the only one

шион ненавидел отца.  в такие моменты, когда тот резко завершал разговор, становился отстраненным и возводил стену, через которую шион никогда не мог пробиться.  в такие моменты, когда речь заходила о его прошлом или юши.  — мы не будем снова начинать этот бессмысленный диалог, ты не хочешь меня услышать. шион, я же сказал, я не разрешаю тебе с ним водиться. вы двое не будете вместе. — джэхен даже не смотрит на сына. не поднимает взгляда от важных документов, и шион сжимает руки в кулаки, едва борясь с желанием смахнуть дурацкие бумаги на пол, чтобы хоть на секунду привлечь к себе внимание отца.  — но… — протестует он. — папа, я его люблю, и мы – истинные.  — я сказал, забудь об этом мальчике. не морочь себе голову всякой ненужной ерундой. тебе нужно думать об учебе и нашей фирме. — джэхен наконец переводит внимание на сына, откладывая толстую папку с документам. — понял меня?  — отец, — шион не сдерживается. бьет по деревянному столу, чувствуя, как от злости все буквально бурлит внутри. — не смей называть юши и мои чувства к нему ерундой. не смей, я не позволю его оскорблять.  — он всего лишь махнул рукой, а ты уже стал ласковым волком, что вьется у ног?  — я до сих пор не знаю, что случилось в прошлом и почему ты так ненавидишь всех омег, но я не хочу, чтобы ты так говорил о моем истинном.  — истинный, ложный. какая разница, шион? я тебе все сказал. не смей связываться с этим омегой и его семьей. — джэхен прячет документы в ящик, закрывая дверцу, и потягивается, расслабляя затекшие мышцы.  бессмысленный и безрезультатный разговор, который случался уже миллион раз.  — лиши компании, наследства, хоть откажись от меня. делай, что хочешь. мне все равно. я не хочу тебя даже видеть, и чтобы ты знал, от юши я никогда не откажусь и мне совершенно плевать на твои слова. — младший альфа резко разворачивается, стирая рукавами кофты слезы, и быстро покидает кабинет, а затем и дом, громко хлопая входной дверью.  ему нужно убраться отсюда как можно скорее, побыть одному и позже обязательно увидеть своего парня.  шион несколько часов бродит по городу, пытаясь успокоиться. игнорирует все звонки отца, отключив телефон, и забегает в маленький магазинчик с их с юши любимыми японскими сладостями, чтобы взять немного для своего омеги.  когда чон оказывается рядом с домом младшего, на улице уже темно. наручные часы показывают начало десятого.  юши как раз спокойно заканчивает свое эссе по истории, над которым не хотелось сидеть на выходных, и откладывает тетрадь и книгу, когда раздается негромкий стук, от которого парень резко подпрыгивает, едва не опрокидывая стул.  — твою… — ругается он, когда замечает шиона и тут же открывает окно, через которое парень ловко забирается в его комнату. — что ты здесь делаешь? уже поздно. почему ты…? — договорить младший не успевает. шион откидывает пакет со сладостями на незаправленную кровать и тут же сгребает омегу в объятия, пряча лицо в изгибе чужой шеи.  — я скучал. — выдыхает едва слышно, невесомо касаясь губами бледной кожи. — очень сильно. прости, что пришел так поздно. — крепче стискивает в руках, полной грудью втягивая родной запах, и юши только тихо хихикает, успокаивающе поглаживая по спине.   — все хорошо. я тоже очень скучал, хен. — запускает пальцы в чужие светлые волосы, расчесывая спутавшиеся от ветра пряди, и шион едва не мурчит от ласки и нежных прикосновений. — останешься на ночь?  — если только ты не против. — я тебя сейчас ударю, хен.  — прости, — быстро целует в губы, щеки и лоб и начинает щекотать, заставляя омегу громко смеяться.  — шион-хен. ну хен, хватит. — хихикает, изо всех сил стараясь вырваться из чужой хватки, но шион держит крепко, ни на секунду не выпуская своего парня из рук, и по пути сбив несколько углов, они все-таки падают на кровать, едва не раздавив пакет со сладостями, что заставляет обоих лишь еще громче рассмеяться.  юши находит для шиона толстовку, которая на самом деле оказывается самого старшего (просто кое-кто не очень любит возвращать чужие вещи, хранящие запах альфы) и гордо выдает пару цветных пижамных штанов.  они комфортно устраиваются в постели, переплетаясь всеми конечностями, и шион утыкается носом в чужое плечо, мечтая остаться в этом моменте навсегда.  быть рядом с юши.  держать омегу за руку и вдыхать его запах, обмениваясь нежными, почти невесомыми поцелуями. не думать ни о чем, кроме своего парня и их совместного будущего. не думать об отце и его жестоких словах.  — юши-я, мне все равно, что он говорит. я не позволю ему нас разлучить, слышишь? мы с тобой связаны, и это никто и никогда не изменит. я обещаю. я всегда буду только твоим. — шепчет едва слышно, крепче стискивая ладонь омеги в своей. младший обхватывает его лицо, заставляя встретиться взглядами, и ласково гладит по щеке.   — я знаю, шиони-хен. я знаю и мне жаль, что ты так много ругаешься с ним из-за меня. прости.  — юши… — но я тоже всегда буду твоим и только твоим, как бы глупо это не звучало в нашем возрасте. мы с тобой связаны, и ты единственный, с кем я хочу быть рядом. — шепчет так же тихо в ответ, не отводя взгляда, и шион чувствует, как нежеланные слезы обжигают щеки. юши мягко улыбается, стирая влагу, и прижимается ласковым поцелуем к чужим губам, стараясь передать всю нежность и обожание.  — я тебя люблю.  — я тебя еще сильнее.  шион просыпается посреди ночи от сухого кашля и легкой боли в горле. бесцельное брожение по городу осенью в одной легкой куртке без шапки и шарфа дает о себе знать почти сразу же. осторожно двигается, чтобы не разбудить юши, и встает с кровати, решаясь спуститься вниз, чтобы попить воды.  — не знал, что нынешнее поколение не пользуется дверьми. — раздается чужой мягкий голос, и парень едва не выпускает из рук стакан, когда на кухню заходит папа юши, включая основной свет.  — мистер ким… здравствуйте, — здоровается парень, тут же низко кланяясь, и стыдливо отводит взгляд, боясь смотреть на старшего.  — просто дядя чону, сколько я просил. — отмахивается омега. — проголодался? этот дурашка тебя даже не покормил, да? садись.  — я не… — протестует шион, но чону смеряет его таким взглядом, что альфа тут же усаживается за стол без лишних слов.  чон и сам не понял, когда успел так проголодаться, но от разогретой ароматной пасты с мясом и овощами не отказывается, тут же уплетая с невероятным аппетитом, стоит только омеге поставить несколько тарелок с едой. чону присаживается рядом, попивая ромашковый чай, и нежно улыбается, подвигая еще и салат.  — очень вкусно. спасибо, мис… дядя чону.  омега смеется, взъерошивая волосы мальчика, и собирает посуду, складывая в раковину. — теплого молока с печеньем или побежишь спать, пока юши не обнаружил твоей пропажи?  — теплого молока? я уже взрослый, дядя чону. — только и отвечает он, заставляя кима нахмуриться и неодобрительно покачать головой. — юши тоже взрослый, но от молока с печеньем и любви к сладким мармеладным мишкам его это не освобождает. — лишь пожимает мужчина плечами, и шион громко смеется, согласно кивая.  пару минут они сидят молча, наслаждаясь комфортной тишиной, и шион чувствует, как уют и тепло буквально окутывают его с ног до головы.  — надеюсь, твой отец знает, где ты. — все же нарушает молчание чону, поджимая губы, и мальчик лишь отводит взгляд, сцепив руки в замок.  — мы поругались, и я сбежал. уверен, он знает, что я здесь. — шион…  — простите, мистер ким.  — нет-нет, малыш, тебе не за то извиняться передо мной. — чону присаживается рядом с подростком, сжимая руки мальчика в своих. — шион, посмотри на меня. я не буду лезть в ваши отношения. просто хочу сказать, что в этом доме тебе всегда рады. я рад, что у моего сына такой замечательный парень как ты. и юта-хен тоже был бы очень рад и горд, что наш сын встречается с таким прекрасным альфой.  — дядя чону, — шион прерывисто вздыхает, сжимая пальцы кима, и омега ласково улыбается, прижимая парня к себе. — все хорошо, шиони. я обещаю, все хорошо. я всегда буду на вашей с юши стороне.  — дядя чону, — чон тихо всхлипывает, цепляясь пальцами за ткань футболки, и старший мягко гладит мальчика по голове, целуя в макушку. — все хорошо, шиони.  — папа говорил, что альфам нельзя плакать, а я сегодня делаю это уже третий раз. — тихо жалуется, выпуская наружу все эмоции и обиду.  — ты просто не представляешь, сколько юта плакал, когда юши родился, а джэхен так вообще в детстве был тем еще плаксой, так что не слушай его. — легко отмахивается чону и поджимает губы, замечая полный непонимания взгляд. — я попозже вам кое-что расскажу, хорошо?  — угу, — альфа кивает, утыкаясь подбородком в плечо старшего, и чону ласково гладит по спине, не выпуская из теплых объятий. они сидят так еще какое-то время, пока шиона не начинает клонить в сон, и чону, напоив его сиропами и таблетками, отправляет обратно под теплый бок к юши спать. — чтобы раньше двенадцати я вас двоих не видел, суббота все-таки. вы (01:38)  шион у меня.  перестань вести себя как мудак и не рушь счастье собственного сына. они истинные и что более важно любят друг друга. отпусти уже прошлое, джэхен. пожалуйста, ради наших детей.