Разрыв между мирами

По окончании экскурсии по гостиной Гарри направился в комнату в компании шумного и весёлого Барти. Тихий скрип двери открыл взор на довольно большую спальню, освещённую тусклым светом. В комнате имелось восемь кроватей: четыре с правой стороны, остальные — с левой. Все они были сделаны из тёмного дерева с зелёным балдахином, а на полу покоился широкий мягкий ковер с эмблемой Слизерина и прикроватными тумбочками по бокам спален. Все окна были плотно закрыты чёрными шторами с серебряными вышивками по бокам, так что в комнате воцарил сумрак. Некоторые балдахины были задернуты, видимо, его соседи уже мирно спали. Посмотрев по сторонам, Гарри задал вопрос рядом стоящему Краучу. — Где моя кровать? — робко и тихо спросил Поттер, дабы не мешать остальным. — Третья с левой стороны, где общая ванная, я тебе показал; остальное покажу и расскажу завтра, окей? — лихо сказал Барти и с шлепком упал на свою кровать. — Да, спасибо, думаю, сначала в душ, потом вещи разгружу. Расписание у старосты утром забрать? — Да, староста факультета отдаст тебе табель с расписанием, чуть позже проинформирует о здешних правилах. А через неделю будет игра в квиддич: Слизерин и Рейвенкло, будешь смотреть? — с неким блеском в глазах спросил Барти, пока аккуратно напяливал на себя атласную пижаму. —Отлично, спасибо, от просмотра игры не откажусь. – Наконец, взяв все ванные принадлежности, Поттер зашёл в душевую с мыслями о скорейшем сне. Глаза предательски слипались, а горячая вода обволакивала всё тело, смывая признаки усталости. Мысли собрались воедино, а чувство пустоты накрывало с головой. Закрыв кран, он поспешно вытерся сухим полотенцем, оставив непослушные волосы мокрыми. Потянувшись за чистой пижамой, Гарри схватил атласные чёрные штаны и ночную рубашку. Шёлковое одеяние приятно прилегало к телу, ткань хорошо тянулась, отчего тело дышало. Сделав пару вздохов, Гарри отворил дверь ванной и наконец зашёл в спальню, в которой уже мирно спали его соседи, кроме одного человека. Том грациозно улёгся на кровати с полураскрытым балдахином и читал толстую книжонку. Старая чёрная книга была украшена тонкими серебристыми краями, а её пожелтевшие страницы казались очень нежными на ощупь. На фронтальной обложке было написано "Шекспир" чёрными тонкими буквами. Присутствие Гарри он заметил сразу, хоть и не подавал виду, лишь тихонько шелестел страницей, проходя тёмными глазами от буквы до буквы. Поттер был слишком измотан, чтобы хоть как-то комментировать данную картину, отчего, спокойно подойдя к своей кровати, звонко плюхнулся на чёрные простыни. Не успев даже на секунду закрыть глаза и погрузиться в сон Морфея, его потревожил приятный голос Реддла. —Гарри? – тихо сказал Том, подходя ближе к кровати, будто хищник прощупывает почву. — Ты спишь? — М-м? Да, Реддл, я сплю. – раздражённо ответил Гарри, перекатываясь на другой бок, лёжа спиной к Тому. Сейчас ему было не до слизеринца, его ждал долгий девятичасовой сон. — Том. — Что? – переспросил Поттер, но на этот раз повернулся лицом к лицу к Тому, изучая его. У него были тонкие черты лица с высокими скулами и смолистыми волосами. Его глаза были красными, почти алыми, и взгляд был пронзительным. Было что-то хищное в том, как он смотрел на мир. Его губы тоже были тонкими, с чуть слабо выдающимся подбородком. Волосы Реддла были темными, почти черными, и обычно укладывались назад, чтобы выделить черты лица. Гарри, конечно, подмечал его красоту, но вблизи он будто искрился и господствовал, но только сейчас Поттер уловил аромат его феромонов. Это было сочетание нежных лавандовых нот с пряной зрелостью дерева и чувственными волнами мускуса, создающими успокаивающий, но соблазнительный и элегантный аромат. Подходя ближе, Том будто промурлыкал для него. — Зови меня Том, мы ведь теперь друзья, не так ли, Гарри? — облокотившись на темное дерево кровати, он сверху вниз взглянул на лежащего Гарри, будто ожидал от него немедленного повиновения. — Хорошо... – томно вздыхает он и снова обращается к нему. – Том, что тебе надо? Я был бы не против сейчас закрыть глаза и уснуть как младенец. — Конечно, только мне надо было отдать тебе бумаги, не забыл? Из-за твоих прогулок с Краучем староста никак не мог тебя найти, так что отдал бланк с расписанием мне, вот, держи. – Том протянул маленькую стопку бумаг, но тут же передёрнул руку и отложил её на тумбочку около кровати. – И ещё кое-что, думаю, Бартемиус тебе не рассказал о башне внезапных выбросов? — Что за башня внезапных выбросов? – переспросил Гарри. — Ты ведь омега? Таких как ты много, альф в нашей школе предостаточно. Эти башни используются для случаев в течке или гоне для тех, кто не пьёт подавляющие зелья или не съедает целебную траву. Не каждый хочет угробить себе вторичное здоровье этими препаратами, они сильно ухудшают его, понимаешь? —М-м-м... Спасибо, Том, думаю, оно мне не понадобится. Я съедаю лечебную траву в такие дни, а каждое утро выпиваю подавляющее зелье от своих феромонов. Удобно, да? От меня не исходит сильного запаха, и я их особо не чувствую. Но спасибо за то, что беспокоишься. Теперь можно лечь спать? —Да, конечно. Спокойной ночи, Гарри. —Мгм... Спокойной ночи, Том.

***

Ранним утром спальня Слизерина наполнялась легкой тишиной. Золотистые лучи утреннего солнца проникали через слабо открытую шторку окна, освещая комнату мягким светом. Соседи, только что пробудившиеся от легкой утренней спячки, потягивались и сновали по комнатам, проводя утренние гигиенические процедуры. Гарри не был ранней пташкой, так что просыпаться рано утром для него было той еще проблемой, хотя, по-видимому, остальные привыкли к подобному. Потерев сонные глаза, Гарри привстал и потянул руки вверх, попутно широко зевая. Зелье без сновидений, которые ему отдал Северус Снейп, очень пригодилось: кошмары и ночные пробуждения не мучили. Раскрыв балдахин, Гарри осмотрелся: все, кроме него, уже давно проснулись и застелили постель. Пока он погрузился в мысли, кто-то резко плюхнулся на его кровать и громко зевнул. Это был Барти в пижаме и с зубной щеткой во рту. Его вид был усталый, будто после пьянки. Задумавшись, Гарри не понял, как начал изучать парня, подмечая детали. Он имел нежные черты лица с тонкими бровями и холодными сине-серыми глазами. Черные волосы были аккуратно зачесаны назад, выражая спокойствие и расслабленность. Лоб высокий, губы тонкие, нос тонкий и прямой, кожа умеренно бледного оттенка. Глаза, казалось, гипнотизировали и были хитрыми. Из-за резкого пробуждения Крауч не контролировал свой феромон, отчего в нос Поттера впился запах табака, древесины с пряными нотками, а также чуть ощутимого запаха брусники. Этот аромат создавал интересный и приятный контраст, придавая притягательный оттенок брутальности и элегантности одновременно. —Гарри? —М-м? —Я тебя спрашиваю, что у тебя в расписании? Если нам по пути, можем прогуляться, — сказал Барти, приподнявшись на локтях и удивлённо вскинув бровь в замешательстве; видимо, Гарри слишком долго рассматривал парня. —А... расписание? Точно, первым у меня зельеварение, потом чары... Свободное окно на часик и история магии, а у тебя? —М... У меня весь день расписан, только после обеда буду свободен прямо перед тренировкой. Не забудь матч через неделю, принарядись в подходящую одежду, хорошо? —Да, конечно. — Осмотревшись, Гарри понял, что они одни в комнате, хотя время едва ли достигало восьми утра. Где остальные, черт возьми? Поттер снова обратился к Краучу. — А где остальные? —Наши с тобой соседи — ранние пташки. Том ушёл в библиотеку, Розье, Теодор и Забини пошли в Большой зал, а Драко тренируется на поле для квиддича, Лестрейндж на отработке у Снейпа, — объяснил парень и встал, уходя за дверь ванной комнаты. Собравшись с мыслями, Гарри так и сидел на краю кровати, не понимая, как можно так рано вставать. Тёмные и тёплые простыни будто призывали парнишку снова уткнуться в холодную подушку и закрыть глаза на следующие два часа, но пропустить первое занятие у Снейпа — это равносильно самоубийству. Так что, кое-как, он поднялся и снова потянулся всем телом, словно кот. Не успел он дойти до ванны, как лбом стукнулся об высокую фигуру. Подняв глаза, Гарри увидел перед собой Теодора, а позади него стоял Розье. Они удивлённо переглянулись, Нотт, натянув свою привычную маску шута, сказал: —Доброе утро, Гарри, ты только проснулся? — сказал Теодор, потрепав лохматые колтуны Поттера. —Да, а вы, видимо, уже успели позавтракать? – грубо оттолкнув руку, Гарри спокойно зашагал в ванную, где в это время Бартемиус умывал лицо. Ночью он не смог достаточно хорошо разглядеть эту комнату, так что сейчас изучал все детали. Ванная комната Слизерина была просторной и богато отделанной мрамором. Сверкающие поверхности отражали свет, падающий из широких окон, которые давали вид на темные воды озера. В центре комнаты располагалась большая чугунная ванна, окруженная рядом туалетных столиков со стойкой из темного дерева. По мнению Поттера, это выглядело чересчур вычурно, если сравнивать с гриффиндорской ванной. Волновало ли его это? Ничуть.

***

В большом зале царил хаос, повсюду слышались голоса и хохот, только стол слизеринцев, как всегда, хоть и был молчалив, но звуки общения всё же были. Присев рядом с Барти, Гарри потянул тарелку яичницы с жареным беконом и кружку с тыквенным соком поближе к себе. К ним в этот момент подсели Том, Драко и Лестрейндж, которые, по-видимому, закончили свои дела. Гарри же начал рассматривать каждого. Рейнхард Лестрейндж имел худое лицо с тонкими чертами и холодным взглядом. Немного кудрявые волосы, а прическа была зачесана назад, открывая выпуклые веки. Нос тонкий и длинный, губы едва намекали на улыбку. Лицо бледное, под глазами темные круги, но взгляд цепкий, внимательный за тонкими ресницами. Одет он был соответствующе своему происхождению: белоснежная рубашка с серебристыми кнопками на запястьях, черная шелковая жилетка с эмблемой Слизерина и красивой брошью змеи, которая была выполнена очень искусно и детально, зеленые камни так и светились, показывая свое превосходство. Черные классические брюки, сшитые на заказ, и начищенные туфли. Столько пафоса в одном лишь одеянии. А Реддл был, как всегда, идеален, начиная от внешности и заканчивая его превосходной осанкой. Как только он всё это успевал? Поттер, тряхнув головой, покосил взгляд на Малфоя, который в это время доедал горячую запеканку. Игра в квиддич всегда забирала уйму времени и сил, так что его аппетит был обоснован. Сам Гарри был бы не против тоже полетать, развеяться, так сказать. Допивая тыквенный сок, он поднял глаза и встретился с алым отблеском глаз Тома; только сейчас Гарри понял, что Реддл не сводил с него глаз, что было очень жутко. После минутного зрительного контакта Том наконец прервал молчание. — Сегодня зельеварение переносится, и вместо него будут прорицания у Трелони, — обратился к нему Том, не сводя своих проницательных глаз. — Гарри, надеюсь, тебе понравится твой первый урок, — сказал Реддл и изящным жестом руки разрезал стейк, кладя маленький кусочек говядины в рот. — Ты ведь не будешь против, если мы пойдём с тобой, м? "Прорицания?" — подумал про себя Поттер. Он не фанат заглядывать в будущее, особенно если учесть, что Трелони в прошлой жизни ему предсказала, что его ждёт смерть. В любом случае она была чертовски права, так что нет смысла бегать от своего будущего. Немного поколебавшись, Гарри ответил: — Да, почему бы и нет, она же не предсказывает там никому смерти, правда? — Ещё чего! Трелони сумасшедшая старуха, я помню, как она предсказала мне, что от судьбы я никуда не уйду и бла-бла-бла. Что она могла иметь в виду, я так и не понял! — вмешался в разговор Барти, громко хлюпая чашкой ягодного чая. Сделав большой глоток, он опустил чашку и, взяв в руки шоколадный эклер, продолжил: — М-м-м, Теодору она предсказала чаще заглядывать на звёзды, они покажут ему истинный путь. Розье сказала, что его собственные знания погубят его чувства. Драко наплела о том, чтобы он не предавал свои чувства, не погубив остальные. А у Тома было самое интересное! Она промолвила, чтобы тот не был ослеплён властью, не бегал за большим, а наслаждался настоящим. —Наверное, она имела в виду совсем другое, просто каждому из них нужно понять смысл её слов, — непринуждённо ответил Гарри, озираясь по сторонам. — Ну или же она просто шарлатанка, что ещё сказать?

***

Класс прорицаний всегда был для Гарри чудаковатым, хотя и сама ведьма, которая его преподавала, была не лучше. Кабинет имел простой дизайн, в основном украшенный деревянными панелями на стенах. Большая стеклянная чаша стояла в середине комнаты и освещалась сверху. Круглый стол стоял слева, покрытый столешницей из камня. На столе стоял металлический подсвечник и небольшая стеклянная чашка. От свечи исходил легкий запах полыни, наполняя воздух ароматом пряности. Магические артефакты аккуратно были сложены по полкам, и для каждого было своё название. Класс наполнялся учениками, красные и зелёные галстуки привлекали внимание, а тихие шёпоты и удивлённые возгласы звучали со всех углов. Гарри сидел где-то посередине вместе с одним слизеринским первокурсником, пока Том, Драко и Барти стояли где-то позади и ждали, что же Трелони предскажет Поттеру. Пока Трелони предсказала очередной девчушке о её незабываемой любви, очередь наконец дошла и до Гарри. Подойдя ближе, она сверкнула глазами прямо в душу Поттера; он заметил, как эмоции старой женщины молниеносно менялись: удивление, недопонимание и страх. Указав на грудь парня своей трясущейся рукой, она произнесла. — «Час созерцания пройдёт, Лик смерти духом упадёт, И вновь мир узрит тебя, Того, кто видел мир огня! Твоя жизнь словно часы, будь осторожен у лисы. Ждёт тебя и подавно то, чего мир страшился много лет, то, что не видел все века. Следят за тобой сапфировые глаза, те, что глядят из Запретного леса! » От таких слов по спине пробежались мурашки. Предсказание будущего снова предвещает смерть. Значит ли это, что ему снова нужно лишь смиренно ждать своей участи или пытаться бороться за свою новую жизнь? "Дерьмо!" - подумал про себя Гарри. "Ну уж нет, живым я не дамся!"