Домой в такое отвратительное родное место

- Следующий! Вся очередь слегка продвинулась вперед и вновь остановилась. В который раз... Душенька уже давно оставил попытки понять, что именно его заставило лезть сюда именно сейчас. Эта километровая очередь еще тогда, полтора часа назад, казалась огромной. Но почему-то бодрому сознанию Душеньки это не помешало. Помещение освещено было плохо. Одна тусклая, иногда моргавшая, лампа освещала кассу и весь ведущий к ней коридор. Бетонные стены тоже не вызывали доверия. Краска трескалась и осыпалась при прикосновении , а в некоторых местах выглядывали куски арматур. Страшное зрелище. Душенька вновь подхватывает огромную сумку и нехотя делает пару шагов вперед. По его подсчётам, его очередь должна насупить совсем скоро. По крайней мере он на это надеется. И вправду. Перед ним остается всего два человека. Какая-то бабка, очень неприлично обзывавшая девушку на кассе, и молодой парень, стоявший прямо перед ним. В скором времени эта бабка, выдав самое недовольное в мире "до свидания", уходит. Парень перед ним быстро занимает ее место и молча протягивает все требующиеся от него документы. Кассирша смотрит на него недоверчиво. Что-то пишет у себя и, вот сука, еще и вопросы бедному парню задает. Тот отвечает нехотя, односложно и быстро. Похоже ему самому тут стоять не в радость. Хотя, чему тут удивляться? Кому в радость стоять полтора часа в очереди, ради получения одного дурацкого билета. В конечном итоге, кассирша все таки отдает ему все бумаги и протягивает тот самый билет. - Угу, спасибо. До свидания. Быстро распрощавшись юноша скрылся за поворотом. Настала очередь Душеньки. Ну наконец-то. Он быстро вынимает из сумки все необходимое и протягивает девушке. В основном это конечно же документы, подтверждающие личность, а так же пару бумаг от докторов и местной полиции. Та осматривает все быстро. Во всяком случае по ощущениям быстрее, чем у парня до него. Кивает согласно и опять что-то пишет. В конце концов вынимает из под стола золотистый билет с белым бумажным корешком и отдает его вместе со всем остальным. Душенька пару секунд смотрит на него восхищенно, а затем быстро подхватывая все свои вещи уноситься в другой, пустующий коридор. Его минует быстро. И толкая тяжелую железную дверь выбегает на свежий воздух. Ну, как свежий. Свежий он только по сравнению с тем, что было внутри. А так в воздухе витал запах дыма, чего-то горелого и крови. Дорога, уложенная потрескавшейся, каменной плиткой ведет к пирсу, где стоял огромный металлический корабль. В кораблестроении Душенька не разбирался и по этому сказать чего-то особенного не мог. Вместо этого быстро пробежался по мостику и взобрался на палубу. Там протянул билет высокому и крепкому мужчине. Он посмотрел недоверчиво, но вскоре оторвав корешок, улыбнулся и пожелал удачно плавания. Вот она оказалась куда более оживленной, нежели помещение с кассой. Люди ходили самые разные, и занимались самыми разными делами. Несмотря на того, что большинство были счастливы, ну или как минимум довольны, все были до невозможности усталыми. Сразу видно: тот ужасающий душный ад не пощадил никого. Через (к счастью) минут десять раздался оглушительный звонок из громкоговорителя на борту корабля. Многие люди еще не оказавшиеся на нем поспешили это исправить. Еще через 5 минут послышался второй гудок, а за ним и третий. После чего, якорь подняли и корабль отправился в путь.

***

Душенька сидел на краю, свесив ноги и уложив одну руку на импровизированный забор, а второй прижимая к себе свой багаж. Металлическое судно быстро рассекало водную гладь. Где-то внизу, в воде проплывали косяки мелких рыб, в след за которыми гналась другая, больше и явно опаснее. Но вскоре и подобного вида развлечение закончились и отвлекаясь от тупого разглядывания серой воды, парень поднял взгляд на природный пейзаж. На противоположном берегу реки, по которой они плыли, трава уже не росла. Серая, сгоревшая земля. В некоторых местах проглядывали голые каменные куски. Камни или странные пики из под земли - неясно. Душенька вздрагивает, когда в нос снова ударяет запах гари. Чуть морщится, поднося руку к носу. Он чуть поворачивает голову назад и встречает взглядом столб огня. Мда... Картина не впечатляющая. А ведь когда-то, если ему не изменяла память, здесь, на обоих берегах реки, стояла небольшая рыбацкая деревушка. А сейчас даже ни намека на то, что тут жили люди. Но вскоре суша расходится в разные стороны, отправляя корабль в открытый океан. Теперь он сидит и без особого интереса разглядывал длинную, покрывшуюся кровавой коркой, рану на ладони. Где-то вдалеке маячил шторм. Плотный столб дождя пугал даже на таком расстоянии. Хотя навряд ли он успеет дойти до судна. Если он вообще идет в их сторону. - Смотри, смотри! Акула! ТАМ АКУЛА!!! Из размышлений Душеньку вывел восторженный детский крик прямо над ухом. Он машинально повернул голову на источник звука. Им оказался ребенок, лет семи. Невысокий, бледный, с темно-синими волосами и повязкой на одном глазу. Он прыгал, держась за перила и тыкал рукой куда-то в воду. Приглядевшись к куску воды, на который указывал мальчик, Душенька действительно разглядел там огромный темный силуэт. Едва различимый в мутной воде, но все же. - Ты уверен, что это именно акула? Эта могла быть любая крупная рыба. Да и не уверен я, что здесь в принципе водятся акулы. - Обращаясь к ребенку спросил парень. - Водятся! Еще как водятся! Это точно была акула! Точно тебе... Вам говорю! - За протестовал пацан. - Ну ладно, ладно. Как скажешь. - Спорить не стал. Душеньке это все равно показалось бессмысленным. Он просто вновь повернул голову к воде и стал разглядывать вращающийся в воде, предположительно принадлежащий акуле, силуэт. - А почему ты тут сидишь? - Не унимался с расспросами ребенок. - Потому что тут людей нету... Не было, пока ты не пришёл. - Аааааа... - Похоже в его голове что-то случилось и он молча уселся рядом с Душенькой, тоже скидывай ноги вниз. Какое-то время они сидели в тишине. - А можно ещё один вопрос? - Чуть тише обычного поинтересовался мальчик. Душенька нехотя повернул к нему голову и столкнулся с ним взглядом. Его единственный, доступный на рассмотрение глаз был насыщенного красного цвета. И нет, не такого красного, как если бы он перечитал книг в темноте. Сам цвет глаза был таким. Выглядело это жутко-странно. Парень еще пару секунд всматривался в необычную внешность ребенка. - Можно. Только для начала.. Тебя вообще как зовут? - Душенька чуть наклоняет голову набок и с неподдельным любопытством ждет ответа уже на свой вопрос. Мальчик лишь радостно улыбается. - Хайди! Я Хайди! А ты? - Душенька. - Ух ты-ы-ы... - Хайди странно наклоняет голову и всем телом тянется в бок, пока окончательно не лег на холодный металлический пол. - А это вообще имя? - Да. - Да, имя. Душеньке не раз и не два говорили о том, что его имя не похоже на это самое имя от слова совсем. - Аааа, ясно... Красивое имя! Меня так мама в детстве называла! Хи-хи... - Мальчик смеясь перекатывается на спину и разбрасывает руки в стороны. Но затем поднимая одну руку вверх, указывает куда-то в небо и чуть прищурив глаза продолжает. - А знаешь где теперь моя мама? Вооооон там! Чего блин?... У это ребенка точно все в порядке? - Твоя мама... Умерла? Мне... Очень жаль. - Слова подбираются с трудом. Все таки Душенька не привык говорить о таком с детьми. И вообще, вдруг ему сказали что-то в духе того, что его мама стала звездочкой и... - Ага, она умерла. - Уже менее весело ответил Хайди. - Но не стоит переживать! Папа сказал что наш... - Добрый вечер! Прошу прощения, я не помешал? Не успев начать свой монолог Хайди перебил подошедший сзади мужчина. Им оказался молодой парень невысокого (примерно одного с Душенькой) роста. Одет он был в белую, то ли кофту, то ли куртку, перетянутую несколькими ремнями на поясе и запястьях. Но то, что насторожило его больше всего, так это то, что незнакомец странно жмурил глаза. Слепой что-ли? - Нет что вы... - Прекрасно, тогда я присяду. - Парень слегка кивнул и на ощупь найдя перила ухватившись за них сел в позу лотоса между ним и Хайди, и сложил руки на колени. - Надеюсь Хайди вам не сильно помешал? - Хайди? Нет, не особо. Я ... Тоже прошу прощения, но... Он вам кто? - Сын. Приёмный. - Не поворачиваясь ответил мужчина. - Меня кстати Нео зовут. А вы получается Душенька? И впрямь необычное имя. - Ага, спасибо. Нео снова кивнул и чуть наклоняя голову в сторону сына обратился уже к нему. - Хайди, не сиди тут, упадешь. И вообще, иди погуляй что-ли. Ники там вся извелась от скуки. Иди помучай ее. Не одному же мне страдать. Хайди тоже весело кивнул головой и быстро поднявшись, убежал куда-то вглубь корабля. Они остались сидеть вдвоём в тишине. ... - Как вы думаете, почему это все произошло? - Спустя несколько долгих минут молчания наконец подал голос Душенька. Он вновь окинул взглядом то, во что превратился этот мир. Грязно-серая вода, вместо чистой голубой, бледное зеленоватое небо днем и абсолютно черное ночью. Черное ночное небо вообще стало пугать Душеньку с тех пор как оно появилось. После катастрофы с неба таинственным образом исчезли все небесные светила. Ну, кроме солнца само собой. Уже как шесть лет парень не видел ни звезд, ни луны. И по началу это было чем-то на уровне "Паниковать до такой степени, что его сожителю Обсидиану приходилось закрывать все отверстия в доме, зажигать фонарь и отговаривать друга от писания очередного завещания". И страшно тогда было обоим. Только Обси эти изменения перенес лучше. А Душенька без света спать нормально смог, только спустя года так четыре, не меньше. Ученые говорили, что такая сумасшедшая темень по ночам обусловлена выбросами каких-то токсичных веществ в атмосферу, которые в свою очередь были вызваны этой самой катастрофой. А Диамкей говорил проще. Диамкей, как бывший тупой культист считал, что отсутствие звезд на небе это кара божья за то, что люди с доверенной им силой не справились. А Душенька только палец возле виска вертит и спрашивает мол: "Почему себя бывшим культистом считает, если в бога все еще верит?". А он отнекивается и снова что-то Обси про скорую смерть человечества затирает. И Обси, собака, соглашается с ним. Говорит, что один народ уже истребили, такими темпами и до них рано или поздно дойдут. - Потому что они боялись. - Из раздумий парня выводит голос Нео, о котором, если честно он уже и забыть успел. - М? Что прости? - Ты знаешь почему случилась вся эта катастрофа? Весь этот апокалипсис? Потому что правительство в какой-то там стране испугалась одного народа. И твердо вознамерилось его с лица земли стереть. - На этот рассказ Душенька только хмыкает. Он эти бомбы не видел. Потому и говорить за кого-то права не имеет. - И почему ты так считаешь? - Он взгляд на собеседника переводит и лениво чужую внешность рассматривает. - Потому что я там был. - И Нео наконец-то тоже к нему поворачивается и глаза открывает. И Душенька замирает не в силах что-то сказать. Глаза у Нео синие. Даже можно сказать голубые. И такие чистые, будто океан где-то в очень далеком детстве, на поездке на море с родителями. Таких глаз Душенька не видел ни у кого в этом месте. И не потому что считает, что у Нео они самые красивые, нет. Хотя он бы с радостью это сказал. Глаза такие синие есть только у этих тупых культистов, которые на западе раньше проживали, и которые в этом апокалипсисе и были истреблены. - Я лично видел эти бомбы, летящие на нас среди ночи. Видел стены огня и слышал крики невинных людей. Нас спаслось не много, но тем не менее. Я сам смог спасти только одного ребенка. Вытащил его из горящей церкви и приютил у себя. - Ужас... - Только и смог про шептать Душенька. То, что ему сейчас рассказал Нео конечно не отменяет его отношения к этому культу, но слышать о том как гибнет целый народ было поистине ужасно. Только вот, у него остался один вопрос... - Зачем? - А? Что "зачем"? - Зачем нужно было идти на такие жертвы ради геноцида обычных верующих фанатиков? - В своем вопросе Душенька старательно проигнорировал на кое-что намекающий кашель Нео. - Ты сказал, что они боялись, но чего? - Нас. - Как ни в чем не бывало пожал плечами парень и развернувшись всем телом к собеседнику посмотрел куда-то сквозь него. - И того что мы можем. А можем мы поверь многое. - К вам не примкну, даже не пытайся. - Оборвал его восхваления парень и тоже повернувшись на девяносто градусов стал разглядывать одежду Нео, подмечая новые детали. Например под кофтой (если это все таки кофта) удалось разглядеть кучу бинтов. Похоже досталось ему значительно. - Я и не пытаюсь. Нашего, как ты выразился, культа, уже и не существует как такового. Все выжившие пытаются скрываться. Отношения общества к нам ты и сам прекрасно продемонстрировал мне минутой ранее. - Извини. И... Могу ли я узнать куда ты плывешь? Сам же сказал, что отношения к вам сейчас... посредственное. - Этот корабль идет в какой-то маленький портовый город, чье название я никогда не запомню. У меня там друг живет. Заквиель - механик, может слышал. Он там вроде личность не без известная. - Заквиель? Зак? Который еще с нами в дар верил и в Тенях был? Знаем знаем такого. - Согласно закивал Душенька. - Тени? - А, ну мы там впятером: я, Зак и еще три моих знакомых, мы там в дар и силы некие поверили. И в общем Тенями стали называться. Пытались людям всякий бред внушить. Но нас потом Дровосеки - местная, можно сказать полиция, переубедили. Разговаривали они долго. У обоих оказалось много общих знакомых и общих тем для разговоров. Пару раз их прерывал прибегающий от скуки Хайди, и один раз подруга Нео, которую как и предполагал Душенька, зовут Ники. С ней разговор не сложился. Когда узнала, что обсуждали культ, сказала, что вера у них слепая, и потому глаза их отличаются от всех остальных. Нео с ней конечно не согласился, но та припомнила Диамкея, которого за уход из культа заставили глаза себе ножом выколоть. Сказать, что Душенька был в шоке это нечего не сказать. В итоге день довольно быстро перетек в вечер, а вечер в ночь. Нео ушел искать ребенка и готовить тому место для сна. Пожелал доброй ночи и удалился с криками "ХАЙДИ, ХИЩНАЯ ТЫ СЕЛЕДКА, ТЫ КУДА ДЕЛСЯ, ТОЛЬКО ЧТО ВЕДЬ ТУТ БЫЛ????".

***

Оглушающий звон из громкоговорителей корабля раздался по ощущениям в пять утра. Он заставлял лениво открыть глаза и вместо бесконечного грязного тумана разглядеть еще мутным взглядом на горизонте землю. Причал портового города в который они и плыли, если быть точнее. Душенька нехотя принял сидячее положение и в попытке размять шею, крутя во все стороны голову, невольно задумался о том, что в качестве подушки, стоило все таки использовать собственный свитер, а не набитую багажом сумку. Из-за того, что изначально корабль предназначался для перевозки груза, а не пассажиров, в нем отсутствовали каюты. Большинство людей спали прямо на верхней палубе, подложив под головы все, что хоть отдаленно напоминало обычные подушки. Душенька был не исключением. Исключением можно было считать разве что штурмана, которому спать, по всей видимости, нельзя в принципе. Мысленно посочувствовав экипажу корабля парень неспеша стал перебираться через еще спящих пассажиров к месту, где при стыковке с причалом опустят мостик.

***

Душенька старательно ( и на сколько это возможно ) быстро спускался по мостику и не глядя себе под ноги бежал к каменной набережной, на которой, не смотря на раннее утро, скопилось достаточно народу. Нужный силуэт нашелся сам собой. - ОБСИИИИИ!!! - Душенька налетает на названного, чуть не сбивая с ног и заключает в крепкие объятия. Обсидиан не сопротивляется. Тоже обнимает. Три месяца не виделись все таки. - Да-да, привет родной. Они смеются и Обси наконец отпускает Душеньку. Тот с не поддельным интересом разглядывает первого. В принципе нечего сверхъестественного: чуть-чуть вырос, новая потертость на балаклаве и едва заметные, выглядывающие из под неё чёрные волосы. Волосы настолько отросли, что прятать их уже не получается? Но спросить это он не успевает. Его настойчиво через толпу тянут. В сторону города. В городе, как и свойственно любому городу в пять утра, стояла мёртвая тишина, прерывается лишь глухими звуками шагов и голосами их обладателей. Душенька рассказывает очень эмоционально. Обо всем, что с ним за эти три месяца произошло. Не забывает упомянуть неимоверно длинную очередь на кассе, где Душенька и купил билет на корабль, отвратительность сумки в качестве подушки и грязные пейзажи во время плавания. Пропускает только свой разговор на тему веры с Нео. В их мире за религию говорить в принципе было запрещено, а тут, с возомнившими невесть что дровосеками, это можно было смело считать смертным приговором. Квартира их встречает запахом сырости и плесени,холодным, иногда подрагивающим светом разбитой лампы и разорванным и заново сшитым ковром у дивана. Все было таким отвратительным, но таким родным. Душенька сумку кидает бесцеремонно на пол и сам ложится на этот дурацкий ковер. Вздыхает запах пыли и уюта. Комбинация идеальная, нечего не скажешь. Обсидиан тоже ложится куда-то рядом. Парень этим пользуется. Руки и ноги на него складывает, а тот и не против. Обси Душеньку обнимает и целует куда-то в макушку. Так они и лежат. Душенька на корабле отоспался, у него сна не в одом глазу. А вот Обси по ощущениям засыпает. И парень уже думает о том, как не разбудив его выбраться из объятий, пока тот сам, первым не встает. От пыли с ковра и уличной одежды отряхивается и в сторону, вроде как кухни идет. - Пойдем я тебе чаю заварю. По рассказам ты там умер раз пять по пути. Я еще и пирог приготовил. М? Идёшь? Душенька вслед за ним встает и нехотя так по пыльному полу плетется. - Не хочу я твои пироги! Ты по ощущениям в них какие-то наркотики добавляешь! Я же говорил что едой, в этом доме, занимаюсь я!