Шёпот дождя

Вода несёт тайны, а дождь — чувства, что скрыты в глубине души. Фурина, казалось бы, всегда играет свою роль, а Нёвиллет — её непреклонный судья. Но что, если за их масками скрывается нечто большее? --- Дождь снова барабанил по стеклу дворца Мермония. Фурина стояла у окна, наблюдая за каплями, стекающими вниз. В её глазах отражался серый небосвод, будто сама природа разделяла её настроение. В этот вечер она была необычайно тихой, без своих привычных театральных выходок. Говорят, одиночество показывает настоящую личность Архонта. — Тебя что-то тревожит, Фурина? — неожиданный голос Нёвиллетта прозвучал мягко, но с той же сдержанной отстранённостью, что и всегда. Он был осторожен с девушкой, ведь неизвестно в каком она сейчас настроении чтобы отвечать ему. Фурина вздрогнула, но не обернулась. Она знала, что он всегда замечает больше, чем говорит. — Как ты думаешь, Нёвиллет… могут ли боги быть одинокими? Он на мгновение задумался, подходя ближе. Шаги дракона были тихими, прямо как капли идущего дождя. — Даже боги могут чувствовать одиночество, — наконец ответил он. — Но одиночество — не приговор. Она горько усмехнулась, всё ещё не отрывая взгляда от стекла. — Ты так говоришь, будто сам знаешь, что это такое. Нёвиллет посмотрел на неё, стараясь уловить истинные эмоции, скрытые за лёгкой усмешкой. Фурина всегда была актрисой, но сейчас её голос звучал иначе — искренне. Дракон всегда пытался увидеть её настоящую, это было хоть и сложно, но не невозможно. — Возможно и так. Мы с тобой даже похожи в этом плане, — просто ответил он. На мгновение между ними воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумом дождя. Казалось, что весь мир снаружи растворился, оставив только их двоих. — Когда идёт дождь, — заговорила Фурина, слегка касаясь пальцами холодного стекла, — мне кажется, что он говорит со мной. Шёпот воды… он напоминает о всём что происходит со мной, о том, что я бы хотела поскорее забыть. Нёвиллет опустил взгляд, некоторое время раздумывая над ответом. — Вода несёт воспоминания, но также и смывает боль. Может, стоит прислушаться? Она, наконец, повернулась к нему, её глаза блестели от слёз. — А если мне страшно? Он не ответил сразу. – Я всегда буду рядом с тобой, а если понадобится, я сам стану для тебя водой. Мужчина протянул руку, позволяя Фурине решить, примет ли она его поддержку. На мгновение она колебалась, но затем осторожно вложила свою дрожащую холодную ладонь в его. А его собственная была тёплая. Дождь за окном продолжал свой вечный танец, но внутри дворца Мермония впервые за долгое время воцарилась тишина, а напротив окна продолжали стоять два очень близких для друг друга человека.