Муки Такстрадала

Худой помятый эльф с растрепанной косой наполовину поседевших волос прихрамывая вышел на середину просторной комнаты. Поправил порванную и местами прожженную рубаху, которая скрывала ужасные шрамы. Глубоко вздохнул, кашлянул и заговорил хриплым, будто бы сорванным от стонов и криков голосом. — Дорогие друзья, меня зовут Такстрадал. И я жертва авторского насилия. Сегодня я решился рассказать вам мою историю. Собравшиеся принялись одобрительно хлопать, сидя на расставленных в круг мягких стульях. — Мы понимаем тебя, Такстрадал. Это очень смело, — объявил ведущий. — Спасибо, что делишься с нами. Эльф кивнул и неуверенно продолжил: — Я родился в Тирионе, и жизнь моя казалась безоблачной. Но я чувствовал себя не таким, как все. Мне было тесно, хотелось исследовать неизведанные земли, и я так страдал! — Я тоже, — отозвалась хрупкая эльфийка с печальными глазами. — А потом нас всех обманул Мелькор, и я злоумышлял против своих сородичей, и я так страдал! — продолжил Такстрадал. — Но этого мало! Моя матушка ушла в Форменос, а моя возлюбленная из ваниар, и я так страдал! Сам же я остался в Тирионе, потому что был верен своему лорду и страдал вместе с ним. Но также моя семья издревле дружила с королем Финвэ, и когда я узнал о его гибели… я так страдал! Несколько друзей Финвэ и Финвионов понимающе закивали. — Я убивал телери в Альквалондэ, не желая этого. Я страдал от холода и голода в Арамане, а затем в жестоких льдах Хэлкараксэ я непрерывно страдал целых тридцать лет по солнечному счету. — Это ужасно, Такстрадал, — согласился ведущий. — Кроме того, я был другом лорда Аракано, и когда тот погиб… я так страдал! Но был я другом и Феанаро, и узнав о его гибели… Друзей Аракано толком не нашлось, зато целых трое друзей Феанаро вскочили со своих мест и принялись по очереди хлопать Такстрадала по плечу. — А что во время Долгого Мира? — спросил до того сидевший тихо одноглазый и одноногий эльф. В его кровоточащие запястья врезались тяжелые кандалы, которые никто не сумел снять. — Неужели ты мой собрат по несчастью? — О да! — воскликнул, осмелев, Такстрадал. — Во время Долгого Мира я попал в плен к Морготу. И орки ненавидели меня более всех и били каждый день всем, что только подвернется под руку. Однажды даже медным тазом! Я так страдал! Эльф в кандалах молча утер скупую слезу. — А после? — спросил ведущий. — Так ты выбрался? — О, я шел по сгоревшей равнине Анфауглит много дней без еды и воды. Я потерял всех товарищей, с которыми начал побег. Но когда я вернулся в родной дом, меня не приняли и изгнали. В одиночестве я скитался в глуши и так страдал! — То есть ты не участвовал в Нирнаэт Арноэдиад? — уточнил однорукий воин. — О, я участвовал, — горячо возразил Такстрадал. — Потом меня все-таки приняли дома, вернее, автор написал иную версию, но лишь затем, чтобы я пострадал еще! Я пережил гибель всех, кого я знал, и я страдал! А после я отступил в Гондолин, оплакивая моего короля, убитого балрогами, и я страдал! Но и в мирном Гондолине меня снедали мрачные думы и подозрения. Но вот Гондолин пал, и снова я был ввергнут в узилище Моргота, и там меня долго пытали… о, как же я страдал! — Второй раз? — сочувственно переспросила эльфийка. — Это еще что, — хмыкнул ее сосед. — Я бывал в плену целых пять раз. И еще не пропустил Браголлах, как этот счастливец! — Спокойнее, друзья, — вмешался ведущий, выставив руки в запрещающем жесте. — Здесь мы никого не осуждаем и не обесцениваем чужие несчастья. Итак, — он снова обернулся к выступающему, — чем же закончился твой путь, Такстрадал? — Меня освободили в Войну Гнева, — Такстрадал горестно вздохнул. — Но я так и не обрел мир и покой. Я отверг предложение вернуться в Валинор и снова скитался неприкаянный по Средиземью. И я так страдал… — Спасибо за рассказ, Такстрадал, — ведущий обнял его за плечи. — Мы все сочувствуем тебе. Наши авторы жестоки, и все мы познали их ужасную извращенную фантазию. Вернись на свое место, возьми салфетки, если нужно поплакать. Эльфы хлопали, некоторые тоже утирали слезы. Собрание клуба анонимных страдальцев продолжалось.