откуп

влад жжёт огонь. сегодня ночью он как-то по-особенному горит: началось всё неуверенно, тускло. а потом как разгорелся... череватый даже ужаснулся. тьма вокруг сгущалась, шёл второй час ночи. холодно, безлюдно, но влад не ощущает ни холода, ни, тем более, страха. он трогает лицо кончиками пальцев, слегка царапает, не прекращая начитывать. к следующему испытанию нужно изрядно подготовиться, выдать максимум и уйти со спокойной душой ещё на три недели.  жечь костер в паре десятков метров от кладбищенских ворот - такое себе мероприятие, череватый понимал. но за шанс хватался, как за последний. его демон сегодня уж слишком разговорчив, но совсем не на тот лад, совсем не на тот настроен. владислав хочет слышать полезную информацию, советы, наставления. но он слышит странное «чери» из раза в раз, очевидно чужим голосом сказанное. и он знает чьим. к сожалению.  наболело слишком. - почему огонь так себя ведет? что с ним? влад уже собрал сумку, опустившись на колени перед пламенем. уйти, оставив это всё здесь - это как ритуал на середине бросить. нужно бы снегом забросать, но он настолько странный… ярко-красный, кислотно-оранжевый, местами даже… даже чёрный. - как ты горишь, так и огонь горит. - ты о чём? - да всё о том же. - да что ты прицепился? влад смог, наконец, потушить пламя. он словно с места сорвался, убегая отсюда как можно быстрее. как только сел в машину, - закрыл глаза руками, шумно выдыхая, и снял капюшон.  пальцами зарылся в отросшие волосы, слегка потянув. больно. значит живой, значит все в порядке. руки теперь падают на руль, но завести машину и уехать словно что-то не даёт. или кто-то. - ну ты бы хоть немного задумался, - толик, вмиг очутившийся на соседнем сидении справа, ничуть не смутил влада. ожидаемо, слишком ожидаемо. - да блять, о чём? ты заебал загадками говорить. и хватит про шепса трындеть, мы не друзья даже. - ты чего разорался, дядь, не можешь себе признать - не думай хотя бы так часто о этом пацаненке. уже тошно просто смотреть на его рожу красивую.  влад все это время начитывал, чтобы он ушел, но демон рядом сидел смирно. - вот так ты решил со мной? - толик чувствовал, как связь с череватым постепенно становится все слабже. - ладно, тогда пойдешь на откуп. - чего? - резко замолкнув на середине предложения, уставился на нечто влад. - что слышал. - но ты же обещал дать сил! я водку и деньги, костер этот ебучий… я для кого все это делал? себе на минус что ли?  - ой, всё, успокойся, истеричка, - он прыснул от смеха, - тебе понравится. - ты что несешь? в прошлый раз я по стенам лазил от боли, мне это теперь нравится по-твоему?  - да увидишь, заткнись. я тебе помочь хочу, а ты, баран упёртый, только плохое ждешь от меня.  - ты - демон. - а ты - человек. люди хуже бесятины.

***

после очередного гот зала влад вдруг понял - начинается. они снимали финальное слово марата, когда в груди что-то резко защемило. ебучий олег стоял по правую руку, сразу после сони. влад, кажется, зашипел от резкой боли, чуть согнувшись вперед, но егорова, стоявшая рядом, даже носом не повела. а вот шепс… ладно, показалось. наверняка. со съемочной площадки влад убежал перым, не дожидаясь остальных и даже не попрощавшись. было стыдно, но ком в горле давал знать, что вот-вот всё начнётся. господи, как же череватый хотел, чтобы это прошло как можно быстрее. хоть бы не три дня подряд, как в прошлый раз… у всего есть своя цена. но влад откупается как-то уж слишком жестоко, ведь водка и купюры рано или поздно кое-кому надоедают. нужны страдания. самые безбожные. прямо в его стиле.  в гримерку кто-то стучится, в дверях стоит, черт возьми, якубович. - я войду? нет. - да. женщина не закрывает за собой дверь, проходя внутрь помещения. - слушай, знаю, не моё вообще дело, но я всё-таки любовная ведьма, - влад очень жалел, что уже в тот момент понял, о чём будет диалог. - и мне сложно игнорировать этот шквал энергии с твоей стороны. я сначала подумала: «вау, влюбился, здорово», но… она положила руку ему на плечо, и череватый вздрогнул. - это такая боль. неужели женщина может доставить столько страданий? я просто по-человечески хотела бы поддержать тебя, - по ее щеке покатилась слеза, она резко отдернула руку, убирая себе за спину. - и сказать, чтобы берег себя. это так важно… ну ты сам знаешь. владу хотелось орать. и от боли внутри, и от того, что кто-то сейчас ворошил его главный секрет, его главный порок и грех. даже видеть олега не хотелось. но он знал - сейчас выйдет на улицу и все равно пойдет к их негласному месту встречи, где они после каждого гот зала выкуривали по парочке сигарет за разговорами о жизни, словно не было никогда ссор, лицемерия и этого тупого инцидента на финале первый битвы сильнейших… тошно становилось.  череватому искренне жаль, что он начал придавать значение простым фразам, искать лишней встречи и бежать туда. но поделать ничего не может. просто ничего. он попал, когда из его губ все чаще стало выбиваться не «владислав», не «череватый», а нежное «чери».

***

- о, чери! олег стоял, зажимая сигарету меж пальцев. владу хотелось засмеяться от того, как сюрреалистично все это было. он действительно ждал. у череватого внутри пожар похлеще того, что вчера у кладбища полыхал.  - привет.  они уже здоровались, но владу было так плевать. главное, что он хотя бы пару минут побудет рядом перед тем, как уйдет домой в одиночестве доживать этот акт издевательства.  - от тебя такая тяжелая энергетика. что-то случилось? - да чёрт с ним, не бери в голову. вчера ритуал делал, вот меня и кочерыжет. чери врал очень, как ему казалось, убедительно.  тем временем словно ударом резкая боль прошлась где-то в области левого колена, а смех в голове прояснялся и прояснялся. - извини, мне реально не очень хорошо. я поеду домой, - влад зажмурился от новой внезапной боли, понимая, что долго тут не простоит. он уже было бросился бежать в сторону машины, как его окликнули. - влад, подожди! - олег подбежал. - я лезу не в свое дело, извини, но я бы хотел как-то помочь. это откуп? я немного читал про работу с бесами… да сегодня все «лезут не в свое дело». но ему можно.  - и как ты хочешь помочь? - влад усмехнулся, но тут же получил следующий удар боли по спине, растекшийся по всему позвоночнику.  - эй, ты чего? череватый согнулся, шипя.  - вот видишь, вдруг тебе скорую вызвать нужно будет, а ты даже не сможешь, - шепс помог ему держаться, положив свою руку на чужую спину.  в ту же секунду, в месте, куда легла рука шепса, почему-то боль ушла.  а отказаться от такого грешно. неужели он бы смог сделать такой выбор, когда объект бесконечного обожания стоит рядом и предлагает сам? хотелось сказать, что тут ни скорая, ни таблетки не помогут. а вот его прикосновения, кажется, да. - ладно, но это может быть не очень приятным зрелищем. - я хочу помочь хотя бы психологически, правда. мы же друзья.  друзья.  да. точно.

***

квартира череватого встретила их неизменной пустотой и холодом. влад щелкнул чайником, сразу приземляясь за стол, где уже сидел олег.  голос в голове усиливался, всё тело горело изнутри. было безумно жарко, но через минуту жар уже сменялся диким холодом. он чувствовал, как петля затягивается на его шее, подсознание рисовало не самые благоприятные для наблюдения картинки: вот он маленький стоит на табуретке, закинув веревку на шею, вот он два года назад делает то же самое, рыдая, а вот буквально месяц назад держит кухонный нож на выпирающей вене левой руки… - влад?  шепс позвал тихо, но никто не ответил. он пялился куда-то сквозь него леденящим взглядом.  становилось не на шутку страшно. олег давно стал замечать изменения во владе, но чтобы настолько все было плохо… неужели чери действительно добровольно соглашается на любые условия откупа, лишь бы мрази внутри него потешилась? представить сложно, что он испытывал сейчас.  - чери? - олег встал со стула, теперь уже сев на корточки рядом с одержимым, уложив ладони на чужих коленках. - ты слышишь меня? влад не слышал и не видел перед собой ничего, кроме четких картинок из его прошлого и громкого смеха. нужно просто пережить, переждать и забыть, как страшный сон…  - давай, приходи в себя, - олег убрал одну руку с его колена, робко помещая её на чужую щеку. влад был холодный, как смерть. его собственная ладонь показалась ему раскаленным углём в сравнении с леденящей щекой череватого. влад вдруг резко почувствовал что-то странное, вырываясь из невольного транса спустя несколько секунд. он всем телом дернулся, сразу начиная активную отдышку. шепс ладонь не убрал, только встал на ноги, свободную руку помещая на его плечо.  череватый точно пожалеет о том, что делает, но все равно встает, сокращая расстояние. со стороны это выглядело, наверняка, ебануто странно: два мужика стоят, у одного уже обе руки на его щеках, а другого на чужих плечах; один дышит, как запыхавшийся, другой почти лбом ко лбу прижимается.  - что ты видел? - олег спрашивает шепотом, большими пальцами разглаживая ледяную кожу. - они издеваются просто, им нравится видеть, как я страдаю. нужно просто перетерпеть, это нормальная практика, - он отвечает тихо, наконец переводя дыхания в нормальное состояние. олег сам не знает зачем и почему, но глаза невольно прикрываются, когда он наконец поддается вперед, соприкасаясь с ним лбами. это ужасно, неправильно и точно не очень-то и гетеросексуально, но плевать.  просто так нужно. просто так хочется. влад боится дышать. только б не спугнуть, случайно выразить нежелание… - мне совсем не больно, когда ты меня трогаешь. сразу всё уходит. - почему? - я не знаю. олег отпрянул, сделав шаг назад. влад почувствовал, будто от него самого вдруг оторвали кусок. стало пусто и… больно. очень больно. резкий удар пришелся на область шеи, куда-то в живот, в правое колено. голос в голове вновь усилился, намереваясь забрать влада в очередной трип по воспоминаниям. он хотел схватится за голову, но олег вдруг перехватил его за запястье. в ту же секунду, стоило ему прикоснуться, вся боль ушла, а голос затих. - как ты это делаешь? - я ничего не делаю. просто прикасаюсь, - шепс был удивлен не меньше. вдруг череватый почувствовал, как глаза наполняются солеными слезами. без причины, без ничего. дорожка побежала из левого глаза, заставляя моментально потянуться, чтобы её убрать.  однако олег сделал это первым. он ласково провел костяшкой указательного пальца под его глазом, убирая влагу. - ты чего? - я не контролирую. извини. - не извиняйся. олег прижал его к себе, утыкаясь ему в плечо. влад был выше, обнимать его было так удобно и приятно, что сносило крышу.  ни одну девчонку не было так блаженно обнимать. оказывается, что стриженные отросшие волосы намного приятнее трогать, чем длинные, а когда чьи-то руки сжимают тебя крепче… шепса явно вело куда-то не туда. он носом провел по чужой шее, сцепляя руки в замок за его спиной. влад был почти неподвижен: в его руках он словно размяк.  олег вдруг почувствовал резкое желание поцеловать его. поцеловать мужчину? ещё и владислава череватого?  но думать было некогда. особенно когда влад отстранился первым, всё ещё сохраняя тактильный контакт, когда сам вдруг рукой зарылся в чужие волосы.  и когда они одновременно друг к другу потянулись. их губы соприкоснулись, и в тот же момент у обоих закружилась голова. у череватого внутри не осталось ничего, кроме желания никогда не разрывать этот момент, не отпускать его из своих объятий, завладеть и отдаться. шепс же, будто наэлектризованный, кусался, оттягивал его нижнюю губу, зацеловывая каждый миллиметр. он хотел этого, хотел больше всего в мире в последнее время. влад оказался впечатан в стену. они не разрывали поцелуй, несмотря на нехватку воздуха. их языки сплетались, руки изучали друг друга поверх одежды.  шепс первый скользнул под футболку, чем вызвал короткий рваный выдох у своего чери. он улыбнулся в поцелуй, приподнимая объект одежды. руки блуждали по торсу, талии, поднимались выше, оглаживая грудь, задевая соски. влад не выдержал - на долю секунды оторвавшись от затянувшегося изучающего поцелуя, снял с него футболку полностью, отбрасывая куда-то в сторону.  - я даже не думал, что всё до такого дойдёт… - прошептал олег, когда влад припал к его телу, начиная осыпать поцелуями надплечье. череватый ничего не ответил, кусая в шею, добиваясь громкого стона из губ олега. он оставляет багровый засос, специально чуть ниже, чтобы не пришлось гонять на гот залы в водолазке.  но выходит не очень. олег зарывается пальцами в его волосы, прижимая, не давая оторваться. влад изучает его, ведет языком, губами, прикусывает и чувствует, как с каждой секундой и стоном нарастает возбуждение, член начинает давить на плотную ткань джинс. шепс чувствует то же самое. он уже буквально извивается под ним, стонет громче, почти скулит. - я хочу ещё… чери просьбу исполняет. он расстегивает его джинсы, и, не успевая ухватиться за ткань белья, - его останавливают. - подожди, - задыхаясь, шепчет олег. - что случилось? тебе не нравится?  - нет, нет, нравится, подожди, - он своими руками распрямляет плечи влада, медленно опускаясь на колени. - я просто по-другому хочу.  влад ничего не может ответить. у него дар речи пропадает, когда он видит перед собой эту картину: шепс стоит перед ним на коленях, с засосами на ключицах и красными пятнами по всей шее, расстегивает трясущимися руками ему джинсы. когда олег наконец избавился от лишней ткани, освобождая возбудившийся до предела орган, провёл языком по головке, у влада в голове взорвался фейерверк, а в глазах плясали черти. в его голове сейчас весь мир, казалось, схлопнулся в размерах до той влажной дорожки, которую шепс оставлял на члене. от этого по телу расходились волны удовольствия, постепенно переходящего в изнуряющее покалывание. олег вбирал в себя головку, даже не помогая рукой, донося владу невероятные ощущения. хотелось во все горло заорать, что этот мальчик только его, или прижать олега к этой самой стене и отодрать на кухонном столе, чтобы до дрожи в коленках и искр из глаз.  в экстазе из горла вырвался протяжный стон, когда олег взял глубже, подняв глаза на него. влад положил руку на чужую голову и прижал к своему паху. шепсу этот жест явно понравился, ведь теперь он начал активнее работать языком, когда череватый не удержался, взяв того за волосы.  он начал двигать его головой, полностью вжавшись спиной в стену, а когда ослабил хватку, олег выпустил изо рта уже полностью влажный орган, громко причмокнув. влад готов был кончить от одного такого вида. - ты - дьявол… - а что, теперь откуп будет таким, - олег улыбнулся, глядя старшему в глаза наконец дотронулся рукой до члена, начиная активно надрачивать. - я предлагаю переместиться куда-нибудь, потому что я уже не выдерживаю. чери без задней мысли жестом показывает ему встать, и стоило ему подняться с колен, как тут же олега одним движением поместили на кухонный стол. благо ничего хрупкого там не стояло. влад рывком сбрасывает с себя остатки белья и джинс, делая с олегом то же самое, сразу беря в руку его возбуждение. он оглаживает, ведет медленно, и ловит себя на мысли, что засмотрелся на то, как красиво и идеально его член смотрится в его руке. из мыслей его вырывает, когда шепс начал надрачивать и ему.  чужими руками они водили верх-вниз, поймав общий темп. череватый снова вовлек парня в поцелуй, но уже более спокойный, глубокий.  - давай вместе, - простонал под ним олег, выдыхая прямо в губы. влад взял в одну руку оба члена, срываясь на бешеный темп. олег протяжно стонет, а чери не может перестать удивляться, какой же он чувствительный. хотя по нему и не скажешь.  - влад, влад, чери, - олег, чувствуя приближающийся оргазм, от наслаждения не мог даже отвечать на поцелуй. влада вело от всего, что происходило. он был раскален до предела, сорвался на небывалый темп, изливаясь одновременно с олегом. они кончили обильно, половина их спермы смешалась где-то у шепса на животе. колени дрожали, слух, кажется, на долю секунды пропал вместе со зрением. - я хочу ещё, - не успев отойти, хрипло говорил олег. - подожди, что ж ты, - влад кротко поцеловал его, улыбаясь своей фирменной улыбкой. - такой откуп мне очень нравится.