Без слов

Хижина — единственное место, где в коим-то веке можно было расслабиться всем выжившим, не заставляя дрожать от страха или задуматься о правильности каждого совершённого шага или действия, после которого бы последовала мучительная смерть от убийцы, который захотел повеселиться. Очередной раунд прошёл не так гладко, как хотелось бы, ведь было несколько потерь, которых не смогли избежать. Да, все умершие появляются так же в хижине, но кто знает, сколько ещё таких возражений спектр предоставит, быть может это могли быть их последние жизни. Уже через короткое время после начала раунда Шансу было понятно, что Эллиоту будет не сладко в моральном плане, услышав где-то в дали треск и ругань остальных. Он знал это очень хорошо, ведь не в первый раз видел, как устало выглядит доставщик после раундов с потерями. И так же было в этот раз. Эллиот — лучший работник месяца в пиццерии, в которой работал до попадания в этот ад и видимо он пытался оправдать своё звание даже здесь, что у Шанса вызывало уважение, как и у всей команды выживших, но это было в какой-то степени самоубийственное рвение, даже если не в прямом смысле. Стрелок не впервые общался с доставщиком насчёт этого, насчёт вины из-за того, что он не смог вовремя залечить кого-то, что не смог помочь и Шанс был рядом в такие моменты. Хоть и парниша видимо не осознавал этого в полной мере, но его помощь была бесценна, а эмоциональной выдержке можно было только завидовать, ведь было ясно, что к настолько напряжённой обстановке Эллиот не приучался и не привыкал никогда. Старания доставщика были не напрасны — вот что хотел донести до доставщика Шанс. И вот последние выжившие оказались в до боли знакомом помещении, некоторые из них громко вздохнули от такого стресса, некоторые спокойно ушли, не желая в лишний раз говорить что-либо. Только Эллиот стоял, не двинувшись с места, смотря куда-то в пол, словно увидел там что-то и внимательно следя за этим "чем-то". Больше слов для Шанса не нужно было — только одного вида доставщика было достаточно, чтобы сердце азартного игрока сжалось и укололо, а после обволакивало желание успокоить, утешить, приласкать. Всё, лишь бы тому стало легче. Неспешный шаг был направлен в его сторону, тихий и не резкий, чтобы не напугать Эллиота, ушедшего в свои мысли; лёгкая рука опустилась на плечо задумавшегося, нежно сжав его и потерев, настолько нежно и трепетно, насколько только мог позволить себе Шанс, показывая всю теплоту, таившуюся в душе грея её. Доставщик среагировал, чуть вздрагивая всем телом от всё же неожиданного действия, хоть и стрелок пытался максимально его не пугать, от чего сердце в моменте забилось быстрее, однако уже через несколько мгновений он узнал прикосновение. Знакомое и уже родное прикосновение, которое могло сделать только одна живая душа здесь, от которого он мог успокоиться быстрее, чем кто-либо моргнёт, в которых хотел утопать и прятаться, чувствуя себя в безопасности. Даже не успев повернуться, Эллиот уткнулся носом в элегантный костюм и обхватил тело Шанса, максимально прижимаясь к тёплому телу рядом с ним, словно к единственному спасательному кругу, который может плавать в океане. Усталость и стресс, который испытывал сейчас доставщик были очень сильны, что даже не было сил на какие-либо слова или слёзы, объясняющие происходящее, но в какой-то степени оба понимали, что в этом не было необходимости — на данный момент они понимали друг друга без слов и других подсказок. Шанс нежно рукой положил его голову к себе на плечо, после самым нежным образом обняв доставщика этой же рукой, аккуратно и воздушно пробегаясь по спине тела возле него. Тихие и чуткие слова о том, что он гордится проделанной работой Эллиота и что тот молодец неспешно и в какой-то степени сладостно слышались из уст азартного, ведь тот и вправду так считал, что пытался подтвердить это своими движениями. Ласково рука пробежалась по голове, а пальцы играли с некоторыми локонами волос, постепенно, неспешно, растягивая все действия, опускались вниз. На шее Шанс решил не останавливаться, положив свою ладонь на спине Эллиота и чертя в какой-то момент тонкие линии, в какой-то момент проводя полностью ладонь, но всё же пытался скомбинировать свои прикосновения, чтобы принести теплые и приятные ощущения. Они будут стоять так ещё достаточно времени, не желая прекращать такой момент, от чего у обоих будут трепетно биться сердца, отдавая теплотой и грея друг друга.