Секретарь

Зима выдалась неожиданно снежная для Морио. Снег шел и шел, постоянно, но понемножку, и Джоске вырвался в лидеры снежных батлов. Но Окуясу и Коичи соревновались с ним всерьез, иногда они даже использовали станды. Микитака выстроил у себя перед домом целую армию из пугающих существ, которых он называл снежными птичками. Снегу не радовалась только мама. Когда Джоске позвал её поиграть с ними в снежки, она буркнула, что не любит зиму, и вообще взяла сверхурочной работы (неумелая ложь). На шестой день размеренного снегопада приехал Джотаро. Остановился он в новом отеле на берегу реки, где был в это время чуть ли не единственным постояльцем. Когда он позвонил и предупредил, что едет, Джоске охватило дурное предчувствие. Джотаро настаивал, что беспокоиться не о чем и он просто совершал то, что Джоске про себя называл его стандовыми турами: колесил по миру, проверял новости о подозрительных происшествиях, вел учет обладателям стандов. Непонятно было, что он забыл в Морио, Джоске ему так и сказал. У Морио были они. Впрочем, Джоске был ему необъяснимо рад. Хотя Джотаро был, вообще-то говоря, мутный тип, и вечно приносил с собою проблемы, отчего-то было радостно возобновить то, что Джоске называл их деловыми семейными отношениями. Ну или это просто погода стояла праздничная. *** Джотаро ничуть не изменился за почти год, что они не виделись. — Джотаро-сан вообще не изменился, — протянул Окуясу — как всегда, на него можно было положиться в бро-телепатии. — Джотаро-сан! Это всё потому что ваш станд управляет временем? — Сомневаюсь, что это так работает, — сдержанно ответил Джотаро, пожимая руку Микитаке — тот с энтузиазмом ее потряс. — Рад вас видеть, Джотаро-сан! — сказал Коичи. — А кто с вами? Джоске перевел взгляд на такси. Оттуда выбралась стройная женщина лет…сорока? Нет, скорее пятидесяти. Она быстро зашагала к ним, поймала взгляд Джоске и улыбнулась удивительно озорной улыбкой. — Привет! Я Холли, секретарь Джотаро. — Секретарь фонда Спидвагона, — поправил Джотаро. — Фонд Спидвагона! — воскликнул Коичи. — А на работу берете? — Вы, должно быть, Коичи. Неужели мой…босс вам до сих пор ее не предложил? — перед словом «босс» она запнулась, но в остальном её японский был очень хорош. — У него отсутствует деловая жилка, — сказал Коичи, и Холли залилась смехом. Джотаро метнул на нее раздраженный взгляд. — Это рыба с крыльями? — спросил Джотаро, указывая на одного из воинов снежной армии, когда они шли ко входной двери. — Абсолютно точно рыба с крыльями, — отозвался Джоске. Встретиться дома у Микитаки было самым разумным выбором. У Джоске мешала бы мама, у Окуясу — папа и хищный цветочный питомец, разросшийся в небольшую лиану, у Коичи всегда могла оказаться Юкако, или, того хуже (и чаще), Кишибе Рохан. У Микитаки кухня располагалась на втором этаже, а спальня — на первом, но в остальном он был самым радушным хозяином из них. Прежние их встречи всегда походили на военный совет, и сейчас атмосфера была приятно другой. Они наперебой расспрашивали Джотаро: оказалось, у всех накопилось вопросов о стандах. Он словно столичный модник, который привез последние веяния в провинцию, подумал Джоске и фыркнул. Холли что-то записывала в блокнот, слушая их. Джотаро время от времени так на неё посматривал, что Джоске внутренне содрогался — должно быть, Джотаро ужасный начальник. Надо будет расспросить бедную женщину, хе-хе. Может, она знает о нем что-нибудь компрометирующее, например, как он, спасая мир, порвал штаны на самом интересном месте. Вообще Джоске хотелось спросить о здоровье Джозефа. Но им овладело непонятное смущение, и выдавить из себя слова не получалось. Тем временем Джотаро ударился в импровизированную лекцию о стандах. — Мы давно выяснили, что некоторые обладатели стандов с рождения умеют обращаться с ними, — говорил он. — А у других они могут много лет быть в спящем состоянии, и только какое-то потрясение или случайность их активируют. Это не всегда совпадает с интересами обладателя станда… — Они же могут прямо навредить? — Окуясу сидел на стуле задом наперед, положив подбородок на спинку. Сидящая рядом с ним Холли уронила блокнот, и призрачная рука тут же стерла пространство, чтобы помочь ей его поднять. Холли вскрикнула и немедленно уронила блокнот снова. — Простите, Холли-сан! Она замахала руками: — Что вы, что вы, это очень интересно! Ваш станд никогда вам не вредил? — Ну, я чуть не умер от той стрелы. А так нет, он только помогает! — буднично сказал Окуясу и заметил выражение лица Холли. — Джотаро-сан, вы разве в Фонде Спидвагона про стрелу не рассказываете? — он перешел на громкий драматичный шепот. — Я сказал что-то секретное?! — Холли-сан, пойдемте поговорим на минутку, — сказал Джотаро. Судя по его лицу, оно сдерживало что-то страшное. Холли не выглядела испуганной, а наоборот — одарила их беспечной улыбкой из-за плеча, прежде чем выйти из комнаты вслед за Джотаро. Они переглянулись и немедленно сбились в кучку у обеденного стола. — Превратись в ухо, — прошептал Джоске Микитаке. — Какое ухо? — прошептал Коичи. — Как мы их подслушаем одним ухом? Превратись в муху, Микитака! Джоске и Окуясу одобрительно похлопали друга по спине, отчего тому пришлось сделать шаг вперед. — Я думал, будешь нас отговаривать, — прошептал Окуясу все так же громко, и все замахали на него руками. — Мы живем в маленьком городе. Нам вроде как положено любить секреты и сплетни, — хитро сказал Коичи. Микитака, показав им большой палец, превратился в муху, зажужжал и полетел к двери. Но та вдруг распахнулась, и Микитака, будучи довольно неуклюжей мухой, врезался в деревянную панель и начал по ней сползать. — Прошу простить Холли-сан, у нее возникли срочные рабочие дела, — проговорил Джотаро, а Джоске шмыгнул мимо него, чтобы поймать падающую муху и спрятать ее в нагрудный карман. — А где Микитака? — Он, эээ, пошел за печеньками, — сказал Коичи. — У него еще одна лестница вниз, тут, в шкафу. — Удобно, — сказал Джотаро после паузы. — Станды-вредители, — напомнил Окуясу, и Джотаро, спохватившись, вернулся к своей лекции. Джоске гордился, какой слаженной командой они стали. Ответив на вопросы, Джотаро стал расспрашивать их сам, и вскоре они пытались вспомнить всех обладателей стандов в Морио, всех связанных с обладателями стандов в Морио и как у них дела. За последний год с небольшим прибавился десяток человек, но это произошло постепенно, не как со стрелой — Джотаро сказал, что это нормально, потому что обладатели стандов притягиваются друг к другу. — Ты же, наверное, ненадолго приехал? — спросил Джоске. Джотаро посмотрел на него непонимающе, и Джоске добавил, — Новый год скоро. — Джотаро-сан, а вы празднуете Рождество? — Джотаро-сан, а где живет ваша семья? Поедете к Джозефу-сану? Окуясу и Коичи засыпали Джотаро вопросами, не имеющими никакого отношения к их странному миру и сверхъестественным тайнам. Джоске, если честно, тоже было страшно любопытно — Джотаро ведь почти ничего не рассказывал о себе. — Дальше я собираюсь в Кавасаки, — проговорил Джотаро. — Несколько месяцев назад там убили человека Фонда. И сейчас нашли странные улики. Никто не нашелся, что на это ответить. Вдруг дверь приоткрылась, и в дверном проеме показалась голова Холли, все с той же бесстрашной улыбкой. — Джотаро-сан, — сказала она назидательным тоном. — Вы могли бы предложить подвезти меня до отеля. Тут трудно поймать такси! Джотаро перевел на нее очередной тяжелый взгляд и вышел. Из кармана Джоске донеслось жужжание, а потом из него вылетела крупная муха. — Молодец, Микитака! Тот взмыл зигзагом. Джоске всегда подозревал, что Микитака быстро учится, просто отбрасывает те знания, что кажутся ему неинтересными. К счастью, в своем отношении к тайнам и сплетням Микитака был типичным жителем Морио. Вернулся он довольно быстро и сразу же превратился обратно в гуманоидного Микитаку (с огромной шишкой на лбу). — У Холли-сан есть станд! — провозгласил он. — Джотаро так и сказал. — Не может быть! — вскричал Коичи. — А я так и думал, что они в Фонде во всех стрелой тыкают, — проговорил Окуясу. — Не понимаю тогда, чего она так испугалась. — Она могла испугаться твоего в целом устрашающего вида, Окуясу, — любезно напомнил Микитака, и Окуясу надулся. — Интересно, какой у нее станд, и почему она сразу нам не рассказала, — Джоске задумчиво поправил свой помпадур. — Мне показалось, она общительная. И веселая. А что еще он ей сказал? — Отчитывал, она недавно работает в Фонде. Знаю, что ты хочешь к ним, Коичи, но на твоем месте я бы подумал, — сказал Микитака. — Нужно столько всего знать, притворяться получше, и тебя не подвезут… — Не говоря уже о смертельной опасности, — поднял палец Джоске. — Погоди, он так и сказал — притворяться получше? Микитака закивал. Они переглянулись. — И странно, что она новая сотрудница, — Коичи наморщил лоб. — Секретарями ведь обычно берут молодых женщин? — Коичи! — вознегодовал Окуясу. — Как ты можешь так говорить! Коичи слегка покраснел, но стоял на своем. Джоске с ним согласился. Это было странно, и Джотаро вел себя как-то не так, как Джоске от него ожидал. — Слышали? Он даже домой на Новый год не едет, — сказал он, покачав головой. — Разве он не говорил, что у него есть дочка? — спросил Окуясу. Джоске тоже помнил что-то такое среди очень скупой информации о себе от Джотаро. И на вопрос о Джозефе Джотаро не ответил. Впрочем, будь старик плох, он бы сказал — в этом Джоске был уверен. — Давно у нас не было такой интересной сплетни, — сказал Микитака, потирая ладони. Они все рассмеялись. — Отлично придумал про лестницу в шкафу, бро, — сказал Окуясу, снова хлопая Коичи по плечу. Коичи молча подошёл к шкафу Микитаки и открыл дверцу, показывая лестницу на первый этаж внутри. *** Они снова увиделись с Джотаро и Холли уже на следующий день. Должны были встретиться в ресторане Тонио, но еще когда Джоске после школы шел в магазин — забрать мамино новогоднее платье — то увидел их в центре города. Холли ходила от витрины к витрине и энергично жестикулировала. Джотаро следовал за нею. Особо заинтересованным он не выглядел, но они явно поддерживали разговор. Потом они свернули в городской сквер, и Джоске потерял их из виду. Только он успел принести платье, как мама отправила его в новогодний поход по продуктовым магазинам и убежала сама. Джоске заметил, что она покашливает. Надо будет стукнуть ее стандом со спины. Нечего болеть на Новый год. *** Тонио на этот раз превзошёл сам себя. Они попросили обычной еды, не приготовленной его стандом, но на вкус все равно было божественно. Сам хозяин вышел из кухни поболтать, и у них с Джотаро завязался разговор о его родной Италии. — Где вы только не были, Джотаро-сан, — сказал Окуясу восхищенно. — Могли бы уж за границу съездить на Новый год, что вам этот Кавасаки. Я там был с бро…ничего особенного. После этого он погрустнел и замолк. Джоске понимал его. Он сам всё ещё не привык встречать Новый год без дедушки. Погруженный в свои мысли, он не сразу заметил, что Холли что-то не слишком вежливо высказывает Джотаро. — …не говорил мне, что не поедешь. Джолин наверняка ждет, — услышал он. Джотаро, который так любил отчитывать своего секретаря, оставил фамильярное обращение без внимания. Он взглянул одновременно на Холли и будто бы сквозь неё, не пытаясь оправдаться. Джоске вдруг вспомнил скупые рассказы Джотаро о зле, с которым ему пришлось столкнуться в юности, зле большем, чем, как он сказал, Джоске мог себе представить. Тонио решил собрать десерт прямо у них на глазах — это было великолепное тирамису. Он предложил Джоске самому посыпать его какао, сделать какой-нибудь узор, и Джоске, высунув от старания язык, стал выводить первое, что пришло ему в голову. — Что это, Джоске? — спросил Коичи. — У меня такое родимое пятно около шеи, — сказал Джоске, отчаянно стараясь, чтобы получилось не очень криво. — Ну, и у Джотаро тоже. Стоп, там пять углов или шесть? — Пять, — сказал Джотаро. — И у Холли такая же, — проговорил Микитака и поднял чайную ложечку. — Я вчера подлетел, когда она перевязывала шарф, то есть подошел… За столом воцарилась оглушительная тишина. Джоске посмотрел на Холли. Кажется, даже Джотаро пытался поймать его взгляд, но он не обратил внимания. — Знаете, что-то я соскучился по своему бате, — сказал Окуясу. — А ну, Микитака, Коичи, пойдёмте. Поможете пересадить Котёночка в новую кадку. Тонио, спасибо, охрененно вкусно! Холли сначала побледнела, но потом тряхнула головой и решительно вздохнула, встречая взгляд Джоске. — Джотаро, иди помоги молодым людям пересадить котёнка, что бы это ни значило. Меньше всего на свете Джоске ожидал, что Джотаро молча послушается этой милой улыбчивой женщины. Они остались за столом вдвоем, и Джоске не знал, что говорить. — Прости, Джоске, я должна была рассказать тебе, — проговорила Холли, комкая свой шарф. — Я так хотела с тобой познакомиться. Джоске оглядел Холли с головы до ног, ища то в ней, что должно было кричать, выдавать с первого взгляда, что она его сестра. Частые улыбки, энергичность или радость вместо взрослости и солидности. — Зачем? — спросил он. — Я вот не хотел со стариком знакомиться. Холли не обиделась, только непринужденно пожала плечами. — Должно быть, вы тоже не хотели его знать, после того, как… узнали, — добавил Джоске. — Знаешь, ты не такой, каким тебя описывает Джотаро. Ну или после того, что случилось в твоем городе, ты повзрослел. Прости, я не знаю, что точно случилось. Вытягиваю из сына по крупицам! — она неуместно засмеялась, а Джоске нахмурился. Честно говоря, теперь он понимал, почему Джотаро иногда от нее бесится. Он не мог себе представить такую маму. Мамы должны быть такими, как его. И сразу же за этим он вспомнил, что его мама младше дочери его отца, и закрыл лицо руками. Холли не замолчала. — Папа дурак, — сказала она. — А что теперь сделаешь? Знаешь, много лет назад они с Джотаро и своими друзьями отправились спасать мне жизнь. Он говорит, что это не только из-за меня было, но… Джоске посмотрел на нее. Холли впервые выглядела на свой возраст, губы у нее дрожали. — Многие из их друзей там погибли. Такие хорошие молодые люди. Джотаро не любит втягивать свою семью в эти дела, но такое он не мог от меня скрыть. — Вы что, думаете, что виноваты в их смерти? — спросил Джоске. Чувство внутри было странным, непрошеным и необъяснимым — желание защитить своих близких от боли и несправедливости, как в бою. — Я бы хотела, чтобы он рассказывал мне! — сказала Холли с таким гневом, что в ресторане словно взорвался шипящий фейерверк и запахло тропическими цветами. — Хочет защищать, так пусть рассказывает, от чего защищает! Он же только этим и занимается! Из кухни выглянуло обеспокоенное лицо Тонио. Холли стушевалась и извинилась перед ним. — Это ваш станд? — спросил Джоске, забыв обо всем остальном. — Круто! Что он делает? — Я не знаю, — все еще смущенно проговорила Холли. — Я чуть не умерла от него тогда, но теперь он почти никогда не появляется, и проблем никаких не доставляет. Джотаро… не могу представить, чтобы я с кем-то дралась или как-то боролась со злом. Но я всегда хотела помогать ему. Он, знаешь, был сложным подростком. Джоске так громко фыркнул в свой стакан, что брызги газировки полетели на скатерть. Он срочно ударил по ней стандом. — Ух ты! А что твой делает? — спросила Холли. Глаза у нее сверкали от любопытства. Скатерть сверкала тоже. — Давайте тогда потренируюсь на вас, — сказал он, приглаживая помпадур. — Объяснять своей маме, если вдруг придется. Но смотрите, я все еще считаю, что ей не нужно ничего знать! Он запнулся, запоздало сообразив, что, возможно, не стоит говорить с Холли о маме — о женщине, с которой Джозеф изменил ее матери. Но Холли не обратила на это никакого внимания. — Все! Хочу знать все! Твой станд умеет чистить скатерти? — спросила она, и Джоске расхохотался. Вопросов у Холли было гораздо больше, чем у них четверых. Джоске охотно отвечал, а ему рассказывали, как дела у Джозефа. И даже стыдных историй из детства Джотаро додали! Но круче всего был рассказ Холли о том, как она за редким совместным обедом буквально напала на Джотаро и заставила взять ее с собой в Морио, настаивая, что иначе поедет без него. Джоске был в полном восхищении. — А зачем он вообще приехал в Морио? — недоумевал Джоске. — Как зачем? — настала очередь Холли удивляться. — Он хотел проверить, что у вас все хорошо. Сказал, что у вас удивительно сильные способности, но все равно беспокоился. Джоске вообще-то даже подготовился, что сказать Джотаро, если тот приехал, чтобы завербовать его в свой Фонд Спидвагона. Джоске не разделял энтузиазма Коичи и не хотел лезть во все эти джостаровские дела. От них за километр веяло страданием. Одиночеством. А он просто хотел жить в своем городе и защищать его. Чертов Джотаро. Джоске сглотнул ком в горле и попрощался с прекрасными стыдными историями, которые он мог бы рассказать своим друзьям. Теперь это ощущалось как-то нечестно. *** Прогноз погоды обещал усиление снегопада. Джоске даже сунулся на кухню послушать утренние новости, но нет, рейсы из Морио вроде не отменяли. — Дурацкий снег, — сказала мама. — Может, переедем куда-нибудь в тропики? — Не трудно будет брать сверхурочную работу, когда из окна видно пальмы? — спросил Джоске. Мама показала ему язык. — Никаких сверхурочных, и вообще можно пойти на каток. Зови своих ребят. — Коичи сегодня не сможет, у него важное дело, — сказал Джоске и пошел к телефону. Уговорить Коичи поехать в Кавасаки было совсем нетрудно. У него разгорелись глаза от одного только предложения. Сложнее было уговорить Джотаро доверить ему это дело — его первое расследование. И уговорить Рохана, потому что с его стандом Коичи управился бы за пару дней и вернулся домой праздновать Новый год. Поэтому Джоске предоставил Джотаро Холли, а Рохана — Коичи. Когда он со злодейской ухмылкой рассказал об этом Окуясу, они хохотали полчаса. Джоске все же решил проводить их, хотя Холли уже взяла у него адрес электронной почты, обещая писать. По Джотаро, как обычно, было непонятно, что он думает, но она вся светилась. — У Джотаро правда есть дочка? — спросил он у Холли, помогая ей катить чемодан к стойке регистрации. — Еще какая, — сказала та и счастливо зажмурилась. — Бандитка. — У нее тоже эта штука? — он показал на свою шею. Холли кивнула. Джоске попытался представить себе маленькую копию Джотаро, но девчонку — не получилось. Похожую на добрую, улыбчивую Холли не вышло тоже. Почему-то представлялась девчонка со стандом и хорошим хуком справа. Джоске хмыкнул. Первые сообщения о задержке рейсов стали высвечиваться на табло сразу после того, как он помахал рукой Джотаро и Холли по другую сторону стоек досмотра. Их рейса на табло не было. Джоске выдохнул и улыбнулся.