Teddy Bear

Идя домой Ёсан думал только о том, как он не хочет возвращаться в это место. Но, к сожалению, жить ему больше было негде, поэтому он всегда возвращался и всегда обещал себе, что уедет из этого ужасного места в тот же день, как ему стукнет 18. Ëсан ужасно устал после всех занятий и репетиторов, и сейчас ему хотелось только одного - стать облаком, чтобы просто плыть по бескрайним просторам неба и ни о чëм не думать. В старших классах программа ожидаемо усложнилась, поэтому Ёсану, с его и так далеко не лучшей успеваемостью, стало ещё хуже. Ëсан аккуратно открыл дверь и вошёл в квартиру, стараясь не издавать никаких звуков. Но его всё же заметили. — Ты где опять весь вечер шлялся, а? - послышался голос матери с кухни. Как обычно немного пьяный и наполненный гневом. — Если ты в очередной раз принёс домой четвёрку или, не дай бог, тройку, то всю неделю будешь без ужина. - Ёсану хотелось исчезнуть, чтобы больше никогда не слышать её голос. Едва мать протрезвела, она начала проверять его дневник и обзванивать всех репетиторов, к которым ходил Ëсан. Узнав, что он получил сегодня три за какую-то работу по алгебре, мать закатила такой скандал, что, неверное, весь дом слышал, как она на него орала. А Ëсану ничего не оставалось сделать, кроме как забиться в угол и молиться, чтобы мама успокоилась, попутно пытаясь сдержать подступающие к глазам слëзы. — Почему ты вернулся домой с тройкой? Почему ты вообще её получил, мерзавец мелкий? Мы что, зря за репетиторов столько денег отдаём? - Ещё чуть-чуть и она сорвёт голос. — Бездарность, если ты завтра не исправишь эту тройку, то я разобью твой телефон. Позорище. Почему ты родился таким тупым? — Она продолжала плеваться ядом, вонзая слова-ножи в Ëсана всё глубже и глубже. С каждым новым словом неприятный ком подступал всё ближе и ближе к горлу Ëсана, а слëзы становилось всё труднее сдерживать. — П-прости, мамочка… Такого больше не повториться! - тихо тараторил он ей в ответ. — Оставь свои жалкие оправдания при себе, позорище! Сегодня без ужина. И ты не ляжешь спать, пока не выучишь все уроки на пять, - с этими словами мать подошла к его рюкзаку и вытащила телефон из переднего кармана. — Без телефона неделю! - После этих слов она вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. А Ёсан, выждав немного времени, пока мать уйдёт в другую комнату, побежал в туалет, зажимая рот руками. Там его стошнило. Слëзы катились по его щекам, обжигая глаза и кожу, дыхание было прерывистым и частым, а изо рта вылетали тихие всхлипы. После того, как его отпустило, Ëсан умылся ледяной водой и привëл себя в порядок, после чего вернулся в свою комнату. Отец Ëсана постоянно был занят работой и мог не появляться дома месяцами, поэтому Ëсан даже толком не помнит, как он выглядит. К тому же, на свою семью ему было плевать, так что помощи от него Ëсан мог не ждать. Немного успокоившись, Ëсан сел делать уроки, но получалось у него плохо. Внутри него клокотала животная ненависть к матери, которая затуманивала разум и мешала концентрироваться. Кажется, у него даже потемнело в глазах. Ëсан бы с удовольствием прирезал свою мать этой ночью. Он даже пытался это сделать несколько раз, но вонзить нож ей в сердце ему постоянно не хватало смелости.

————

Со временем отношения родителей и Ёсана только ухудшались, как и успеваемость Ëсана. Мать запрещала ему гулять, заниматься чем-то другим кроме учёбы, у Ёсана вообще не было свободного времени. Чем дольше Ëсан терпел эти издевательства, тем сильнее становилась его ненависть, и он начал частенько отвечать матери на оскорбления, что впоследствии выливалось в огромные скандалы, часто доходившие до драк. В это же время Ёсан старался найти работу, чтобы накопить на съёмную квартиру и свалить отсюда. Но когда мать узнала об этом, она готова была убить сына на месте и в тот день его знатно побили. С тех пор Ëсану категорически запретили выходить из дома и забрали все гаджеты, которые когда-либо были. Но долго это “наказание” не продлилось, потому что мать поняла, что если Ёсан не будет ходить в школу, то будет ещё хуже, поэтому через пару дней его снова туда отправили.

————

После очередного скандала Ëсан всё же не выдержал и написал Сонхва с запасного телефона, который ему подарил сам Сонхва, когда узнал о его отношениях с матерью. Сонхва - его лучший и единственный друг, хоть он старше Ëсана на 2 года. Они познакомились ещё в начальной школе. Дети, как известно, существа жестокие, поэтому Ëсана невзлюбили ещё в начальной школе. Сонхва был первым и единственным, кто заступился за него. С тех пор они и общаются. Сонхва всегда защищает и поддерживает Ëсана, к тому же он отлично чувствует настроение людей и всегда находит нужные слова. Сонхва - именно тот друг, о котором можно только мечтать и когда Ëсан понимает, что именно он с ним дружит, то чувствует себя самым счастливым человеком на свете. Kang Yeosang, 18:25 Сонхва-хëн? Можно с тобой поговорить? Сонхва тут же зашёл в сеть и ответил.

Park Seonghwa, 18:25

Да, конечно! Что случилось?

Kang Yeosang, 18:25 Снова мать. Она опять забрала телефон и оставила без ужина. Мы почти подрались.

Park Seonghwa, 18:25

Ты как? Не пострадал?

Kang Yeosang, 18:26 Нет, но я больше не могу с ней находиться. Я ненавижу её.

Park Seonghwa, 18:26

Ты же знаешь, что можешь прийти ко мне сейчас или переехать на совсем?

Kang Yeosang, 18:26 Да, знаю. Спасибо тебе хëн. Но боюсь, что мать тогда рассердится ещё сильнее.

Park Seonghwa, 18:27

Поступай так, как считаешь нужным, но знай, что я всегда рядом с тобой и всегда готов помочь тебе и поддержать)

Ëсан чувствовал его улыбку и тепло даже через телефон. И от этой доброты Сонхва у него на глаза снова навернулись слëзы. Kang Yeosang, 18:27 Спасибо тебе, хëн. Не представляю что бы я сейчас без тебя делал Сонхва в ответ прислал улыбающийся смайлик и на этом они закончили диалог.

————

Очередным вечером, когда Ёсан вернулся домой с четвёркой по истории, мать закатила скандал. — В кого ты такой идиот, а? — Весь в вас, - злобно прошептал Ёсан себе под нос. — Что ты там вякнул?! Неужели такой взрослый стал, что с матерью огрызаешься? Совсем совесть потерял, гадëныш. С этого момента больше никаких прогулок! — Я и так никуда не хожу, кроме школы и репетиторов, - голос Ëсана сочился отвращением. Подавляемая столько времени ненависть, начала вновь закипать. — Ах ты, подонок мелкий, - Ëсан услышал звук сообщения и мать полезла в карман, чтобы проверить телефон, прервав ненадолго свои крики. — Почему мне твоя классная снова пишет, что над тобой издеваются в школе?! Когда уже до твоей пустой башки дойдёт, что тебе надо начать учиться, чтобы к тебе не приставали в школе. Ты если так и будешь оставаться тупым, то не найдешь себе девушку! Ёсан закипал с каждой секундой всё сильнее и сильнее. Вся ненависть, что копилась в нём ещё с самого детства, сейчас текла яростным потоком по его венам, отравляя кровь и разум. Но Ёсан всё ещё сдерживался, чтобы не отвесить матери звонкую оплеуху, ведь, несмотря на ужасных родителей, Ёсан всегда старался быть вежливым и никогда бы не поднял руку на женщину. — А может, мне вообще мальчики нравятся! - яростно крикнул Ёсан. — ТАК ТЫ ЕЩЁ И ГЕЙ?! – женщина попятилась от него в отвращении и ужасе, словно он был болен чумой. — Тогда какого хуя ты делаешь в этом доме?! Проваливай, СЕЙЧАС ЖЕ, ПОДОНОК! И пока мать убежала, сверкая пятками, в другую комнату за телефоном, чтобы рассказать обо всём отцу, Ёсан быстро собрал все свои вещи в небольшую спортивную сумку и вышел в коридор. Мать стояла в дверном проёме напротив него с телефоном в руках. — Прощайте, суки! Надеюсь, вы сдохните и сгорите в аду! Я НЕНАВИЖУ ВАС. Хочу, чтобы отца по дороге домой переехала машина, а этот дом сгорел вместе с тобой, старая шлюха! - его слова сочились ядом и ненавистью. Зрачки истерически подрагивали, а голос сорвался на бесчеловечный крик. Сейчас он больше походил на сумасшедшего или на дьявола во плоти, чем на человека. Но простых криков оказалось недостаточно, чтобы выразить всю свою ненависть. И тогда он стал хватать всё, что попадётся ему под руку, продолжая выкрикивать самые изощрённые оскорбления, и кидать эти предметы на пол, в мебель, в зеркала и окна, а некоторые даже прилетали в мать. Ëсан особо не целился, вместо этого он вкладывал в каждое своё движение как можно больше ненависти и ярости. Кругом стоял шум, голова раскалывалась от боли, а его взгляд потемнел от злости. Ëсан ненавидел это место всем своим нутром и с радостью бы сейчас взял топор и переломал в этой квартире всё, что возможно и невозможно, а затем собственноручно отрубил бы голову женщине перед ним, вот только топора у него не было. Мать, что стояла в дверях, упала на пол и попятилась от сына, словно перед ней стоял маньяк, готовый в любой момент прикончить её. Всё её тело била крупная дрожь и она даже не старалась отбиваться от предметов, летевших в неё. — Чтоб ты сдохла, мразь, - крикнул на последок Ёсан и, чуть не выбив входную дверь, пошёл вниз по лестнице. Едва он вышел на улицу, его сразу же стошнило. Ëсана всё ещё крупно трясло, поэтому он решил прогуляться до ближайшего парка, чтобы остудиться и прийти в себя. После этого можно было решать, что делать дальше. Ëсан нашёл в парке небольшой пруд и умылся там, не заботясь о том, можно ли это делать. Вода было холодной, как и ночной воздух, так что горячая кожа Ëсана быстро остудилась, облегчая боль во всём теле, хотя голова всё ещё кружилась и болела. Теперь ему надо было найти место, где можно переночевать и единственным вариантом, пришедшим Ëсану в голову был дом Сонхва - его лучшего друга.

Kang Yeosang, 03:02

Хëн, я могу прийти к тебе?

Мне надо кое-что рассказать

Сонхва ожидаемо ещё не спал в это время и поэтому быстро ответил. Park Seonghwa, 03:02 Да, конечно. Жду тебя Через пятнадцать минут Ёсан уже стоял около его квартиры с сумкой на плече. Сонхва открыл дверь и, увидев друга, вопросительно поднял бровь. — Что случилось, что ты так резко пришёл ко мне? - Сонхва выглядел черезвычайно серьëзным и озабоченным. — Если вкратце, то меня выгнали из дома, - мрачно ответил Ëсан. Не сказать, что Сонха был шокирован этой информацией, наоборот с таким родителями, как у Ëсана, это было вполне ожидаемо. Он сочувственно поджал губы и обнял Ëсана, чтобы показать свою поддержку. Они стояли так несколько секунд, после чего Сонхва отстранился и сказал: — Ты неважно выглядишь. Заходи в дом, тебе надо поесть. - Ëсан послушно зашёл. — Спасибо. Извини за вторжение.

————

Сонхва быстро разогрел еду, пока Ëсан переодевался, и они вместе уселись за кухонный стол. Ëсан сразу же набросился на еду, а Сонхва просто молча за ним наблюдал. Когда Ëсан закончил есть, то начал рассказать Сонхва о том, что произошло. — ...И потом, когда мать звонила отцу, чтобы рассказать обо всём, я собрал вещи и, послав её и отца куда подальше, ушёл из дома. Весь рассказ Сонхва сидел молча и, внимательно слушая, сочувственно смотрел на него. — Думаю, ты поступил правильно. Они слишком долго над тобой издевались, неудивительно, что твоё терпение лопнуло, - сказал он, спустя несколько секунд молчания, после того как Ëсан закончил свой рассказ. — Но, как я понимаю, тебе теперь негде жить? — Да, но я планирую в ближайшее время устроиться на работу и снять себе квартиру. Только вот не знаю, где оставаться до тех пор, пока не накоплю на квартиру. — Тогда, можешь пока пожить здесь. — Правда? Ты вроде говорил, что к тебе скоро парень приезжает. Я не буду мешать? — Думаю нет, он всё поймёт, если я ему объясню. И кстати, я могу помочь тебе с работой. Недалеко отсюда есть неплохой цветочный магазин, в котором работает мой знакомый. Он сможет помочь устроить тебя. — Спасибо тебе, - у Ёсана слёзы выступили на глазах и он стиснул Сонхва в объятиях. Он слишком устал от своих эмоций и всего того, что произошло сегодня. Сонхва в ответ дружески обнял его и похлопал по спине в знак утешения. После этого Сонхва отправил Ëсана мыться, и пока тот был в душе, Сонхва постелил ему на диване. Ëсан вернулся истощённый и очень сонный, поэтому они быстро пожелали друг другу спокойной ночи и легли спать.

————

Ëсан спал долго и крепко, так что проснулся только в два часа дня. Сонхва он нашёл на кухне, смотрящим какую-то передачу на телевизоре. Заметив Ëсана, он тут же выключил телевизор и сказал: — Доброе утро! Как спалось? - Сонхва улыбнулся. — Доброе утро, - ответил Ëсан. — Наверное, я в своей жизни никогда ещё так крепко не спал. — Рад слышать! Сейчас приготовлю тебе что-нибудь, а ты пока сходи умойся. - Ëсан последовал совету Сонхва. Вернувшись на кухню, он увидел, что Сонхва уже сидит за столом, поэтому поспешил присоединиться. Некоторое время они сидели в тишине, занятые поеданием пищи, после чего Сонхва спросил: — Что планируешь делать дальше? Ну, помимо работы и квартиры. — Ну, во первых мне надо закончить школу и поступить в университет. Через пару дней я вернусь на учëбу, а через месяц уже смогу получить аттестат. К тому моменту постараюсь накопить как можно больше, - говорил Ëсан, задумчиво крутя ложку в руках. — Правильно думаешь. И... Ты же знаешь, что можешь оставаться у меня столько, сколько тебе нужно будет? — Да, спасибо тебе, Сонхва. Я знаю это. Но всё же не хочу задерживаться у тебя сильно надолго. — Хорошо, поступай так, как считаешь правильным. А сейчас, не хочешь что-нибудь посмотреть? - спросил Сонхва. — Да, давай, - живо ответил Ëсан. Он был совершенно непротив отвлечься от проблем будущего. Весь оставшийся день у него было хорошее настроение. Ëсан чувствовал, что отныне его жизнь станет намного лучше.