не было проблем. Ведь некоторые травы совсем не могли расти зимой, а поздняя весна была именно тем временем, которое для этого подходило. ‎ ‎      Чуть подальше находилось место для тренировок, особенно для метания ножей. У Вилки уже была хорошая меткость, и ему было легко попадать в цель. А вот Ло, наоборот, часто промахивался — наверное, это было единственное, в чём Вививилка превосходил своего младшего брата. И это даже забавляло: ведь даже если некоторые навыки Ло были лучше прокачаны, чем у него, но у брата всё равно оставались свои слабые стороны. ‎ ‎      Но сейчас эта слабая сторона была далеко от него. Вививилка лежал на кровати. Был ясный день. Он находился не у себя дома и лежал точно не на своей кровати. И не один. Обнимая Вилку за спину, Эбардо уткнулся лицом в его голову, медленно вдыхая его запах и будто даже задремав. А вот сам Вилка не мог расслабиться — просто лёжа рядом, он думал обо всём подряд. Даже о том, что его вовсе не касалось. ‎ ‎      Он задумался так сильно, что у него даже начала слегка болеть голова. Поэтому, откинув эти мысли, Вививилка резко повернулся на другую сторону. Теперь его лицо оказалось напротив тела Эбардо, который прищурился, почувствовав это движение. А Вилка просто прижался к нему и закрыл глаза, и благодаря этому Зелёный снова смог вдыхать любимый запах своего лисёнка. И будто что-то почувствовав, прижал его к своему наполовину обнажённому телу. ‎       ‎Так они пролежали ещё несколько минут. Казалось, им обоим было так лень двигаться, что даже глаза открыть не хотелось. А ведь был ещё день, а не утро, вставать в которое куда тяжелее, чем сейчас. Как вообще получилось, что Вилка оказался в доме Эбардо? А потом всё так закрутилось, что теперь у него болела вся поясница. Если он не сможет нормально сесть, то сразу же будет знать, на кого злиться и кого отругать. А вот Зелёный просто тихо посапывал, будто не замечая свою исцарапанную спину, которая уже покрылась красными полосками. Можно сказать, это была своеобразная месть за то, что теперь Вилке будет тяжело сидеть. ‎ ‎      — Эб, — тихо пробормотал он где-то на уровне груди Эбардо. Вилка знал, что тот его слышит. Хотя выглядел он так, словно вот-вот провалится в сон, на самом деле просто отогнал все мысли и расслабился — но лишь ненадолго. ‎       ‎— Дай понежиться, а то эти идиоты меня уже достали, — сказал Зелёный, имея в виду членов своего клана, которые и так будто ничего не умели делать без него. Особенно в бумажной работе, где за ними всё время нужно было перепроверять. ‎       ‎— Ещё успеешь полежать, только вот без меня. Я и так оставил Лололошку почти с самого утра дома, так что пойду уже, — сказал Вививилка, начиная подниматься с кровати и пытаясь выбраться из объятий любимого. Хотя он даже не видел сегодняшней записки от Лололошки. ‎       ‎Но, видно, Зелёный вовсе не хотел отпускать его далеко. Они и так едва находили подходящие моменты, чтобы быть вместе. А Вививилка будто каждую секунду думал не о нём, а о Лололошке. От этого становилось обидно. Ло ведь уже не маленький мальчик, а значит, и сам может побыть без брата. А вот заботы и ласки Эбардо как раз не хватало. И он прямо высказал это Вививилке. ‎       ‎— Твой Лололошка никуда, блядь, не денется. Тем более ему уже 26, скоро будет 27 — как и тебе. То, что ты старше его на несколько минут, не заставляет тебя ходить за ним и всё ему запрещать, — сказал Эбардо, ожидая, что сейчас получит хороший удар куда-нибудь в живот, а если повезёт — то в руку. Но, странно, никакой реакции не последовало. ‎       ‎Вилка посмотрел на него сверху вниз. И всё же лёг обратно рядом с Зелёным. Видно было, что он передумал уходить и решил остаться. Эбардо даже не ожидал, что его слова так подействуют. А сам Вививилка, посмотрев прямо в зелёные глаза, понял, чего ему не хватает, и решил остаться рядом. Для Вилки это было совсем нехарактерно. ‎       ‎— Может, ты и прав, — тихо пробормотал он и просто повернулся на спину, уставившись в потолок. Сначала и Зелёный тоже смотрел вверх, но вскоре всё же перевёл взгляд на него. Он даже своим ушам не верил от услышанного. ‎       ‎— Вививилка, с тобой всё нормально? Ты уже подготовил для меня ножи, чтобы потихоньку поцарапать меня? Или ты уже успел забеременеть обидеться? Ты же знаешь, против Лололошки у меня нет нич... — не успел он договорить и одного слова, как его губы закрыли жарким и грубым поцелуем. ‎ ‎      Ви прикусывал его губы так сильно, что из них пошли крупные капли крови. Но и Эбардо не отставал в своей жестокости — так же жадно впивался в его губы, даже забыв, что его перебили на полуслове. Такие поцелуи Зелёный любил больше всего. И Вививилка это отлично знал, поэтому мог так легко воспользоваться этим, чтобы тот замолчал. Для них обоих это был лучший вариант. ‎ ‎      — Замолчи уже, — пробурчал Вилка, ненадолго отстранившись от него. Они оба тяжело дышали, нужно было набрать больше воздуха в лёгкие, и тогда можно было бы начать второй раунд. Но пока что — не сейчас. ‎ ‎      Эбардо резко схватил его за широкую талию и поднял над собой, сразу же прижимая к себе. Ви чуть не укусил его за руку, он уже был готов это сделать. Теперь Вививилка полностью лежал сверху на нём, а руки Зелёного медленно спускались вниз. Нашли они своё место только на округлой части снизу. Сжав его ягодицы, Эбардо прищурил глаза, глядя на Вилку. Хвосты лисёнка начали метаться в разные стороны, взмахивая ими. Тот лишь закатил глаза и положил руки на грудь Зелёного. Его голова тут же склонилась к шее Эбардо, медленно вдыхая приятный аромат и даже металлический запах крови. И это начинало его возбуждать. ‎ ‎[Тем временем Лололошка с Джоном на следующий день, вечером, когда они договорились встретиться] ‎ ‎      Лололошка бежал, сердце колотилось. Ему было тяжело дышать. Он быстро спрятался за каким-то деревом, стараясь облегчить бешеный ритм сердца. Он понимал, что оставаться на одном месте нельзя. Если он не спрячется, будет поздно. Тем более ему мешали его пушистые девять хвостов. Хорошо ещё, что только у него они были белые, и он сливался со снегом. Да и сам снег уже начинал таять. ‎       ‎И вдруг он услышал своими лисьими ушами хруст последнего снежка. После этого Лошок понял: убежать он уже не сможет, нужно было действовать. Он пригнулся и из оставшегося снега слепил небольшой комочек. Но пока он это делал, в него уже прилетел холодный снежок. Он оказался ранен. ‎ ‎      — Твою мать, Харрис! Мне прямо в голову попало! — Лошка сразу же бросил то, что лепил, и понёсся за Джоном. Тот, похоже, не хотел этого, и тем более если попал ему в спину, да так, что снег разлетелся и задел голову, то это уж точно было не специально. ‎       ‎Но Лололошка всё равно был быстрее Дейва, поэтому вскоре повалил его на землю. Джон оказался лицом вниз в снегу и в редких пятнах уже видневшейся травы. Он только хрипло выдохнул. А Лололошка тем временем сел сверху, прямо на его спину, не давая встать. ‎       ‎— Блин, Лололошка, я же случайно! — его руки пытались сбросить его с себя, но всё было бесполезно. Лошка и не собирался менять положение. — Теперь весь мой белый костюм в грязи. Ну слезь же с меня, Ло. ‎       ‎Но по его лицу было видно, что он вовсе не собирался вставать. Ему было всё равно, что тот запачкался. Да и вообще — Джон не прав, а Лололошка всегда прав. Вот так и нужно сразу показывать свою цену. Может, ему стоило поменьше обсуждать это с Ашрой... А то иногда казалось, что если он не будет говорить об этом только с ней, то все решат, что он какой-то красный флаг. Поэтому всё это оставалось лишь у него в голове и в разговорах с девушкой. ‎       ‎— Ой, какие мы нежные, — усмехнулся Лололошка. Он ещё немного посидел на нём, но всё-таки поднялся. Даже помог встать — он ведь не такой уж и плохой. Иногда мог быть ласковым, когда нужно. А вообще — сама душка. Тем более так все девятихвостые лисы о нём так и говорили. ‎       ‎Поднявшись, Джон начал отряхивать с себя грязь, но это было почти невозможно. От этого Харрис немного разозлился и бросил косой взгляд на Ло. Он ведь так любил чистоту, а тут ещё любимый умудрился повалять его в земле. Теперь он смотрел на него косо, но нельзя было сказать, что с отвращением. Лололошка, конечно, это заметил и только хмыкнул. Но всё же решил хоть как-то извиниться, зная, как Джон следит за порядком. Особенно вспомнив, как сам видел служанок, которые убирались в его доме. ‎       ‎Он сделал несколько шагов и подошёл к нему вплотную. Джон всё-таки был выше Ло на пару сантиметров, поэтому тот слегка приподнялся на носочки, чтобы было удобнее. И просто поцеловал его в губы, а потом снова встал на полную стопу, чуть отстранившись. Джон понял это как первый шаг, который следовало продолжить. Поэтому он наклонился к нему, взял лицо рукой и нежно поцеловал. Лошок хотел было возразить, но не заметил, как начал наслаждаться моментом и постепенно закрыл глаза. ‎       ‎Когда Харрис понял, что нужно уже отстраняться от Ло, иначе задохнётся, он отстранился и прижался губами к его шее. Пока Лололошка жадно втягивал воздух, Джон уже покрывал поцелуями его шею. Ему хотелось показать, что Ло принадлежит только ему. Поэтому он сделал не в своём стиле — как будто зависимый мальчишка, не желающий отдавать любимую игрушку. Без разрешения он вцепился зубами в его шею, стараясь оставить там след. Лошка сразу же дёрнулся, но когда понял, что делает Дейв, резко оттолкнул его голову. ‎ ‎      — Джон, блять! Да если Вививилка это увидит — мне конец, — выругался Ло. Услышав эти слова, Джон виновато приподнял голубой клетчатый шарф и посмотрел на него. Ну просто потерял голову, что уж тут поделаешь. ‎ ‎      — Ты же не маленький ребёнок, он поймёт, — легкомысленно подумал Харрис. Для него это было совсем нетипично — обычно он всё тщательно продумывал, взвешивал все «за» и «против». А тут что-то пошло не так. ‎       ‎— Да понятно, — Ло тяжело вздохнул, — но ведь этот укус не из ниоткуда появился! Если он узнает, что у меня кто-то есть, это будет беда. — Увидев, что Джон хотел снова ответить что-то вроде прошлого раза, он быстро закрыл ему рот рукой и продолжил: — Ви всегда хочет для меня лучшего. Значит, он должен знать, кого я выбрал, и только тогда он не разрушит всё. Это вроде как «знакомство с родителями», только у меня — с братом. А если я скажу, что это ты, он скорее всего закроет меня дома и никуда не выпустит. Потому что он не считает тебя героем, который мне помог, а одним из тех людей, кто пользуется девятихвостыми лисами в своих целях. Я ещё помню, как тогда, когда мы возвращались домой, он хотел забрать у меня бумагу и сразу же сжечь её магией. ‎ ‎      — Да уж... Тогда мне от него будет пиздец... Вот уж действительно, ты так вскружил мне голову, что я даже думать рядом с тобой нормально не могу, — прошептал он на ухо Ло, потом отстранился и посмотрел в его голубые глаза, как тёмное море, в котором отражается свет луны. ‎       ‎— Будто ты когда-то не терял голову рядом со мной, — усмехнулся Лололошка, — особенно когда я стоял рядом. А когда однажды не взял тебя за руку, выходя из кареты, ты вообще упал от этого. — Теперь и он смотрел прямо в оранжевые глаза Джона, словно в свежие осенние листья, недавно упавшие на землю. ‎ ‎      Они замолчали, просто глядя друг на друга. Было совсем тихо, только они вдвоём. Нужно было чем-то заменить это молчание — и оба понимали чем. Они приблизились друг к другу, и когда их губы коснулись, больше не выдержали. Поцелуй сразу стал страстным и жадным, затянув их обоих в желанное чувство. ‎ ‎[Тем временем у Ашри и Матильды] ‎ ‎      Ашра сидела за столом и несколько раз чихнула подряд, никак не могла успокоить насморк. И вообще — что это было? Просто в какой-то момент она начала беспрерывно чихать. Но спустя пару минут вроде полегчало. Рядом с ней сидела обеспокоенная Матильда, уже поставившая чашку чая перед девушкой, которая наконец перестала чихать. ‎ ‎      — Уже легче? — спросила рыжеволосая, садясь напротив своей подруги уже девушки, и тоже беря чашку чая, приготовленную для себя. Всё это началось так резко, что она уже подумала — у Ашры аллергия. ‎       ‎Та взяла чашку, поднесла ближе и сделала пару глотков. Тут же поставила обратно на стол и с облегчением выдохнула. А то ещё немного — и она бы без остановки чихала дальше. Хорошо, что удалось успокоиться. К тому же чай показался ей вкуснее обычного. Всё-таки Ло умел делать отличный травяной чай. Жаль только, что он сам его не продаёт, а готовит из остатков и раздаёт своим близким — девятихвостым лисам. ‎ ‎      — Ага, не знаю, что это на меня нашло. Может, кто-то вспоминал, — держа сначала чашку, рука Ашры медленно потянулась к руке Матильды. Та в этот момент только радовалась, что подруге стало легче. ‎       ‎Пока та обдумывала всё, Ашра всё же смогла взять её за руку и большим пальцем погладить её кожу. От этого прикосновения все мысли будто вылетели из головы. Рыжеволосая тут же покраснела, словно не ожидала такого жеста. Но это было даже романтично: вечер, горячий чай, и они держатся за руки. Со стороны это выглядело так мило. И только они вдвоём могли наслаждаться этим моментом. ‎ ‎      — Кстати, а что там Лис? — она говорила о отце рыжеволосой девушки. Та, конечно, не была глухой и всё услышала, тут же крепче сжала её руку. Разговаривать о нём ей совсем не хотелось. ‎ ‎      — Да ничего нового. Рассказала ему — и что? Конечно же, он начал приставать ко мне с расспросами, и я быстро ушла, потому что моя голова его не выдержала, — и уши её тут же опустились вниз. Всё равно было обидно, что отец не принимает её такой, какая она есть. ‎ ‎      — Ничего страшного. Думаю, он ещё оттает, а потом будет по всему городку тебя искать и извиняться, — сказав это, Матильда мягко сжала её руку в ответ, показывая, что Ашра не одна. ‎ ‎[Тем временем у Сан-Франа и Седрика] ‎ ‎      Сидя на одной кровати, Франческо всё ещё был возмущён их нынешней ситуацией. Что вообще тут происходит, и почему никто толком ничего не объясняет? В таком же недоумении находился и Седрик, который сидел рядом с Франком и всеми силами пытался его успокоить. Но глядя на друга, было видно — старания бесполезны. ‎ ‎      — Ну а что это такое?! Вот и никому мы больше не нужны. Вон Ашра — предательница! Пришёл, думал поговорим обо всём, а она занята. Ладно, у каждого свои дела, но она была с Матильдой! И теперь, оказывается, они вместе, и она хочет больше времени проводить с ней! — он размахивал руками в разные стороны и уже в который раз повторял одни и те же слова, от которых у Седрика начинала болеть голова. ‎ ‎      — Фран, ну перестань. Это же наоборот хорошо, что она нашла свою любовь. Логично, что теперь она хочет больше времени проводить с ней. Конечно, нам как её друзьям тяжеловато, но ведь ничего страшного в этом нет. Вон Лололошка вообще порадовался за них обеих и пожелал счастья и любви, — положив руку ему на плечо, Седрик несколько раз похлопал его, хотя бы так пытаясь поддержать. ‎       ‎— Да что там Лололошка — сам не лучше. Я вот к нему в лавку зашёл, а он как раз выходил. Он ведь должен был с нами посидеть, а знаешь, что он сказал? Что у него уже встреча назначена, и это очень важно. Я, конечно, промолчал — понимаю, у всех свои дела. Но сейчас думаю, что, скорее всего, он пошёл на какое-то свидание. Вот так потихоньку у меня всех лисичек-друзей разбирают. Хорошо хоть тебя эта напасть не зацепила, — после этих слов он тяжело привалился к плечу Седрика и закрыл глаза, положив голову на его плечо. ‎       ‎Седрик поправил очки и отвернулся в сторону. Дело было не в словах Франка, а в том, что он только что сделал. Он быстро решил посмотреть в окно, будто искал там ответ на свои вопросы. Но вскоре почувствовал, что голова Сан-Франа исчезла с его плеча. Обернувшись, он увидел, что друг потянулся, явно страдая от недосыпа. После этого Седрик вернулся в прежнее положение и внимательно посмотрел на него. ‎ ‎      — Знаешь, может, и ты скоро найдёшь себе вторую половинку, — захихикал Седрик, прекрасно понимая, каким взглядом на него посмотрел Сан-Фран. Тот, наверное, успел несколько раз закатить глаза от его подкола. ‎       ‎Конечно, Франк ненадолго показал раздражение, но потом и сам начал хихикать. Он развалился на широкой кровати, продолжая смеяться вместе с Седриком, который теперь тоже улёгся рядом. Такие же одинокие, но при этом Франческо имел поддержку друга, а Седрик — хорошую компанию лучшего друга, который всегда его выслушает. ‎ ‎