Летняя интрижка

— О, привет! Это же ты вчерашний парень из магазина? Эти слова заставили Эндрю вздрогнуть и обернуться на источник звука, где он увидел уже знакомое и до мельчайших подробностей запомнившееся лицо. Знакомые непослушные кудри, отливающие яркой рыжиной в свете солнца. Знакомую беспорядочную россыпь веснушек, проходящую от одной щеки через нос с еле заметной горбинкой к другой. Знакомые ярко-голубые глаза, что словно пронзали его своим взором, завораживали и пленили. Но что-то в нем все-таки изменилось — более на его лице не красовались пластыри, но теперь на их месте были видны неглубокие и уже почти зажившие порезы. Этот парень из магазина преследует его, что ли? — А… да, я, — внезапное появление этого рыжика сбило его с толку, что и о необходимости поздороваться он вспомнил с опозданием. — Привет? — Ты вчера слишком быстро убежал, я даже не успел предложить, — он, даже не заботясь, хочет ли того Эндрю, присел рядом и затараторил, активно жестикулируя. — Может познакомимся? Я Нил Хэтфорд, мы с мамой и дядей недавно сюда переехали. Хотелось бы завести знакомств в новом месте, — пожал он плечами. Эндрю окинул его оценивающим взглядом. Он никогда ранее не знакомился подобным образом — сам привык заводить знакомства другими способами, а окружающие не горели желанием общаться со странным тихим пареньком. Да и Эндрю такое положение вещей в целом-то устраивало. Он никого не трогает, и его никто не трогает. Однако прямо сейчас ему протягивает руку в приветственном жесте парень, которого он видит второй раз в жизни, и… все ведь бывает в первый раз, так? — Эндрю. Миньярд, — добавил он, пожимая протянутую руку. Нил был доволен таким исходом событий и, не стягивая с лица дружелюбную улыбку, сел рядом, приступив к его, по видимому, любимому делу — осыпанию самыми разными и непонятно чем связанными между собой вопросами с ног и до головы. Нила интересовало буквально все: где Эндрю родился, сколько лет тут живет и почему именно этот район. Его интересовали вкусы Эндрю в музыке, в кинематографе, да он даже, черт возьми, спросил его мнение о недавнем футбольном матче между двумя, судя по всему, очень популярными командами — Нил удивился, услышав, что Эндрю первый раз о них слышит. Он никогда особо и не интересовался спортом, а особенно футболом, считая, что гонять мячик по полю — бессмысленная трата времени. А уж тем более, когда его новоиспеченный отчим так яро следил за какой-то из футбольных команд. Эндрю со счету бы сбился, если бы принялся считать, на сколько вопросов ему пришлось ответить за этот.. час? два? Он мог признаться самому себе, что был рад, когда они наконец разошлись. Болтовня нового знакомого сильно утомляла, и он, сославшись на неотложные дела, поспешно удалился, кинув на прощание неопределенное “рыжик”. И поэтому теперь он неспешно плелся домой, в очередной раз прокручивая в голове всю информацию, полученную за эту встречу. Его новоиспеченный приятель оказался его сверстником, переехал сюда из-за пожара в прошлом доме, которому, как понял Эндрю, виной был сам Нил. И, как подозревал Эндрю, скоро переедет куда-то снова. Болеет за какую-то футбольную команду, названия которой Эндрю даже не расслышал, несколько лет назад и сам занимался, но подрался с неким мальчиком из другой команды, который сломал ему руку, из-за чего ушел из спорта. Эндрю даже узнал о нелепом случае из времен начальной школы Нила, когда его стошнило на одноклассницу, из-за чего он незамедлительно получил по лицу железной линейкой. У него даже остался шрам. Еле заметный, тянущийся от виска вверх и уходящий куда-то под волосы. Несмотря на то, что Нил оказался не таким уж и скучным собеседником, каким казался сначала, у него была одна существенная проблема — затыкать рот вовремя он не умел ни в какую. Эндрю то и дело раз замечал косой взгляд охранника, до которого, стоило подойти чуть ближе, долетали обрывки рассказов о побегах от полиции и разбитых стеклах школьных окон. Перед глазами вновь возникло до боли смешное выражение лица Нила, когда Эндрю сказал ему, что никогда не смотрел Marvel и в особенности Мстителей, по которым тот фанател. Он не понимал, что тут такого удивительного — у всех же разные вкусы, в конце концов, — но для Нила это, походу, было шоком. “Ты столько упускаешь! Обязательно как-нибудь покажу тебе, отвечаю”. Что ж, все может быть. Обычно Эндрю интересовали другие жанры — в основном хорроры и триллеры, — но, если уже который человек говорит ему, что это действительно стоящая картина, может быть, он и попробует. Эндрю вывел, а если быть точнее, выдернул из задумчивости оглушающий гудок машины. Выругавшись, он отпрыгнул с дороги, чуть не упав, и показал наглому водителю средний палец. Гневно посмотрев вслед даже немного не замедлившейся машине, он накинул капюшон и побрел вдоль узкой дороги. Для капюшонов сейчас было чересчур жарко и солнечно, но привычки брали верх. *** Один поворот ключа в замке — щелчок! — и Эндрю наконец дома, в своей спокойной обители, где нет ни верещащих детей, ни их мамаш, истошно доказывающих свою правоту, ни даже ненормальных водителей. Зато есть Аарон. И есть ужасно раздражающий шум пылесоса, доносящийся со второго этажа. Не заботясь о том, чтобы аккуратно убрать обувь куда надо и не получить очередной выговор за беспечность и неаккуратность, Эндрю, с характерным звоном бросив ключ на тумбочку, пошел в сторону кухни — единственного все еще не тронутого порядком и чистотой места в этом доме. За столом, клюя носом и попивая кофе, сидел явно такой же невыспавшийся Аарон, выгнанный родителями, ведь “Не помогаешь — не путайся под ногами”. — Ты знал, что у Хэтфордов есть сын? — с ходу спросил Эндрю, прикрывая дверь в тщетной попытке хоть как-то оградиться от действующего на нервы шума. — А? — иногда Эндрю сомневался, что у Аарона нет проблем со слухом. Но, конечно, ему не составило труда повторить вопрос. — Конечно. Увидев вскинутую в вопросительном жесте бровь Эндрю, он продолжил: — Кейтлин рассказывала. Ее родители знакомы с Хэтфордами. Он с осени будет учиться в параллельном классе. — Ах, да, Кейтлин, которая все знает, как я мог забыть. А она знает, кто он и как он выглядит? Я, например, сегодня с ним общался. Эту жалкую попытку начать спор Аарон успешно проигнорировал, но сам спросил то, чего Эндрю от него явно ожидать не мог: — А чего ты им так живо интересуешься? Понравился, и думаешь, как бы к нему подкатить? Услышав это, Эндрю застыл как вкопанный. Ноги стали словно ватными. Сглотнув, он отставил банку с кофе в сторону, решив, что не в этот раз, и повернулся к Аарону, подбирая слова. — Слушай, если я гей, это не значит, что меня интересует каждый встречный парень. Вместо ответа Аарон лишь промычал что-то нечленораздельное, отпивая кофе. — Да пошел ты на хуй, — Эндрю отвернулся и потянулся за кружкой. Единственным человеком, который знал об ориентации Эндрю, был Аарон. И не то чтобы это было запланировано — так получилось. Они оба знали, что Аарон предпочел бы не видеть того поцелуя Эндрю с парнем, имени которого он сейчас даже не помнил. Да и сам Эндрю, если бы мог, стер бы его из памяти вместе с этим парнем. Слишком то было мерзко и неловко. Один-единственный плюс, который с трудом он выуживал из того случая — ему не пришлось придумывать, как рассказать Аарону о своей ориентации. Все идеи и диалоги, которые он с тяжестью вынашивал много месяцев, звучали ужасно тупо и неловко, а так ему и размышлять не понадобилось — все решилось само собой. Пришлось только пройти допрос от Аарона по типу “почему ты не рассказывал?”, “как так получилось?” и подобная чепуха. Несмотря на частые их разногласия и бесконечные колкости, уже вошедшие в привычку, близнецы действительно друг друга ценили как никто другой. Они знали, что могут друг другу всецело доверять. Будучи единственной поддержкой друг друга на протяжении детства, когда мать часто пила и каждую неделю приводила нового кавалера, они провели много времени, разговаривая за запертой дверью ванны, лишь бы не слышать доносящихся из комнаты матери криков и стонов. И хоть им более не приходилось жить, опасаясь, что завтра их могут выставить на улицу, привычки с тех времен сохранились. Эндрю все еще шугался громких звуков наподобие тех, что походили на пушечные выстрелы, а умение различать шаги осталось отточенным до совершенства. Взрослые мужчины все еще часто пугали его одним своим видом. Он до сих пор отчетливо и во всех подробностях помнил, как и пальцем от страха шевельнуть не мог, ощущая грубые мозолистые ладони одного из ухажеров матери на внутренней стороне бедра и чувствуя его шумное и такое отвратительное дыхание около своей шеи. Он помнил, какие ужасающие чувства испытывал в тот момент, и как ужасно разило от того бугая алкоголем, и явно не хотел повторения. Когда какие-то очередные мужчины подсаживались к нему со схожими целями, какому-то из них он врезал в нос, сразу принявшись убегать, пока тот не пришел в себя, какому-то другому попал в пах. Те картины часто возникали у него перед глазами ни с того ни с сего, стоило где-то на горизонте появиться человеку со схожим внешним видом. Дверь открылась резко и с громким стуком, и из-за нее показалась бородатая голова: — Со вторым этажом все, давайте дуйте наверх, если помогать не собираетесь. Новый отчим Эндрю и Аарона по имени Ричард, третий по счету, если не учитывать отца, которого они даже не знали, был, похоже, самым нормальным из всех предыдущих, если их можно было так сказать. Хоть и редко его можно было встретить полностью трезвым, пока что он не пытался их поколотить, в отличие от своих предшественников, что не могло не радовать. Но это не отменяло того, что Эндрю его недолюбливал и на задворках подсознания даже побаивался, вспоминая не самый приятный опыт. Эндрю знал, что у него есть и свои дети — две дочки, с которыми он почти не видится. Одной из них было, как он помнил, 8 лет, вторая же на 2 года младше. Перспектива знакомиться с двумя мелкими девчонками его не особо-то радовала, так что это было только в плюс. Они жили в другом штате, так что это давало гарантию того, что случайно они точно не пересекутся. Каким образом его мать и этот Ричард сошлись, Эндрю понятия не имел. Между ними регулярно вспыхивали конфликты без какой-либо на то причины, что изрядно выматывало. Однажды дело дошло даже до драки и битого стекла. Эндрю часто удивлялся, что они все еще не развелись, но что-то да их держало. Иногда он думал, что причиной тому могла быть очень неплохая зарплата Ричарда, но сам он мог лишь строить теории, а спросить напрямую было бы все равно, что подписать себе смертный приговор. — Слушай, — начал Аарон, поднимаясь за Эндрю по лестнице, еле передвигая ноги, — у нас с Кейтлин и еще парой человек на сегодняшний вечер запланирована встреча. Чисто посидеть потусить, погулять. Не хочешь прийти? — Парой человек? — не оборачиваясь и не замедляя шаг, спросил Эндрю, ожидая продолжения. — Ну... Жан, Джереми, Рене, — начал перечислять Аарон, загибая пальцы. — Все свои. Немного поразмыслив, Эндрю решил, что, в целом, если там действительно будет только их компания, все не так уж и плохо. — Ладно. Во сколько? — В 17, — Аарон явно приободрился. — Я зайду за тобой. — Да, а теперь все, давай, мне нужно выспаться, — с этими словами Эндрю захлопнул дверь перед его носом и повалился на слишком аккуратно заправленную кровать. Почувствовав неладное, он приподнялся на локтях и оглянулся. Джинсы не висят на спинке ступа, где они проводят 90% времени, настольная лампа стоит чересчур ровно на углу стола, а огрызки бумажек, что еще вчера валялись на ее месте, бесследно пропали; через открытое окно поддувал ветерок, создавая сквозняк. Эндрю с болезненным стоном опустил голову на покрывало. Даже до его комнаты добрались, этого ему не хватало. Что ж, в ближайшую неделю ежедневным его занятием будет игра “найди то, что тебе нужно, в этом новом порядке, больше похожем на пытки дьявола”, и эта новость его совершенно не радовала. Отвернувшись к стене, чтобы не видеть этот кошмар, он попытался выкинуть все из головы и предпринял попытку заснуть. Ветерок из окна приятно обдувал макушку, придавая ощущение свежести. Он приносил с улицы приятные ароматы высаженных под окном цветов, которые своей яркостью привлекали внимание каждого проходящего рядом. На затылке чувствуется тепло солнечных лучей, проникающих в комнату сквозь окна. Ладно, может, не так уж и ужасно лето. Снов Эндрю не видел уже как минимум пару лет — или, быть может, они просто были настолько скучными, что тут же забывались. Эндрю иногда ненароком подслушивал разговоры детей об их снах. Проникаясь тем, насколько они красочно и интересно рассказывают о бегающих по радуге единорогах, он им даже начинал завидовать, хоть и сам того не признавал. Кажется, и минуты не прошло с того момента, как голова Эндрю коснулась подушки, а Аарон уже тормошил его, бубня себе под нос что-то неразборчивое. — Давай, подъем, солнышко встало, ты тоже вставай, улыбайся и пошли. Эндрю показал ему средний палец. *** Дорога до назначенного места встречи — детской площадки в ближайшем к ним парке, где и познакомились Эндрю с Нилом, — не заняла больше десяти минут. Группка подростков, громко разговаривающих на свои темы, была заметна издалека, поэтому близнецы сразу направились к ним. Эндрю сразу приметил Рене, с которой ему явно нужно будет перекинуться парой слов на досуге. Рене была самой близкой подругой Эндрю, с которой они обсуждали практически все — за исключением, пожалуй, парней. Хотя нет, они часто говорили о разных ухажерах, которые то и дело бегали за ней, но никогда о его предпочтениях. Возможно, Рене о чем-то догадывалась. Эндрю не знал этого и не хотел знать, предпочитая невинное неведение. Он знал, что все их знакомые думают, что рано или поздно они вдвоем начнут встречаться. И он был рад, что сама Рене однажды сказала ему, что видит его только как друга. Это его успокаивало. Только подойдя почти вплотную он заметил в толпе знакомую рыжую макушку. Уже второй раз за день. На его вскинутую в вопросе бровь Аарон лишь пожал плечами: — Иначе ты бы не согласился. — Какого?.. — О-о-о, какие люди! — завидев их, Кейтлин сразу направилась в их сторону, собираясь заключить обоих в объятия. Эндрю никогда не понимал ее беспрекословного оптимизма, но из раза в раз позволял обнять себя, хоть и не видел в таком ритуале ни толики смысла. Помимо Нила, Кейтлин и Рене, которая тоже подошла обнять его, тут были Кевин, Элисон и Джереми с Жаном. До появления близнецов все семеро, походу, были увлечены разговором, но были жестоко прерваны. Когда все, наконец, поприветствовались, Кейтлин вспомнила: — А, и еще. Это Нил, — показала она на Нила, все это время неловко стоящего в стороне. — Это Эндрю и Аарон, близнецы. Нил будет учиться в классе с Джереми и Жаном с осени. — А мы с Эндрю уже знакомы, — засветился Нил. — О, да? Откуда? — Да там... случайно познакомились, — буркнул он, уже жалея, что вообще согласился на это мероприятие. Рене, по-видимому, заметила, как сильно Эндрю хочет обсудить эту тему, поэтому, не дав Кейтлин успеть открыть рот для очередного вопроса, она предложила: — Может, по мороженому возьмем? Тут недалеко киоск есть. — Я за, — хлопнул в ладоши Эндрю. — Пошли. Кейтлин быстро переключилась и тема знакомства Эндрю с Нилом была успешно закрыта. Спасибо Рене. Лицо продающей мороженое старушки стоило видеть, когда к ней пришла толпа подростков и скупила чуть ли не все, что у нее осталось. Кто-то взял по две порции, кто-то по три. Эндрю взял четыре. Заплатив каждый свое, они отошли в сторону, чтобы не смущать своими разговорами продавщицу, и принялись обсуждать планы на прогулку. — Может, в кино? — предложил Джереми. — Там сейчас какая-то новинка, я слышал. — Не успеем, — отбрил Кевин, знающий расписание сеансов как свои пять пальцев. — После 17:30 идет все какое-то старое дерьмо. — Кафе? — Тоже не выйдет, — Кевин помотал головой. — У всех ближайших к нам сейчас сильная загрузка, нас не посадят нормально никуда. Надо было бронировать. — Слушай, такой умный — предложи сам, — нахмурился Джереми. — В большинство приличных заведений нам не выйдет попасть, остается вариант шататься по городу как в прошлый раз, — подал голос Жан, скрестив руки на груди. — И в позапрошлый, — присоединилась Элисон. — Да ладно, это не так уж и плохо, — поддержала их Рене. — Мы можем показать Нилу наши места. — Давайте, — улыбнулся Нил. Эндрю удивился тому, насколько следующие два часа оказались все-таки интересными. Он редко посещал подобные мероприятия, предпочитая отсиживаться дома, но когда и приходил, человек обычно было меньше. Может, дело в этом? Или дело в Ниле, который не мог замолчать и на минуту и вечно болтал о том о сем? Большинство мест, где они побывали, включая площадку на территории заброшенного детского сада, никому не нужный подвал какого-то здания и старую спортплощадку, на которой никто и никогда не появлялся, были новыми не только для Нила, но и для Эндрю ввиду его нечастого появления на прогулках. И Рене обещала, что это еще даже не половина, взяв с Эндрю слово чаще появляться на таких прогулках. Что ж, теперь, когда появился Нил, больше похожий на загадку, требующую разгадки, он будет приходить. Успев за этот вечер набегаться и подустать, Эндрю стоял, прислонившись спиной к дереву, и наблюдал, как прощаются Кейтлин с Аароном. Солнце медленными шажками, словно нехотя, все двигалось к горизонту, предзнаменуя очередную бессонную ночь. Эндрю заметил, что к нему движется Нил, только когда тот подошел почти вплотную, но не решил, что для разговора так уж необходимо удостоить его поворотом головы или хотя бы кивком. — Не занят? — Жду Аарона. Обычно это занимает не меньше часа, но в этот раз он пообещал справиться быстрее. — Не хочешь ко мне в гости зайти? Посмотрим фильм. — Что?