Жила в железном сердце страсть

      Он и впрямь не помнил, когда стал ловить на себе его взгляды. Наверно с тех пор, как сам стал засматриваться на принца Кремноса. Их знакомство, со смехом признавал Фаенон, не было гладким. Чувство постоянного соперничества всегда витало между этими двумя. Швея лишь прикладывала прохладные пальцы ко лбу, слыша об их очередной драке в городе. Фаенон на это мог лишь неловко смеяться, ероша волосы на затылке пятернёй, а Мидей фыркал как дикая кошка и сразу же уходил, стоило Аглае закончить их отчитывать.       В этот раз он даже не дослушал, помахав рукой, сообщил, что идёт в купальни. Полубогиня осуждающе мотала головой, грозясь отправить обоих на общественные работы. Если бы не появившаяся словно из ниоткуда Трибби, Фаенон бы выслушал и про характер принца, и про их драки, и про Сенат. Улучив момент, пастух тоже дал дёру, слыша за спиной рассуждения жрицы о том, что им с Мидеем нельзя давать одно наказание, «а то и там разгром устроят».       В городе вечного дня всегда была прекрасная погода, а значит комфортно отдыхать на веранде здесь можно было круглый год. Не слишком долго думая над маршрутом, Фаенон шёл куда вели его ноги, пока не заметил впереди знакомую копну светлых волос.       Мидей расслабленно лежал на кушетке, свесив одну ногу. Глаза прикрыты, словно воин решил подремать. Пастух не знал, его присутствие уже заметили или нет, но хотел воспользоваться шансом и немного отыграться.       Перейдя на тихую поступь, приблизился к воину. Привычный меч лёг в руку, легко балансируя. Блик от света мехагелиоса пробежал по клинку, приставленному к горлу принца. Лицо того было всё так же расслаблено. Неужто заснул? — Что будет делать наследник трона Кремноса в таком случае? — наклонившись, спросил Фаенон. — Рассказывать всем, что у Пастуха нет чести. Я ни за что не признаю победу, полученную подлым приёмом, — ровным тоном ответил он, — Особенно от человека, который до этого сражался со мной на равных!       Глаза воина распахнулись, а Фаенон резко дёрнулся от кушетки, уходя от удара красного шипа, пробившегося из скалы в паре сантиметров от его стопы. Мидей уже сидел, опершись о колено и с довольной ухмылкой смотрел, как пастух с подозрением осматривает мостовую под собой. Правильно, пусть опасается. Однако, этот фарс пора заканчивать — в воздухе вновь проявились едва заметные золотые нити. Цокнув языком, Мидей отозвал родную магию. — Раньше ты так не делал, — с мальчишеским восторгом заметил Фаенон, убирая меч. — Раньше ты не приставлял мне меч к горлу пока я сплю, — парировал он. — Значит, ты в любой момент можешь призвать их на свою защиту? — пастух присел на соседнюю кушетку, расслабляясь.       Принц, будто задумался, ничего не ответив. Уселся удобнее, опираясь на левую руку, подставляя лицо лучам искусственного солнца. Фаенон и не надеялся на честный ответ, но хотел бы его услышать. Но… видимо Его Высочество не был настроен на дискуссии. Стоило только об этом подумать, как Мидей повернулся к нему всем корпусом, внимательно рассматривая. А потом протянул ему правую руку, что до этого была скрыта в тени. Не сразу поняв в чём дело, Фаенон опустил взгляд, как вдруг увидел, что на светлый камень мостовой из раскрытой ладони медленно капает кровь. Капли тяжело отделялись от кожи, бороздками стекая вниз.       Первым порывом было замотать рану, остановить кровотечение, но пастух быстро вспомнил кто перед ним. На такие царапины воины Кремноса никогда не обращали внимания, куда уж их принцу, отвергнувшему саму смерть. — Сам распорол чтобы призвать шип? — удивился превентивности Мидея он, — И как давно? — Ещё когда ты только ступил на веранду, — спокойно ответили ему. Кровоточащую ладонь сжали, несколько капель упали поверх уже застывших на камне, и кровь остановилась. — Странно, — задумался Фаенон, глядя в плывущие облака, — я не почувствовал запаха свежей крови. — Я всегда ей пахну, тупица, — рассмеялся принц.       Повернувшись к столику у кушетки, Мидей подхватил кубок с вином, отпивая, а после вновь вальяжно раскинулся, оглядывая Фаенона пристальным взглядом. — Что, ищешь ответ, как мог проиграть в прошлом спарринге? — улыбнулся пастух, закидывая руки за голову. — Будь уверен, в следующий раз я возьму верх, — задумчиво проговорил Мидей, болтая остатками вина в бокале. Красная жидкость по цвету так напоминала кровь, часто бегущую по его рукам и оружию, — Выпьешь? — неожиданно предложил он.       Фаенон удивился. Даже приподнялся на локтях, рассматривая предложенный бокал. Перевёл взгляд на Мидея, терпеливо (небеса того гляди рухнут на эту землю) ждущего его ответа. Видя, что ему не отвечают, принц уже было опустил кубок, как Фаенон замахал рукой, быстро тараторя: — Да, выпью, — отчего-то волнуясь, потянулся за предложенным. Пальцами обхватил кромку бокала, утаскивая себе, но были остановлены хмурящимся Мидеем. — Дай хоть вина долью, там почти ничего не осталось.       Фаенон замотал головой, всё же забирая кубок. Внимательно осмотрел жидкость на дне. Действительно на один глоток. — Не нужно, я же не такой любитель как ты, — улыбнулся, поднося его к пересохшим губам. Холодный металл обжёг кожу, затем Фаенон почувствовал на языке сладость винограда. Вино было совсем лёгким.       Пока он, прикрыв глаза, смаковал последние капли напитка, за ним пристально наблюдали. Отметили, как с непривычки брови пастуха взлетели вверх, чувствуя первые ноты алкоголя, как двинулся кадык, глотая, как пальцы бережно держали кубок, словно сделан он был не из металла, а тончайшего фарфора. Как после вина блестели губы.       Мидей понял, что сильно отвлёкся. — Это ты меня сейчас пьяницей назвал? — лучшая защита это нападение, да. Принц в недовольстве фыркнул, забирая протянутый бокал, куда тут же налил нового вина, продолжив дегустацию. — Всегда было интересно чем оно тебе нравится, — ничуть не отреагировал на выпад Фаенон.       Принц промолчал. Сделал глоток, глядя прямо в глаза. — Можешь сам предположить, — лениво протянул он, подпирая голову рукой. Так и смотрел на задумчивого Фаенона полулёжа, болтая бокалом. — Слабаком тебя не назвать, так что вряд ли ты раб привычки, — размышлял тем временем пастух. Мидей на такое лишь возмущённо приподнял бровь, делая глоток. — Все знают про твою тяжёлую судьбу. Она — причина? — продолжил гадать он. — Лишь отчасти, — пожал плечами принц, махнул рукой, мол, продолжай. Фаенон долго смотрел на небо, щурясь. Подбирал слова. Спустя какое-то время он перевёл взгляд на расслабленного Мидея перед собой. Подался вперёд, забирая кубок обратно, тут же отпивая немного. Вино чуть обожгло горло, поэтому следующие слова вышли приглушёнными: — Несчастная любовь?       Мидей замер от неожиданности. Уж от кого он не ожидал услышать подобное, так от недалёкого пастушонка. Рассмеявшись, приподнялся с кушетки, подходя к насторожившемуся Фаенону. Забрав свой бокал обратно, махом выпил всё оставшееся в кубке, а после резко наклонился.       Горячие пальцы обхватили подбородок, заставляя смотреть прямо в глаза. Принц наклонился, целуя замершего парня. Вкус вина разлился по губам, мешаясь со слюной. Мидей откровенно наслаждался ступором Фаенона, не спеша отпускать.       Отстранившись, принц выпустил кубок, что с грохотом встретился с полом, своим стуком выводя пастуха из состояния гипноза. Фаенон вздрогнул от громкого звука, удивлённо подняв глаза на принца. Мидей, абсолютно довольный собой, уже шёл к выходу. Не оборачиваясь, с видом победителя. — Мне просто нравится вкус, — с ухмылкой заявил этот нахал, останавливаясь перед началом лестницы, — И да, один — ноль. Дам тебе фору отыграться.       Всё время пока он спускался, Фаенон слышал отголоски его смеха и уверенную поступь тяжёлого шага.

***

      Фаенон сидел на полуразрушенной колонне за крепостной стеной Охемы, наблюдая как свет от мехагелиоса постепенно сходит на нет, уступая место сумеркам, укутывая остальные полисы в полумрак. У его ног в беспорядке валялись груды камней — бывшие противники, павшие под ударами меча. Задумчивый, он не замечал, как монотонно стучит кончиками пальцев по нижней губе. Взгляд рассеянный, не цепляющийся ни за что. В таком состоянии его не раз заставали Трибиос, но ничего не говорили, только смешливая Трианна хихикала в кулачок, а серьёзная Триннона сочувствующе хлопала по бедру. Сам не свой, он много думал в последнее время, натыкался на предметы, отвечал на вопросы Кастории невпопад. Зато много тренировался, прекрасно концентрируясь на конкретных задачах.       Издалека послышался грохот, лязг металла. Фаенон повернулся в сторону звука, уже зная, кого увидит. И действительно, отряхиваясь от пыли, к нему шёл Мидей собственной персоной. Хмурясь, подошёл к пастуху, что и не соизволил встать с насиженного места. — Сколько? — уже зная, что проиграл, всё же спросил принц. — Четырнадцать, — довольно улыбаясь, подбросил меч в воздух Фаенон, тут же поймав. Жест не оценили, закатив глаза. — Двенадцать, — едва не сплюнул от досады Мидей, скрещивая руки на груди. — Безоговорочно, — торжественно подвёл черту парень, — К тому же, я закончил быстрее. — Я надеюсь, ты в курсе, что это не всегда хорошо? — издевательски парировал принц, громко засмеявшись. Фаенон, обескураженный внезапной пошлостью, соскочил с колонны, подойдя к оппоненту вплотную. — Но Ваше Высочество же не будет оспаривать, что победа в этом раунде останется за мной? — поймал он зрительный контакт, двигаясь всё ближе. Мидей стоял, не шелохнувшись, словно проверял, как далеко тот сможет зайти, желая заполучить «приз».       Чуть повернув голову, чтобы не столкнуться носами, Фаенон поцеловал принца, что послушно стоял рядом. Не удовлетворившись отсутствием реакции, притянул его за крепления плаща вплотную, впиваясь в губы куда ощутимее. И, наконец, ответ не заставил себя ждать. Ему ответили бурно, в некоторой степени яростно, с боем забирая оставшийся воздух. Острый клык царапнул нежную кожу, заставив выступить капли крови, что тут же стекли на подбородок. В этот раз поцелуй вышел с привкусом железа, но Фаенон и не думал жаловаться. С Мидеем как будто и не могло быть иначе. Кто знает, вдруг в следующий раз он ощутит ласку самой смерти.       Тяжёлая рука в кованой перчатке легла на его талию, впечатывая в торс принца. Отрываясь ненадолго, глотнуть воздуха, они вновь припадали друг к другу, сжимая в тиски.       Положив ладонь на затылок, Фаенон буквально силой отвернул от себя кусающегося Мидея, в отместку оставляя укус в верхней части шеи. Оторвавшись, он увидел покрасневшую кожу и чёткий отпечаток собственных зубов. А ещё полубезумный взгляд наследника Кратоса. Возможно, он перестарался. — Не смог удержаться, — тяжело дыша, объяснился он, — Один — один, — победно провозгласил пастух, наблюдая, как Мидей пытается пальцами нащупать масштаб трагедии. Ох, какой испепеляющий взгляд. Месть будет незаурядной, он был в этом уверен. Сейчас же стоит насладиться моментом триумфа.       Мидей не ответил, но красноречиво и очень (очень) долго смотрел на него, буквально сканируя сверху вниз. Так ничего и не сказав, развернулся к главной дороге, ведущей в Охему.       А Фаенону оставалось смотреть, как воин уходит всё дальше и дальше, а на шее, не прикрытой волосами, красуется его укус.

***

      Горячая вода приятно расслабляла тело. Фаенон запрокинул голову, опираясь затылком о бортик купальни, рассматривая потолочную мозаику. Синий фон ярко выбелял нежно розовые всполохи звёзд-камушков, огненные хвосты комет устремлялись к центру залы, переходя во всполохи утренней звезды, венчавшей композицию. Который раз пастух с восторгом разглядывал каждую деталь, пока вода смывала усталость после долгого дня сражений. Мурлыча под нос популярную у городских рапсодов мелодию, Фаенон устроился поудобнее, пустив своими движениями рябь по воде.       Послышались шаги. В отдалённую купальню вошёл Мидей. Сонное настроение пастуха как рукой сняло. Конкретной рукой.       Наследный принц Кремноса как ни в чём ни бывало (возмутительно спокойно, на взгляд Фаенона) прошёл к бассейну, медленно входя в воду.       Возмущения пастуха вполне можно понять — на Его Высочестве было лишь набедренное полотенце, да и то провисело недолго. Принц скинул его тут же, стоило войти в воду по колено. В полном молчании Мидей уселся на приличном расстоянии от пялящегося Фаенона, совершенно не комментируя своё появление. Но что было хуже всего — укус. Его Высочество нагло и даже вызывающе пошло (по мнению всё того же Фаенона) откинул мешающие пряди, освобождая шею, тем самым выставляя свежую рану на всеобщее обозрение.       Фаенону в общем-то было плевать. В особенности сейчас, когда они находились в закрытых купальнях, предназначенных только для златиусов, но. Но. Всё же ему не давало покоя умиротворённое лицо напротив. И то, с каким бесстыдством Мидей откинул голову на бортик, ещё больше акцентируя внимание на шее. Фаенон закипал.       От принца не укрылся возмущённый взгляд оппонента, довольно улыбнувшись, он расслабился. Всё шло по плану. Пастух сам придёт к нему когда нужно, не стоило и сомневаться, провокация сработала. И даже лучше, чем он предполагал. Только успокоившаяся вода вновь была потревожена, послышался плеск. — Гордишься моей отметкой на себе, выставив её на всеобщее обозрение? Принц Кремноса даже более распущен, чем о нём говорят, — ядовито прошептал Фаенон прямо на ухо.       Мидей был сама невозмутимость. Медленно открыл глаза, встречаясь со взглядом пастуха, блаженно улыбаясь: — О, хочешь себе такую же? — издевался принц вовсю.       Фаенон забыл, что хотел сказать. Лихорадочно пытаясь сообразить, что же ответить на такое, застыл, возвышаясь над Мидеем, всё таким же возмутительно расслабленным.       Так и не найдя слов для достойного ответа, раздражённый, устроился поудобнее, не переставая хмуриться. С каждым недовольным сопением-вздохом под боком Мидей улыбался всё больше. Выдержав паузу, великодушно взмахнул рукой, вызывая брызги: — Можешь не стесняться. Попроси, и я пойду навстречу.       Фаенон вскочил, собираясь покинуть купальню: — Ну, знаешь ли…       Его злости не было предела.       Принц приподнялся, опираясь локтями о борт, смотря на кипящего мечника. Прекрасный коктейль из эмоций так и перебегал по лицу Фаенона, заставляя улыбку не сходить с лица. Играя свою роль до конца, Мидей потянулся к бедру пастуха, медленно водя пальцами по коже: — Я не поверю, что ты не хочешь.       Попытавшись вырваться и уйти, Фаенон всё же не смог, удерживаемый на месте крепкой хваткой, которая вновь стала едва ощутимой, стоило ему перестать противиться. В следующую секунду он порадовался, что не стал вырываться всерьёз. Склонив голову, наследный принц Кремноса припал к его ноге, целуя бедро, ладонью всё так же придерживая под коленом.       «Провокация. Чистой воды провокация», билось в его голове. Но как-то резко стало всё равно.       Оторвав Мидея от собственной кожи, герой склонился, грубо целуясь. Столкнулись зубы, вызывая досадно мешающую боль, которая всё же быстро забылась. Упав перед принцем на колени, Фаенон вжал его в бортик купальни, удерживая на месте пятернёй в волосах. Кусая губы, он придвинулся ближе, блокируя любые попытки Мидея вырваться, зажимая бёдрами. Секунду спустя пришло осознание, что рука, удерживающая его под коленом, переместилась выше, а наглый принц улыбался прямо в поцелуй.       Ну и кто тут ведёт?       А пальцы, сейчас свободные от железной перчатки, двигались всё выше. Огладили кожу бедра, царапая короткими ногтями. Скользнули выше, ухватываясь за набедренное полотенце, и принялись тянуть, убирая лишнее.       Скорее неосознанно, нежели специально, или же из-за стеснения (вот уж чего не было), Фаенон остановил поползновения, удерживая чужую кисть на месте.       Мидею пришлось прерваться, отклонив голову назад. Светлые глаза недоумённо смотрели на партнёра. Раздражаясь промедлению, принц цокнул: — Да ладно, что теперь не так? Вот уж не думал, что ты недотрога.       Фаенон смутился. Действительно, нашёл когда тормозить. — С мужчиной у меня впервые, — неохотно признался он. Было что-то в этом от признания болевых точек — тяжело, неловко, немного страшно. — Я уже понял, — спокойно отреагировал на это Мидей, не поведя и бровью, — Не переживай, тебе повезло. Часть слухов о наследнике Кремноса всё же правда, — горделиво задрал он подбородок. — Да? И какая же? — скептически осмотрел принца Фаенон.       Мидей красноречиво осмотрел его с головы до ног. Когда взгляд принца вернулся к глазам напротив, Его Высочество не удержался от развязной улыбки (и от резкого подбрасывания бёдер тоже).       Теперь Фаенон был к нему ещё ближе. Пунцовый, но точно не от температуры в купальне. Его снова потянули за ткань, параллельно продолжая беседу: — По крайней мере, та часть, где описывается моё окружение, лишённое женской красоты. И мой богатый опыт, — руки принца ложатся на чужую талию, сжимая кожу массирующими движениями, — Так что тебе очень повезло, — Мидей оттолкнулся от бортика, сокращая между ними расстояние. Следующую фразу шепча прямо в губы, пока светло-янтарные глаза продолжали истязать своей прямотой, — Я многое перепробовал, и тебя научу.       Закрепив своё обещание ещё одним поцелуем, перешёл на медленные поглаживания поясницы. Фаенон мог только сдерживать его напор, напрягая ноги, не давая им обоим плюхнуться обратно в чашу бассейна. С жадностью отвечая на ласку, впутал пальцы в светлые волосы, изредка оттягивая их у корней. Мидею его идея пришлась по вкусу.       Духота в помещении заставляла чаще отрываться друг от друга. Голова шла кругом. Особенно когда принц опустил руку между ними, охватывая оба ствола, прижимая друг к другу. Фаенон и не понял, когда возбудился. От неожиданного соприкосновения пастух резко выдохнул, цепляясь за плечи Мидея, пальцы соскальзывали из-за пота на коже, но Фаенону нужно было срочно заземлиться хоть на чём-то.       Одной рукой начав двигать вдоль стволов, свободную Его Высочество положил на щёку пастуха, отводя голову в сторону, дав себе доступ к шее. Спустившись кусачими поцелуями от места под подбородком до нежной кожи около адамова яблока, Мидей старательно оставлял следы своего присутствия — где прикусывая сильнее, где втягивая кожу, формируя засосы.       Правая рука двигалась всё быстрее, вызывая у Фаенона сбитое дыхание и полуприкрытые в блаженстве глаза. Привыкнув к темпу, пастух, не имеющий возможности отодвинуться, начал напротив, подмахивать, приближая разрядку. Открытый в своей реакции он заводил Мидея всё сильнее, заставляя двигаться быстрее и быстрее.       Вскоре принц оказался в захвате бёдер, стиснувших его больше прежнего. Над ухом пронёсся стон облегчения, а спина начала зудеть от оставленных на ней, наливающихся кровью, полос. Тело Фаенона обмякло, падая на него, не в силах и дальше удерживаться в вертикальном положении.       Совершив ещё пару движений, Мидей почувствовал, как струя семени запачкала их животы. Напряжение пропало, пришлось возвращаться к бортику, удерживая на себе совсем размякшего пастуха.       Фаенон приходил в себя медленно, постепенно осознавая себя. Понял, что его голова лежит на плече принца, а сам он обнимает его за шею, ероша волосы на затылке. Было приятно, а двигаться не хотелось.       Решив хоть как-то отреагировать на произошедшее, пастух уткнулся носом в шею, украшенную татуировками, целуя красный пигмент. Поцелуй, второй, третий — Мидей заворочался. — Как ты?       «Его Высочество оказался на удивление заботливым любовником», подумалось Фаенону. Эта мысль заставила его улыбнуться. — Хорошо, — только и смог выдать его разомлевший мозг. Что явно не устроило Мидея. — Хорошо и… все? — с претензией переспросил он. — Не знал, что принц Кремноса собирает отзывы о своей работе, — посмеялся Фаенон, садясь ровно, — Если хочешь подробностей — попрошу городских рапсодов сочинить в честь этого события оду.       Мидей его веселья не оценил, сбрасывая хохочущего мечника со своих колен. — Неблагодарный, — в шутку возмутился он, выходя из воды.       Фаенон поспешил выбраться из купальни, останавливая злящегося принца. Ухватил за подбородок, поворачивая к себе, напористо целуя. И лишь мгновениями позже сообщил: — Мне повезло с учителем.

***

      Не сказать, что после произошедшего многое изменилось, нет. Для остальных они всё так же при встрече обменивались колкостями, устраивали бои где только можно и нельзя, выясняя кто круче-сильнее-выносливее… В общем-то, всё так же были похожи на мартовских котов, которые дерутся так, что пух и перья летят, а через секунду они уже разбежались и их след простыл. Швея в который раз массировала виски, слыша об очередной драке на площади, Трибиос делали ставки на победителя. И всё же они часто пропадали вдвоём за стенами Охемы, на скорость выкашивая созданий тёмного течения, ведя счёт убитых.       В этот раз они патрулировали не так далеко от каструма Кремноса, уговорившись встретиться как только число уничтоженных существ перевалит за полтинник. Фаенону сегодня не везло, он уже предчувствовал ликующую улыбку Его Высочества на месте сбора. Как настоящий кремносец он, разумеется, ничего не скажет, но молчанием задавит до самых ворот в Охему. К тому же… Фаенон нахмурился. Он уже проиграл в прошлый раз. Ещё один проигрыш будет значить только одно.       Враги, будто чуя настрой парня, не попадались на пути. Когда он всё-таки нашёл последнего, внутренние часы подсказывали, что время было давно за полдень, а значит уже давным-давно пора было возвращаться. Тяжело вздыхая, пастух побрёл к месту сбора.       Разумеется, на небольшой площади его уже ждал принц. Прислонившись к остаткам колонны, он стоял, прикрыв глаза. Только приблизившись, Фаенон встретился с красноречивым взглядом, брошенным будто случайно. По задней стороне шеи пробежали мурашки, стоило Его Высочеству оттолкнуться от колонны, подходя. Медленной, хозяйской поступью он приблизился, поднимая руку, затянутую в шипастую перчатку. Металл коснулся кожи, холодя щёку. Кисть двинулась ниже, к скуле, подбородку, приподнимая лицо. Почувствовав горячее дыхание возле уха, Фаенон едва смог сосредоточиться, чтобы разобрать шёпот:       «Проиграл».       Нервно и одновременно предвкушающе сглотнув, пастух последовал за Мидеем в некотором отдалении. Красный плащ маячил перед глазами, не дав утонуть в размышлениях. Секундное озарение заставило Фаенона быстро приблизиться к Его Высочеству, хватая за плащ. Потревоженный принц обернулся в недоумении, встречаясь взглядами с растерянным после собственных действий пастухом. — Я… — он не знал, что хотел сказать, замолкая.       Мидей смотрел вполоборота, не торопя. Удивительная выдержка для вспыльчивого кремносца. Фаенон решился быть смешным до конца. — Я проиграл, поэтому…       Принц раздражённо выдохнул сквозь стиснутые зубы. — Не воспринимай это как казнь или публичную порку, — развернулся он к пастуху, складывая руки на груди. Красные татуировки против света казались совсем тёмными, отметил про себя Фаенон.       Видя отсутствующий взгляд напротив, обречённо взмахнул рукой. — Забудь, — развернулся, выходя на дорогу, ведущую к Охеме, — Жду тебя сегодня в своих покоях.

***

      Чувствуя себя придурком, Фаенон задержался за городом, маниакально вырезая всех противников, которые только попадались на пути. А путь был извилист. Достаточно выпустив пар и успокоившись, решил, что пора.       И вот он уже стоит возле двери, ведущей к покоям принца Кремноса, собирал по крохам оставшуюся уверенность (которой, признаться честно, было не так уж и много). Шагнув вперёд, услышал шорох открытия замка. Следующее движение вышло уверенней, пастух вошёл в покои Мидея. Двери за ним затворились, оставляя в полной тишине.       Фаенон осмотрелся. Принц жил скромно, под стать обычному, хоть и зажиточному, горожанину. Пастух не увидел дорогих гобеленов, пиал из золота или россыпи драгоценностей, валяющихся то тут, то там. Раньше он был уверен, что наследник одного из величайших полисов всё же ведёт жизнь праздную, наслаждаясь гедонизмом, пусть и в изгнании. Хотя, узнав за последнее время этого самого принца поближе, герой был вынужден признать, что роскошь — не про Мидея. Плевал он и на кубки, и на вазы, и на дорогую прислугу. История его жизни полна лишений, и праздность к ней не имеет никакого отношения.       Пока пастух размышлял подобным образом, переходя из одной комнаты в другую, из бокового прохода появился сам хозяин, с улыбкой рассматривая потерянного Фаенона. — Потерялся? — фыркнул от смеха Мидей, тут же махая рукой, приглашая следовать за собой. Пастух задержался лишь на мгновение, тут же послушно следуя за Его Высочеством.       Они прошли небольшую гостиную, пересекли открытый коридор, одной стороной выходящий на обрывистые скалы, с которых открывался потрясающий вид. Комнат было много, но выглядели они полупустыми. Наконец, Мидей остановился перед высокими дверьми, толкая их от себя. Створки без нареканий поддались, пуская внутрь спальни. И вот тут Фаенон понял, что поспешил с выводами. Вся роскошь была здесь. Удивлённо оглянувшись на стоящего неподалёку принца, молча потребовал комментарий. — Да почему у всех такое лицо сразу? — раздражённо махнул рукой Мидей, — Ну кровать. Ну большая. И? — Минусов не вижу, — нервно ответил Фаенон, оглядывая действительно большую постель.       Принц обернулся, схватив пастуха за крепление плаща, придвинулся ближе: — Я беспокойно сплю, вот и всё. — Да, я так и подумал, — съязвил мечник, — Не хочешь упасть с кровати ночью, да-да.       Мидей буквально кожей чувствовал какие догадки проносятся сейчас в голове пастуха. И он не мог бы его винить. Сам ведь сказал, что часть слухов о кремносском принце правда.       Придвинулся ближе, склоняясь к уху пастуха: — Мне даже интересно что ты уже успел представить, — чуть понизив голос, вкрадчиво спросил он, — Что же по-твоему происходило на этой постели?       Толкнув мечника по направлению кровати, медленно подошёл, наслаждаясь чужим смятением. К сожалению, Фаенон быстро пришёл в себя, вольготно усевшись, опираясь на руки позади.       Пастух осмотрел надвигающегося принца, думая, с чего бы начать, включился в игру «Смути ближнего своего». — Думаю, у тебя было много партнёров, здесь я бы доверился слухам.       Мидей поощрительно кивнул, мол, продолжай. Сам же медленно ухватился за пряжку плаща, выпутывая тяжёлую ткань из крепления. Никуда не торопясь, раздевался, слушая сбивчивые размышления Фаенона. — Эта кровать редко видит тебя в одиночестве, Мидей, — продолжал пастух, внимательно следящий за действиями принца, — Я нисколько не удивлюсь, если узнаю, что здесь случались оргии. Совсем не ритуально-религиозные оргии.       Мидей засмеялся, отбрасывая плащ в сторону. — Может я в душе поклоняюсь титану изобилия? Я же всё-таки принц, — подошёл ближе, приподнимая лицо Фаенона за подбородок, — Отбрось стеснение, пастух, расскажи, о чём на самом деле ты подумал, слыша все эти слухи.       Губы мечника, уже давно дышащего через рот, стали нестерпимо сухими. Язык быстро пробежался по коже, тут же исчезая. Фаенон нервничал. — Хорошо, — правая рука легла на голое бедро, поглаживая, — Думаю, тебе нравится быть принимающим. Расслабляться на этих простынях ночью, чтобы днём оставаться всё таким же невыносимым говнюком, — пальцы скользнули выше, касаясь ткани набедренной повязки, чуть замирая, — Ты стонешь громко при каждом толчке, полностью отдаёшься ощущениям, раздвигая перед своими воинами ноги.       Фаенон почувствовал крепкую хватку на затылке. Его волосы безжалостно смяли, едва не вырывая. Принц смотрел на него, явно ожидая продолжения. — Сколько у тебя было за раз? Двое? Трое? Вся твоя гребаная команда по спасению мира? — распаляясь, продолжал он, чувствуя все крепнущую хватку в волосах. Мидей потянул за них, запрокидывая пастуху голову, тут же склоняясь ниже.       Кусачий, мало напоминающий прежние ласки, поцелуй обжёг сухие губы. Кремносский принц буквально брал своё, не оставляя ни шанса перехватить инициативу. И без того нависающее тело придвинулось ближе. Свободная рука легла на горло, скользя вниз. Пальцы грубо вырывали пуговицы из петель, раздевая засидевшегося гостя.       Оторвавшись от чужих губ, принц требовал ещё, пока одежда слетала слой за слоем. — Любишь, когда тебя связывают? — между вздохами спрашивал-утверждал Фаенон, обласкивая тело принца не только взглядом, но и нашедшими занятие руками, — Крепко завязывают руки, чтобы ничего не мог сделать, пока тебя трахают всю ночь напролёт.       На этом моменте Мидей не выдержал. Пихая пастуха в плечо, сам уселся на чужие колени, придвигаясь настолько близко, чтобы даже дыхание стало общим. — Какие красочные описания, — улыбаясь, ответил он, — Только одно не даёт мне покоя, пастух…       Явно предчувствуя провокацию, Фаенон всё же выгнул бровь, прося продолжить. Мидей доверительно придвинулся к уху, и, прежде чем продолжить, укусил мочку, пройдясь языком. — Скажи мне, Спаситель, кого ты видел в своих фантазиях? Меня? Мне вот отчего-то думается, — создавая интригу, приостановился он на секунду, — Что видеть в такой ситуации ты хотел бы себя самого.       Фаенон вспыхнул, подкидывая сидящего на коленях принца. Краска залила лицо. Мидей, празднуя победу в этой маленькой словесной перепалке, не забывал и о главном, продолжая методично избавлять и себя, и пастуха, от одежды.       Уложив Фаенона на лопатки, поёрзал на его бёдрах, глядя прямо в глаза напротив — с нахальством и вызовом. Сдернул мешающуюся собственную повязку, ничуть не стесняясь наготы. Довольно проследил за реакцией пышущего смущением пастуха.       Фаенон терялся, гадая, что ему делать: взмолиться титанам или слать все в тёмные бездны. Опытные касания принца возносили его всё выше и выше, заставляя задыхаться. Пальцы цеплялись за простынь, кляня хозяина комнаты за сводящую с ума умелость. Руки-пальцы-кисти удивительным образом нажимали именно туда, куда хотелось больше всего. Горячее дыхание, ощущаемое текущей испариной шеей, сменялось редкими поцелуями, или ещё более редкими укусами. Чужая задница ёрзала по бедрам, отвлекая все внимание на себя. У него уже давно стояло, сочась предэякулятом с налившейся головки.       Желая помочь себе хоть в этом, Фаенон потянулся к ширинке, ослабляя давление на стояк. Мидей, оторвавшись от порядком зацелованной шеи, счёл подобные действия едва не личным оскорблением. Перехватил запястья, отводя, а после совсем завёл их за голову, фиксируя одной рукой. — Кто-то здесь очень торопит события, — прошептал прямо в губы, но целовать не стал, отстраняясь, — Я все ещё не получил ответа, пастух.       С этими словами принц ощутимо проехался по ширинке, ненадолго застывая голой кожей над стоящим членом Фаенона, все ещё скрытом тканью брюк. Пастух же терялся в ощущениях, давным-давно забывшись, абсолютно не понимая о каких таких вопросах в данный момент вообще может идти речь. Мидей, издеваясь, услужливо напомнил: — Чьи фантазии ты мне рассказал? — Мои, — нетерпеливо покачивая бёдрами признал он.       Мидей довольно улыбнулся, позволяя тереться о себя, даже пару раз сам повёл бёдрами, поощряя. — Хороший мальчик, — пастух не успел даже возмутиться подобному обращению, как принц продолжил, — Кого ты представлял на моем месте? — ладонь легла на сухие губы, не дав ответить сразу же, — Учти, что от ответа будет многое зависеть. Подумай хорошенько.       Фаенона перекручивало. Ломало, перекраивало. Бесконечно уносило в невероятную даль, а после с размаху кидало на эту дьяволову кровать. Горячий вес тела принца не давал времени подумать. Руки, что с особым усердием принялись оглаживать грудь, останавливаясь на горошинах сосков, были не лучше. Распаляясь от невозможности (да и нежелания) что-либо поменять, соображал пастух туго, нехотя. Принц понял затянувшееся молчание по-своему. Резко поднялся, освобождая и руки, и бедра, стекая с кровати на пол. Пальцы обхватили крепкие ноги, разводя их в стороны, а сам Мидей удобно устроился на коленях между ними, уже вцепившись в молнию ширинки. — Советую открыть наконец рот, — самодовольно усмехнувшись, стягивал чужие штаны Мидей.       Пастух не удержался от колкости, подбрасывая бедра вверх, стоило ощутить тепло рук, кружащих возле паха: — Иначе рот откроешь ты? — засмеялся Фаенон, тут же прикусив нижнюю губу.       Кремносский принц склонился ниже, кусая кожу бёдер прямо через грубую ткань. Ощутимый укус показывал, что наглеть Спасителю здесь не позволят. Следом за наказанием последовало медленное поглаживание внутренней части бедра. Всё так же через ткань. Мидей никуда не спешил, выводя из себя медлительностью. — Умелому полководцу необходимо терпение, — говорил он, целуя напрягшийся живот, — А я умелый.       Смешок тёплым дыханием осел на покрытой мурашками коже. Заставляя мышцы живота сокращаться. Фаенон развёл ноги шире, натягивая ткань. — Что ты от меня ждёшь? — пошёл он на уступки, тяжело дыша.       Рука с огрубевшими пальцами прошлась в опасной близости от паха, едва касаясь голой кожи. Мидей целенаправленно доводил его. — Расскажи чего хочешь, — поднял на него смеющиеся глаза принц.       Спаситель, борясь с неловкостью, положил руку ему на затылок, ероша короткие пряди волос. — Сними с меня штаны наконец. — А ты мне что? — нахально спросил Мидей, потянувшись к поясу.       Рука на затылке стала жёстче. Фаенон склонился ниже, с порывом целуя смеющиеся губы. Зубы больно столкнулись, стало трудно дышать. Он оторвался на мгновение выхватывая крупицу воздуха, после вновь приникая. Его Высочество отвечал не менее порывисто, кусая нижнюю губу до крови. Носы сталкивались, взмокшая чёлка лезла в глаза. Отстранившись, мечник, довольный собой, облизнулся, слизывая кровь. Теперь он прекрасно видел, как разошёлся под умелыми руками пояс собственных штанов. Пришлось поднять бёдра, пока принц стаскивал с него последнюю одежду. Стало немного легче. — Дальше, — безапелляционно требовал Мидей, наслаждаясь смятением партнёра. — Разве не должен более опытный в этом деле говорить? — загнанно дыша, ответил Фаенон, — Тебе точно не нужны мои указания. — Не нужны, — чистосердечно признался принц, улыбаясь. Руки хаотично гладили напрягшиеся бёдра, пока он словесно издевался над Спасителем, — Но мне приятно видеть твой румянец, пастух.       Задохнувшись от возмущения, Фаенон попытался пнуть веселящегося, но и тут не преуспел. Принц вовремя перехватил ногу, удобно устраивая её на своём плече, не забыв легко поцеловать под коленом, вырывая из груди напротив очередной возмущённый вдох. — Положи на него руку, — сдавшись, указал он.       Мидей коснулся ладонью члена, прижимая сочащуюся смазкой головку к животу. — Так? — невинно поинтересовался он.       Фаенон набирался сил для ругательств, но их не находилось. Даже такого небольшого контакта с тёплой кожей было достаточно после долгих прелюдий. Но всё же он запротестовал: — Нет, не так, — он непроизвольно качнул тазом вперёд, потираясь о всё ещё прижимающуюся руку, — Ты прекрасно понял о чём я. — Вовсе нет, — состроил удивлённое лицо Мидей, двигаясь ладонью вверх, к животу. Член мягко выскользнул из-под руки под разочарованный стон. — Тьма! — выругался сквозь зубы Спаситель, — Возьми его в кулак и подрочи мне!       Смущение от собственных слов накатило лавиной, и мечник упал на кровать, закрывая руками лицо. Принц у его ног довольно фыркнул, тут же сжимая напряжённый член, потирая головку. Жидкость медленно размазывалась под большим пальцем, смазывая скольжение. Послышался шорох. Кулак Мидея замер, но Фаенон всё ещё был слишком смущён чтобы проверить в чём дело.       Рука на секунду исчезла. Снова послышался шорох. В следующее мгновение ладонь вновь обхватила стоящий член, мягко массируя. Мечник понял в чём дело, со стыдом отмечая, что принц искал смазку.       Ладонь сомкнулась в кулак, приятно сжимая. Медленно поползла вверх, затем опустилась ниже. Преступно медленно двигаясь, она не могла дать необходимую разрядку, но это уже было хоть что-то.       Внутренней части бедра коснулось тёплое дыхание. Фаенон замер, чувствуя на нежной коже влажный язык. Мидей попеременно то облизывал, то оставлял кусачие поцелуи на его бёдрах, не забывая двигать рукой.       Постепенно мечник смог расслабиться по-настоящему. Руки упали по обе стороны от головы. Теперь он мутным взглядом обводил потолок, боясь скользнуть взглядом ниже. Словно чувствуя эту нерешительность, Его Высочество напомнил о себе, больно укусив, одновременно сжимая член сильнее.       Фаенон сам не понял как, но от приятной боли издал негромкий стон, цепляясь пальцами за простыни. Мидей на мгновение оторвался от истерзанной кожи. — Я знал, что тебе понравится жёстче, — довольно заметил он, и, не дав опомниться, потребовал, — Дальше.       Мечник уже полностью погрузился в эту игру, перестав протестовать. Не видя смеющегося лица перед собой, уже спокойнее сказал: — Отсоси мне.       Мидей был доволен. Тело под ним послушно подрагивало, принимая все ласки. — Хороший мальчик.       Рука с члена пропала, обхватывая лежащую на постели ногу, отодвигая. Краем глаза Фаенон видел, как приподнялась светлая макушка, в следующее мгновение склонившаяся над животом. Напряжённый пресс одарили цепочкой поцелуев прежде, чем приступить к самому главному.       Влажный язык коснулся головки, слизывая выступающую смазку. Горячее дыхание вызывало мурашки по всему телу. Фаенон заворочался на постели, но был остановлен жёстко прижавшей рукой. Принц мягко намекнул, что двигаться сейчас нежелательно. Мечник послушно расслабился, дыша через рот. В следующее мгновение ему понадобилось всё его самообладание.       Подвижный язык заскользил вверх-вниз по стволу, пока пальцы свободной руки мягко массировали яички. Вылизывания чередовались с поцелуями, доводя Спасителя до поджатых пальцев на ногах. Наконец, Мидей двинул головой, медленно погружая член во влажный рот. Сначала внутрь скользнула головка. Принц остановился, посасывая. Приятное давление сводило с ума, Фаенон дышал всё чаще. Двинув головой пару раз вверх-вниз, он скользнул ниже, обхватывая губами стоящий член на треть. Язык мягко скользил по головке, притираясь к ещё сильнее сочащейся щёлке. Принц со знанием дела выпустил ствол изо рта, принявшись облизывать его со всех сторон. Чередуя язык и рот, он не забывал гладить яички и кожу бёдер, заставляя мечника едва слышно постанывать от удовольствия.       Фаенон не мог больше терпеть. Приподнявшись на локтях, он затуманенным взглядом осмотрел картину перед собой. Кремносский принц сидел перед ним на коленях, доставляя удовольствие. Голова двигалась туда-сюда легко, глаза Его Высочества были прикрыты. Кажется, он наслаждался происходящим не меньше самого мечника.       Рука сама собой потянулась к пшеничным волосам, перебирая пряди. Мидей выпустил член изо рта, поднимая взгляд. — О, пастух наконец привык к моей постели, — довольно улыбался воин, поглаживая ноги, затем демонстративно медленно стал царапать кожу, наблюдая за реакцией Фаенона. Ноги второго ощутимо напряглись, но приоткрывшийся во вздохе рот был ответом — ему нравилось. — Ты делаешь это медленно, — требовательно высказался мечник, — Поторопись.       Мидей снова улыбнулся, приподнимаясь. Его лицо резко придвинулось ближе, Спаситель даже почувствовал специфический запах, исходящий из его губ. — Ты входишь во вкус, — довольно заметил он, облизываясь, — Но в тебе говорит новичок. Удовольствие нужно прочувствовать.       Рука легла на грудь замершего Фаенона, когда их губы встретились в недолгой ласке. Толчок, и он снова лежит на простынях, пока сверху на него взбирается не менее возбуждённый принц. Устроившись на чужих бёдрах, он с уверенностью оглаживает выступающие мышцы пресса, скользит рукой к груди, сжимая сосок. Мечник вздрагивает, пока Его Высочество склоняется, целуя мокро, развязно. Странный привкус добавляет остроты, а Фаенон с изумлением отмечает, что практически всякий раз поцелуй с Мидеем — это что-то особенное. Кажется, началось всё с вина…       Внезапная боль оглушает удовольствием — принц царапает кожу короткими ногтями, начиная медленно двигать тазом. Их члены трутся, зажатые телами друг друга. Но этого всё ещё недостаточно. Фаенон спускает руку ниже, сцепляя пальцы на обоих. Двигает несколько резко, чем заслуживает выдох со стороны Мидея и полуприкрытые глаза. Но он не против, лишь увеличивает амплитуду покачиваний, подмахивая бёдрами. Мечник понимает, что ему позволяют действовать, чем успешно пользуется: рука тянет пряди волос, заставляя голову опуститься. Он целует шею, солоноватую от выступившего пота. Слизывает капли, прикусывает красные лини татуировок, получая довольный выдох и дёрнувшийся кадык. Который тут же втягивает, формируя засос. Мидей почти рычит, поэтому Спаситель продолжает — тёмные пятна ползут по всей шее — ближе к ключицам, возле уха, прямо под челюстью.       Вдруг его руку останавливают, а движения самого принца прекращаются. На возмущённый взгляд Фаенона отвечают очередным глубоким поцелуем. — Так мы не дойдём до самого главного, — в предвкушении отвечает Мидей в самые губы.       Мечник вздрагивает, когда принц перемещается ниже. В глазах смятение, которое тут же замечают. — Что такое? — заботливо спрашивает воин, убирая волосы со лба Фаенона. — Эм, — неуверенно тянет он, — Я не знаю, готов ли, — глаза отводит в сторону, — У меня такого ещё не было. Да и подготовкой я не занимался. — Подготовкой? — Мидей выгнул бровь, — Не переживай, я в порядке. Всё, что нужно, я сделал пока ты внимательно рассматривал потолок моей спальни.       Фаенон не понял. Даже на руках привстал от неожиданности. Кажется, это не то, на что был расчёт. — В смысле, не я буду снизу? — попытался аккуратно уточнить он.       Теперь непонимающе посмотрел Мидей. — Ты же не думал, что я заставлю тебя быть принимающим в первый же раз? — сложил он руки на груди. Не будь он в этот момент абсолютно голым и сидящим на чужих бёдрах, выглядело бы даже угрожающе. — Да? — очень удивлённо спросил мечник в ответ. — Придурок, — выдохнул принц, ероша волосы, — Ни ты, ни я не знаем какую позицию ты предпочтёшь, поскольку это твой первый опыт с мужчиной. Не логично ли попробовать оба? И для начала побыть сверху. Как минимум, ты поймёшь что к чему и не налажаешь в следующий раз, — бровь иронично выгнулась вновь. — Я никогда не думал, что ты сам предложишь быть… — Фаенон замялся. — Снизу? — Мидей хмыкнул, — А почему нет? Мне больше нравится наоборот, не скрою, но пока так будет лучше. Погоди, — он нахмурился, — Ты поэтому в прошлую нашу встречу был белый как полотно?       Фаенон пристыженно молчал. — Точно придурок, — констатировал принц, — Ты в курсе, что для взаимного удовольствия нужно заранее обговаривать предпочтения и страхи? А не терпеть то, что тебе не нравится? — Но мне всё нравится! — запальчиво воскликнул мечник, тут же краснея.       Мидей самодовольно обвёл его взглядом сверху донизу. — Ещё бы ты был против, — он снова склонился над ним, — Ну что, продолжаем?       Фаенон молча притянул его к себе, грубо целуя. В который раз во рту появился привкус крови. Кусаться любили оба.       Приняв эти действия за согласие, Мидей привстал на коленях, заводя руку назад. Ладонь нашла всё ещё стоящий член. Массируя ствол, принц направил его ко входу, шире раздвигая ноги. Мечник машинально удерживал его за напряжённые бёдра, наблюдая как головка касается ануса, начиная медленно его растягивать.       Плавными движениями, Его Высочество медленно опускался всё ниже, давая время привыкнуть и себе, и партнёру. Он то привставал, стараясь держать дыхание, то медленно раскачиваясь вновь опускался вниз. Вдруг резким движением он опустился до самого основания, издав протяжный стон. Фаенон от неожиданности выгнулся, падая на спину. Оба тяжело дышали, каждый пытался осмыслить шквал ощущений. Мидей первым пришёл в себя, принявшись двигаться вперёд-назад, выбирая направление. Определившись, резко поднялся, задерживаясь лишь на мгновение, чтобы затем вновь резко опуститься вниз. Мечник застонал, царапая чужие бёдра, что очень понравилось принцу. Задав темп, он опёрся руками о грудь лежащего под ним Спасителя, периодически постанывая. — Сильнее, — простонал он, когда Фаенон в очередной раз сжал кожу его ног, оставляя будущие синяки наливаться цветом.       Дважды просить мечника не пришлось. Он с большим удовольствием царапал и щипал бёдра, после переключившись на руки. В конце концов, ладони Спасителя легли на талию воина, сжимая. В ответ Мидей особенно сильно опустился, вырывая из горла почти рычание.       Темп всё ускорялся, оба находились на пределе, дыша сбивчиво. По спальне гуляли шорохи и стоны, матрас прогибался под движением. Мидей опустился в очередной раз, чувствуя, как внутри обмякает член. Мечник лежал на постели, зажмурившись. Искусанные губы успели обветриться, поэтому он постоянно их облизывал, нарываясь. Принц двинулся ещё пару раз, склоняясь к расслабленному Фаенону за поцелуем. Коснувшись губ, прижался ближе, ловя ответное движение. На ещё стоящий собственный член легла рука, помогая прийти к разрядке. Простонав в чужие губы, Мидей сполз с партнёра, пытаясь отдышаться. Рядом лежал такой же оглушённый Фаенон, жадно хватавший воздух.       Повернув голову, Спаситель встретился взглядом с разглядывающим его принцем. — Что скажешь? — поинтересовался он, так просто, словно речь шла о погоде. Бесстыдный кремносский принц. — Моих слов будет недостаточно, все-таки нужно нанять рапсода, — пошутил Фаенон, ощущая, как наваливается приятная усталость. — А говорят в кремносском языке мало слов, — фыркнул Мидей, отворачиваясь.       Мечник привстал, поворачивая голову принца к себе. Ещё один поцелуй лёг на губы. Через него Фаенон пытался передать те неописуемые ощущения, что получил сегодня от чуткого Мидея. Наставник из него и впрямь что надо. — Не знаю, кто обучал тебя, но ты обязан поделиться всем опытом со мной, — сказал пастух, оторвавшись наконец от чужих губ. — Будем считать, ты позвал меня на следующую встречу, — невозмутимо ответил принц, вставая. Следовало посетить купальни, прежде чем они лягут спать, — Эй, ты идёшь? Учти, грязным я тебя в постель не пущу.       Фаенон, едва хорошо устроившийся на огромной королевской кровати, устало вздохнул, поднимаясь.

***

      Свернув с площади в проулок, Спаситель был мгновенно пойман за руку и буквально отволочен в небольшой тупичок, где его тут же прижали к стене. Никто иной как принц Кремноса вжал его в серые камни, впиваясь в губы поцелуем. Застигнутый врасплох, Фаенон стоял, тяжело дыша, зацелованный, ухватившись за крепление алого плаща. — Чего ты так долго? — нетерпеливо начал Мидей.       Мечнику было забавно это слышать. Не тот же человек ни раз говорил ему о выдержке воина? — А что, соскучился? — издевательски протянул он в ответ. — Да, — серьёзно сказали ему. Видимо, пастушок забыл, что честность — лучшее оружие. Вот как с ног сбивает. — Ваше Высочество невозможны, — протянул он в губы, приближаясь. — Назовёшь меня так ещё раз и твои стоны услышат все центральные улицы, — серьёзно парировал принц.       Мокрый поцелуй был до ужаса горяч, им пришлось сделать усилие, чтобы оторваться друг от друга. — Идём, — потянул Фаенон воина.       Они шли через длинные колоннады, увитые виноградной лозой. Ещё не сезон, зелёные ягоды только оформились в кисти, свисая прямо в арках. Мехагелиос освещал путь, оставляя за спиной длинные тени. По дороге то здесь, то там попадались порхающие бабочки, трепещущие маленькими крылышками. Был конец дня, народ уже уходил с базаров и площадей, в целом было немноголюдно.       Мидей шёл впереди твёрдой походкой. Путь лежал в его собственные покои, которые мечник из Элизии Эйдес успел очень хорошо выучить. Сейчас он следовал за принцем, немного нервничая. Руки то и дело теребили край плаща. В какой-то момент Мидей остановился, что он заметил не сразу, едва не врезавшись в широкую спину. Воин обернулся, осматривая спутника с ног до головы. — Ты можешь не соглашаться на это, — заметил очевидное Его Высочество, — Оставим как было. — Но ты же… — запротестовал было Фаенон, но его резко оборвали. — Не всем нравится принимающая позиция, я понимаю, — сложил Мидей руки на груди, — Можем перенести, можем вообще не возвращаться к этой теме. — Я всё же хочу попробовать, — улыбнулся мечник, подходя ближе.       Они уже были недалеко от покоев, вокруг ни души, поэтому он решился. Положил ладони на талию воина, придвигая. Короткий поцелуй. И тихое, но твёрдое: — Я решил, просто нервничаю.       Эти слова убедили Мидея. Он толкнул створку ворот, пропуская Спасителя вперёд.       Знакомым маршрутом Фаенон проследовал к спальне, минуя множество комнат, галерей и коридоров.       Последний поворот позади, он толкает высокие двери, первым входя внутрь. Принц заходит следом, закрывая створки. Не успев обернуться, Фаенон чувствует руки на талии, что сильно сжали его даже через слои одежд.       Тёплое дыхание скользит по шее, вызывая толпы мурашек. Мечник отводил голову в сторону, дав доступ, которым тут же пользуются. Короткие поцелуи ползут сначала от задней части шеи до кадыка, потом переходя к плечу. Насколько хватает открытой кожи. Пальцы расстёгивают пряжку плаща. Тяжёлая ткань волнами ложится на каменный пол. Руки движутся дальше, к одежде. Снимая слой за слоем, пока неугомонные губы ложатся на коже засосами. Фаенон пытается развернуться, но ему не позволяют. Оставляют стоять спиной, вжимаясь сзади, пока одежда падает на пол. Отпускают только после того, как его покидает нательная рубашка, отправившаяся к остальному гардеробу. Он тут же поворачивается, впиваясь в губы. Цепляет непослушными пальцами чужой плащ, буквально сдирая и откидывая на пол. На груди воина остаётся только массивное украшение, которое, впрочем, снимает и отбрасывает прочь сам владелец, не разменивающийся сегодня на спокойствие.       Прижимаясь друг к другу, они вновь целуются. Долго, мокро, до крови раздирая губы, слизывая кровь. Фаенон чувствует, как за пояс штанов проникают пальцы, сминая кожу. От ощущений ведёт, он стонет прямо в губы, обхватывая партнёра за шею. Мидей наступает, заставляя делать мелкие шаги назад, к кровати. Теперь её размер не смущает Спасителя, напротив, он по достоинству оценил размах ложа.       Мечник валится на кровать, оставшись в одних штанах, правда уже расстёгнутых. Но сам не снимает, сегодня правила диктует принц, контролируя каждый шаг свой и партнёра. Его Высочество подходит ближе, становясь коленом на постель, меж разведённых ног. Тянется к коленям, поглаживая через ткань, спускается ниже, цепляя поочерёдно застёжки на обуви. Его сапоги отправляются на пол, Мидей не забывает огладить выпирающие косточки на щиколотках, а Фаенон смотрит как принц расстаётся с собственной обувью.       Мидей нависает над ним, опираясь на руку возле головы замершего мечника. Тот тянется к его лицу, оглаживая кожу подушечками пальцев. Их тут же ловят в повороте головы, целуя, затем прикусывая. Свободной рукой воин скользит ниже: грудь, живот, минуя пах, к ноге, на которой так удачно остался последний мешающий ремешок. Пальцы оттягивают упругую кожу, шлёпая ею по бедру. Фаенон смотрит прямо, уже нисколько не стесняясь в реакциях, только глубоко дышит. Мидею нравится. Ладонь скользит под ремень, надавливая, царапая кожу даже сквозь ткань. В награду слышится сбившееся дыхание и вдох. Пока ещё едва слышимый, но принц намерен это исправить.       Полоска чёрной кожи летит с кровати, оставляя Фаенона в едва держащихся на нём штанах, по которым беспрепятственно гуляет рука, сейчас добравшаяся до кромки, нагло залезшая под ткань, трогающая без всякой преграды. Ноги сгибаются в коленях, мечник в предвкушении сглатывает. Принц трогает его везде, ощутимо поезжаясь по остро реагирующей коже. Фаенон не скрывает реакций, скользя стопой по простыням, запрокидывает голову, открывая шею и этим сводит воина с ума. Мидей склоняется, оставляя засосы под челюстью, лижет солнечную татуировку, двигая языком вдоль золотых линий, целует дёргающийся от частых сглатываний кадык. Рука ложится на живот, вдавливая в постель. Мечнику нравится чужая грубость, чередующаяся с лаской. Он ловит пальцами отросшие пшеничные пряди, притягивая принца ближе. Язык перемещается к ушам, больно кусая мочку, посасывая. Шёпот немного отрезвляет: — Приподнимись.       Мидей выпрямляется, хватаясь за шлейки штанов, тянет неспешно на себя. Бывший секунду назад запал и хаотичность пропали, им на смену пришло огромное желание как следует насладиться процессом, а значит принц будет изводить Фаенона неторопливостью и долгими ласками. Мечник предвкушает это, но чувствует, что в конце концов, с его стороны посыплются мольбы. Кажется, на это и рассчитывает Мидей, сейчас припавший губами к коже бёдер, стоило ткани хоть немного оголить ноги. Тёплое дыхание приятно дразнило кожу, перемежаясь с поцелуями. Сначала обласканы были косточки таза — пока одну зацеловывали, вторую массировали грубые подушечки пальцев. У Фаенона давно стоял, но Его Высочество специально игнорировал пах, уделяя внимание коже вокруг. Он с самого начала учил Спасителя терпению, но, кажется, не преуспел. Мечник своевольно двинул бёдрами, привлекая внимание, за что был тут прижат свободной рукой к постели. Мидей оторвался от внутренней стороны бедра, на которой уже красовались пара укусов, блестящие от остатков слюны. — Ты всё ещё спешишь, — покровительственно осадил он партнёра, — Не заставляй меня оставить для тебя одну грубость.       Фаенон страдальчески вздохнул. — Пожалуйста? — неуверенно попросил он, зная, что, если принц уже решил, как действовать, его мольбы будут проигнорированы. Воин осмотрел картину перед собой: поплывший взгляд, полуспущенные штаны, которые уже не скрывают возбуждения Фаенона, пальцы рук в напряжении сжимают простыни. — Можем вернуться к нашей маленькой игре, — предложил компромисс Мидей, — Ты говоришь, я делаю.       Мечник застывает на мгновение, тут же кивая, соглашаясь. Ноги сходятся в коленях, прямо перед носом принца. Руки раскидываются по обе стороны от головы. Эту позу Мидей по праву мог бы назвать одной из самых привлекательных. — Тогда сними уже эти штаны, — тяжело дыша, требует пастух, добавляя, — Немедленно. — Кому-то понравилось мной командовать, — почти мурчит Мидей, стягивая наконец последний элемент гардероба. Он был бы не прочь помучить мечника ещё немного, но ничего, он ещё отыграется. — Возьми меня, — добивает удивлённого принца, разводя ноги в стороны. Анус блестит от масла, а значит Фаенон тщательно подготовился перед их встречей.       Воин сдерживается изо всех сил, чтобы просто не вдавить наглого пастуха в постель, сразу приступив к исполнению. Знает, что лучше от этого не будет потом никому, сжимает ладони в кулак, успокаиваясь. — Так не пойдёт, — отрицательно качает он головой, скользя пальцами по ноге Фаенона. Едва чувствующиеся касания приятно отзываются в нём, но слова не нравятся мечнику совершенно. Он резко садится, опираясь на руки позади. — Не ты ли сказал: «Ты говоришь, я делаю»? — спорит он, стараясь не отвлекаться на поглаживания, — Или принц Кремноса не держит своего слова? — Ты не возьмёшь меня на слабо, пастух, — Мидей придвигается вплотную, заглядывая в глаза напротив, — Точно не сейчас. — Почему нет? — поднимает бровь Фаенон. — Для твоего же блага, — поясняет лениво принц, дыша в самые губы, — Для первого раза нужно действовать осторожно. И уж точно не в этой позе, — улыбаясь, поясняет он.       Мечник всё же краснеет. Непонятно правда, из-за чего больше — из-за слов воина или же из-за ладони, лёгшей на его стоящий член. Рука начинает медленно двигаться вверх-вниз. — И как же… лучше? — прерываясь на долгие вдохи, спрашивает он. — Повернись, — командует принц, убирая руку, когда Фаенон выполняет требование, добавляет — Хорошо.       Спаситель сидит как на иголках, принц находится ужасно близко, он чувствует тепло его кожи спиной. Мидей носом касается задней части шеи, ведёт вверх, ероша волосы на затылке, делает вдох. Фаенон сглатывает. — Ноги шире, — продолжает принц, отстраняясь.       Мечник понимает, что от него нужно. Раздвигая ноги шире, он выгибается в спине, опираясь на руки. Подрагивающие пальцы ложатся на простыни. — Какой догадливый, — улыбаясь, говорит Мидей. Пальцем ведя по выступающим позвонкам от шеи до копчика. Затем обратно, — Прогнись сильнее.       Фаенон с горящими щёками выгибается под пристальным взглядом принца. Чужая рука надавливает, показывая, что нужно стать на локти. После выполнения, контакт с кожей исчезает, Мидей тоже ненадолго отодвигается. Слышится шорох. Уже успев привыкнуть к позе, мечник всё же вздрагивает, когда ануса касаются влажные пальцы, скользя возле входа. — Видел бы ты то, что вижу я, — принц склонился, целуя его спину. Отросшие волосы щекотали, подсказывая, где останется следующий поцелуй, — Чистая, нетронутая кожа. Есть над чем поработать.       Мидей придвинулся вплотную, вводя сразу два пальца. Фаенон вздрогнул, выгнув спину, словно уходя от необычных ощущений. Поперёк груди легла рука, возвращая на место. Его больно укусили за лопатку, тут же зализывая. Двинув пальцами пару раз, принц сразу добавил третий, проверяя готов ли партнёр принять его. — Расслабься, пастух, — придвинулся он к покрасневшему уху, — Ты хорошо подготовился к нашей встрече, совсем скоро мы узнаем, как тебе больше нравится.       Мочку уха вновь прикусили, отвлекая от того, что происходило ниже. Широкие ладони легли на тазовые косточки, немного приподнимая. От контакта кожа к коже Фаенон выдохнул, запрокинув голову. Возбуждённый член принца упирался сзади, заставляя ладони потеть. Мидей потёрся о него, но к действиям не перешёл, ожидая ответной реакции. И она не заставила себя долго ждать — мечник задышал чаще, подаваясь назад. — Ты решил поиздеваться надо мной? — раздражённо бросил он через плечо. — Я начинаю жалеть, что не вижу твоего лица, — принц обхватил ствол рукой, направляя.       Расслабленные мышцы поддались, медленно впуская член внутрь. Пальцы на ногах Спасителя поджались. В следующее мгновение он ощутил хлёсткий удар по ягодице и повторение приказа расслабиться. Стараясь правильно дышать, он успокаивался, чувствуя, что давление внизу усилилось. Мидей медленно входил в него, не забывая удерживать за талию. Не выдерживая ощущений, он уткнулся лицом в простыни, дыша через раз.       Чувствуя, как стенки ануса постепенно начинают расслабляться, принц делает небольшой толчок вперёд, тут же вынимая член практически полностью. Плавно входя и выходя, он медленно погружается всё глубже, едва сдерживая самого себя от желания послать всё и просто грубо взять своё. Двигаясь туда-сюда, он свободной рукой спустился вниз, оглаживая напряжённый живот мечника. Пальцы поползли выше, касаясь груди. Напряжённые мышцы перекатывались под ладонью, вызывая желание оцарапать. Что Мидей с удовольствием и сделал. Наконец, он вошёл полностью, убирая руки и выпрямляясь. Давая передышку им обоим, что очень не понравилось Фаенону. — Почему ты остановился? — приглушённо через ткань промычал он. Пастух сам ещё не понимал, нравится ему или нет, но отсутствие действий начинало его раздражать. — Теперь тебе нужно заняться чем-то полезным, — нахально улыбаясь, пояснил Мидей, — Не всё же мне одному стараться. — Я тебя убью, — прорычал Фаенон, выпрямляя руки. Оборачиваясь через плечо, он возмущённо смотрел в наглые глаза Его Высочества, стараясь не опускать глаза ниже, туда, где их тела соединялись. — Вот, так мне нравится гораздо больше, — продолжал принц, — А теперь двигайся.       И в пример собственным словам, качнул бёдрами вперёд. Фаенон едва не задохнулся. От наглости кремносского принца, от странных ощущений ниже пояса, от собственного положения, в котором оказался.       Повозившись, устраиваясь удобнее, на пробу качнулся назад, слыша приглушённое сопение Мидея. Осмелев, мечник подался вперёд, соскальзывая, чтобы тут же двинуться назад. Получилось очень даже неплохо, поэтому он продолжил двигаться в ужасно медленном темпе, скользя то вперёд, то назад. Через какое-то время почувствовал руку на талии, жёстко обхватившую кожу. Принц не выдержал, направляя его, задавая нужный темп. Под его руководством стало чуть легче, поэтому Фаенон, наслаждаясь собственными действиями, подмахивал бёдрами, пока воин дышал с каждой секундой всё громче, выдавая своё состояние.       Колени затекли, и Фаенон, пытаясь сменить положение, прогнулся в спине, меняя угол наклона. Очередной толчок стал для него чем-то новым, задев оголённый нерв внутри, он шокировано простонал. — Вот мы и нашли, где тебе хорошо, — хрипло заметил Мидей, обхватывая талию обеими руками, — Можешь расслабиться, я тебе помогу.       Сильные руки грубо притянули его назад, вновь расширяя внутренние стенки до предела. Задевая эту точку вновь и вновь, принц толкался в него, вырывая из груди хаотичные стоны. От переизбытка чувств мечник вновь упал в простыни, удерживаемый только руками принца и собственными разъезжающимися коленями. Было до одури хорошо. И он не стесняясь стонал. Мидей довольно улыбался, царапая кожу спины, изредка отвлекаясь на бёдра. — Хороший мальчик, — хвалил он Фаенона, чувствуя, как от этих слов пастух сильнее сжимается.       Не удержавшись, принц прислонился к блестящей от пота спине, зацеловывая плечи. Спаситель дрожал под ним от лавины ощущений, срывая горло. Пальцы елозили по ткани, не зная, за что зацепиться. Принц опустил руку, накрывая чужую ладонь. Переплёл пальцы, вжимая в простыни. Второй рукой опускаясь на живот пастуха. — Ты отлично справляешься, — шептал в самое ухо, хрипло дыша.       Фаенон жмурился, подмахивая бёдрами, отдаваясь на волю наслаждению. Неожиданное прикосновение к члену заставило его поперхнуться воздухом. Мидей зажал его ствол в кольцо пальцев, быстро водя ими вверх-вниз, приближая разрядку. Поток чувств затмил собой всё, Фаенон чувствовал, что он уже на грани, когда кремносский принц вцепился зубами в его плечо, ставя настоящую отметину. Искусанная кожа кровила, пока воин слизывал с неё красные капли. Кажется, Спаситель кричал. Онемевшие ноги уже не держали его, он завалился на бок, больше не удерживаемый. Сзади хрипло дышал Мидей. На взмокшую спину упала тёплая жидкость, а следом за этим, рядом упал на простыни сам принц.       Они приходили в себя, глядя друг на друга. Всё не желающее восстанавливаться дыхание перемежалось с хрипами сорванного горла. Фаенон всё ещё затуманено смотрел на Мидея, прокручивая в голове, что же сейчас всё-таки произошло. Стоило хоть немного начать контролировать голос, он тут возмутился: — Ты кончил мне на спину, — всё ещё тяжело дыша.       Его Высочество устало улыбался, глядя на нахмуренные брови. — Поверь, это куда лучше, чем избавляться от семени внутри, — грудь в красных татуировках ходила ходуном, — Неприятная процедура, поверь мне.       Фаенон залился краской.       Их ноги, переплетённые, лежали друг на друге. Лица в преступной близости, взгляд глаза в глаза. Мидей потянулся первым, напористо целуя. Отводя в сторону взъерошенные светлые волосы Спасителя, спросил: — Так было лучше?       Фаенон понимал, о чём он спрашивал, но внутренняя вредность отказывалась выдавать правду сразу. — Не знаю, не распробовал, — невинно ответил он. — HKS… — шепчет воин прямо в губы, забираясь на Спасителя сверху.