Нирису

Токио, а вернее, то, что от него осталось, представлял собой лишь руины. Ржавые остовы машин, разбросанные словно сломанные игрушки, преграждали путь. Заброшенные магазины с выбитыми витринами словно кричали о былой жизни, теперь стертой с лица этого мира. В воздухе висел запах отчаяния, проникая в каждую клетку тела. И Арису, затерянный в этих руинах, пытался найти путь к спасению, или хотя бы причину не сдаваться. Арису прислонился спиной к холодной, исцарапанной стене. Ноги подкашивались, не в силах больше держать его вес. С глухим стоном он сполз вниз, пока не опустился на грязный асфальт, поджав колени к груди. Голова кружилась, а в ушах звенело от пережитого ужаса. Земля под ним казалась зыбкой и ненадежной, словно и она хотела ускользнуть из-под ног. Он обхватил колени руками. Он только что выжил. Снова. Игра вытянула из него все силы. Во рту знакомый привкус крови и адреналина. Он закрыл глаза, пытаясь унять дрожь, но перед ним снова и снова всплывали лица тех, кто не выжил. Внезапно, чья-то тень окутала его. Арису вздрогнул и открыл глаза. Нираги. Его лицо, обычно перекошенное злобной ухмылкой, сейчас было почти спокойным, если не считать легкого напряжения в уголках губ. — А ты живучий. — прозвучал его хриплый голос, словно скрежет металла. Арису пропустил колкость мимо ушей. Он не ждал сочувствия от Нираги. В пограничье Нираги был постоянной величиной, пусть и отрицательной. Он был знаком, он был… предсказуем. Нираги присел рядом, сохраняя между ними ощутимую дистанцию. Между ними повисла гнетущая тишина. — Ты всегда так близок к краю, Арису, — внезапно сказал Нираги, не глядя на него. — Словно хочешь умереть. Арису почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Это было слишком близко к правде. Он устал. Смертельно устал от игр. — А ты… — он запнулся, собираясь с мыслями. — Ты боишься умереть? Нираги хмыкнул. — Я не боюсь ничего. Я уже не чувствую боли. Арису внимательно посмотрел на него. В тусклом свете луны, пробивающимся сквозь облака, он заметил в глазах Нираги что-то, чего раньше не видел. Не страх, нет. Что-то более глубокое. Возможно, отчаяние, тщательно скрытое за маской цинизма и жестокости. — Мы все обречены, Нираги, — тихо ответил Арису. — Просто не все готовы в этом признаться. Нираги резко повернул голову и пронзил его ледяным взглядом, словно пытаясь разглядеть его самые темные мысли. — И что ты предлагаешь? Вместе ждать неминуемого? — спросил он с презрительной усмешкой. Арису не отшатнулся. Он смотрел в эти темные глаза и задумался. Задумался о том, что, может быть, Нираги не такой уж и отморозок, каким кажется. Может быть… он ошибался насчет него все это время. — Не знаю. — честно ответил Арису. — Может, вместе попробуем найти выход. Нираги долго молчал, сверля его взглядом. Затем он медленно поднялся на ноги. — Не обманывай себя, Арису, в этом мире нет выхода. — процедил он. — И ты.. лучше бы тебе держаться подальше. Он развернулся и двинулся прочь, растворяяст в тенях разрушенного города. — Тогда почему ты здесь? — крикнул Арису ему вслед. — Зачем ты пришёл? Нираги остановился, но не обернулся. — Не твое дело. — бросил он через плечо и исчез в ночи. Арису смотрел в темноту, в ту сторону, куда ушел Нираги, гадая, что заставило его вернуться.