✶ ༻• ❍ •༺ ✶
12 марта 2026 г., 18:47
Очередная надоедливая блоха!
Из раза в раз они не дают спокойно поспать. Разве это такая большая просьба? Оставить существо в покое! Но минимум раз в месяц какой-нибудь «герой» тащит свою задницу на эту высоченную гору в снег, в дождь, в град, в летний зной только для того, чтобы «убить злобного дракона, который годами терроризирует местные земли».
Похоже, судьба прошлых недо-рыцарей их ничему не научила. Или там у всей деревни какой-то странный фетиш на избитые рожи. Одно из двух. Минхо, если честно, все равно. Может в этот раз не стоит так сильно бить?.. Вдруг у тех памяти не хватило, чтобы донести четкое и ясное послание: «Отстаньте!»
Если бы он знал, что за одну единственную корову его так достанут, то он бы выбрал питаться мхом и грязью. Хотя бы в тишине. Но один неудачный урожай и одно опрометчивое решение похоронили его спокойствие.
И вот снова. Одна и та же картина: весь обвешанный доспехами, гремит ими на всю пещеру, сжимает меч в трясущихся ручонках и прется на огромного огнедышащего дракона. Минхо всегда казалось, что инстинкт самосохранения — это базовая функция в любом живом организме…
Хотя этот какой-то… Дохлый. Даже немного обидно, что кто-то решил, будто этот малыш способен победить смертоносное мифическое существо. Латы вон на нем болтаются, оружие не по размеру. Может, сам поперся? Или этого просто не жалко?
К счастью, сегодня обошлось без пафосной речи. Драться с ними было не так утомительно, как слушать их бахвальство и нелепые угрозы. «Я! Я!». Да-да, Минхо знал ответ в рифму.
Это с трудом можно было назвать битвой. Они уже битый час кружили по пещере, и за все это время человечишка ни разу всерьез не замахнулся.
Шут на выгуле.
Устав от этого странного танца, Минхо решил сам перейти к более решительным действиям, наперекор собственным правилам. Хотя для начала можно попробовать более необычный метод для подобных встреч — разговор.
— Слышь, клоун, ты нахрен сюда приперся? Ты до рыцаря еще не дорос! — прорычал дракон в надежде внести хоть какие-то изменения в этот пещерный вальс. — Один шлем весит, как ты.
— Ха! Во-первых, грубо! — выпалил «герой», но тут же замешкался. — Ты разговариваешь?..
И до того неуверенные движения этого подобия рыцаря стали совсем нелепыми. Споткнувшись о камень, он не распластался на земле только благодаря чуду и мечу. Ну, это просто жалкое зрелище.
Тяжело вздохнув, Минхо прижал одну лапу ко лбу. Его терпение очень стремительно заканчивалось. Пора прекращать этот цирк, пока он не подпалил тощую задницу этого доходяги.
Он, конечно, большой и злой дракон, но в нем еще осталось и что-то человеческое. Буквально. Но, заговорив с этим малышом, Минхо уже нарушил несколько своих правил. Еще не хватало, чтобы эти деревенщины пытались преследовать его в человеческом обличье.
— Так, пошел вон отсюда! — уперев лапы бока, Минхо постарался бросить на недо-рыцаря самый устрашающий взгляд из своего арсенала.
Кажется, нужный эффект не достигнут. Вместо этого парнишка замер напротив дракона, разинув рот. Шлем почти полностью закрыл его лицо, местами доспехи, которые были явно велики, съехали и скорее мешали, чем защищали. У Минхо не было ни одной идеи, почему этот шут решил прийти в пещеру по душу дракона.
— Так, э-эм, один здесь отдыхаешь? — резко сменив свое нелепое поведение на какую-то наигранную уверенность, парень опустил меч и чуть не навернулся, когда пытался о него опереться, но промазал.
— Разумеется, один! Это моя пещера. Ты явился сюда без приглашения, — рычал Минхо, все больше и больше закипая, теряя последние капли терпения.
Как смеет эта блоха, эта помеха, врываться к нему домой, тревожить ото сна, еще и задавать эти смехотворные вопросы!
Вздор!
— О, здорово, да, э-это классно… Не могу понять, тут стало жарче или это ты такой горячий? — паренек больше не осмеливался стоять на месте, снова начал отступать по кругу в пещере, пока явно разгневанный Минхо все сильнее напирал.
— Я буквально огнедышащий дракон, идиот! Кто ты вообще такой? — главное сейчас было подвести придурка ближе к выходу из пещеры и выпнуть куда подальше. Но, похоже, у рыцаришки были другие планы — уходить «герой» как-то не торопился.
— Чонин, но ты можешь называть меня своим, — парень попытался улыбнуться дракону, но это было сложно, пока он уворачивался от хвоста.
Так, стоп.
Да быть того не может…
Замерев на месте, Минхо еще раз прокрутил в голове весь диалог. Черт! Либо этот идиот хочет умереть, либо он на голову больной. Ладно, ни один человек в здравом уме не попрется в пещеру дракона, но чтобы все было настолько плохо…
— Ты должен драться со мной, а не флиртовать!
— Но ты… Вау! Что насчет свидания?
Минхо годами искал себе подходящее место, где бы он мог спокойно отдыхать в обличье дракона, достаточно большом, чтобы полностью раскрыть крылья. Подальше от людских глаз. Он потратил уйму времени, чтобы привести в приличный вид остальные более мелкие пещеры, которые соединены с основной извилистыми коридорами. Это его дом! Его сокровищница! Ни одна мелкая блоха не будет портить ему вечер.
Достаточно!
Взмахнув хвостом, он наконец-то сбил с ног наглеца. Шлем откатился в сторону, явив взору Минхо широко раскрытые от удивления глаза. Без капли страха. Мальчишка должен был бояться, бежать, крича от ужаса, но вместо этого он просто пялился на дракона.
Если не хочет уходить сам, значит, Минхо придаст ему скорости. Обвив хвостом тело парня, крепко прижав руки к туловищу, чтобы сильно не брыкался, дракон поднял парня над землей и поднес поближе к морде, чтобы взглянуть нарушителю спокойствия в глаза.
— Я тебе устрою свидание с лекарем, — злобно прорычал Минхо, фыркнув тому в лицо облаком дыма. Копна рыжих волос спуталась из-за этого только сильнее, переливаясь на солнце золотом. Хм, Минхо любит золото. Он впервые видел, чтобы его дражайшая любовь была вплетена в чьи-то локоны.
Не важно.
Он может катиться куда подальше вместе со своими драгоценными волосами.
— Не, спасибо, он не такой горячий, как ты, так еще и женат. Не мой типаж, — продолжал свою надоедливую болтовню рыцарь, даже несмотря на то, что в данный момент его несли прочь из пещеры. Все еще без капли паники, став только наглее в удушающих объятиях хвоста. — Могу я хотя бы узнать имя моего будущего мужа?
Минхо в который раз за этот вечер тяжело вздохнул и оставил без ответа очередной вздорный вопрос. Хотя еще было спорно, что лучше: когда этот шут болтал без продыху или когда он молча не сводил глаз с дракона, как сейчас.
Наконец, спустившись на несколько выступов вниз, Минхо усадил парня возле камня подальше от пещеры в надежде, что тому будет лень идти обратно.
— Стой, так что насчет свидания? Может, завтра? — кричал вслед рыцарь, когда дракон расправил крылья, готовый взмыть вверх, обратно в свое укрытие.
Последние лучи заходящего солнца все ярче окрашивали парня в цвет драгоценного металла. Он выглядел, как кусочек золота, который должен был находиться в коллекции дракона на самом почетном месте.
— Чтоб я тебя здесь больше не видел! — бросил на прощание Минхо, заставив себя отвести взгляд от рыцаря.
✶ ༻• ❍ •༺ ✶
В пещере цветы. В его домике, с другой стороны подножия горы, везде были цветы. На каждом столе, тумбе и полке — цветы. В каждой банке, бутылке, даже одну кастрюлю пришлось пожертвовать. Минхо ощущает себя полевой феей, которая живет в бутоне дикого ириса, пьет росу и питается нектаром. Осталось только с бабочками подружиться… Если этот клоун притащит еще хоть одну ромашку к пещере, у дракона случится нервный срыв. Глаз уже дергается. От количества цветов складывалось впечатление, что рыцарь оборвал уже несколько полей в округе. Не важно, насколько красивы букеты, им не место в темной забытой Богом пещере. А Минхо точно последнее существо, которое стоит так одаривать. Ну хотя бы этот рыцарь не орет возле пещеры, и то хорошо. Еще ни разу с того злополучного вечера Минхо не удалось поймать с поличным парня, который решил устроить из драконьего логова цветочную лавку. А то бы он ему высказал пару ласковых. Вот только попадись этот шут на глаза… — Дракон! Ты здесь? Ну вот, сглазил. Как по заказу, по пещере эхом разнесся голос человечишки, который решил и дальше нервировать дракона. Кажется, в прошлый раз его все-таки стоило хорошенько пнуть. Что же, никогда не поздно. — Я понять не могу, у тебя девять жизней и одну потерять не жалко? — прорычал Минхо, выбираясь из глубины своего убежища. У входа в пещеру стоял тот же самый паренек. Солнечный свет играл в его рыжих волосах, вновь окрашивая их в золото. При виде Минхо лучезарная улыбка украсила лицо человека и солнце на его фоне поблекло. На этот раз без доспехов и меча, в обычной рубахе из грубого хлопка и коричневых штанах, только букет в руках. Одним словом — смертник. — На самом деле, ты можешь наступить на меня, и я скажу тебе спасибо, — ничуть не замешкавшись, сразу выпалил парень. — Ты че несешь? Ты больной? — Минхо опешил от ответа рыцаря. Может, это дракону стоит его бояться? Мало ли что можно ожидать от полоумного. А с этим мальчишкой явно что-то было не так. — Забирай свой веник и вали отсюда, мне их уже ставить некуда! Грубые слова только заставили парня улыбаться ярче. Чертов фетишист… — Так ты правда оставил все цветы? — благоговейно прошептал человек и прижал к себе букет, который держал в руках. Минхо даже показалось, что щеки рыцаря залил румянец. Нет, наверное, просто жарко на солнце. — Я боялся, что они тебе не понравятся. Я… Я никогда ни за кем не ухаживал, тем более за драконом… Именно этого счастья Минхо и не хватало. Прицепился же еще, как пиявка. Грубые слова пролетали мимо мальчишки, словно тот был глухим. Кричи, вопи, отсылай куда подальше — все равно возвращается. Явное пренебрежение не задевало, а стальная защита из упорства отражала каждую смертоносную стрелу равнодушия. Про физическую силу даже не стоит заикаться: казалось, что тот наслаждался каждой секундой, когда его сдавливал драконий хвост. — Никаких ухаживаний! — прорычал Минхо больше от отчаяния, чем от злости. Рыцарь упорно не слышал разумных речей. Ему должно было хватить того, что деревенские жители болтали о драконе на каждом шагу. Стоило прислушаться ко всем россказням и предупреждениям, а не тащиться в эту пещеру. — Я в секунду тебя испепелю, прожую и не подавлюсь. Разве не это тебе должны были твердить эти деревенщины? Тебе плохо видно, что за чудовище пред тобой? Мне не нужны твои цветы! Убирайся! Улыбка медленно сползла с лица парня. Минхо готов был нарычать на него еще раз, если это все, что потребовалось, чтобы отвадить ухажера. Может быть, дракон даже будет чуть-чуть скучать по золотому сиянию его волос, слишком он слаб перед драгоценностями. Минхо хотел наслаждаться видом, пока у него была такая возможность. — П-прости, я больше не буду… — пробормотал рыцарь, понуро опустив голову. В груди Минхо затрепетала беспокойная искорка. — Я правда не знал. Солнце все так же освещало парня со спины, создавая вокруг его хрупкой фигуры сверкающий ореол. Лучи играли в медовых прядях. Местами золото сменялось огненными бликами. К ним хотелось прикоснуться, только не когтистой драконьей лапой, большой и неуклюжей, которая могла ранить драгоценное создание, а мягкой человеческой рукой, ласково пропустить между пальцами шелковые локоны. — Я такой глупый, — все бубнил себе под нос парень. — Надо было сразу у тебя спросить. Что ты хочешь в подарок? К-корову?.. Эта треклятая корова, будь она неладна. Взгляд юноши снова устремился на дракона, в нем плясали прежние искры. Непробиваемый. Минхо искренне был сражен упорством этого человека. Будь он таким же настырным, наверное, та орхидея не сдохла бы у него на подоконнике. Пацана, очевидно, не запугать. Минхо судорожно перебирал в голове идеи, постепенно приходя к неутешительному выводу, что он безоружен перед лицом настойчивости, слабоумия и отваги. Пугающая смесь. Но может… — Золото! Я хочу золото, — выпалил дракон. — З-золото?.. — парнишка опешил от такого заявления. — Конечно, а что еще по-твоему любят драконы? Золото, драгоценные камни, жемчуга, браслеты, перстни, ожерелья, — в низком голосе Минхо звучало благоговение и, может быть, капелька надежды, что такая невыполнимая задача быстро собьет спесь с деревенского мальчишки. — Поэтому вон и без золота не возвращайся!✶ ༻• ❍ •༺ ✶
Минхо нервно метался по пещере, не находя себе места и сбивая каждый камень, которому не повезло попасться ему на пути. Даже когда он силой заставил себя успокоиться и сесть, его хвост продолжал хаотичные движения, как у непоседливого кота, едва не задевая старое кострище, возле которого дракон любил иногда отдыхать. Огонь всегда его успокаивал. Родная стихия обнимала сердце, защищала от мира, где ему не было места. В отличие от воды. Той самой воды, что сейчас лилась с неба непроглядной стеной. В одну минуту яркое солнце заволокли тяжелые черные тучи и разразилась буря. Привычные капризы погоды в здешних краях. Тревога сжимала в тиски, вцеплялась когтистыми лапами в легкие, утаскивая все глубже в свои темные пучины. Мальчишка ушел буквально двадцать минут назад. Спуск с горы в лучшем случае занимает час. Скорее всего, буря застала его почти в начале пути. Ужасные мысли роились в голове дракона, одна страшнее другой. Промокнет насквозь и заболеет. Почву размоет, он поскользнется, упадет и покалечится. Или, того хуже, улетит сразу с обрыва — потом по кускам не соберешь. Или… Оползень. Лучше уж пусть гудит на ухо, чем погибнет из-за собственной глупости. Вот надо же было парнишке таскаться на эту гору. И ради чего? Ради веника? Ради монстра?.. Минхо встряхнул крылья, заранее представляя, сколько времени придется восстанавливать драконий огонь после таких водных процедур. Но все нутро скручивало в узел, как только он думал о том, что золото локонов мальчишки померкнет, а лучезарная улыбка больше никогда не будет составлять конкуренцию великому светилу над их головами, что так не вовремя их покинуло. Ринувшись из глубины пещеры к выходу, с твердым намерением достать парня хоть из глубин преисподней, но живым, Минхо замер от открывшейся перед ним картины. Прислонившись к каменной стене, стоял златовласый парнишка. Насквозь мокрый. Некогда рыжие волосы тяжелыми темными прядями липли к лицу, рубаха, до нитки пропитанная дождем, местами просвечивала, а обувь и штаны были заляпаны грязью. Заметив присутствие дракона, парень резко вскинул голову, сделав едва заметный шаг назад. Порыв ветра, обдавший его спину дождем, заставил вернуться на прежнее место. — Прости… Прости, я знаю, что не должен был возвращаться, — торопливо начал объясняться гость, который и не мог себе представить, насколько желанным было его появление. — Я скоро уйду. Дождь закончится, и сразу же уйду, обещаю. Я пытался идти сквозь бурю, но там все так размыло, что я… — Чонин, — мальчишка резко вдохнул, услышав свое имя из уст дракона, и уставился на него широко раскрытыми глазами. — Заткнись и иди грейся, ты дрожишь, как осина на ветру. Парень продолжал стоять в проходе, открывая и закрывая рот, как рыба, выброшенная на берег, не в силах вымолвить ни слова. Минхо закатил янтарные глаза. Удивительно, как этот человек мог раздражать его буквально до глубины души, даже не прилагая усилий. Не желая ждать, пока парень придет в себя, дракон снова обвил его хвостом, только на этот раз направляясь в пещеру. Холодные капли воды неприятно струились по горячей чешуе, и, стиснув зубы, дракон молча нес Чонина. Человек, все еще пребывая в состоянии шока, мог только смотреть на Минхо с широко раскрытым ртом. Не обращая внимания на экзистенциальный кризис парня, Минхо торопился унести его поглубже в пещеру, где тому не будет угрожать холодный ветер. Разместив гостя на камнях возле кострища, Минхо принялся разводить огонь, благо он у него всегда прям под носом. Ливень стоял стеной, даже не планируя затихать. Дракон выругался, сетуя, что не может предоставить Чонину более комфортные условия, чем груда камней и несуразный очаг, возле которого можно погреться. Лететь до дома может быть чревато последствиями, тем более с ношей в виде взрослого парня. Спускаться на своих двоих в такую погоду смертельно опасно. Так что пока придется обходиться так. С одежды паренька буквально стекала вода, скапливаясь в лужу возле ног, а его кашель эхом отражался от стен пещеры. — Раздевайся. — Так сразу? Сначала хотя бы ужином меня угости, — лукаво хихикал парнишка, не обращая внимания на дрожь, которая пробирала все его мокрое тело. — Я вообще-то приличный юноша. На самом деле, еще не поздно было его вышвырнуть. Может, какой-нибудь приятный оползень будет столь любезен и закончит страдания Минхо. Это просто не укладывалось в голове. Чонин стоял посреди пещеры, обхватив себя руками в тщетной попытке сохранить хотя бы немного тепла, дрожал от каждого легкого сквозняка, что создавали крылья дракона, замерзший до посинения, его речь прервалась из-за кашля и все равно он умудрялся так нагло себя вести. — Знаешь что, — выпалил Минхо, — давай я тебя просто подожгу — сразу согреешься! — Ох, но, Мистер Дракон, из-за тебя я уже и так весь горю, — голос немного хрипел, хитрая ухмылка медленно сползла с лица, когда дракон продолжил смотреть на парня, не реагируя на его слова. — Прости, я не знаю, почему такое говорю, даже не знаю, откуда это берется. Он опустил взгляд, стараясь не смотреть на Минхо. — Тебе нужно согреться, иначе ты заболеешь, — спокойно ответил Минхо, когда увидел, как неловко чувствует себя Чонин. Ветер не проникал в пещеру, но это не отменяло того, что их окружал только холодный камень. Из теплого у них были лишь еще не разведенный костер и сам Минхо. Даже если снять мокрую одежду, сидеть возле огня и прижиматься к горячей коже дракона, Чонин не сможет достаточно согреться. Кажется, у Минхо нет выбора. — Пойдем, — ничего не объясняя, отрезал дракон. Он развернулся и направился к выходу из пещеры, стараясь не подавать виду, как все сжималось внутри. Неужели Минхо готов заплатить такую цену за этого доходягу? — Куда?.. Стой! — послышалось вслед. Чонин бежал за ним, маленький и хрупкий на фоне массивного дракона. Мальчишка остановился, глядя на ужасающую бурю глазами, полными страха. — Пожалуйста, не надо, — тихо сказал он и попятился назад. — Пожалуйста, я буду молчать, клянусь! Прошу, только не выгоняй меня! Напуганный. Продрогший. Он был готов умолять, лишь бы остаться в холодной неуютной пещере, он был уверен, что дракон его выгоняет. Минхо самоуничижительно усмехнулся. А чего еще мог ждать Чонин от чудовища? — Прекрати скулить! — прорычал дракон. — Иди ко мне. Минхо стоял, протянув лапы к человеку, который дрожал не то от холода, не то от страха. Устав ждать, дракон закатил глаза и решил взять дело в свои руки. Буквально. — Святая Мать драконов, почему с тобой так сложно?! — он решительно направился к парню, а тот, в свою очередь, снова начал отходить в глубь пещеры. Дракон схватил парня когтистыми лапами и прижал к груди, стараясь не поранить. — Что ты делаешь?! Отпусти! — Чонин брыкался и упирался руками. — Прекрати елозить, мелкая пиявка! То от тебя не избавишься, то не удержишь! — Минхо держал парня на вытянутых лапах, чтобы иметь возможность смотреть ему в глаза, тот замер под громогласным голосом дракона. — Определись уже наконец. Хочешь замерзнуть насмерть в этой пещере? Вперед, не буду останавливать. Но, знаешь, я предпочел бы не разбираться с твоим трупом. Хочешь жить — прижмись и сиди смирно! Чонин все еще непонимающе смотрел на дракона. — Что ты делаешь? — уже тише спросил Чонин. — Ты здесь замерзнешь, — коротко ответил Минхо. — Тебя надо согреть. Не давая человеку внятных объяснений да и времени на раздумья, Минхо снова прижал его к себе. В этот раз Чонин молча обхватил дракона за шею, насколько хватало рук. — Ты такой теплый, — прошептал парень, и не будь он так близко, дракон бы даже его не расслышал. Минхо чувствовал. Чувствовал контраст холодной кожи и горячей чешуи. Чувствовал, как вода с одежды просачивается между чешуйками. Чувствовал, как дрожит хрупкий человек в его объятиях. — Если упадешь, то это будут твои проблемы. Минхо смотрел на бурю. Ужасный ветер гнул деревья, а за стеной дождя не было видно ни зги. Он закрыл глаза, тяжело вздохнул и нырнул вниз с края обрыва. Расправив крылья, Минхо взлетел, прилагая усилия, чтобы пробиться сквозь непогоду. Вода причиняла боль, проникая глубже сквозь чешую. Дракон был непобедим перед оружием, его не пугали бравые воины в доспехах, но стихия была сильнее. Холод буквально выжигал саму драконью суть. Мальчишеские руки вцепились в него со сверхъестественной силой. Такой ценный груз. Минхо держал его крепко, но старался не переломать парню кости. За горой стоял маленький, некогда заброшенный домик. Минхо не знает, кто мог бы жить там до него, вдали от всего человечества. Но кто бы это ни был, сейчас дракон как никогда ему благодарен — за укрытие для них двоих. Лететь было сложно. Ветер сносил их с пути, а без свободных драконьих лап было труднее контролировать массивное тело. Наконец он завидел поляну, на которой стоял дом, и начал осторожно спускаться вниз. Приземлившись, он отодрал от своей чешуи до смерти перепуганного парня. Тот еле держался на ногах. Минхо казалось, что как только он отпустит человека, тот сразу же мертвым грузом рухнет наземь. — Зайди внутрь, — он подтолкнул ошалелого парня в сторону двери. — Ч-чей это дом? М-мы же не можем п-просто так ворваться, — Чонин был насквозь мокрым, от холода зуб на зуб не попадал, только его оторвали от тепла, как он сразу начал трястись и кашлять пуще прежнего, но при этом его все равно волновало, не нарушает ли он чей-то покой. Что-то Минхо не припомнит, чтобы этот шут гороховый так беспокоился о его покое. — Зайди в дом, пока я сам не зашвырнул туда твою тощую задницу! — угрожающе прорычал дракон. — Ах! Она не тощая! — возмутился Чонин, но поплелся внутрь, недовольно бормоча себе под нос. Минхо смотрел ему вслед, не понимая, как он докатился до жизни такой. Сидел один в пустой пещере и никого не трогал, как это горе луковое свалилось ему на голову? — Безмозглый дракон! — сокрушался Минхо. — Заговорить с человеком? Прекрасно! Вымокнуть из-за него под дождем? Здорово, да хоть каждый день! Да давай все ему расскажем! Может еще сокровищницу покажешь?! Минхо шел босиком по лужам к домику, пачкая в грязи свои очень даже человеческие ноги, причитая о тяжести своей судьбы. Дверь во что-то уперлась, когда он попытался ее открыть. — Ай! Аккуратнее! — послышалось с той стороны. — А нечего стоять на проходе! — крикнул в ответ Минхо и уже беспрепятственно вошел внутрь. Чонин замер при виде человека в нескольких шагах от него. На лице парня отразилось все непонимание этого мира. Он смотрел во все глаза, не произнося не слова. — Че встал-то? — Минхо кинул на него взгляд и прошел дальше в дом, к сундуку в дальнем углу, из которого достал сухую одежду. Домишко был крохотным. В углу стояла кровать, застеленная грубым стеганым одеялом, чуть поодаль располагался камин, тусклый свет пробивался через единственное окно над небольшой импровизированной кухонькой. Интерьер выглядел скудно, здесь было только самое необходимое. Дракон любил сокровища, а не тряпки и чашки. Красок в унылую обитель добавляли цветы, расставленные в и без того малочисленной посуде. Некоторые букеты уже подвяли, но продолжали занимать место в маленьком доме. Дракон скорее откусит свой хвост, чем признается даже самому себе, как ему трудно расставаться с увядшими растениями. — Кто Вы? — наконец пришел в себя Чонин. — Это Ваш дом?! Простите! Простите, пожалуйста! Я не хотел Вас тревожить. Я сейчас же уйду. Этот дракон меня сюда затащил, а сам он где? Чонин бледнел буквально на глазах. Закончив тараторить, он резко кинулся к двери, уже планируя сбежать. Минхо швырнул одежду на кровать и поспешил за ним. — И куда ты собрался? — дракон поймал парня уже на пороге, схватил за рубаху и потащил назад в дом. — Вы посмотрите на него. Я его сюда затащил. На улице под дождем тебе будет лучше? Да, не хоромы, но здесь сухо, и ты в безопасности. Где хоть капля благодарности? Порыв ветра с шумом захлопнул входную дверь. Чонин медленно повернулся к Минхо, который все еще не отпускал одежду парня. Человек смотрел на дракона, затаив дыхание, вглядывался ему в глаза, ища знакомые черты. — Ты и есть дракон, — благоговейно прошептал Чонин. Не вопрос — утверждение. Аккуратно, словно боясь спугнуть, парень протянул руку к лицу Минхо. Он невесомо огладил щеку холодными пальцами. — Не думал, что ты можешь стать еще красивее. Минхо закрыл глаза не в силах выдержать взгляд Чонина. Дракон на минуту забылся в нежном прикосновении. Что-то глубоко в его сердце дрожало, оно хотело убежать и спрятаться в самом темном углу или выпустить клыки и когти и наброситься, защищаясь от незнакомого натиска. Но сильнее всего это маленькое нечто хотело прыгнуть навстречу, разгореться из хрупкой искорки в пламя, окутать собой все вокруг, наплевав на последствия пожара. Минхо резко отпрянул, очнувшись от забвения. Он быстро заморгал, стряхивая с себя дурман. Они все еще в холодной хижине посреди бури, вымокшие до нитки. Сейчас есть более важные моменты. Он ринулся за брошенной в кучу одеждой. — У тебя что, покраснели уши? — хихикал за его спиной Чонин. — Я тебя засмущал? — Что за чушь ты несешь? — Минхо развернулся к парню, тут же прикрывая свободной от одежды рукой ухо. — Это потому что я сказал, что ты красивый? — Чонин лукаво улыбался и наслаждался каждым мгновением, пока дракон так очевидно краснел. — Но ведь это правда. На фоне твоей красоты звездное небо — всего лишь стайка тусклых светлячков. — Умолкни! — Минхо швырнул одежду в лицо Чонину, отчего тот рассмеялся пуще прежнего. Наконец переодевшись в сухое, Минхо усадил Чонина на кровать, чтобы тот не мешался под ногами. Для начала было бы хорошо нагреть воду и заварить травы. Люди такие хрупкие, как легко их мог подкосить обычный дождь — парень лишь промок и уже задыхался от сильного кашля. Минхо резко одернул себя от таких мыслей. Будто он сам лучше. Скоро водное турне по местным окрестностям даст о себе знать и он не встанет с кровати, так что стоит поторопиться и отогреть хотя бы Чонина. Холод был не снаружи, он распространялся изнутри. Там, где некогда пылал драконий огонь, сейчас тлеют угли. Где-то в глубине кухни должен был остаться маленький котелок, не заполненный цветами. Минхо бросил осторожный взгляд на парня, ожидая, что тот заметит все подаренные им букеты и снова начнет ехидничать. Но Чонин завороженно смотрел на единственную деталь, которая выбивалась из скудного убранства дома. Единственное, что было куплено, а не досталось от прошлых хозяев. Книжный шкаф. Всего несколько маленьких полок с книгами, которые Минхо тащил за собой, наравне с сокровищами. Истории, полные доблести, доброты… и любви. Выбравшись из-под стола с маленьким котелком в руках, Минхо понадеялся, что в кадушке осталось достаточно воды, и чтобы сполоснуть посуду, и чтобы заварить для них согревающий чай. — Почему ты так смотришь? — выпалил дракон, не сдержав своего любопытства. — Никогда не видел столько книг, — еле слышно ответил Чонин. Он сидел съежившись на самом краю кровати и почти не шевелился, только кашель напоминал о его присутствии. — Ты никогда не был в библиотеке? — краем глаза Минхо заметил, что парень тянет руку к полке. — Не трогай! — резко выпалил дракон, не сдержав эмоции. Не хватало еще, чтобы Чонин совал свой любопытный нос, куда не просят. — Прости, — мальчишка отдернул руку и сжался в комок, глядя на Минхо испуганными глазами. А тот ползал на коленях возле камина в попытках разжечь огонь. Удача была на его стороне, и за столько времени трут не отсырел, но какой же морокой было выбить искры с помощью кремня. Дракон стучал им по стальной пластинке, рискуя повредить пальцы из-за своих неловких движений. — Да чтоб тебя! — все усилия Минхо не принесли результата, и он швырнул железку в камин. Без огня в груди он чувствовал себя неполноценным и беспомощным. Какой смысл в драконе, который даже камин разжечь не может? Мысли одна злее другой кружили у него в голове, нервы накалялись до предела. Он уже был готов сорваться с места и снова выбежать под дождь, где такой ящерице, как он, самое место. — Ну что ты делаешь? — холодная ладонь обхватила руку Минхо, и Чонин аккуратно забрал у него кремень, а затем достал из камина пластину. — Нужно не стучать, а скользить по камню, вот так. Минхо был не в силах отвести взгляд от изящных пальцев Чонина, которые ловко высекали искры. Парень разводил огонь так, будто делал это уже тысячи раз. Минхо чуть пристыдил себя за такие мысли — конечно, деревенскому мальчишке постоянно приходится это делать, не каждый ведь носит в себе горящее пламя. Сердце Минхо сжалось и было готово разбиться на куски, когда он обратил внимание на то, что красивые руки Чонина полностью покрыты шрамами, некоторые из которых выглядели как ожоги. Они тянулись от самых кончиков пальцев, по ладоням и исчезали под рукавами. — Что такое библиотека? — спросил Чонин, когда котелок уже висел над огнем, наполняя комнату теплом. Минхо смотрел, как мальчишка тянет руки ближе к пламени, стараясь их согреть. Дракон стянул с кровати два одеяла, расстелив одно на полу возле камина, а второе накинул на плечи парню. Минхо жестом указал Чонину, чтобы тот сел поближе к огню и не мерз на голых досках. Парнишка обернулся и растерянно посмотрел на Минхо, в его глазах читался немой вопрос, но он послушно укутался в одеяло. — Библиотека — это место, где хранятся книги, их там очень-очень много, гораздо больше, чем в этом шкафу, и любой может прийти и взять что-нибудь почитать, но обязательно должен вернуть все книги обратно, — спустя какое-то время ответил Минхо, он сел на одеяло на некотором расстоянии от парня. — Ого, я не знал, что такое существует, — Чонин смотрел на дракона с полным восхищением, будто тот позволил заглянуть в самое сердце своей сокровищницы. Минхо нахмурился: он не понимал, как люди могут жить без книг. Истории на этих страницах спасали его в самые темные времена. Каждый раз, когда ему было некуда бежать, он прятался в библиотеке и с головой погружался в чужие приключения. По его скромному мнению, жизнь без чтения была бы мрачной и суровой, но пока примером для него были эти небывалые смельчаки, Минхо мог справиться с чем угодно. — Тебе не нравится читать? Услышав вопрос, Чонин переменился в лице. Он повернулся к огню и тоскливо опустил взгляд в пол. Пальцы нервно теребили край одеяла. — Я… Я не умею читать, в деревне вообще мало кто умеет, но я помню, как мама читала мне сказки, — еле слышно ответил парень. Он грустно улыбнулся, и Минхо почувствовал, какая печаль сквозила в его словах. — Я был еще маленьким, когда их с папой не стало, и она не успела меня научить. — Мне жаль, — еле слышно пробормотал Минхо, не зная, как правильно выразить свое сочувствие. Чонин ничего не ответил, только безотрывно смотрел на камин. Стараясь сбежать от неловкой тишины, Минхо решил посмотреть, какие травы у него имелись в запасе. По пути он проверил котелок: вода должна была уже вот-вот закипеть. Дракон достал несколько тканевых мешочков и, определив по запаху, где какая трава, он оставил нужные на столе, убрав остальные за ненадобностью. Минхо старался подобрать лучший сбор, который облегчит кашель Чонина. В доме повисла тишина. За окном быстро темнело из-за нависших туч. Дракон нервно топтался возле стола, где заваривался чай. Сначала он порывался вернуться к огню, но отказался от этой затеи, только представив, как он молча сидит возле Чонина, не зная, как его утешить. Сушеные листья медленно кружились в чашке, за окном выл ветер, свет от камина тепло укутывал дом. На вид Чонин больше не дрожал от холода, чего нельзя было сказать о Минхо. Лед сковал грудь и растекался по венам, пронизывая все тело. Каждый вдох царапал горло, будто дракона окружал лютый мороз, а не уют защищенного от непогоды дома. Минхо старался не подавать виду. Он справится, как справлялся всегда. Слабость тела невольно напомнила, как в детстве он по глупости свалился в реку и в наказание родители запретили слугам ему помогать. Картина ожила перед его глазами, словно все произошло вчера. Он тогда был таким маленьким, до дракона-то еще не дорос — ящерка. Несколько служанок, которые работали в их поместье, с жалостью смотрели на него, но не решались подойти, боясь наказания. Минхо лежал, свернувшись в клубок под единственным тонким одеялом, и дрожал. Вокруг была только темнота и тишина, и ни единой души. Сначала мальчик пытался звать на помощь, пока не сорвал голос, но никто так и не пришел. Они оставили его один на один с холодом. Детская комната была слишком большой и в то же время тесной, как клетка. За окном светило солнце, но Минхо не чувствовал тепла, будто эти стены отделяли его от остального мира, запирая в тюрьме из льда. Тогда, цепляясь за жизнь, он вспоминал разочарование в глазах родителей и жалость слуг. Он должен был быть сильнее — он же дракон из Дома Ли. Маленький Минхо тихо плакал от досады. В тот день он, еще совсем кроха, пообещал себе, что справится со всем сам, что больше не встретит жалостливые взгляды, что больше не будет ждать помощи. Из воспоминаний его выдернул кашель. Дракон все это время стоял и смотрел на свое отражение в кухонном окне. Он больше не маленькая ящерка — теперь он взрослый мужчина. Стиснув зубы, Минхо решил, что у него еще будет время похандрить из-за превратностей судьбы. — Вот, выпей это, — взяв со стола две чашки с готовым настоем, дракон поспешил к Чонину. — Должно помочь с кашлем. — Только если это волшебное зелье, — прохрипел парень. Он аккуратно попробовал горячий чай и удивленно вскинул брови. — Очень вкусно, что это? — Чабрец, душица и ромашка. Они хорошо помогают, а ромашка должна успокоить раздраженное горло, — объяснил Минхо. В детстве он был восхищен тем, что обычные травы могут обладать такими свойствами и лечить даже без магии. — Волшебных зелий не варю, но это поможет. — Спасибо, — Чонин уткнулся в чашку, но то и дело переводил взгляд на дракона, будто хотел что-то сказать, но не решался. Парень снова закашлялся, чуть не выронив чай. Минхо тут же обхватил его ладонь. — Ах, почему твои руки такие холодные, здесь же тепло?! Залезай под одеяло! — Я в порядке, — дракон резко отстранился. — Думай больше о себе и пей настой, пока легкие не выплюнул. — Это из-за моей работы, — Чонин упрямо смотрел на Минхо, не позволяя тому уйти от ответа. — Меня нельзя вылечить, но ты не должен быть таким холодным. Это из-за того, что ты человек? Раньше твоя чешуя была горячей. Минхо тяжело вздохнул. Вот действительно пиявка. Как бы дракон ни пытался избавиться от парня все эти дни — что в лоб, что по лбу. Спорить было бесполезно, но Минхо мог попытаться. — Тебе вообще какая разница? Пей свой чай! — настаивал дракон. — Пока не сядешь рядом, не буду пить! — Чонин демонстративно откинул один уголок одеяла, освобождая место, и не притронулся к настою. — Это не я здесь кашляю! — И не я здесь, как ледышка! Спор продолжался, голоса звучали все громче. Они кидали друг в друга острые фразы, пытаясь отстоять свою точку зрения. Каждый аргумент был все глупее и глупее: оба раздули детскую ссору из ничего. Это продолжалось, пока Чонин снова не начал кашлять. — Ладно, ладно! Я сяду, только пей, — Минхо опустился на колени возле парня, поднося чашку к его губам, и успокоился, когда Чонин сделал глоток. — Ты тоже пей, — парень указал на забытый драконом чай. Минхо недовольно уселся рядом и схватил свою чашку. Он смотрел на огонь, не желая встречаться взглядом с мальчишкой, который опять добился своего. Неожиданно на плечи ему накинули одеяло, и он все-таки повернулся к Чонину, но тот глядел только на камин, пряча улыбку за настоем. Дракон завороженно следил за танцем языков пламени и невольно вспомнил о шрамах на руках парня. Он искоса бросил взгляд, надеясь разглядеть их получше. Кашель и ожоги… Минхо не мог перестать думать об этом, ища связь. Кажется, работа Чонина была связана с огнем. Дракон так погрузился в собственные мысли, что не заметил, как Чонин двигался все ближе и ближе к нему. Минхо пришел в себя, только когда парень уже сидел, прижавшись к нему вплотную. Похоже, дракон так продрог изнутри, что даже человек казался заманчиво теплым. — Ты прочел все эти книги? — голос Чонина прервал тишину. Минхо повернулся к парню, но лицо того оказалось так неожиданно близко, что дракон резко отпрянул. — Да, — неуклюже пробормотал Минхо. — Расскажи мне свою любимую историю, пожалуйста, — в глазах Чонина сияли неподдельное любопытство и детский восторг. — Я так давно не слышал сказок, — еле слышно добавил парень. Минхо замешкался. Он не то чтобы возражал… Это было скорее неловко. Минхо не был хорошим рассказчиком. Но, глядя на ожидающего Чонина, понял, что не может отказать в такой просьбе. — Ну… — Стой! — тут же перебил его Чонин. — У меня спина болит, давай ляжем. Минхо не успел ответить, как парень толкнул его на одеяло и улегся рядом, укрыв их обоих сверху. Дракон только хлопал глазами, глядя в потолок и не понимая пока, что происходит. Парень придвинулся ближе и разместился на руке дракона, как на подушке. Чонин выглядел таким довольным, что Минхо не смог его отчитать за такие вольности. — Это история о мальчике, который всегда был чужим, — чуть подумав, начал Минхо. — Его родители были жадными и с раннего детства заставляли сына работать не покладая рук. Но не это делало мальчика чужим: у него был дар в мире, где никто не владел магией, — дракон перевел взгляд на Чонина, чтобы оценить его реакцию, парень укутался в одеяло и насупился, как маленький птенчик, он тяжело моргал, будто под сонным зельем, но не отводил глаз от Минхо. — Однажды, мальчик так устал, что отключился прямо во время работы. А утром отец был безумно зол и высек сына розгами. Тогда еле живой мальчик добрался до своей крохотной комнаты в подвале и горько заплакал. Он не понимал, чем заслужил такой подарок в свой день рождения. Они лежали прижавшись к друг другу на их маленьком островке спокойствия. Пока за окном лил дождь, рядом с ними в камине тихо потрескивал огонь. Безумный мир за пределами этих стен был не важен, значение имело только тепло, что они делили между собой. — Чуть позже мальчик прокрался на кухню и стащил оттуда кусочек сладкого хлеба и свечу, а потом вернулся в свою комнату, зажег свечку и долго смотрел на пламя. Он крепко зажмурился и пожелал оказаться в месте, где сможет стать своим, и задул огонек. И, открыв глаза, он понял, что находится в незнакомом городе, — Минхо сделал паузу, когда почувствовал как Чонин прижался теплым носом к его шее. — Там он встретил друга, который мог видеть вещие сны — и так они узнали, что где-то среди звезд; среди разрушенных зданий и мертвой земли; среди огня, сажи и полей; где-то там далеко их ждали другие их братья. Держа за руку своего друга, мальчик снова задул свечу. Минхо почувствовал, как дыхание Чонина выровнялось. Парень мирно сопел рядом с драконом. Минхо смотрел на его умиротворенное лицо, ничто не тревожило человека во сне, даже его кашель немного успокоился благодаря настою. К волосам Чонина снова вернулся золотой блеск, когда они высохли. Дракон аккуратно протянул руку, убрал прядь с лица парня, и огненные блики начали свой танец. Минхо не мог отвести взгляд и не мог перестать прикасаться. Он нежно гладил Чонина по волосам, отчего тот мило морщил нос. Минхо усмехнулся. И такая пиявка могла быть столь очаровательным созданием. Потрескивание в камине и тепло человека медленно убаюкивали Минхо, и он не заметил, как погрузился в сон, так и не убрав руку от волос Чонина.✶ ༻• ❍ •༺ ✶
Очнувшись утром, Минхо понял, что лежит один возле камина. Холодно. Как же было холодно. В камине еле горел огонь, но Чонина нигде не было. Дракона била дрожь. Все тело было покрыто холодным потом. Минхо с трудом дополз до кровати, волоча за собой одеяло. Он был не в состоянии нормально лечь и укрыться. Дракон пытался дышать, но легкие были словно заморожены, они отказывались работать, чтобы вобрать в себя как можно больше воздуха. Сознание Минхо мутилось. Он то приходил в себя, то снова отключался. Маленький дом стал казаться слишком большим и в то же время тесным, как клетка. За окном светило солнце, но Минхо не чувствовал тепла, будто эти стены отделяли его от остального мира, запирая в тюрьме изо льда.
