Звезда, сгоревшая изнутри

Топот. Поредевшая толпа игроков, обессиленных и осунувшихся, завалилась в комнату. Кроватей стало заметно меньше, что не могло не удручать. Мингл давно кончился, но чертова музыка, гудевшая в висках, и свет, мерцающий как предсмертная судорога, застряли в голове многих должников. Эта игра поставила жирную точку — даже самые безбашенные поняли, насколько эти игры безжалостны, непредсказуемы. Стоит ли бросать вызов судьбе дальше? Звон монет гулко разлетался по опустевшему залу. На экране снова росли цифры — сумма, ради которой все здесь находились. Деньги, которые можно разделить прямо сейчас, уйти и, возможно, начать жизнь заново. Или… рискнуть, дойти до финала и сорвать куш. Только вот после последней игры в такие сказки верилось с трудом. Многие впервые задумались о том, чтобы сдаться. Но нашлись и те, кто все еще жадно хватался за надежду или, может, просто спятил от адреналина. Неприятный гул обрезал голос — мурлычущий, будто упивающийся данной картиной. Нам Гю, игрок 124, вцепился в плечо рэпера, пока они тащились к кроватям. — Смотри, сколько тараканов сдохло. — буднично бросил он, кивнув взгляд на табло. Руки Гю подрагивали, предательски выдавая отходняк. Танос не ответил — лишь неясно бормотал себе под нос очередной фристайл в такт собственным шагам. Его пальцы нервно резали воздух под невидимый бит. На койку рэпера они буквально рухнули. Су-Бонг распластался звездой, будто пытался растечься по жесткому матрасу. Трезвость для него — хуже смерти. Таблетка уже ждала под языком - данная схема отточена до автоматизма. Гю подполз ближе, нуждающееся впиваясь взглядом в лицо друга. Они понимали друг друга без слов — да и зачем говорить, когда все читается по глазам. Этот потерянный взгляд черных глаз брюнета, его тряска рук, которые он всегда пытался спрятать в растянутые рукава спортивного костюма. Внезапно включилась знакомая мелодия - голосование. Гю с быстротой разжевал таблетку, проглотил всухую и сиганул с кровати, а за ним и Танос. Все выстроились в очередь, напряженно вглядываясь в один из экранов, который показывал количество голосов. Сначала казалось, что кресты выигрывали — ведь шли они в начале с большим отрывом, но кружки резко догнали их по числу. Ничья. А что это значит? Персональный ад — или же игры, продолжаются. После объявления результатов зал словно лесной пожар вспыхнул шумом. «Кресты» орали на «кружков», «кружки» бросались в драку, а кто-то пытался спрятаться под койками или в туалете. И так... Туалет самое паршивое место, чтобы спрятаться. Там Мин-Су отбивался от двух нариков, которые тянули его на свою сторону. Сторону “кружков”. Су-Бонг окончательно вскипел, когда в конфликт решил влезть 333. Ему хватило одного взгляда на этого засранца, чтобы выйти из себя. ОН. Да как ЭТОТ болван вообще смеет лезть в их разговор? ТОТ, из-за кого он и встрял в долг на полтора миллиарда вон. Тот, из-за кого он сейчас в этом глупом костюме и не знает, выживет ли вообще. Удар от 333его полетел резко — Танос увернулся и ответил мгновенно. Он одним махом прижал этого паршивца к полу и начал душить, выкрикивая всё, что накопилось в голове. Мен-Ги бился из последних сил, как раненая крыса, — достал вилку и замахнулся рукой прямиком к горлу рэпера, но Нам-Гю был быстрее. С ноги ударил в запястье — и вилка со звоном полетела на кафель. — Жалкий, — прошипел Гю, поднимая “трофей" - вилку. Ни капли сожаления, только жажда. Они переглянулись — азарт выжег страх до тла. Игра началась. Резня «крестиков» пошла по полной. В туалете стало скользко от крови, а спортивные костюмы уже и близко были не зелеными, но парней это не останавливало. Закончив там, они вышли в зал. — Эй, народ! Сейчас, в туалете, один из “крестиков” напал на моего друга!! — провокационно заорал Гю, театрально размахивая руками. Толпа взорвалась от еще большей ярости к друг другу - теперь это противостояние стало очевидным. Нам-Гю шел медленным шагом по комнате, выбирая жертву. Се-Ми — вот кто бесил его больше всех. С чего она вообще решила, что может разговаривать с ним на равных? Почему она думает, что чем-то лучше? Он быстро закончил с ней и вытащил вилку из обмякшего женского тела, словно просто вытаскивал занозу. Давно пора было это сделать. Его руки были липкие от крови, но внутри — лишь сладкое удовлетворение. Месть принесла ему лишь временное облегчение, но теперь он жаждал новых жертв. Мало. Нужно больше. Шум, крики, слезы — весь зал погрузился в хаос. Многие люди, охваченные паникой и отчаянием, метались из угла в угол, пытаясь найти укрытие. Это место все больше стало походить на ад. Гю заметил шевеление под кроватью. Прячутся? Серьезно? Неужели они реально думают, что их никто не найдёт? Эта мысль лишь подпитывала его гнев, глубинную ненависть ко всему этому сброду должников. Он без колебаний бросился к одной из кроватей и резким движением выволок кого-то из-под неё. Это был игрок номер 456. — Как же ты задолбал, дед, — прошипел он и начал бить вилкой, раз за разом, не целясь. Просто месил. Алая жидкость брызгами разлеталась повсюду, пачкая и без того бардовую форму игрока 124. Все было как в тумане — он не давал отчета тому, что делает. — Эй! — раздался голос за спиной. Сильный удар в бок отбросил Гю в сторону - от внезапной боли он выпустил вилку из рук. Парень яростно обернулся, прожигая мужчину ядовитым взглядом черных глаз. Это был игрок номер 218 - друг Сон Ки Хуна. Этот герой на минималках решил сыграть спасателя. Мужчина легко поднял Нам-Гю за шиворот, будто он котенок, а не взрослый человек. А затем кулак в лицо — нос предательски хрустнул, от чего лицо Гю залило кровью. Алая жидкость лилась рекой, пачкая все и вся. Конец?.. — Успел уже подумать веснушчатый, как хватка этого полного мужчины резко ослабла, и он рухнул без сознания. Позади него стоял Танос, который со всей силы ударил того по затылку. Повезло.. На этот раз. — C’mon, my boy. Мы не закончили. — ухмыльнулся рэпер. Они вдвоем навалились на Ки Хуна, как стервятники. Один держал за волосы, другой бил ногами. — Ну что, hero? Доигрался? — сказал с язвительной усмешкой рэпер, глядя на лежащего 456ого, пытающегося укрыться, но все было тщетно. Однако, все «веселье» обломала охрана, которая включила в помещении свет и начала разгонять все драки, включая эту. “Пф, так не интересно”, - с досадой пронеслось в голове у Нам-Гю, когда он напоследок врезал старику в живот. Всех как скот согнали к сцене. Появился квадрат с привычным холодным голосом. Им есть, что сообщить? Ну, скорее всего ничего нового, кроме кучки выбывших, да? Парни с усмешкой переглянулись, ожидая информации. — Дорогие участники! — сказал квадрат. — Итоги голосования изменились: 30 голосов за выход против 29 за продолжение. Игра завершена. Игра.. Завершена? Толпа взорвалась: крики радости, слезы, истерика.. Кто-то обнимался, кто-то молчал с пустыми глазами. Гю и Танос стояли в стороне. Они переглянулись — у обоих на лицах непонятная смесь эмоций.. Хватит ли этих денег на жизнь на свободе?

***

Прошло около недели с конца игр. Сумму выигрыша разделили между всеми выжившими - каждому досталось около 650 миллионов вон. Некоторым, как например Нам-Гю, хватило этого на погашение долгов с головой, а некоторым повезло меньше. Мужчина с легкостью отмазался на работе от назойливых вопросов коллег из-за его пропажи на неделю - это оказалось проще простого, ведь как-никак он руководитель, главный директор. А в отмазке сослался на что-то банальное, по типу болезни, из-за которой неделю валялся с температурой 40 дома. В любом случае ему поверят. Это был вечер понедельника. Жизнь в клубе «Пентагон» протекала в своем привычном ритме: официанты уставши сновали между столиками, разнося заказы, а из концертного зала доносились неразборчивые песни какого-то певца. Сам же певец тщетно пытался перебить гул голосов и прочего шума. За барной дубовой стойкой сидела одинокая фигура. Он держал в руках стакан с коньяком и задумчиво рассматривал, методично раскачивая тот вправо-влево. Сколько он здесь сидит? Уже несколько часов, если судить по чеку, на котором вырисовывалось несколько нулей. Мужчина с вычурно ярко-фиолетовыми волосами был погружен глубоко в свои мысли, явно не замечая, как к нему подсел человек. — Бокал Просекко, пожалуйста. — прогремел в полупустой комнате знакомый голос. Ему же не показалось? Нет. Ему не могло показаться.. Это точно ОН. Су-Бонг едва сдерживался от того, чтобы не обернуться на голос, но когда он услышал то самое "спасибо", он все же повернул голову. Взгляд голубых глаз упал на мужчину с каре. — Нам-Гю?.. — Неуверенно прозвучало от рэпера. Голубые, как два алмаза, глаза, округлились при виде мужчины. Он знал, что рано или поздно встретит его здесь — это был лишь вопрос времени. Брюнет же в свою очередь откликнулся на до боли знакомый голос, с легким смятением на лице. Ему же не могло показаться, что его позвали? Нет. Не показалось. — Танос? Как.. Что ты тут делаешь? Разве ты не слишком занят своей карьерой “мега звезды”? — Слегка опешив, Гю изогнул свою черную как смоль бровь вопросительно, а губы поджал. Он чувствовал, что что-то в этом не так, но не мог сказать что. — Я решил взять небольшой break. Хочу больше сосредоточиться на написании new треков, — сглотнув, произнес мужчина. Было очевидно, что он что-то не договаривал. — А ты, Гю? I see that ваш клуб хорошо вырос. Keep it up, — усмехнулся по-доброму рэпер, делая протяженный глоток горячительного напитка. — Пф, Су-Бонг, я же говорю, что плохо понимаю твои эти.. Англицизмы. — шутливо ответил брюнет, потирая переносицу, — Да, я полностью покрыл долг и вложил оставшиеся деньги в развитие клуба, так что.. Гостей стало особенно много, — подтвердил мужчина, слегка кивая головой. — А что насчёт тебя? Как проходит работа над новым альбомом? Танос потерянно улыбнулся, взглянув куда-то в угол зала. — Да, работаю по-немногу. Но sometimes кажется, что это никогда не закончится. Они продолжали разговаривать, время за беседой пролетело незаметно. Танос постепенно становился всё более расслабленным, а его движения становились более медленными и неуверенными - очевидно, что весь выпитый алкоголь уже взялся за свое. — Знаешь, Гю, — наконец сказал он, слегка наклонившись вперёд, — I have one problem. Нам-Гю поднял бровь, весь во внимании. — Какая? Танос тяжело вздохнул и, казалось, собирался с мыслями. — Я все еще не выплатил даже и половины своего долга.. Этих денег не хватило, — произнёс он наконец, смотря прямиком в глаза своему собеседнику. Он был как никогда искренен. — Мне негде жить. Брюнет замер, а по спине прошел холодок. Где тогда жил всю эту неделю рэпер? И почему сразу не обратился? В голове роилось миллион мыслей, ни одна из которых не давала ясного ответа. Внезапно он опустил руку на плечо Таноса, похлопывая успокаивающе, даже немного неловко. — Эу, все наладится. Я что-нибудь придумаю, — голос прозвучал увереннее, чем он себя чувствовал на самом деле. На мгновение Нам-Гю отвернулся, задумчиво разглядывая помещение клуба, будто бы ответы прятались прямо здесь, среди ярких огней и пустых столиков. — Ты можешь жить у меня, а работать здесь, в клубе, хорошо? Я не думаю, что это сильно обременит ме— Не успел он договорить, как Танос внезапно обхватил его в неловких, пьяных объятиях — тех самых, которые он обычно делал в играх, совершенно без предупреждения. Это было так по-детски искренне, что Нам-Гю на секунду показалось, будто у него что-то болезненно сжалось внутри. Может, сердце. Они доехали до дома Нам-Гю на такси. Светлая однушка в тихом районе, утопающая в зелени — горшки с цветами и растениями стояли повсюду, на подоконниках, полках, даже на холодильнике. Комната пахла чем-то травяным и свежим, почти как в саду. Таноса пришлось буквально тащить на кровать. Он был тяжелее, чем казался, особенно когда вдруг решил, что хочет спать прямо в коридоре. Нам-Гю сдался не сразу, но все-таки затащил его в комнату и там уже сдался — улегся рядом, слишком устал, чтобы идти на диван. — Ты пахнешь... мятой, — пробормотал сонно Танос, уткнувшись носом в его плечо. — А ты — дешевым алкоголем и проблемами, — устало выдохнул брюнет, но не отодвинулся. Так они и заснули. Утро началось с громкого чихания и грохота — Танос случайно столкнул горшок с каким-то цветком, и теперь весь пол был в земле. Нам-Гю выругался, но не сердито, скорее со смесью усталости и беспокойства - тот мог пораниться. — Ты такой неловкий, как гигантская панда, — проворчал он, собирая землю обратно. — Im so sorry... — Танос смутился и почесал затылок, а потом вдруг полез помогать. С этого момента и началась их совместная жизнь. Сначала это был просто временный приют, но со временем общие завтраки, перепалки из-за того, кто опять не заменил кончившуюся туалетную бумагу, и походы в круглосуточные магазины за лапшой стали чем-то естественным. Они пересекались по утрам и вечерам, ругались из-за не вымытой посуды, вместе готовили еду (Танос ужасно резал овощи, но Нам-Гю все равно молчал, потому что это этот неуклюжий энтузиазм был чертовски милым). Танос любил спать в чужой одежде — точнее, в Нам-Гюшных старых футболках, которые были ему немного тесны. Брюнет сперва возмущался, но потом привык и начал сам оставлять их для него на краю кровати. А еще у Таноса была странная привычка говорить со всеми цветами в квартире и устраивать с ними рэп-батлы — каждый раз давал им странные имена, вроде «Mega legend кактус» или «Rap monster Олег». — Между прочим, они живые! И им становится о-очень скучно, когда ты пропадаешь на работе целыми днями, — объяснял он с такой детской серьезностью, что Нам-Гю засмеялся до слез. Гю стал ловить себя на мысли, что сам с нетерпением ждет этих глупых разговоров, что ему нравится варить кофе на двоих и слушать, как Танос зачитывает фристайл шампуню в душе. Су-Бонг же начал замечать, что скучает, когда брюнет задерживается на работе, и сердится, если тот забывает поесть или чересчур много курит. Они не говорили об этом прямо, но это становилось очевидным для обоих. А потом случайный поцелуй во время просмотра фильма, совместная рутина, где они ссорились из-за каких-то глупостей по типу какие чипсы вкуснее, и долгие ночи под одним одеялом, когда они засыпали в обнимку. Они все еще спорят, кто первый признался. Нам-Гю считал, что это был Су-Бонг, когда оставил для него завтрак с кривой запиской «Ты крутой. ILY, Nam-su », заставив его неделю ломать голову что этот набор букв вообще может означать. А Танос был уверен, что это Нам-Гю, когда однажды ночью накрыл его пледом и несмело поцеловал в макушку.

***

Это снова был понедельник. Гю, все еще сонный и растрепанный, плелся на кухню, зевая так, будто собирался проглотить это гребаное утро целиком. Кофе, вот о чем думали его едва проснувшиеся мысли. Ему нужен был чертов кофе, желательно сразу внутрь в вену. Но на кухне его уже ждал кто-то куда бодрее. Су-Бонг сидел на столе, болтая ногами в такт какой-то мелодии, которую, похоже, крутил у себя в голове. Глаза у него горели так, будто внутри разом включили все софиты из клубных залов Сеула. — Прикинь! Мне позвонили из клуба “Eden”! — выпалил он с такой искренней детской радостью, что даже кофе перестал быть первой мыслью для Нам-Гю. — Они хотят, чтобы я выступил в эту субботу! — Серьезно?! — Гю распахнул глаза, забывая как моргать. Уже через секунду он пересек кухню парой длинных шагов, обхватив рэпера так, будто хотел раздавить его своими объятиями. — Это же охрененно, Бон! Ты же согласился, да? А во сколько выступление? Ты меня позовешь? Ты уже выбрал треки? А костюм? Тебе вообще нужен стилист? Или я сам тебя приодену— Он бы так и тараторил дальше, если бы Су-Бонг не заткнул его самым надежным способом. Поцелуем. Резким, горячим, чуть не сбившим Гю с ног. На миг стало тихо. Только дыхание и пальцы, скользящие по чужой коже под помятой рубахой. — Of course я согласился, ты чего? — мурлыкнул рэпер, мягко проводя пальцами по вырезу ночной рубашки Гю, будто рисуя на его теле что-то свое. — И да, в VIP-зоне я выпрошу один особый билет для самого шумного фаната, который точно сорвет голос еще до выступления. — Черт, Бон, — выдохнул Гю, улыбаясь так, будто только что выиграл в лотерею. — Я буду орать громче всех. Гарантирую! Су-Бонг звонко рассмеялся, притягивая его нежное тело ближе и этот понедельник резко изменил свои краски. Сейчас все проблемы будто ушли на второй план. Существовали только эти двое, обнимающиеся под звуки вскипающего кофе.