Фениксу необходим ветер, чтобы возродиться.

Девушка с синими волосами, сидевшая на балконе в своей квартире в Алфее, пыталась нарисовать мужчину, который с самого детства являлся ей в сновидениях. Однако она никогда не могла точно запомнить его образ. Его взгляд, полный злобы и безумия, пугал её. Его алые глаза сверкали в темноте, словно гипнотизируя аэромантку, но больше в голове не было никаких мыслей — лишь пустота. Голубоглазая опустила взгляд на альбомный лист, с которого на неё смотрели те самые алые глаза: — Кто ты такой? — шепнула принцесса Долоны. Долона — это королевство семи ветров, расположенное почти по соседству с Солярией. Синеволосая девушка была младшей принцессой этого королевства, имея старшую сестру Сапфиру, которая является наследной принцессой, и младшего брата Тони, не обладающего наследным титулом — он бастард. Слово «незаконнорожденный» звучит как приговор. Стенли, отчим Элианор и Сапфиры, злится, когда кто-то из подданных называет его сына так. Вевея, их мать, лишь стискивает зубы. Она королева лишь потому, что Сапфира решила взойти на престол только после смерти матери. Алан, истинный король и повелитель семи ветров, погиб, сражаясь с тёмным фениксом. Говорят, что именно после этого сражения князь тьмы потерял свой человеческий облик, превратившись в скелет с доспехами. Сейчас лорда Даркара больше нет — его победили Винкс и специалисты несколько лет назад. Однако две принцессы никогда не чувствовали отсутствие отца — Стенли заменил его им, и главный легионер королевства не отделял дочерей Вевеи от их сына Тони. Элианор вздохнула и посмотрела на ночное небо, усыпанное звёздами. С этого года она, как и Винкс, стала учительницей в Алфее. Девушка будет преподавать искусство аэромантии, сила которой передалась ей от отца, только тот был их повелителем, а она — хранительницей ветров. Неожиданно зазвонил телефон девушки, и через несколько минут на экране появилось изображение десятилетнего мальчишки: — Привет, Эли! — Черноволосый и кучерявый паренёк радостно улыбался сестре. — Привет, Тони, ты звонишь поздно, что-то случилось? — Голубоглазая выгнула бровь и посмотрела на младшего брата. — Завтра учебный год, и… снова будут говорить, что я… — Кареглазого перебила старшая сестра: — Энтони! Ты сын королевы, и неважно, что ты незаконнорожденный, ты принц, и плевать, что говорят. Если кто-то будет задирать — вмажь, а не поймут — приду я и разнесу эту школу! — Воинственный вид сестры заставил мальчишку рассмеяться, он знал, что Элианор не шутит. Сестра всегда его защищала, и он отвечал ей тем же, делая всё, что мог в своём возрасте. — Удачи тебе завтра, у тебя будет первый день в качестве учителя! — Произнёс Тони и, пожелав сестре доброй ночи, завершил звонок. Эли тяжело вздохнула и, захлопнув томик по своему предмету, зашла в комнату, предвкушая завтрашний день. На берегу озера Раколуче лежал мужчина, одетый в чёрные брюки и рубашку такого же цвета. Его волосы были красные, словно раскалённый египетский песок, на лице виднелись множество царапин, ноги были босыми, а на шее в виде татуировок были руны. Мужчина простонал и еле открыл глаза, которые сверкнули в ночной мгле, вернее, полыхнули огнём. Красноволосый перевернулся на спину и тут же простонал от боли, чувствуя, как рубашка пропитывается кровью. В голове была одна мысль: он жив, и, взглянув на свои руки, расхохотался в голос, несмотря на боль в теле. Он снова был человеком. — Сияющий свет… — Прохрипел обладатель алых глаз, и перед ним тут же предстала картина из далёкого прошлого.

Когда над облаками солнце Солярии взойдет,

И вспыхнет ослепительным, как свет, огнем,

Сыны тьмы падут, но не от силы дня.

Один из них покорится пламени, как зной.

Второй же — силе ветров, что яростны и дики,

Подчинится, как стихии дикой пленник.