Ты-все что мне нужно

Падая,Симоненко сильно ударилась головой о край стола. Мысли метались в голове, оглушенной ударом, падением, криком Кати. Поезд стоял, и снаружи были слышны крики. Плохо соображая, что происходит,Полина начала подниматься с пола вагона-ресторана. Она видела, как Лапин схватил сына, помогая подняться, как мужчины бросились к противоположному выходу.Игорь оказался рядом, он, лежа на полу, стискивал обеими руками пистолет. Выстрелы ударили так, как будто что-то взорвалось в голове Симоненко. Придя немного в себя, она вспомнила, что Соколовский все же поднялся и, поспешила за киллером. Сколько прошло времени, как давно он ушел.Что вообще происходит? И почему-то слова Кати о железнодорожном переезде и резкой остановке их поезда в голове Симоненко связались воедино.  Она поднялась на ноги и, держась ладонью за ушибленный лоб,пошла в тамбур. Дверь оказалась открытой. Спрыгнув на насыпь,Полина посмотрел по сторонам. Справа виднелся переезд, там стояли машины, толпились люди. И еще оттуда поднимались клубы дыма. Она протискивалась через толпу туда, где на путях перед локомотивом полыхал черный остов автомашины. Где-то на уровне подсознания она улавливала слова людей, которые толпились вокрут. Люди поливали машину из огнетушителей, но сбить пламя не удавалось. Завыла сирена приближавшейся пожарной машины.Симоненко все же протолкался в первые ряды, споткнулась и упала на колени.  К переезду подлетела машина Пряникова. И почти следом приехал Аверьянов с Игнатьевым. Игнатьев, кажется, не видя никого, оттолкнул в сторону Жеку, потом Пряникова и пошел на негнущихся ногах к горевшей машине. Там пожарные уж заливали пеной то, что осталось от такси. Симоненко как будто кто-то толкнул. Она вдруг повернула голову в сторону и увидел Катю.Девушка стояла в стороне людей и безумными глазами смотрела на машину.Когда она увидела Полину и кинулась к ней.Симоненко схватила девушку и стиснула ее в своих объятиях. И Катя начала плакать, она рвалась и рыдала как в детстве,не помня и не соображая ничего, билась в истерике в руках Симоненко, а она держала ее, с трудом держала и пыталась шептать успокаивающие слова.                            ******* Уже совсем стемнело.Полина сидела рядом с Катей и держала ее за руку. Девушка уснула, но спала очень нервно, вздрагивала во сне. Она пробыла вместе с Игнатьевым весь день в больнице.Ей самой бы не помешало поспать или хотя бы уехать домой. Игнатьев сидел у стены в глубоком кресле с открытыми глазами. Взгляд у него был пустой, это можно было разглядеть даже в полумраке палаты. Тихо приоткрылась дверь, и на пороге появился Соколовский. Игнатьев подошел к кровати дочери, взял ее руку в свои ладони и шепнул Полине: - Иди. Полина стояла у окна, глядя на ночной город, который тихо дремал под покровом темноты. В голове крутились мысли о произошедшем, о том, как быстро жизнь может измениться. Она чувствовала, как горечь и страх сжимают её сердце. Вдруг её внимание привлекло движение рядом. Игорь подошёл ближе, его взгляд был полон заботы. — Полина, — тихо произнёс он, — ты в порядке? Она повернулась к нему, и в этот момент все её эмоции вырвались наружу. Полина не могла больше сдерживаться. Слёзы катились по её щекам, и она бросилась к Игорю, обняв его крепко. Он удивлённо замер на мгновение, но затем обнял её в ответ, прижимая к себе. — Прости меня, — сквозь всхлипывания произнесла она. Игорь не спешил отстраняться. Он просто держал её в объятиях, позволяя ей излить свои чувства.  — Ты не должна извиняться, — сказал он тихо. —Из-за меня могла умереть и Катя,—тихо ответила Полина,утыкаясь в плечо Соколовскому. Игорь осторожно провёл рукой по волосам Полины, стараясь успокоить её. Его прикосновение было мягким и нежным, словно он хотел показать, что она не одна в этом ужасном испытании. — Полина, — тихо произнёс он, — ты не можешь винить себя.Мы не могли этого предугадать. Полина прижалась к нему ещё крепче, чувствуя, как его тепло проникает в её сердце. Её слёзы продолжали катиться, но теперь они были не только от горечи, но и от благодарности за то, что Игорь был рядом. — Я просто так боюсь, — призналась она, поднимая голову и встречая его взгляд. — Я не знаю, что будет дальше. Если с Катей что-то случится... Игорь наклонился ближе и обнял её ещё крепче, словно хотел защитить её от всего мира. Его рука продолжала нежно гладить её волосы, а голос звучал уверенно и спокойно. —А Катя как сейчас? —Ты видел она спит,—сказала Симоненко ,подняв голову с плеча Соколовского.—Ей вкалывали успокоительные.. —Я бы хотел знать не только это, — глядя девушке в глаза, ответил Игорь. —Зачем? —Симоненко вздохнула и отвела глаза. — Ты ведь не умеешь принимать ситуацию такой, какая она есть. —Ситуация такая, какой мы ее делаем, — упрямо ответил Игорь. — Сколько тебе нужно денег? — Лучше поговорим, как дальше искать компромат на Фишера... — Сколько? - решительно перебил ее Игорь. — Около семидесяти тысяч. Долларов. —Я найду, — спокойно ответил Соколовский и отпустил девушку из своих объятий. — Игорь, давай без глупостей? — покачала Полина головой. — Ты можешь хотя бы раз в жизни просто разрешить себе помочь? — спросил Соколовский. И дождавшись, пока Полина кивнет, добавил. — Значит, договорились.                                ****** Тело висело на кране, чуть покачиваясь от ветерка. Зрелище было не из приятных, и участковый, как только приехал, сразу распорядился увести жену повешенного. Рабочие толпились вокруг. Работу никто не начинал, и на строительной площадке стояла непривычная для утра тишина. — Кто этот человек и как все произошло? - спросила Симоненко участкового. — Алексей Авдеев его зовут. Юрист, работает в обществе защиты прав потребителей. Живет в доме напротив, — участковый повернулся и показал на девятиэтажку неподалеку. — Как это все произошло, установить пока не удалось.Сторожа ночью не было на площадке. Жена увидела тело первой. Сами понимаете, в каком она сейчас состоянии. — Деваться некуда, — пожала Симоненко плечами. —Нам нужно допросить жену. Она сейчас главный и единственный свидетель. — Опускайте тело, — распорядилась Родионова. —Илья, займитесь. А мы допросим вдову. Марина Авдеева сидела у подъезда своего дома на лавочке. Рядом с ней понуро сидели трое мужчин. Один из них поддерживал вдову под локоть и говорил ей что-то успокаивающее. Допрашивать женщину начала Родионова. В состоянии такого горя беседа с посторонней женщиной все равно проходит доверительнее и мягче, чем с посторонним мужчиной. Марина начала отвечать, периодически прижимая к глазам платок и качая головой, как будто не могла поверить в то, что мужа больше нет, что она теперь одна. Вика продолжала расспрашивать, успокаивать, но снова и снова задавать вопросы. — Легли, как обычно, в одиннадцать. Я сразу уснула...Думала, он тоже... —У вашего мужа были враги? Женщина всхлипнула и покачала головой. Вместо нее ответил один из мужчин, который поддерживал вдову за локоть. —Мы все тут: я, Степа, Юра, ну и Леха, мы вчетвером инициативная группа. Против этой застройки. — А что с ней не так? - сразу спросил Соколовский. — Да все, — возмущенно стал говорить мужчина. - Во дворе должны были детский сад построить, потом об этом «забыли», и давай эту махину городить. А почва плывет, того гляди дома вокруг поедут, а им все равно. — А районные власти все одобрили? У застройщика есть разрешение на строительство? — Есть, только я гарантирую, что сто процентов дали взятку в администрацию. Так и Леша думал. — А у вас есть хоть что-то, что подтверждало бы дачу взяток? - спросила Вика. — Или вам это просто кажется? — Если бы! — мужчина махнул рукой. — Нам бы уже все претензии удовлетворили. — Леша... Он пытался их поймать на взятке, - заговорила снова Марина. - Но не получилось. Зачем он только туда пошел! —Скажите, — спросила Симоненко. — Муж часто скрывал от вас свои планы? — Никогда! И я всегда знала, куда он идет. — И все-таки чисто гипотетически, — Полина сделала извиняющееся лицо и прижала к груди руку. — Он мог вас обманывать? Возможность у него такая была? Вы же не следили за ним 24 часа в сутки. Звонки, смс не проверяли. Повисла неловкая пауза. Родионова укоризненно глянула на Полину, но промолчала. Её вопрос был правильным, хотя и не совсем корректно сформулирован. Слишком прямолинейно для женщины, которая меньше суток назад овдовела. Симоненко игнорировала взгляд Родионовой и спокойно ждала ответа. Вместо женщины ответил один из друзей. —Леша никогда и никого не обманывал. Это был самый честный человек, которого я знал. И он всегда хотел одного — справедливости. Закончив осматривать труп, Илья стал обходить территорию. Он то приседал и рассматривал землю, то смотрел куда-то вдаль, оглядывался назад, то снова начинал ходить кругами. За этим занятием его и застал мужчина, который вышел из въехавшей на стройплощадку иномарки. Крепкий, коренастый, с властным взглядом, он недовольно посмотрел на эксперта, на своих рабочих и задал вопрос в пространство, ни к кому конкретно не обращаясь: — Здравствуйте. А в чем дело, почему моим людям не дают работать? — Вашим? — сразу заинтересовалась Симоненко и посмотрела на номер автомашины, на которой приехал муж-чина. — А вы, собственно, кто? — Родион Федоров, — ответил мужчина таким тоном, как будто ждал, что все от неожиданности ахнут. Но никто не ахнул, а Вика и эксперт даже не обернулись. — Работу временно приостановили, — стала объяснять Полина, - потому что проводятся оперативно-следственные мероприятия. У вас тут совершено преступление.Не слышали? — Я слышал, повесился кто-то, — небрежно бросил Федоров. — Это трагедия. Но не преступление. Соколовский резко повернулся и подошел к Федорову. — Зато цинизм - преступление, — с неприязнью глядя в глаза предпринимателю, ответил он. — По новому УК за цинизм сажают. Или по морде бьют. Что выберите? Федоров от неожиданности уставился на полицейского,не найдя что ответить. В разговор вмешался Илья: —Вообще-то, это убийство, - задумчиво произнес эксперт. — По крайней мере, основания так полагать имеются. Смерть предположительно наступила в результате перелома основания черепа. Удар тупым предметом, скорее всего, вот этим. Эксперт покрутил в руках обрезок железной трубы, на котором в обилии виднелись следы черного порошка, с помощью которого он снимал отпечатки пальцев. — Место преступления вон там, на первом этаже строящегося здания.Прошу за мной. Когда все вместе с Ильей вошли в здание, то первое, что бросилось в глаза, были следы крови на полу у окна и на стене. — Вот здесь все и произошло, — сказал эксперт. —Судя по направлению брызг крови, по расположению пятен на полу, я могу предположить, что жертва сидела вот здесь.А убийца ударил его со спины по затылку. Первым ударом он только оглушил Авдеева. И когда тот упал, убийца нанес еще несколько добивающих ударов. — Как Авдеев мог не заметить убийцу? — с сомнением спросила Родионова. - Справедливый вопрос, - согласился Илья. — Он не мог не заметить. Значит, знал того, кто с ним был в поме-щении, и не опасался этого человека. А самое главное, что Авдеев, в момент нанесения ему первого удара, смотрел в другую сторону. —Да? Поясните? — с интересом попросила Симоненко. — Судя по характеру травмы, в момент первого жертва сидела вот так, — Илья присел под окном и о голову, уткнувшись взглядом себе в колени. — Вот и не заметил. Родионова посмотрела на Федорова, который с сомнением смотрел и слушал эксперта. — Господин Федоров, - спросила она. — Как прокомментируете, что покойный подал на вашу стройку И обвинял вас в даче взяток? —Вот это вопрос, - ухмыльнулся предприниматель. — А мне в этом какая выгода? Вы вон приехали, работа встала! Соколовский слушал перепалку, а сам смотрел на большой деревянный ящик, который стоял на боку днищем вперед. И в днище была проделана небольшая дырка, которая была направлена, судя по предложенной схеме Ильи, как раз на место преступления. Странный ящик. Когда полицейские вышли из здания, их снаружи поджидали те самые трое мужчин, которые недавно сидели с вдовой и успокаи-вали ее. Виктор, Степан и Юра. —Можно вас на минуту, - заговорил первым Виктор. — Мы вам не все сказали, не хотели при Марине го-ворить. Разговор один у нас был с Димой, сыном застройщика. После того как мы подали в суд, он к нам приезжал ругаться. И кроме всего прочего, он Леше тогда сказал, что если тот не отзовет иск, он его на этом кране повесит. —Именно эти слова использовал? — спросила Симоненко. — В том-то и дело, — хмуро подтвердил Степан.                              ******* Дмитрия Федорова взяли в аэропорту в тот момент, когда он пытался купить билет на Рим. Вел он себя дерзко, вызывающе, но сопротивления не оказывал. В отделе, когда его привезли на допрос к Родионовой, он с язвительной улыбкой сел на предложенный стул и закинул ногу на ногу. — Почему вы пытались покинуть страну? - спросила Вика, рассматривая документы Федорова-младшего. — Не покинуть! Что значит — покинуть? — Федоров пожал плечами. — Я просто решил слетать в Рим.Люблю, знаете ли, путешествовать. —Постоянное место работы есть? — поинтересовалась Полина. — Конечно, есть. У отца на стройке. Вы моего отца знаете? — с этими словами Дмитрий многозначительно посмотрел на Симоненко. — В офисе сижу, — демонстративно зевнув, как от скуки, произнес Федоров. — Общаюсь с клиентами. —По ночам? На выезде? — Чего? — нахмурился молодой человек. - Ничего, — вмешалась снова Симоненко. — Где вы были прошедшей ночью? — Дома, — недовольно буркнул Дмитрий. — И кто это может подтвердить? Федоров неопределенно повел плечом и промолчал, разглядывая ногти на руках. Соколовский подвинул стул и сел прямо перед задержанным. — Мы нашли сторожа с вашей стройки. Вчера вечером ваш отец его отпустил, а сторож не ушел. Он там ночами квасил. И когда ты в два часа ночи приехал, то он испугался и спрятался. — А вы остались, — продолжила Симоненко. -Встретились с Авдеевым. И привели в исполнение свою угрозу. — «Не отзовешь иск — я тебя на этом кране повешу», — процитировал Соколовский, взяв в руки бланк допроса свидетеля. — Да не так все было! - наконец заволновался и начал оправдываться Федоров. — Что вы мне угрозы лепите? Еще скажете, что я этого Авдеева убил. У нас с этими инициативными товарищами суд. Вы в курсе? — Естественно, — кивнул Соколовский.— Дальше! — Мы с отцом решили, что вопрос надо решать. С Авдеевым решать, потому что он у них типа главный. Сторожа отпустили, это тоже верно. Потому что я Авдееву взятку привез. Сто штук долларов! Понятно? Чтобы рот ему зат-кнуть, вашему инициативному и принципиальному. — Где передал деньги? — Там же, на стройке. Там комнатка, на первом этаже. — Именно там убили Авдеева, — развела руками Родионова. — И никаких денег не было. — Клянусь, я деньги привез! — начал настаивать Дмитрий. — Вы отца спросите! — Мы спросим, — пообещала Родионова и стала зачитывать из акта экспертизы. — «...В момент нанесения первого удара жертва сидела. Внимание жертвы было от-влечено чем-то, расположенным на ее коленях...» Дочитав, она положила Акт перед задержанным и ткну-ла пальцем в то место, которое ему зачитала. Соколовский наклонился и похлопал Федорова по плечу. — 100 тысяч долларов. Устоять сложно. Да, Дима?                             ******** Полина стояла у стола, глядя на мутную воду в стакане. В голове всё ещё крутились мысли о Кате, о том, как они вместе смеялись, делились секретами и строили планы на будущее. Теперь же эти воспоминания лишь усиливали её чувство вины и безысходности. Она не могла избавиться от мысли, что если бы она поступила иначе, возможно, всё было бы по-другому. Сделав глубокий вдох, Полина налила в стакан холодную воду и бросила в неё две таблетки. Успокоительное медленно растворилось, а другая таблетка, предназначенная для поддержания уровня сахара, начала шипеть, словно протестуя против её состояния. Полина наблюдала за этим процессом, словно заворожённая, и в её глазах отразилась подавленность. Она выпила содержимое стакана залпом, ощущая, как прохладная жидкость скользит по горлу. Вода не могла смыть её тревоги, но хотя бы на мгновение отвлекла от мрачных мыслей.Симоненко вернулась к своему столу, устало опускаясь на стул. Она включила настольную лампу, и мягкий свет окутал её, создавая уютную атмосферу в пустом кабинете. Девушка посмотрела на чистый лист бумаги перед собой и сразу вспомнила о протоколе. Но как только она взяла в руки ручку и попыталась сделать первый штрих, она поняла, что чернила не идут. Полина потёрла кончик ручки о бумагу, но ничего не изменилось. Разочарование охватило её. С раздражением она бросила ручку на стол и достала из ящика старый карандаш. Он был немного потёртым и с заострённым концом. Полина попыталась начать писать снова, но как только карандаш коснулся бумаги, он сломался, оставив лишь короткий обломок. Грифель выскочил и покатился по столу, словно символизируя её сломленные надежды. В этот момент Полина не выдержала. Слёзы потекли по её щекам, и она почувствовала, как тяжесть на душе становится невыносимой. Она схватила голову руками и зарыдала. Все её мысли о Кате, о том, как она могла помочь, о том, что не смогла предотвратить беду — всё это обрушилось на неё с новой силой. Полина сидела одна в кабинете, окружённая тишиной и темнотой, и чувствовала себя потерянной. Она понимала, что нужно найти способ справиться с этим грузом, но сейчас ей казалось, что выхода нет. Дошло до того,что Симоненко вспомнила как они впервые познакомились ос Стасом и Игорем.От этого ей стала еще хуже. Полина, все еще учащаяся на последнем курсе Академии ФСБ, пришла в клуб развлечься. Она сидела за барной стойкой, потягивая свой ярко-голубой коктейль, и наслаждалась легким трансом от басов, проникающих сквозь пол. Сегодня ей хотелось просто раствориться в шуме и огнях, отложив в сторону мысли о тактике и анализе. Она была одета в стильное черное платье, а её длинные волосы свободно спадали на плечи. Полина выглядела уверенно и привлекала взгляды окружающих. Чуть дальше, за массивным столом, сидели Стас и Игорь. Игорь, как всегда, небрежно элегантен, потягивал виски, свысока наблюдая за клубной суетой. Стас же, неугомонный и хохочущий, рассказывал что-то взахлеб, жестикулируя так, что его бокал чуть не перевернулся. Внезапно взгляд Игоря, скользнувший по толпе, задержался. У барной стойки, в ореоле света, сидела девушка. Что-то в ее позе, в том, как она держала бокал, в едва уловимом выражении ее лица привлекло его внимание. Не кричащая красота, а какая-то внутренняя стать. Он чуть замедлил дыхание, сосредоточившись на ней. Стас, который в этот момент готовился к кульминации своей истории, вдруг запнулся. Игорь, обычно активно реагирующий на его байки, молчал и не двигался, его глаза были прикованы к одной точке. — Эй, Игорян, ты чего? — Стас щелкнул пальцами перед его лицом. — Земля вызывает Игоря! Мой анекдот что, настолько плох, что ты впал в кому? Игорь лениво повернул голову, но взгляд его тут же снова вернулся к бару. — Ты что-то говорил? — совершенно равнодушно спросил он. Стас, уловив этот отстраненный тон и непроницаемое выражение лица друга, медленно проследил за его взглядом. Его глаза наткнулись на Полину. — Ух ты! — выдохнул Стас. — Я смотрю, твои радары на полную мощность работают! Это что за эксклюзивный экземпляр? И почему ты молчишь, как партизан? Игорь пожал плечами, не отрывая взгляда. — Потому что красота требует созерцания, а не пустых разговоров. К тому же, я только что решил, что ей, похоже, скучновато. — Скучновато? Да она там сидит, как королева на троне! — Стас уже схватил бокал. — Ну что, идем спасать принцессу? А то я чувствую, что она вот-вот сбежит от твоих гипнотических взглядов. Игорь усмехнулся. — Ну, почему бы и нет. В конце концов, мне уже неинтересно смотреть издалека. Они подошли к бару. Игорь занял место рядом с Полиной, Стас встал чуть позади. — Прекрасный вечер, не находишь? — начал Игорь, его голос был бархатным, но не слишком настойчивым. — И этот коктейль, кажется, слишком хорош, чтобы пить его в одиночестве. Полина медленно повернулась, прищурив глаза, словно оценивая новую угрозу. Ее взгляд скользнул по Игорю, затем по Стасу, который улыбался во весь рот. — Вечер неплох, — спокойно ответила она, ее голос был низким и с легкой хрипотцой. — Но коктейль прекрасен настолько, что любая компания может испортить впечатление. Стас тут же включился: — Ну, если ты о нас, то мы гарантируем, что можем только улучшить! Меня зовут Стас, а это мой молчаливый друг и ценитель прекрасного, Игорь. — Полина, — представилась она, чуть кивнув. — Что же, приятно познакомиться с потенциальными разрушителями коктейльной гармонии. Игорь улыбнулся: — Не беспокойся, мы скорее ценители. Полина, а что приводит такую… загадочную девушку в такой шумный клуб в середине недели? Учишься, работаешь? Полина задумчиво повертела бокал. — Ох, я сейчас прохожу очень специфическое обучение, — сказала она с лукавой улыбкой. — Мы там учимся… быть очень внимательными. Замечать детали. Разбираться в людях, их мотивах, и тому, как они себя выдают. Иногда даже пытаемся предсказывать их следующие шаги. Стас присвистнул: — Ух ты! Звучит интригующе. Ты что, будущий психолог? Или детектив? — Что-то вроде того! Иногда, когда люди много говорят, они сами того не зная, раскрывают все карты.—Полина рассмеялась, прикрыв рот рукой.— А иногда, когда они молчат, это еще интереснее. Но это очень сложная наука. А вы, господа, кем работаете? Неужто тоже на секретной службе, где нужно много внимания и… предсказаний? Стас первым опомнился от смеха Полины. — Секретная служба? — он театрально приложил руку к сердцу. — Ну, почти! Моя секретная служба — это служба по спасению скучающих душ в этом клубе! А если серьезно, я занимаюсь… всем понемногу. А так особо ничем. Он подмигнул ей, а затем толкнул Игоря локтем. — А Игорь у нас, — Стас понизил голос до заговорщицкого шепота, —…самый таинственный из нас. Игорь слегка улыбнулся, его взгляд снова задержался на Полине. — Стас преувеличивает, как всегда, — сказал он, его голос был спокойным и уверенным. — Я просто не вижу смысла сейчас работать,когда все и так есть. Но должен признать, твоя "специфическая наука" звучит гораздо более захватывающе, чем отчеты и биржевые котировки. Так что же это за наука, Полина? И почему приходится быть такой… внимательной? Полина чуть откинула голову, ее глаза искрились в неоновом свете. Она отпила последний глоток коктейля и поставила бокал на стойку. — Ах, отчеты и котировки, — протянула она, игриво покачав головой. — Звучит… серьезно. А моя наука… она про жизнь. Про безопасность. Представьте, что вы должны предвидеть каждый шаг человека, который может представлять угрозу. Распознавать ложь по малейшей мимике, по интонации голоса. Понимать, что скрывается за красивыми словами и напускной беззаботностью. Это не всегда весело, но всегда держит в тонусе. И да, требует невероятной внимательности к деталям. Например, к тому, как человек держит свой бокал, или как часто он смотрит на часы. Или, что еще интереснее, как он реагирует, когда его спрашивают о чем-то личном. Она перевела взгляд с Игоря на Стаса, а затем снова на Игоря, задерживаясь на нем чуть дольше, чем на его друге. В ее глазах читался вызов. — Вот ты, Игорь, — продолжила она, ее голос стал чуть тише, но не потерял своей силы, — ты говорили, что тебе скучно смотреть издалека. А что тебе интересно разглядеть вблизи? И что такого привлекательного в этом клубе, кроме скучающих девушек? Игорь не моргнул. Он привык к вниманию и провокациям, но в словах Полины чувствовалась некая глубина, которой обычно не встречалось в клубных знакомствах. — Вблизи, Полина, — ответил он, медленно приближаясь к ней чуть ближе, так что Стасу пришлось немного отойти, — мне интересно разглядеть то, что обычно скрыто.Твои слова, например. Они звучат… необычно для этого места. И вы сами. В тебе есть что-то, что выгодно отличает вас от большинства. Некий вызов, некая искра. А что касается этого клуба… сегодня, кажется, он привлек меня вашей компанией. И, возможно, вашей «наукой». Он сделал паузу, его взгляд был прямым и проницательным. — И ты права, скучающие девушки меня интересуют не особо. Мне интересны те, кто сам способен заинтересовать. Но, если мы говорим о внимательности… я тоже умею быть внимательным. И, возможно, даже читать по глазам то, что вы не хотите озвучивать. Полина лишь усмехнулась, не отводя взгляда. — Какая смелая заявка, мистер инвестиции. Значит, вы не только империи строите, но и в людских душах разбираетесь? Что ж, тем интереснее. Мне всегда нравились люди, которые верят в свои способности. Но поверьте, моя "наука" учит не только читать, но и… очень хорошо скрывать. Так что, возможно, вы не увидите ничего, кроме того, что я захочу вам показать. И ведь тогда никто даже не мог даже представить,что их ждет дальше.                                ******* Соколовский ехал к себе домой в подавленном настроении.Все в один день навалилось,но он держался.Пока он ехал,думал написать Полине,узнать как она.Но пока шел по коридору в свою квартиру,решил что уже поздно и она наверняка спит. Как только Игорь зашел в квартиру,то обратил внимание на то,что в его кресле вальяжно расположилась Симоненко.Он вопросительно взглянул на нее,когда та посмотрела на него. —Полина,если мы играем в гляделки,—со скрытой насмешкой произнес он.—Будем считать что ты выиграла. —Клоун,—закатив глаза,с пьяной ноткой ответила Симоненко. Девушка,немного пошатнувшись,подошла к Соколовскому.Она осмотрела его снизу вверх и хмыкнула.Тяжело было не заметить расширенный зрачки и красные глаза у Полины.Как только Игорь хотел задать вопрос,Полина притянула его за плечи,обняла и положила голову ему на плечо. Симоненко отстранилась от него и прошла чуть дальше,сказав Соколовскогому что бы тот не стеснялся.Игорь на это лишь усмехнулся,подошел к полке на которой стоял алкоголь и достал два стакана.А Полина продолжала говорить про то ,кем бы мог быть Соколовский. —У тебя бы вообще все одинаково хорошо получалось,—она продолжала свои мысли.—Потому что ты талантливый ,сука.. Ухмылка Игоря расползлась еще больше,и кивнул головой ей. —Зачем тебе все это надо?—спросила Полина подойдя ближе к столу.—Какого хрена ты торчишь в отделе?Это же для тебя все не настоящее. —А ты зачем тогда торчишь?—неожиданно поинтересовался Игорь. —Я?—удивленно проговорила девушка,после чего щелкнула пальцами.—У меня призвание быть в органах. —Я же правильно делю,что не предлагаю тебе выпить,—перевел тему Соколовский,указав на второй стакан. Симоненко покачала головой ,а затем посмотрела на него.Когда Игорь потянулся за ее бокалом,она перехватила его и поставила в сторону: —Не надо,—резко ответила Полина,—я нудная.Могу только одно -работать с головой.. И переживать за близких мне людей. —Это уже два дела одновременно,—отпивая виски,передразнил он. —Не перебивай,—серьезно сказала Полина.—Я люблю Катю,переживаю за нее как за подругу.. Следом за этими словами она пошла к стене на которой весели фотографии,связаннные с местью. —Ладно ты меня в это втянул,—негромко произнесла девушка и взяла фотографию подруги,—но зачем ты ее в это втянул? —А может быть не я ее втянул,а она сама?—громче сказал Соколовский.—Ты думаешь только ты о ней можешь заботиться? —Да ты ей вообще никто!—раздраженно повысила голос Симоненко.—Для тебя самое главное это твоя месть!Ты всех в это готов втянуть! Игорь оставил свой недопитый бокал и подошел ближе. —Дело не в мести,дело в справедливости. —Был сегодня один борец за справедливость,так его повесили на кране! —Это надо еще доказать зачем он туда пошел,—более спокойным тоном произнес Игорь. —Ты веришь что он не мог взять деньги? —Тогда почему такой честный человек решил взять взятку? Симоненко как будто сразу протрезвела от этих слов и двинулась в сторону ванной.Соколовский сел обратно за стол и снова наполнил свой стакан.Девушка вернулась и села напротив него. —С какой целью Авдееву могли понадобиться деньги?—спросила она. —Говорили что он пытается поймать застройщиков на взятке. —Допустим,он этого и хотел,—кивнула Полина,—значит должен был быть еще свидетель дачи взятки.Вопрос,кто взял деньги? —Для следственного эксперимента не поздно?                              ****** Федоров-старший стоял возле ворої, засунув руки в карманы, и с волнением смотрел на приближающийся полицейский «уазик», в котором должны были привезти его сына. Наконец он увидел Дмитрия, которого в наручниках вывели из машины. Парень выглядел растерянным, но держался хорошо. — Гражданин Романов, — обратилась к Дмитрию Симоненко. — Показывайте, где вы встречались с Алексеем Авдеевым. Соколовский подошел с камерой в руках к Юре, который беспокойно крутил головой и поглядывал на ворота,возле которых толпились рабочие. Сославшись на то, что не приехал человек, который должен был снимать видео, он попросил сделать это Юрия. Тот попытался отнекиваться, но Игорь стал настаивать помочь полиции. В конце кон-цов, парень согласился. Он взял камеру и стал снимать Федорова-младшего и задающую ему вопросы Симоненко. Дмитрий покрутился на площадке возле машины и показал в сторону. — Встретились тут. — Что вы привезли с собой? —Сто тысяч долларов, — ответил Дмитрий и уточнил, — в рюкзаке. Черном. — Вы договорились об этой встрече по телефону? — Нет. Лично. Авдеев просил не звонить ему и не писать СМС. Сразу обо всем договорились. —Он объяснил, с чем связана такая секретность? — спросил Соколовский. — Ну, да, — кивнул Дмитрий. — Типа он не хотел тревожить жену, и все такое. — Хорошо, — продолжала вести следственный эксперимент Симоненко. — Вы встретились здесь, во дворе, а дальше что было? — Авдеев сказал, деньги возьмет там, — Федоров показал в сторону строящегося здания. — Сказал, что там удобней. И мы пошли на первый этаж. — Пошли. Покажете, как там все было. — Соколовский шел последним. Он видел, как у входа в здание на неприметном порожке снова, как и вчера, споткнулся Дмитрий Федоров, чертыхнулся, зацепившись носком ботинка, Симоненко. Не споткнулся только Юрий, который к тому же держал камеру у лица и смотрел преимущественно в нее. —Дмитрий, вы рассказывайте, рассказывайте, как дальше было, — велела Полина. —Отошли вон туда, - Федоров показал на участок ближе к окну. — Авдеев первым шел, я за ним. Он остановился, и я отдал ему рюкзак. — Авдеев пересчитывал деньги? — спросил Соколовский, не выпуская Юрия с камерой из поля зрения. —Нет. Он присел на корточки, чтобы свет от уличного фонаря попадал на рюкзак, открыл его, посмотрел... Несколько раз спросил, сколько тут. Я ему ответил, что сто тысяч долларов. — Потом? — продолжала допытываться Симоненко, переглянувшись с Соколовским. — Ну, он еще раз спросил, что он должен за эти деньги сделать. Я объяснил. —Что объяснили? — Блин, что заткнуться он должен, вот что! — разозлился Дмитрий. Аверьянов и Вика сидели на лавочке у сторожки, и их за разросшимся диким виноградом было почти не видно. Зато они хорошо видели, как двое участников инициативной группы, Виктор и Степан, вдруг осторожно, бочком, стали отделяться от группы рабочих, а потом торопливо направи-лись в сторону жилого дома. Вика тихо шепнула: «Пошли». Виктор и Степан уже были в прихожей, у самой входной двери с рюкзаком в руках, когда от сильного удара дверь распахнулась, с треском отлетел в сторону выбитый замок, а на пороге появились Родионова и Жека с пистолетами в руках. Вика покачала головой и попросила медленно положить рюкзак на пол и открыть его. А следственный эксперимент продолжался на строительной площадке по всем правилам. Соколовский сел на корточки у окна. Симоненко показал на него Дмитрию. — Показывайте, что дальше делали. — Я ничего не делал! - замотал головой Дмитрий, а потом не выдержал и закричал прямо в камеру: — Не убивал я его! —Делайте то, что вам велят, а решать, кто виноват, мы будем потом. Ну? — Да бей уже, — усмехнулся Соколовский и усадил на пол манекен. — Давай, как ты бил или как бы ты смог бить,если бы пришлось. Он сидит. Тебя не видит. Подходи сзади и бей. Дмитрий недовольно и растерянно посмотрел на манекен, в камеру, на людей в комнате. Потом он взял из рук Соколовского обрезок трубы и ударил изо всех сил по голове манекена. Симоненко требовала повторить, и Федоров бил еще и еще. Бил так, как будто ненавидел этот манекен больше всего на свете. Соколовский вышел из комнаты и вытащил звонивший в кармане телефон. На экране появилась Вика с открытым рюкзаком в руках. Она показала деньги. — Игорь, ты был прав. Они хотели перепрятать. Тут вся сумма. Мы возвращаемся. Соколовский нажал отбой и, улыбнувшись, многозначительно кивнул Симоненко. — Спасибо, — Полина остановила Дмитрия. — А сейчас снимем еще одну версию. Садитесь на то место, где Авдеев проверял деньги. А вы, Юрий, снимайте вон оттуда, с того ящика в углу. Федоров подчинился и присел в указанном месте. Соколовский нагнулся к нему и спросил. — Как думаешь, почему принципиальный человек, борец за справедливость согласился на взятку? — Ну... Деньги-то нужны всем. — Авдееву нужна была взятка, чтобы она попала на видео, — вместо Федорова ответила на вопрос Симоненко. Она повернулась к Юрию и показала на ящик. — А вы теперь давайте за ящик и снимайте через дырку. - А? — замялся Юрий. - Быстро, — с угрозой в голосе пошел на него Соколовский. — Как тогда. Ночью. — Свой план Авдеев рассказал только товарищам по инициативной группе, — заговорила Симоненко, глядя на Юрия. — Жену волновать не стал. И один из товарищей Авдеева, с видеокамерой, заранее изучил помещение, чтобы нигде не споткнуться, и приготовил себе место, откуда будет незаметно вести съемку. Побледневший Юрий стоял, опустив камеру, и слушал с растерянным видом. — Ты давай на колени и показывай, как было, - жестко велел Соколовский и подошел к Юрию вплотную. Тот медленно опустился на колени и попятился за ящик. - Кто из вас бил? - потребовал Игорь. — Ну, быстро отвечай, кто из вас бил Авдеева трубой? — Не тяните, — посоветовала Симоненко. — Товарищи ваши тоже дадут показания, я уверен. Все оглянулись, когда в комнату вошли Родионова и Аверьянов с рюкзаком в руках. - Вот же деньги! — Дмитрий вытаращил глаза на свой рюкзак, не зная радоваться ему или, наоборот, беспокоиться. — Это было спрятано у него в квартире, — Вика кивнула на Юру. Двое полицейских подошли к Юре, отобрав у него камеру. Второй достал наручники. — Мы сказали ему... Давай поделимся! — заговорил Юрий, прижавшись спиной к стене. — Сказали... Все равно они кому надо занесут, стройка будет, а так мы хоть в выигрыше. Мы ему говорили! — А он? — сухо спросил Соколовский, глядя в глаза Юрию. —Принципы у него были, — с отчаянием крикнул Юрий, глядя, как с Дмитрия Федорова снимают наручники. — Принципы!                                ****** Гроб медленно опускался в могилу. Игнатьев смотрел на гроб, и его сердце сжималось от нелепых мыс-лей. Он не представлял себе жену сгоревшей, не видел ее почерневшего тела. В его глазах она была веселая, теплая и родная. И ее сейчас засыпят землей, и она навсегда останется там внизу, в холоде и тесноте. От тряхнул головой, отгоняя от себя это видение. - ...Спасибо тебе, Вера, — прошептал Игнатьев. -Без тебя не стал бы я Аркадием Викторовичем. Не было бы у меня Кати. Гнил бы сейчас в земле Аркаша Ипподром.Что поклялся - выполню. Ну... ты знаешь... Катя подошла к отцу, взяла его под руку и прижалась щекой к его плечу. Девушку душили слезы, но она загово-рила, глядя на гроб. - Мама, мы с папой больше не будем ссориться. У нас в доме всегда будет мир. Как ты хотела. Я все для этого сделаю. — Я тоже, — подтвердил Аркадий Викторович и обнял дочь за плечи. Полина стояла чуть подальше от Игнатьевых,она наблюдала за ними сквозь солнечные очки.Она чувствовала что за ней передвигается и Соколовский.И когда то наконец-то подошел ближе,девушка заговорила: —Не нужно ходить за мной по пятам,я не упаду в конце концов,—тихо сказала она. Он ничего не сказал в ответ,понимая что это и так бесполезно. «Я сама», «мне не нужна помощь» ему надоело это все слушать.Игорь просто обнял Полину за плечо и поцеловал ее в висок. Когда все, кто прощался у могилы Веры, вышли к машинам и автобусам на дорожке кладбища, Соколовский, взяв ее за рукав и отвела в сторону. — Полина! — он протянул Симоненко свой телефон. — Вот! Я только что получил! Отправитель неизвестен, может быть, через интернет. Это фотографии, им больше двадцати лет. Узнаешь? Это моя мама! Симоненко взяла телефон и стала листать фотографии, который получил Соколовский. Женщина с большой папкой в руках поднимается по ступеням здания, она входит в офис банка. Вот она уже выходит из банка. В ее руках только маленькая сумочка. Папки уже нет. —Что у вас тут?—спросил подошедший Игнатьев. — Что, что это может значить? От кого? — теребил Игнатьева возбужденный Соколовский. Игнатьев увеличил изображение, стал рассматривать фасад здания. Потом он зло процедил сквозь зубы. — Сукин сын... Он сдал нам компромат! Это прислал Кирейчук. Это — ответ на вопрос, где твоя мать спрятала компромат на Фишера. — Где? — Там, где мы его никогда не получим. Знаешь, что это за здание? Это банк Фишера — «Феникс-банк». Единственный актив, который оставался у него все это время. — Он есть и сейчас? — осторожно спросила Полина. — Конечно. Ловко придумано! Спрятала прямо у него под носом! — Мы достанем его оттуда, — хмуро пообещал Соколовский. — Нет, — покачал головой Игнатьев. — Да он нас даже близко не подпустит! —Значит, мы узнаем, в какой именно ячейке спрятан компромат, и ограбим банк, - ответил Соколовский с решительным видом. —Ты, помнится, хотел все делать по закону?—напомнила Полина. — Это было три дня назад. Теперь он отменил все правила.                             ****** Вечером Игорь звонил в дверь квартиры Симоненко долго и настырно. Игорь знал, что она дома. В квартире кто-то был, потому что там горел свет, и это заметно с улицы. Наконец щелкнул замок. Полина открыла дверь и с удивлением посмотрела на Соколовского. — Я думала,ты будешь свой «чудо план» прорабатывать ,— заговорила она, но, увидев в руках Игоря рюкзак Федорова, осеклась. — Ты с ума сошел? — А какая польза от того, что они там лежат? — усмехнулся Соколовский. — Все равно рано или поздно кто-нибудь воспользуется. А ты не будешь мучиться.Это — главное! — Согласна. Но я уже нашла другой способ. Игорь посмотрел на Симоненко удивленно. Она была сегодня какая-то странная, очень расстроенная и..подавленная?И когда она открыла ему дверь, в женских глазах не мелькнула знакомая печаль. — Проходи, — кивнула Полина, отступая назад и пропуская Игоря в прихожую. — И прежде чем попытаешься его убить, выслушай. Соколовский пошел следом за ней и сразу увидел двух охранников Фишера. Они или просто похожие люди? Паника начала подниматься в глубине его сознания. Это сон или явь? Он прошел за Симоненко до гостиной и замер на пороге. На диване у окна с чашкой чая в руке сидел Фишер. —Здравствуй,Игорь,—сказал ненавистный голос.