***
«Не верь им, Поттер» – последние слова Волдеморта перед смертью, теперь он понял смысл этих слов.***
Вокруг всё было тихо. Ни криков, ни шума от скрипящих дверей, просто ничего. Гарри открыл глаза и тут же прищурился, было так светло и мягко. Он был на траве, а вокруг лишь зелёные луга и чистое небо. Везде пахло листвой и свежим запахом лета. Он будто бы расслабился, он не чувствовал груза на плечах, он вообще себя не чувствовал, лишь умиротворение и дикую усталость. Почему нельзя остаться здесь? Здесь так тихо и спокойно, нет ничего, что могло бы заставить его грустить и испытывать животный страх. Он так устал бороться за несправедливость, что забыл должным образом позаботиться о себе. Он чувствовал нутром, что что-то приближается, но даже открыть глаза для него было слишком сложно, он расслабился в коем-то веке. —Гарри, дорогой, ты как? — бархатный голос звучал очень сладко и нежно, будто сама матушка звала его. Гарри задумался, кто мог так ласково позвать его? —Вы кто? — спросил Гарри и заставил открыть глаза, чтобы узнать личность обладателя такого изящного голоса. Открыв глаза, первым делом он увидел прекраснейшую деву, она была бесподобна. Мягкие черты лица и длинные белоснежные волосы, лёгкая полупрозрачная мантия окутывали её тело, так что каждый его изгиб был виден. Неужели это ангел? —Нет, мой дорогой, я сама Смерть, — сказала она и открыла свои бездонные белые глаза, в них не было радужки, лишь пространство, которое затягивало своей красотой. — Ты был прекраснейшим творением Девы Создания, только ты стал жертвой предательства. Мы, боги, предоставили тебе второй шанс на хорошую и желанную жизнь, только с твоими трудностями. Ты готов, Гарри? На секунду он задумался, второй шанс? Разве это не прекрасно? У него сбудется мечта, он станет обычным мальчишкой, просто «Гарри Поттер», никакой ответственности и забот, только он и его дела. Он без колебаний ухмыльнулся и сказал: —Да, я готов.***
Головокружение и тошнота. Первое, что он почувствовал, когда очутился в какой-то каморке. Ах да, в этой каморке он прожил свои первые одиннадцать лет. Видимо, его перенесло в прошлое? Он чувствовал себя странно, особенно что-то было не так с его телом. Заглянув первым делом в ванную, он ахнул. Он сильно отличался от прошлого себя: мягкие черты лица, пухлые губы, кожа стала светлее и мягче, а тело — гибким. Он стал намного симпатичнее, чем был. Не то чтобы раньше он считал себя уродом, нет, просто не было времени за собой ухаживать. Теперь-то этого времени много, с чего бы начать? Дядя Вернон, тётя Петунья и даже кузен Дадли не поменялись. Такие же кретины и идиоты, что и раньше. Гарри долго наблюдал за происходящим, рассматривал, чем этот мир не похож на его старый. Изменения были масштабными, особенно ему «повезло». По новостям и газетам было понятно, что в этом мире преобладала такая вещь, как "вторичный пол". По книгам, которые он вычитал, он узнал, что бывают три группы людей: альфы, омеги и беты. Если беты не имели никаких изменений от его прошлой жизни, то альфы и омеги потрясли его нервишки. Альфы являлись теми людьми, которые имели хорошую выносливость, физические качества, уверенность, а также сильный феромон и острые клыки. Омеги же преобладали хорошим нравом, гибкостью тела, симпатичностью и тем, что они долго сохраняли молодость, и как правило, имели сладковатый феромон. Остальные нюансы, такие как течка и гон, перестройка организма и другие вещи, он также изучил детально. Его вторичный пол должен был проявиться в одиннадцать лет. Если на данный момент ему десять, значит, в следующем году. Так прошло практически два месяца обычной жизни. По результатам теста он выяснил, что является омегой, это его не удивило, ведь Дева Смерти упоминала трудности его следующей жизни. Только тётя Петунья всё время что-то бормотала под нос, мол, "Что за несчастье в виде глупого омеги" и тому подобное. Как всегда, занимаясь своими делами, тётя Петунья громким голосом позвала на кухню. Сначала Гарри подумал, что она зовёт его что-то убрать или снова накричать за какую-то глупость, но нет, к нему пришёл гость. С письмом. — Здравствуй, Поттер. Он не мог поверить своим ушам и глазам: на пороге кухни стоял он, профессор Северус Снейп.