Обогреватели

Зонтик задумчиво опустил взгляд на тротуарную плитку. - Пик... А ты уже знаешь, где будешь отмечать? - Да, дома. Он печально свёл брови к переносице. - Правда? Здорово. - А ты? Зонтик поднял на него неверящий взгляд. - Я? Не знаю. Собеседник кротко опустил глаза. - Я привык отмечать с родителями, но в этом году так не получится, ты меня понимаешь. Не то, чтобы всё совсем плохо, нет. У нас в группе ребята, вроде, тоже что-то устраивают и, наверное, будет весело, но я сам не большой фанат шумных компаний. Зонтик тяжело выдохнул. - Извини, что вываливаю на тебя свои проблемы. Просто... Просто хотелось выговориться. Так, они подошли к перекрёстку. - Ну что, пока? Знакомые глаза сквозили тоской. - Ага, давай. Пик завалился в кровать и открыл чат. Что самое страшное может случиться? Испугается беспорядка? Звучит не очень убедительно. Тут скорее подойдёт вещь совершенно иного рода, и он прекрасно знал, какая именно. Он бессильно накрыл лицо рукой. Это глупость. Невозможная глупость. Как он вообще дошëл до таких мыслей? Нет, глупость - спрашивать. Он и так знал. Это был Зонтик. С самого начала это был Зонтик - главный нарушитель его спокойствия. Зонтик сделал это с ним. Но знаете, что было самое странное? Его это устраивало. Пик тяжело выдохнул. Пальцы сами начали печатать. 21:43 "можешь 31 прийти ко мне" "останешься с ночёвкой, а утром поедешь домой" Ответили не сразу. 21:51 "Хорошо)" Пик удивился. Довольно сдержанно для Зонтика. "ок" "я скину адрес" Сейчас было ещё светло, и солнце весело поблëскивало на плотном слое белого снега, укрывавшего весь город в преддверии праздника. Рядом послышался знакомый голос. - Привет. Долго ждёшь? Пик окинул его взглядом. - Нет. Всё взял? Зонтик похлопал по плотно набитой сумке и мягко улыбнулся. - Как видишь. Пик коротко кивнул. - Хорошо. Тогда идём? - Ага. Тут знакомые глаза остановились на одной вещи. Зонтик неверяще моргнул. - Пик, ты говорил, что тебе нужно было что-то купить, да? Пик слабо улыбнулся. - Говорил. Зонтик сел на корточки и провёл рукой по санкам. - Неужели это... Он поднял на него глаза, полные детского восторга. - Ёлка? Живая? Пик мягко усмехнулся. - А ты догадливый. Так, они отправились в дорогу. Большая её часть проходила в тишине. Зонтик завороженно разглядывал то красиво украшенные магазины, то суетящихся прохожих и всё время не снимал с лица тёплой улыбки. - Мы на месте. Зонтик утер свой смешно покрасневший нос. - Одного только не понимаю: почему сейчас? Мы обычно брали за неделю. - День в день дешевле. Лучше было бы ближе к вечеру, но так тоже нормально. Тебе не нравится? Зонтик нахмурился. - Пик! Да как... Да как можно такое говорить! Его брови расслабились. - Это... Он мягко улыбнулся. - Это так здорово... Было приятно видеть его таким. Сначала совали какие-то облезлые закорючки. Цены заламывали и так и так, но Пик в этом деле был уже не первый год и знал, что самую красивую оставляют напоследок. Когда они с Зонтиком её увидели, то сразу поняли - она. Не слишком высокая, но пушистая, плотная, без проплешин. Игрушки на ней будут смотреться красиво. Пик покрепче установил её и они с Зонтиком, не торопясь, отправились на место. Тишина продлилась недолго. - Пик. Тот поднял на него взгляд. - Я решил, что лично сказать будет лучше. Зонтик хмурился. - В общем... Спасибо тебе. Правда. За всё спасибо. Я не знаю, чем я заслужил такое отношение. Он сжал свои перчатки. - Ты не обязан был приглашать меня к себе, и во многих других ситуациях ты сделал много всего, хотя был не обязан. Но ты... Он поджал губы. - У меня просто нет слов. Я... Зонтик поднял на него взгляд. В нём было слишком много всего. - Я рад, что я тебя встретил. Пик поспешил переключится на что-то другое. Он тяжело выдохнул. - Значит так. - Ты меня не обязывал. Это было моё решение - звать тебя или нет. - Не знаю, что я такого сделал, но пожалуйста, и я... Пик задержал дыхание, словно собирался шагнуть с края обрыва. - Я тоже... Рад. Зонтик поднял на него неверящий взгляд. Его губ коснулась мягкая улыбка. Пик подавил в себе желание прокашляться. Постепенно беседа из смущающего перетекла в другое русло - бытовое, и Пик не мог быть благодарен всем: Египетским богам, Перуну, самой Вселенной больше, чем сейчас. Ни в одного из них он, естественно, не верил, но в этот самый момент это ему совершенно не мешало. Так, за незамысловатым разговором, они подошли к панельной многоэтажке. - Пик. Зонтик неловко мялся на месте. - Я как-то постеснялся спросить в переписке, но... Что сказали твои родители? О том, что ты приведешь кого-то в гости. Он знал, на что соглашался. - Или ты живёшь - - Нет. Всё будет нормально. - Расслабься. Собеседник сдержанно выдохнул. - Хорошо. Довольно быстро они оказались на нужном этаже. Их встретило тепло квартиры и чей-то бодрый голос. - Мальчики, а вот и вы! Я уж думала, где вы пропадаете? Скоро надо на стол накрывать! - Привет, ба. Женщина тепло улыбнулась и осмотрела гостя. - Здравствуй, ты Сашенька, да? Женя мне про тебя рассказывал. Пик взглянул на Зонтика. Его глаза округлились в искреннем удивлении. Парня надо было выручать. - Саша, это Галина Владимировна - моя бабушка. Зонтик неловко хлопнул глазами. - З-Здравствуйте. Очень приятно. Женщина в искреннем удивлении поднесла морщинистую ладонь ко рту. - Ой, ну что же это я, в самом деле! Вы проходите, раздевайтесь, а я пока побежала. Она практически скрылась за поворотом. - У меня там картошка кипит! Они остались в коридоре вдвоём. Пик окинул гостя взглядом. - Что скажешь? Зонтик глупо улыбнулся. - Я... Я даже не знаю. У меня нет слов. На лице сама собой появилась ухмылка. - Отмирай давай. Нам с тобой ещё ёлку наряжать. - Ага... Точно. Они разулись и быстро оставили верхнюю одежду на вешалке. Пик взял на руки ёлку и пошёл в сторону зала, а Зонтик последовал за ним, неловко озираясь по сторонам. Пик уложил красавицу на пол, а сам принялся возиться с подставкой. - Я... Я могу как-то помочь? - Пока нет. - Хорошо. Тогда я хотел спросить. А... Где можно помыть руки? - Как выходишь, дверь слева. - Понял. Не без сложностей, но ёлка была установлена. Пик постелил под ней предусмотрительно оставленный брезент и принялся избавляться от верёвок. Дерево раскинуло во все стороны свои пушистые лапы и даже сейчас, ещё без мишуры и игрушек, смотрелось красиво. Чуть-чуть отогреется от уличного холода и на всю квартиру запахнет хвоей. Жестокая традиция, если задуматься, но чёрта с два он от неё откажется. Слишком много всего было связано с этой ёлкой и слишком болезненно было бы менять её на бездушный пластик. - Ого, какая красивая. Мы с тобой не ошиблись. Знакомый голос вывел его из размышлений. - Да. Осталось только украсить. Пик направился в кладовку и довольно быстро вернулся с увесистой коробкой. Он поставил её перед деревом и достал наугад первую игрушку. Зонтик к нему присоединился. - Пик, твоя бабушка так интересно готовит оливье. Я такого рецепта даже не видел раньше. Очень вкусно. Пик мягко улыбнулся. - Да, она у меня такая. Он окинул взглядом содержимое коробки. - Всё время что-нибудь выдумывает. Зонтик сел перед коробкой. - Она была очень обеспокоена моим состоянием здоровья. Его длинные пальцы начали перебирать многочисленные игрушки, а из под плотных рукавов свитера выглянули тонкие запястья. - Сказала, что одна кожа да кости. Пик поднял на него глаза. - И в чем она не права? Зонтик скривил губы в деланном возмущении. - Вот ты противный. Пик не удержался от улыбки. - Ты понял это только сейчас? Зонтик тепло улыбнулся. Тут его руки замерли на очередной игрушке, а улыбка опала. - Пик? - Да? - А что с твоими родителями? Пик тяжело выдохнул и повесил на ёлку шарик. - С ними всё нормально. Зонтик поднялся вслед за ним. - Тогда почему ты живёшь с бабушкой? - Хочу и живу. Зонтик замер с игрушкой в руках. - Извини. Болезненная тема? Пик потянулся за очередным шаром. - Не то, что бы, просто... Он тяжело выдохнул. - Давай потом. Не сейчас. Зонтик коротко кивнул. Теперь он принялся закреплять на одной из веток блестящую игрушку птички. - У тебя классная бабушка. Зонтик смущённо улыбнулся. - Я ей, похоже, понравился. Он на мгновение остановился, чтобы оценить проделанную работу, а после вновь потянулся к коробке. - Всё спрашивала, где ты меня нашёл. Он поднял взгляд. - Ты ей не рассказывал? Пик молча повесил на одну из веток стеклянную сосульку. Зонтик внимательно изучал своё отражение в золотистом ёлочном шаре. - Она выглядела такой воодушевлённой. Он принялся закреплять его на одной из веток. - На кухне у неё всё кипело. Стояли кучи закусок, салатов, а она всё продолжала говорить, не замолкая. Он снова опустился к коробке. - Сказала, что очень рада, что ты привёл кого-то в гости. Он вытянул из неё голубую мишуру и принялся осторожно, чтобы не сбить случайно какое-нибудь украшение, набрасывать её на ветки. - Пик. Зонтик посмотрел на него тепло. - Она очень тебя любит. Они довольно быстро повесили оставшиеся игрушки и наконец отошли от ёлки, любуясь проделанной работой. - Мне кажется, готово. А ты что думаешь? Пик смерил дерево задумчивым взглядом и потянулся рукой к коробке. - Я думаю, кое-чего не хватает. Из под слоя того, что осталось от "дождей" и кусочков мишуры, от которых уже вряд ли будет толк, он достал маленький аккуратный шарик. Он посмотрел, как бирюзовое стекло красиво бликует в свете люстры и, упрочнившись в своём решении, повесил его на дерево. Всё действие сопровождалось недоуменным взглядом Зонтика. - На тебя похож. Зонтик хитро блеснул глазами. - Дай мне коробку. Через минуту усердного поиска рядом с бирюзовым шариком на ёлке появился аккуратный фиолетовый рожок. - Галина Владимировна сказала, что горячее будет готово ещё не скоро, так что мы пока свободны. Пик застыл взглядом на двух ёлочных игрушках. Изящный и трогательный стеклянный шар, который может разбиться от одного неосторожного движения и пластиковый рожок, на первый взгляд колючий и выбивающийся на фоне остальных игрушек, но при этом по-своему обаятельный. Они хорошо дополняли друг друга. - Можем пойти ко мне. Зонтик поднял брови в искреннем удивлении. - Правда? Ой... Пик, я так хотел узнать, как выглядит твоя комната... Неужели? Пик мягко усмехнулся. - Ты странный. Зонтик недоуменно нахмурился. - Да правда, правда. Пошли уже, бедолага. Дверь была открыта, поэтому Пику достаточно было всего лишь чуть-чуть её подтолкнуть, и вот перед перед ними раскинулось пространство комнаты. Пик бросил взгляд на кровать. Острые зелёные глаза округлились в удивлении. - Ого, Василиса, и ты здесь? Извини, совсем про тебя забыл. Он обернулся к Зонтику. - Знакомься, это Зонтик, я ему про тебя рассказывал. Да, Зонтик? Зонтик медленными шагами прошёл вглубь комнаты и осторожно сел перед кроватью. - Здравствуй, прелестное создание! На губах Зонтика заиграла мягкая улыбка. Он осторожно протянул к новой знакомой указательный палец. - Ты Василиса, да? Кошка, не отводя от гостя пристального взгляда, осторожно его обнюхала. Она облизнула палец, обозначив этим их взаимную симпатию. Зонтик весь сиял. Он протянул оставшуюся ладонь, желая провести ей по её макушке. Василиса не отстранилась и терпеливо приняла ласку. После одобрительно мяукнула. Как зачарованный, Зонтик перебирал под пальцами её полосатую шерсть. - Какая обворожительная кошка! Пик легко усмехнулся. - Обычно, если кто-то приходит, она прячется под диван. Видимо, ты ей очень понравился. Чужая рука успела переместится на белую щëчку. - Как? Василиса, ты же будешь вся пыльная! Василиса в наслаждении прикрыла глаза. Чужие слова её совершенно не заботили. Пик выдохнул. - Ладно, голубки. Поворкуете в другой раз. Он бросил на кошку пристальный взгляд. - Василиса, дуй к себе, щас вся кровать будет в твоей шерсти! Василиса широко зевнула и, спрыгнув с кровати, ушла в другую комнату. Зонтик проводил её взглядом, а после медленно поднялся с пола. Он тепло посмотрел на Пика. - У тебя чудесная кошка. Пик усмехнулся. - Ну... Я рад, что хотя бы ваше знакомство прошло удачно. Знакомые глаза медленно опустились к полу. - Это что, носок? Пик важно скрестил руки на груди. - Я тебя предупреждал. На лице Зонтика появилась глупая улыбка. - Пик, ну как так можно! - Тебя только это смущает? Тогда Зонтик решил осмотреться. Он подолгу задерживался взглядом на каждой из стен и выглядел очень заинтересованным. - Ого... У тебя столько плакатов. - Ага. - Выглядят очень... - Неординарно. Он мягко улыбнулся. - Тебе подходит. Его взгляд переместился в угол комнаты. - А это твой рабочий стол? В пару осторожных шагов Зонтик оказался около него и бережно прошёлся по нему рукой. - Столько кружек... Зонтик обернулся. - От кофе? Пик пожал плечами. - Забыл убрать. Тут Зонтик замер на месте. Его взгляд остановился у кровати. - Пик, а это... Он поднял на него глаза, полные невыразимой тоски. - Но когда ты успел? И почему мне не рассказал? От вопроса в груди всё сжалось. - Повода не было. Зонтик нахмурился в задумчивости, но все же его лицо смягчилось. - Пик, а можешь мне что-нибудь на ней сыграть? Пик облегченно выдохнул. - Ладно. Тогда садись, мне её включить надо. Зонтик мягко присел на кровать и уставился на Пика с нескрываемым интересом. Последний привычным движением разобрался с проводами и, сев рядом, поудобнее перехватил инструмент. Зонтик не отрывал от него завороженного взгляда. - Так, и... Что бы ты хотел услышать? Зонтик поднял брови в удивлении. - Я? Эм... Давай свою любимую. Пик согласно кивнул. Спустя мгновение по комнате разошёлся приятный мотив. Это была хорошая песня, красивая, сыграть её было не стыдно. Пик не сомневался в качестве собственного исполнения. Пальцы отточенными движениями перебирали струны, высекая аккорды и ноты. Мелодия переливалась и была то живее, то медленнее, а после становилась всё тише и тише, пока совсем не затихла. Пик взглянул на Зонтика. - Ну вот. Как тебе электрогитара? Зонтик мягко улыбнулся. - Красивая. И мелодия, и гитара. В чужом взгляде что-то переменилось. - Пик... А у тебя есть что-нибудь... Что-нибудь своё? Ты пробовал сочинять? Вопрос застал его врасплох. - Эм... Да там ниче такого... Зонтик мягко коснулся его руки. Пик поднял взгляд. Знакомые глаза смотрели тепло и уверенно. - А ты попробуй. Вдруг понравится? На один миг идея показалась не такой безнадёжной. Пик медленно выдохнул. - Хорошо. Я сыграю. Сначала было тяжело. Пальцы то и дело путались, а всё, что он там выдумал, так и норовило вылететь из головы. Очень странно было ощущать на себе чужой внимательный взгляд. Момент ошущался камерно, практически интимно, а глаза Зонтика словно наблюдали не за его руками, а смотрели ему в самую душу. Наконец, мелодия затихла, а вместе с этим и в его голове стало удивительно пусто. Он посмотрел на своего внезапного слушателя. Его голос звучал слабо, словно сквозь сон. - Я... Я уже её слышал. Зонтик поднял на него глаза. В них было слишком много всего. - Ты играл её в день нашего знакомства. - Так. И тебе... Отчаянно хотелось сглотнуть. - Понравилось? Вместо ответа тот наклонился к нему и... Обнял. В какие-то моменты Пику казалось, что он начинает его понимать, но если Зонтик продолжит так чудить, то уверенность пропадёт. Кажется, его плечо начало мокнуть. Зонтик что... Плачет? - Зонтик, ты... В порядке? Тот сжал его крепче, но, вроде бы, согласно кивнул. Пик положил свою руку на чужую спину и осторожно по ней похлопал. Спустя мгновение, Зонтик отстранился и осторожно вытер рукавом свои ещё влажные глаза. - Я так понимаю, это ответ "да"? На губах Зонтика появилась глупая улыбка. - Пик! Он мягко ткнул его в грудь. - Как тебе не стыдно! Он уж было приготовился выслушивать его негодование, как по комнате разлился смех. Пик слабо улыбнулся. Сначала плачет, потом смеётся. Вот уж действительно странный. Всё остальное время они провели, разговаривая о всякой ерунде. Со стороны кухни до них донёсся приятный аромат чеснока. Довольные, парни вышли из комнаты. - Мальчики, берите тарелки, будем накрывать на стол! Женя, принеси скатерть! - Ладно! Зонтик зажмурился. - Да что ж вы все так кричите! До кухни дай бог метров пять. На лице Пика появилась улыбка. - Привыкай. У нас тихо не бывает. Сам он направился в сторону шкафа, а Зонтик утопал на кухню. Спустя время на столе появились тарелки, а после, одно за другим, и красивые миски с угощениями. Классика нового года - салат "Оливье", "Селёдка под шубой" - без неё тоже никуда, "Мимоза" в небольшом пластиковом контейнере, нарезанные овощи и отдельно фрукты на красивой многоярусной подставке, бутылки с соком, водой, где-то даже было шампанское. До полуночи было ещё очень далеко, но стол уже ломился от самой разной еды. Тут послышался мягкий голос Галины Викторовны. - Ой, ребята, я пока пойду, прилягу, а то весь день на ногах с этой готовкой. Уже не в том возрасте. Позовёте меня часов в одиннадцать, ладно? Пик проводил её взглядом. - Хорошо, бабуля, отдыхай! Он потянулся к пульту и щёлкнул на кнопку. Не то, что бы он действительно собирался что-то смотреть. Включить можно было что угодно, всё равно сейчас на всех каналах крутят советскую новогоднюю классику. Так, ему попалась "Кавказская пленница". То, что нужно. Он хотел было взять в руки телефон, как его прервал осторожный голос Зонтика. - Пик? Он бросил на собеседника взгляд. - Да? Тот изучал диванную обивку. - Я знаю, что уже говорил тебе это сегодня, но... Спасибо тебе. Правда. От всей души. Его пальцы начали выводить на коротком ворсе незамысловатые узоры. - Раньше я отмечал только с семьёй. Собирались большим кругом, звали друзей, дарили друг другу подарки. На губах Зонтика появилась слабая улыбка. - И этот праздник в моей памяти всегда был таким. Тёплым, уютным, домашним. Улыбка опала. - А этот Новый год будет моим первым вдали от дома. Его пальцы осторожно сжались. - Думал, что всё, ничего не получится, буду киснуть сам с собой. Съем какой-нибудь противный магазинный салат, позвоню родным, посмотрю салют да и спать лягу. Его лицо смягчилось. - Но нет. Весь день я провёл с тобой и... Я даже не знал, что мне может быть так весело. Он поднял на него взгляд. - Понимаешь? Дом, он, словно бы, и не в сотнях километров от сюда. Он как будто прямо здесь. Родные глаза смотрели тепло. Тепло и искренне. Этот взгляд всколыхнул в нём что-то практически забытое. Что ещё бы чуть-чуть, и точно стало далёкой историей. Но нет. В груди, отчего-то, становится тепло, а на него самого накатывает необъяснимая тоска. Тоска, которую не хочется душить в себе, а хочется разделить. И не просто с кем-то. С Зонтиком. Пик прикрыл глаза, погружаясь в воспоминания. - Этот праздник тоже всегда был для меня особенным. - Обычно родители редко появлялись дома. Папа в командировках, мама в офисе, но в Новый год... - В Новый год всё было по-другому. Губы тронула мягкая улыбка. - Мама как настоящая хозяйка вместе с бабушкой накрывала на стол, мы с папой ездили на рынок за ёлкой, а после мы все вчетвером собирались за одним столом. Ели, смеялись, смотрели "Ивана Васильевича", дарили друг другу подарки. Мы были как одна семья. Улыбка медленно опала. - Но праздники рано или поздно кончались, и единственное, что мне оставалось - вспоминать весь год. И верить, что когда-то всё будет именно так. По-другому. Пик задумчиво почесал шею. - Ты, наверное, заметил, что я не очень во всём этом хорош. В чувствах, в смысле. Он медленно выдохнул. - Но, знаешь? Я думаю, мне тоже стоит сказать тебе спасибо. - С тобой... Он поднял на него взгляд. - С тобой мне тепло. Пик так и сидел, не зная, что говорить и нужно ли это вовсе. Не знал, что думать, что чувствовать. Он просто ждал. Ждал непонятно чего. Наверное, чуда. И чудо случилось. Зонтик медленно протянул к нему свои руки и... Обнял. Когда-то он должен перестать удивляться. Было странно. Очень. Просто невыносимо. Но черт возьми. Он бы соврал, если бы сказал, что хочет отстраниться. Почему-то он знал. Чувствовал, и совершенно без слов, что Зонтик нуждался в этих объятиях. Словно они ему что-то доказывали, словно дарили какое-то облегчение. Но чëтче всего он понимал другую вещь. Эти объятия были нужны ему самому. И снова в голове было удивительно тихо. Были только волосы с мягким запахом шампуня и книг, его руки на знакомой хрупкой спине, обивка дивана, чернота за окном и нежный голос Ведищевой. - "Крутят они стараясь, Вертят земную ось, Чтобы влюбленным раньше Встретиться пришлось, Чтобы однажды утром, Раньше на год иль два Кто-то сказал кому-то Главные слова. А-а-а-а-а-а-а, вертится быстрей Земля. Ла-ла-ла-ла-ла-ла-ла, вертится быстрей Земля... " В одиннадцать они все вместе сели за стол. Вилки стучали по тарелкам, миски с салатами стремительно пустели, Галина Викторовна вынесла горячее. Его тоже быстро не стало. До полуночи оставалось пять минут. Все дружно решили включить новогоднее обращение. Те же слова о том, что всё будет хорошо, те же обещания, что и год, и два, и много лет до этого, но, почему-то, в этот раз всё это не вгоняло в тоску, а вселяло какую-то надежду. Он посмотрел на искреннюю улыбку Зонтика, на тёплую улыбку своей бабушки и, когда часы на Красной площади пробили двенадцать, появилось ощущение, что наступил не только новый год, но и в его жизни, словно, началась новая глава. Безумная, но от этого не менее интересная новая глава.